Во время ссоры появился ещё и Бай Лэ, после чего они вдвоём набросились на него и избили толпой. Нань Синси чувствовал себя ужасно, а видя, как Ци Яоянь защищает Бай Лэ, он испытывал странную ревность.
Бай Лэ терпеть его не мог, и Ци Яоянь, потакая желаниям Бай Лэ, загнал его в безвыходное положение.
Он горько плакал во сне, его тело вздрагивало в конвульсиях. Медленно открыв глаза, он понял, что уже совсем рассвело.
Потрогав уголки глаз, он действительно нащупал слёзы. Криво усмехнувшись, он выругался: — Надо же, даже во сне умудряюсь реветь из-за того, что меня обижают.
Потерянно просидев на кровати и вспоминая картины из сновидения — казавшиеся то реальными, то вымышленными, — он начал сомневаться в самом себе: ему было так больно, что он плакал, потому что они загнали его в угол, или из-за того, что Ци Яоянь защищал Бай Лэ?
Дверь спальни отворилась, и вошёл Чжан Шо.
Нань Синси взъерошил руками растрёпанные волосы: — Брат, даже если тебе хочется полюбоваться на моё белое, нежное и точеное нефритовое тело, можно сначала хотя бы постучать?
Чжан Шо отчаянно замигал, глазами показывая на дверь.
Тот прищурился: — Чжан Шо, признавайся, ты опять вчера под одеялом смотрел какие-то сомнительные порнофильмы?
Чего моргаешь, будто ячмень на глазу вскочил?
Чжан Шо прикрыл глаза, на его лице застыло выражение полного отчаяния: братец, спасайся теперь как знаешь!
Он повернулся к выходу, почтительно согнулся в поклоне и произнёс: — Здравствуйте, генеральный директор.
Движения Нань Синси мгновенно замерли, разум прояснился в ту же секунду. Он соскочил с кровати и бросился к двери.
Ци Яоянь стоял в дверях в строгом костюме-тройке. Его высокая мускулистая фигура излучала мощь, резкие и выразительные черты лица были напряжены, а на лице не отражалось никаких эмоций. Возможно, из-за присущей ему с рождения властной ауры один лишь его холодный, надменный взгляд, брошенный на человека, неизменно внушал трепет, заставляя затаивать дыхание.
Нань Синси был одет лишь в короткие шورتки и стоял босиком. Его бледная, стройная и изящная талия выглядела гладкой и пропорциональной, кожа была безупречно белой, а те самые две бусинки выделялись особенно ярко и соблазнительно.
При таком обнаженном торсе запутанные следы от поцелуев на его шее казались кричащими и режущими глаза.
Ци Яоянь опустил взгляд, и между его бровей на мгновение промелькнуло отвращение. Его глаза, острые как мечи, яростно впились в следы «любви» на теле Нань Синси.
Поднимавшаяся на дне души ярость грозила поглотить его рассудок, а в голове помимо воли возникали картины того, как именно Нань Синси вчера вымаливал пощады.
Нань Синси с неудовольствием скрестил руки на груди, прикрывая переднюю часть тела, и, прислонившись боком к косяку, высунул голову.
Глядя на Ци Яояня, он расплылся в наглой ухмылке: — Генеральный директор, какая муха вас укусила почтить своим визитом моё скромное жилище? Вы пришли посмотреть на меня, на меня или всё-таки на меня?
Ци Яоянь перевёл взгляд на Чжан Шо, и тот вздрогнул: — Я… пойду заварю чай.
Когда Чжан Шо ушёл, Ци Яоянь наконец шагнул в комнату Нань Синси. Синий, чёрный, серый, белый, нежно-розовый — дизайн интерьера и правда отражал всю хаотичность самого Нань Синси.
Нань Синси развернулся, накинул верхнюю верхнюю одежду и тут же притянул одеяло, накрывая лежавший на кровати контракт.
— Где контракт? — холодно и прямо спросил Ци Яоянь.
— Эх, ты же говоришь, мы и целовались, и обнимались, наши отношения уже не такие натянутые, верно? Нельзя ли со мной тоном чуточку помягче?
Ци Яоянь бросил на него предостерегающий взгляд.
Лицо Нань Синси тут же скисло: — Генеральный директор.
Даже к такому обращению придирается, ну и мелочный же он тип.
Нань Синси вовсе не собирался ходить вокруг да около с Ци Яоянем. Раз уж сам Ци Яоянь «понизил свой статус» и заявился к нему лично, значит, тот контракт действительно имеет огромное значение. А раз он так важен, у него появляется куда больше шансов добиться своего.
Он притащил стул и уселся прямо перед Ци Яоянем на расстоянии вытянутой руки, закинул ногу на ногу, задрал подбородок и посмотрел на него: — Тебе ведь нужен контракт, верно?
— Говори свои условия.
Нань Синси потёр подбородок: — Генеральный директор, вы же знаете меня…
Не успел он договорить, как Ци Яоянь перебил его: — Срок твоего контракта может быть продлен, я также могу поручить Чжан Фэю выделить тебе кое-какие ресурсы, чтобы ты не скатился дощенущей нищеты.
http://bllate.org/book/23217/2490621
Готово:
