Готовый перевод I Lost My Strategy Guide / Я потерял гайд по прохождению: Глава 23

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Цзинь Шиюэ, который изначально был полностью поглощен Цунаёси, внезапно вспомнил о неприятностях дома. Итальянская мафия и всё такое… Узнай обо всём этом господин Шиюэ, он бы ни за что не стал продолжать дружить с таким странным им, да к тому же то и дело попадающим в опасные переделки. А если в это втянуть Шиюэ…

— Уаааа! Опять сорвался! — в отчаянии завопила Система. — Всего восемьдесят пять! Ну почему?!

Цзинь Шиюэ всё еще смотрел фильм, заглушив все посторонние шумы, и совершенно не слышал, что там болтает Система.

В итоге после просмотра фильма Цзинь Шиюэ остался полностью доволен, Система — морально и физически истощена, а Цунаёси — помрачнел.

Ни о чем не подозревающий Цзинь Шиюэ купил два рожка с мороженым и протянул один опустившему голову Цунаёси:

— А Цуна почему загрустил?

Цунаёси, проведший весь сеанс фильма за размышлениями, с отрешенным видом взял мороженое. Он одновременно и боялся, что Цзинь Шиюэ отдалится от него, и страшился того, что в случае какой-то беды тот окажется совершенно беззащитен. Долго колеблясь, он всё же решил поставить безопасность Цзинь Шиюэ на первое место и, набравшись храбрости, признался:

— Шиюэ-кун, ты знаешь что-нибудь о мафии?

Система подбадривала его:

— Держись, Хозяин! Поверь в себя, ты сможешь!

Цзинь Шиюэ и сам отчаянно хотел в себя поверить, но стоило ему даже мысленно представить встречу, как в голове уже звучали детские крики и плач. Его бросало в холодный пот от страха, и он уже не мог вспомнить, как именно в свое время проходил маленького Цунаёси…

Возможно, потому, что в детстве Цунаёси тоже был очень послушным.

Добра Pа до дома Цунаёси, Цзинь Шиюэ глубоко вздохнул несколько раз и уже собрался постучать, как дверь отворилась сама собой.

За дверью никого не было. Цзинь Шиюэ на мгновение замер, опустил взгляд и обнаружил, что тот самый одетый в костюм младенец, о котором говорил Ямамото, придерживает дверь рукой, а пара чернильно-черных глаз уставилась прямо на него.

Цзинь Шиюэ: «……»

Цзинь Шиюэ инстинктивно переступил ньогу, но, к счастью, Система вовремя окликнула его, порывающегося развернуться и дать деру, заставив вспомнить, зачем он вообще сюда пришел.

Цзинь Шиюэ медленно опустил ногу, достал из пакета леденец, присел на корточки и протянул его Реборну. На его лице появилась самая дружелюбная улыбка, и он мягко произвел:

— Малыш, хочешь конфетку?

Цзинь Шиюэ изо всех сил старался выглядеть дружелюбным. В те годы, когда он занимался прохождением юного Цунаёси, такая улыбка еще сошла бы за нормальную, но сейчас он уже совершенно отвык от состояния, когда можно непринужденно общаться с детьми, так что улыбка на его лице выглядела несколько натянутой.

Глава 41. Это защитная глава. Если вы видите этот текст, значит, подписки недостаточно, но её можно докупить для доступа к ранним главам.

Прошлый Семья была просто ужасна, — мысленно пронеслось в голове у Цзинь Шиюэ.

— Хозяин, ты в порядке?! — жалобно завопила Система в его голове.

Цзинь Шиюэ только хотел ответить, что всё хорошо, как из открытого рта снова хлынула кровь.

Цзинь Шиюэ:……

Если так пойдет и дальше, то упомянутый Системой метод прохождения через мнимую смерть превратится в метод прохождения через смерть настоящую!

Как только Цзинь Шиюэ попытался с трудом приподняться, в груди внезапно вспыхнула резкая боль. Сознание помутилось, и сквозь пелену он смутно разглядел впереди знакомый силуэт, бегущий к нему. В обычно невозмутимом голосе звучали паника и растерянность.

— Шиюэ-кун… ты… здесь…

В ушах Цзинь Шиюэ зашумело, он совершенно не разобрал слов собеседника, рухнул лицом вниз и потерял сознание.

……

Цзинь Шиюэ чувствовал, что он, пожалуй, первый из всех Проходчиков, кто попал прямую в палату интенсивной терапии сразу же после смены мира.

Даже при этом его едва удалось спасти. Без приказа Хозяина Система не имела права использовать против него ни единой своей функции, однако Цзинь Шиюэ, воспользовавшись всплеском энергии перед самой кончиной, успел вернуть рассудок и заставил Систему вернуть его к жизни.

Когда он пришел в себя, врач и медсестра уже собирались накрыть его белой простыней. Стоило ему резко распахнуть глаза, как весь медицинский персонал палаты перепугался до смерти.

К счастью, профессиональная этика у всех оказалась на высоте, и никто не завопил: Оживший мертвец! — а вместо этого все бросились проверять состояние Цзинь Шиюэ. Убедившись, что его показатели улучшились и это вовсе не посмертная вспышка активности, они перевезли его в другую палату.

Устроившись поудобнее, Цзинь Шиюэ виновато улыбнулся хлопотавшей вокруг него медсестре и произвел:

— Простите, что доставил вам столько хлопот.

Медсестра слегка покраснела и ответила:

— Ничего страшного. Скоро зайдет врач, чтобы еще раз вас осмотреть, и если всё будет в порядке, к вам сможет прийти ваш друг. Этот мальчик очень за вас переживал.

Цзинь Шиюэ на мгновение замер, а затем произвел:

— Хорошо, спасибо.

Система в голове Цзинь Шиюэ горько рыдала, то и дело бормоча что-то невнятное. Цзинь Шиюэ удалось разобрать лишь обрывки вроде напугал до смерти, отчего по его спине пробежала неприятная дрожь.

И вовсе не потому, что Система не была похожа на малыша, а просто от внезапного осознания того факта, что в его голове может обитать какой-то малыш, у него по коже побежали мурашки.

— Хватит плать, — произвел Цзинь Шиюэ. — Я ведь еще жив. Прояви хоть капельку уверенности в собственных силах.

Только после этого Система постепенно утихла.

Цзинь Шиюэ прикрыл глаза, немного подумал и пробормотал:

— Только бы не Куроко…

Система отозвалась:

— Что?

— Куроко Тецуя, — ответил Цзинь Шиюэ. — Знакомый, с которым я познакомился во время прошлого визита в этот мир. Если перед потерей сознания мне не изменило зрение, в больницу меня привез именно он. Но если он окажется целью прохождения, дело примет неприятный оборот.

Система опешила:

— Разве есть кто-то, кто может показаться Хозяину хлопотным?

— Людей, способных доставить мне хлопоты, слишком много, — покачал головой Цзинь Шиюэ. — Но Куроко Тецуя сложен тем, что в повседневной жизни он невероятно спокоен и рассудителен, а страсть у него просыпается только во время игры в баскетбол. Попытайся я его пройти, уровень симпатии в романтическом ключе поднять до сотни практически невозможно, придется заходить исключительно со стороны дружбы.

Чтобы выполнить условия прохождения цели, требовалось довести уровень симпатии до ста. Помимо романтической ветки, существовала и ветка дружбы.

Романтическая ветка была куда проще, поскольку такие чувства пылки: при достаточном стиске мгновенный трепет мог вмиг поднять симпатию до сотни. Пусть даже стимула не хватало, угождая партнеру и постепенно продвигаясь вперед, добраться до заветной сотни тоже не составляло особого труда.

Но с веткой дружбы дело обстояло иначе. Чтобы заслужить искреннюю дружбу человека, требовалось платить ему той же монетой, а времени на это уходило куда больше. В лучшем случае — несколько лет, а в худшем — некоторые люди вообще никому и никогда не открывают свои истинные дружеские чувства.

— Сама по себе ветка дружбы чертовски сложна, а тут еще и Куроко Тецуя. Этот парень порой рассудительнее меня самого, — вздохнул Цзинь Шиюэ. — Разве не хлопотно?

Рассудительнее самого Цзинь Шиюэ… Система мысленно примерила этот образ на Цзинь Шиюэ и искренне согласилась:

— Слишком хлопотно.

Действительно хлопотно. При всей своей внешней простоте в общении такие люди не станут легко распахивать душу. Большую часть времени они смотрят на происходящее взглядом сторонних наблюдателей, и пробить эту броню практически невозможно.

— Остается только надеяться, что цель — не он, — закрыв глаза, тихо произвел Цзинь Шиюэ. — Мне совсем не улыбается тратить столько лет на этот мир с таким-то здоровьем.

Предыдущая Система, настраивавшая его параметры, работала безупречно, в то время как нынешняя спутница была лишь полуфабрикатом, неспособным полностью изменить настройки. Она лишь поддерживала в нем жизнь и слегка приглушала реакции организма, но вылечить его окончательно не умела.

Хотя, если посмотреть на это с положительной стороны, в следующий раз при уходе не придется ломать голову над предлогами — можно будет просто взять и отдать концы.

Размышляя об этом, Цзинь Шиюэ незаметно погрузился в сон.

Вскоре его разбудил пришедший на обход врач.

Стоит признать: пусть нынешняя Система и хромала на обе ноги, пустить пыль в глаза обычному человеку ей вполне хватало сил. Врач тщательно осмотрел его и лишь цокал языком от удивления — он совершенно не понимал, как пациент смог так быстро выкарабкаться из состояния клинической смерти. В итоге медик списал всё на невероятно сильную тягу к жизни, пробудившую скрытые резервы организма.

Спустя еще какое-то время его наконец пустили навестить друзья.

Как и ожидал Цзинь Шиюэ, пришел действительно Куроко, а позади него маячил рослый парень с красными волосами, который после воцарения Куроко в палате аккуратно прикрыл за ними дверь.

Вид у Куроко был несколько уставший. Цзинь Шиюэ напугал его не на шутку: врач даже успел вручить ему извещение об угрозе жизни, и лишь последовавшая за этим весть о чудесном спасении принесла облегчение. Иначе, не сумев связаться с родственниками Цзинь Шиюэ, ему пришлось бы помогать организовывать похороны.

Вот это был бы номер, — мысленно подумал Куроко. — Я ведь еще старшеклассник, а мне уже предлагают лицом к лицу столкнуться со смертью, не слишком ли жестоко?

Он, конечно, не знал, что в параллельном мире некоторые умудряются становиться мафиози еще в средней школе.

Куроко присел на стул у кровати Цзинь Шиюэ и спросил:

— Ты как?

Цзинь Шиюэ улыбнулся ему:

— Лучше не бывает.

Система проверила уровень симпатии Куроко и от неожиданности подпрыгнула, сообщив Цзинь Шиюэ:

— Уровень дружеской симпатии у него целых восемьдесят пять!

Цзинь Шиюэ тоже замер, его взгляд смягчился, и он с улыбкой произвел:

— Да, верно. Когда я уходил в прошлый раз, было ровно столько же.

Похоже, дружба оказалась куда прочнее, чем он предполагал. Даже спустя три года парень не изменился ни на йоту.

Куроко с облегчением выдохнул и произвел:

— Вот и славно. Только почему ты вдруг объявился здесь? Когда я увидел тебя, то подумал, что обознался. Разве ты не уехал за границу на лечение?

Цзинь Шиюэ улыбнулся:

— А, да, уезжал. А потом из-за нехватки денег на оплату счетов меня выставили вон.

Лицо Куроко на несколько секунд застыло.

Цзинь Шиюэ: «……»

Ему показалось, будто на лице Куроко отразилась какая-то совершенно невообразимая гамма чувств.

Выражение лица Куроко отчетливо говорило примерно следующее: А?! Неужели семья Шиюэ-куна обанкротилась?! Тогда как же быть с медицинскими счетами? Неужели он влез в долги ради спасения друга?!

Система завопила не своим голосом:

— Хозяин, ваша дружба дала трещину! Уровень симпатии у него стремительно падает!

Цзинь Шиюэ: «……»

Цзинь Шиюэ торопливо ухватил Куроко за руку и зачастил:

— Нет-нет! Я просто пошутил! Я вернулся по делу!

Куроко шумно выдохнул:

— Фух…

Да уж, этот выдох был слишком уж показательным!

Система испуганно пропищала:

— Ладно-ладно, показатели вернулись на место.

Глядя на то, как к Куроко возвращается привычное спокойное выражение лица, Цзинь Шиюэ невольно подумал, что он всё-таки недостаточно хорошо разбирается в такой штуке, как дружба.

Пусть она и оказалась долговечной, но хрупкая же до ужаса!

На самом деле учебное время уже подошло к концу, но после пережитой грандиозной битвы никто не знал, какие перемены произошли в расстановке сил в Намимори. Без прямого указания Хибари или Судзуки преподаватели не решались просто так отпустить учеников по домам: а ну как столкнешься нос к носу с двумя богами войны за школьными воротами, и тогда половина школы гарантированно отправится на больничную койку!

Хибари знал расписание звонков лучше собственных пять пальцев. Подойдя к краю крыши и бросив взгляд вниз, он обнаружил, что внутренний двор пуст, и сразу понял, какова ситуация. Презрительно фыркнув, он первым зашагал вниз по лестнице.

Цзинь Шиюэ, не забывавший о том, что Хибари тоже может оказаться целью прохождения, проходя мимо него, кивнул и приветливо улыбнулся, но Хибари лишь холодно покосился на него и молча проследовал дальше.

Ямамото, взглянув на жалкий вид Цунаёси, понял, что ничем помочь не сможет, и, увлекая за собой Гокудзу, произвел:

— Пойдемте тоже на уроки, Цунаёси с Шиюэ и без нас справятся.

Гокудэра бросил взгляд на стоявшего в стороне студента по обмену и бесстрастного Реборна. Сообразив, что из-за собственной вспышки гнева натворил дел, он на удивление не стал устраивать скандал и послушно поплелся следом за Ямамото.

Реборн повернулся к членам Семьи Симон и вежливо произвел:

— Прошу вас, возвращайтесь тоже. Увидимся на церемонии преемничества.

Прибывшие студенты переглянулись, ожидая указаний Судзуки, но тот перевел взгляд на Энему.

Энема посмотрел в сторону Цунаёси с Цзинь Шиюэ и тихо произвел:

— Вы пока идите. У меня еще есть пара слов к Шиюэ-куну.

Судзуки нахмурился, но спорить при посторонних не стал и лишь бросил:

— Тогда возвращайся пораньше.

Энема кивнул, и Судзуки наконец увел остальных.

Стоило шумной толпе удалиться, как крыша сразу опустела. Помимо Реборна и Энемы, там осталось еще двоих незнакомцев, которых Цзинь Шиюэ не знал.

Хотя сказать, что совсем не знал, было бы неверно: одного парня с растрепанными белыми волосами Цзинь Шиюэ уже видел. Тот был старшеклассником из параллели на год старше, вечно горластым, но лично они не пересекались. Кто бы мог подумать, что он тоже принадлежит к семье Цунаёси.

Парень, похоже, соображал медленно: постояв какое-то время с глуповатым видом, он громко рассмеялся, со всеми попрощался и с энтузиазмом припустил вдогонку за ушедшими студентами.

На этот раз остался лишь один незнакомец с бычьими рогами на голове, которые приятно потрескивали искрами.

Тот насмешливо уставился на Реборна и громко заявил:

— Ну что, Реборн! Сейчас я покажу тебе, на что способен после стольких лет тренировок!

Реборн с бесстрастным лицом приблизился к нему и врезал ногой так, что тот улетел в небеса.

Цзинь Шиюэ: «……»

До боли знакомая картина!

А Цунаёси, уткнувшийся лицом в грудь Цзинь Шиюэ словно страус, снова сжался, когда Реборн направился в их сторону.

Услышав шаги Реборна, Цунаёси и Цзинь Шиюэ, прижавшиеся друг к другу, одновременно вздрогнули.

Реборн остановился, бросил взгляд на стоявшего рядом Кодзато Энему, сдержал порыв снова пустить в ход ногу и произвел, обращаясь к Цунаёси:

— Ты тоже возвращайся скорее, не заставляй людей волноваться.

Не дожидаясь ответа, услышал ли его Цунаёси вообще, Реборн подошел к стене и постучал по ней. В камне внезапно образовалась собачья дыра… тьфу, дверца ровно такого размера, чтобы Реборн мог пролезть со своим ростом. Шаг за шагом он скрылся внутри, и проход за ним тут же захлопнулся.

Цзинь Шиюэ ошеломленно замер, пораженный столь удивительными технологиями. Он уже подумывал расспросить о них подробнее, но текущая обстановка не располагала к расспросам, так что пришлось вернуть всё внимание к Цунаёси и Энеме.

Энема немного помялся, тихонько подошел к Цзинь Шиюэ, присел на корточки и негромко произвел:

— Он в порядке?

Цзинь Шиюэ протянул руку и осторожно погладил Цунаёси по затылку, а затем аккуратно провел пальцами по его целой щеке, приподнимая заплаканное лицо мальчика.

Цзинь Шиюэ невольно судорожно втянул воздух.

Одна половина лица Цунаёси была чистой и невредимой, зато вторая выглядела так, будто он за щеку запихнул огромную булку: гладкая, багровая, распухшая, с натянутой до блеска синюшной кожей, которая на солнце казалась почти прозрачной. Цзинь Шиюэ даже не касался поврежденного места — рука висела рядом, — но от самой раны ощутимо веяло жаром.

Жуткое зрелище, поистине жуткое…

Энема, увидев это уродство, даже не почувствовал и тени ревности из-за того, что Цунаёси так долго прижимался к Цзинь Шиюэ — осталась одна лишь жалость…

Сначала, наблюдая за летающим по небу Цунаёси, он думал, что Цзинь Шиюэ его обманывает и глава Вонголы вовсе не такой никудышный. Но теперь стало очевидно: Цзинь Шиюэ говорил чистую правду! Быть избитым собственными Хранителями до такого состояния… это же просто кошмар! Даже Судзуки никогда себе такого не позволял, напротив, всегда старался сохранить его лицо перед посторонними!

Цунаёси, заметив полные ужаса и жалости взгляды Энемы и Цзинь Шиюэ, а также чувствуя почти онемевшую от боли щеку, прекрасно понял, как жутко сейчас выглядит. Он снова вцепился в талию Цзинь Шиюэ и сдавленно зарыдал, пытаясь вновь спрятать лицо у него на груди.

Цзинь Шиюэ подхватил его за подбородок, пресекая эту попытку.

— Лицо и так разнесло, а ты снова носом в мою одежду лезешь, не больно что ли? — Цзинь Шиюэ не знал, смеяться ему или плакать.

Цунаёси шмыгнул носом и невнятно выдавил:

— Мнэ больньо.

Энема, глядя на несчастный вид Цунаёси, набрался храбрости и предложил:

— Может… может, сходим в больницу?

Цунаёси шмыгнул носом, переводя взгляд на Энему, не понимая, с чего вдруг такая забота. Их отношения с Энемой ограничивались статусом одноклассников, да и Семья Симон, хоть и приняла приглашение на церемонию преемничества, энтузиазма по отношению к Вонголе не проявляла. Если уж подбирать для их связи подходящее определение, то ближе всего подходил статус соперников в любви…

Цунаёси, конечно, не догадывался, что сейчас в таком виде он вызывал у любого встречного лишь один вопрос: не пора ли ему в больницу?

Наткнувшись на его взгляд, Энема смущенно отвел глаза в сторону.

То ли струсил, то ли просто не мог смотреть на эти увечья.

Цзинь Шиюэ, придерживая подбородок Цунаёси, повертел его голову из стороны в сторону. Ресницы мальчика всё еще были влажными от слез, и этот жалкий вид заставил Цзинь Шиюэ невольно усмехнуться:

— Только ведь из больницы выписались, и снова придется людей тревожить. Пошли.

Цунаёси послушно откликнулся, поднялся вместе с Цзинь Шиюэ и невнятно пробормотал:

— Мной зуб…

Цзинь Шиюэ усмехнулся, достал из кармана носовой платок, наклонился, поднял выпавший зуб Цунаёси и засунул его прямо в платочке в карман мальчику со словами:

— Так лучше?

Цунаёси кивнул, позволил Цзинь Шиюэ поддержать себя и в сопровождении Энемы хромая поплелся в больницу.

Только когда Цунаёси, захлебываясь слезами в его объятиях, зашелся в кашле, Цзинь Шиюэ опомнился, утешающе похлопал его по спине и заговорил тихим, успокаивающим голосом.

Отойдя от оцепенения, Гокудэра и Ямамото уже не помышляли о том, чтобы сводить счеты с Хибари. Они быстро подбежали к Цунаёси, желая убедиться, всё ли с ним в порядке.

Впрочем, осознав, как глупо он выглядел, Цунаёси предпочел бы ни с кем не разговаривать. Он зарылся лицом в одежду Цзинь Шиюэ, плотно прижавшись к нему, и его плач постепенно стих.

Реборн, больше не в силах на это смотреть, решил, что лицо Вонголы перед представителями других семей уже опущено ниже принтуса и он понятия не имеет, что потом скажет Девятому. Ему оставалось лишь сменить тему:

— Раз уж всё улажено, не пора ли всем вернуться к занятиям?

На самом деле учебное время уже подошло к концу, но после пережитой грандиозной битвы никто не знал, какие перемены произошли в расстановке сил в Намимори. Без прямого указания Хибари или Судзуки преподаватели не решались просто так отпустить учеников по домам: а ну как столкнешься нос к носу с двумя богами войны за школьными воротами, и тогда половина школы гарантированно отправится на больничную койку!

Хибари знал расписание звонков лучше собственных пять пальцев. Подойдя к краю крыши и бросив взгляд вниз, он обнаружил, что внутренний двор пуст, и сразу понял, какова ситуация. Презрительно фыркнув, он первым зашагал вниз по лестнице.

Цзинь Шиюэ, не забывавший о том, что Хибари тоже может оказаться целью прохождения, проходя мимо него, кивнул и приветливо улыбнулся, но Хибари лишь холодно покосился на него и молча проследовал дальше.

http://bllate.org/book/23157/2480018

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода