Готовый перевод Burning Fall Global Gaokao / Глобальный экзамен: Падение в огонь: Глава 10

Она толкнула дверь и вошла. Дверь за спиной закрылась, отрезав её от трёх мужчин, оставшихся в коридоре.

Состояние Новии было на удивление стабильным, хотя выглядела она глубоко подавленной.

— Мисс Вэнь, — Новия кивнула, приветствуя её, — спасибо, что пришли навестить меня.

Даже в таком отчаянном положении она сохраняла безупречные манеры.

— Мисс Петерсон, — Вэнь Чжися ответила кивком, — вы не против, если я буду называть вас Новией?

— Конечно, нет, — охотно отозвалась та.

В комнате было странно холодно, и Вэнь Чжися не понимала, то ли дело в низкой температуре, то ли в самой атмосфере.

— Прошу прощения, что заставляю вас снова бередить душевные раны, но я хочу, чтобы вы ещё раз пересказали мне события сегодняшнего утра, — Вэнь Чжися тщательно подбирала слова, стараясь звучать как можно серьёзнее.

— Всё в порядке, мисс Вэнь.

И Новия начала свой рассказ:

*

Утром, когда они выходили из дома, отец под предлогом прощального поцелуя прошептал ей на ухо, чтобы она нашла способ увести Филда подальше от всех и тайно вернулась — ему нужно было кое-что обсудить с Филдом наедине.

Вскоре, после того как у них обоих не заладились дела, она предложила прогуляться до леса. Филд, не раздумывая, согласился. Только когда они отошли достаточно далеко, она передала ему просьбу отца.

Филд не стал сомневаться и сразу понял, чего хочет от него Петерсон.

Они вернулись к поместью пешком. Чтобы не попасться на глаза, не стали входить через главный вход, а перелезли через ограду с восточной стороны и пробрались во двор, к окну северной части кабинета. Филд постучал, и Петерсон отворил его изнутри.

Окно было высоко, поэтому залез только Филд. Перед тем как закрыть створки, он велел Новии подождать под окном, пообещав, что скоро вернётся.

Новия стояла внизу. Она смутно слышала голоса, а затем звук опрокинутого предмета и звон разбитого стекла.

Но не прошло и двух минут, как Филд выпрыгнул обратно через окно.

Поскольку дело было сделано, а время уже поджимало, они решили не возвращаться на поле для игры в поло, а перелезть обратно через ограду и войти в дом парадным ходом, как ни в чём не бывало.

Вернувшись, они увидели горничную, которая раздавала чесночный суп. Филд хотел взять порцию, чтобы отнести профессору, но суп закончился, и им пришлось идти на кухню в западном крыле, чтобы самим налить по тарелке из кастрюли.

Когда они подошли к дверям кабинета, Филд по непонятной причине велел Новии ждать снаружи, а сам вошёл внутрь.

Новия удивилась, но спорить не стала.

Когда он вышел, Новия заметила, что он выглядит странно. Она спросила, что случилось, но Филд не ответил, лишь рассеянно отвёл взгляд.

Одолеваемая подозрениями, Новия под предлогом отдыха отправила Филда прочь, а сама подошла к кабинету. Открыв дверь, она увидела тело отца.

На этом рассказ Новии закончился.

Вэнь Чжися всё поняла.

Она посмотрела на Новию, которая заметно выдохнула, словно сбросила груз.

Улыбка исчезла с лица Вэнь Чжися, и она внезапно перешла в наступление:

— На самом деле ты уже догадалась, о чём они говорили, не так ли?

В глазах Новии на мгновение мелькнул испуг. Вэнь Чжися заметила всё.

— Они... о чём бы они ни говорили, какое мне до этого дело?

— Разве нет? Новия, мне кажется, дело тут как раз в тебе.

Вэнь Чжися отсчитала про себя пять секунд и продолжила:

— Ты ведь совсем не хочешь выходить замуж за Филда, верно? Потому что в вопросах наследования акций права женщин сильно уступают мужским. Если ты не выйдешь замуж, все акции профессора достанутся тебе. А если выйдешь — согласно закону, они станут приданым и полностью перейдут во владение твоего мужа.

Новия остолбенела.

— Нет, нет... эти акции уже у меня, профессор наверняка завершил процедуру передачи, теперь я их полноправный владелец.

Иначе почему среди десяти акционеров, входящих в группу, значится Новия, а не профессор Петерсон?

Конечно, говорить ей об этом нельзя, подумала Вэнь Чжися.

— Тебе плевать, кто убил профессора. Когда отец тайно заставил тебя подписать бумаги о передаче прав, он наверняка сказал, что жить ему осталось недолго. Ты увидела надежду на свободу, да? Свалишь вину за смерть отца на него — и станешь свободной.

Вкус свободы так сладок, не правда ли? Можно менять мужчин одного за другим, не нужно больше терпеть мужа ради приличий. Ох, я даже немного завидую.

Вэнь Чжися рассуждала вслух, исподтишка наблюдая за реакцией собеседницы.

Последнюю фразу она выдумала на ходу, основываясь на том, как Новия смотрела вчера на Цинь Цзю — её целью было вывести девушку из себя.

Она ждала, что Новия потеряет самообладание, может быть, даже бросится в драку.

Новия действительно была в ярости, её бледные щёки вспыхнули от стыда и гнева.

— Ты... ты занимаешься клеветой! Ты сама женщина, как у тебя язык повернулся произнести такие грязные, пошлые слова? — не выдержала Новия.

Попалась.

Вэнь Чжися подумала, что всё испортила.

У этой девчонки оказалась железная выдержка.

До самого момента, пока Вэнь Чжися не вышла из комнаты, Новия не проронила ни слова. Она лишь гневно смотрела на неё, тяжело дыша, но больше не проронила ни единого оскорбления.

Вэнь Чжися поблагодарила Филда и вместе с Цинь Цзю и Чжао Вэньту направилась вниз. Экзаменатор А молча последовал за ними.

Филд остался стоять у двери, провожая взглядом трёх исследователей и экзаменатора.

Убедившись, что они скрылись из виду, он снова толкнул дверь в комнату.

Новия уже успокоилась. Увидев, что это Филд, она криво усмехнулась.

— Хочешь угадать, что я ей сказала, Уильям?

— Полагаю, дорогая, ты сказала ей, что это сделал я? — Филд наклонился и сел на край кровати Новии.

— Именно. Я очень старалась, но она не верит. Что мне ещё оставалось делать?

— Ты сама себя загоняешь в ловушку, только помогаешь мне снять подозрения. Я предупреждал тебя, но ты не слушала.

— Ха-ха, поздравляю, — с сарказмом бросила Новия.

— Почему ты не можешь мне довериться? — пробормотал Филд. — Я сделаю всё, что ты захочешь, ведь я люблю тебя. Новия, ты — мой рай. Все хотят попасть в рай, и я не исключение.

Взгляд Филда стал твёрдым.

***

Когда Вэнь Чжися спускалась по лестнице вместе с Цинь Цзю и Чжао Вэньту, она вкратце пересказала им содержание разговора с Новией.

Холл внизу опустел, остальные экзаменуемые вернулись на свои посты следить за NPC.

Трое вышли наружу и тут же попали под ледяной дождь.

Похолодало.

Не выйдя на улицу, невозможно было понять, насколько тепло было внутри.

— В доме включили отопление, — сказал Чжао Вэньту, пока они в спешке возвращались внутрь.

Это им сообщил Филд, когда они стояли у двери комнаты Новии.

Войдя в дом, Вэнь Чжися заметила под потолком холла две хорошо замаскированные вентиляционные трубы.

— Отопление есть во всех комнатах? — спросила она.

— Филд сказал, что да, — Чжао Вэньту вытер лицо от капель дождя.

— Так сколько времени Филд провёл в кабинете во второй раз? — перевёл тему Цинь Цзю.

— По словам Новии, около двух минут.

— Это странно. Обнаружить труп — дело одной секунды. Как он мог потратить две минуты? — недоумевал Чжао Вэньту.

Ранее в коридоре он хотел воспользоваться моментом, когда Филд отвлёкся, и напасть на него, подав знак Цинь Цзю, но тот вопреки ожиданиям покачал головой, велев не спешить.

Чжао Вэньту пришлось отступить. Позже он осознал, что Филд связан с NPC-акционером, и поспешная атака могла навредить толстяку Лю Фучану.

Он проникся к Цинь Цзю ещё большим уважением.

Экзаменатор А, стоявший рядом, словно прочитал мысли Чжао Вэньту и тихо усмехнулся. Звук был негромким, но привлёк внимание всех троих.

— Что такое? Великий экзаменатор хочет поучаствовать в обсуждении? — поддел его Цинь Цзю.

— Это же не мой экзамен, — улыбка экзаменатора А мгновенно исчезла.

Вэнь Чжися поспешила вмешаться:

— Насчёт яда, которым отравили профессора, у меня появилась идея после слов Новии.

Оба кивнули, показывая, что слушают.

— Возможно, это ландыш, — спокойно сказала Вэнь Чжися.

Чжао Вэньту охнул:

— Только не говорите, что тот самый...

Вэнь Чжися моргнула, подтверждая его догадку.

— Ландыш — крайне ядовитое растение, ядовито всё, особенно листья. Действующее вещество — конваллятоксин. При попадании в организм вызывает немедленную реакцию: покраснение лица, головную боль, галлюцинации, кожную сыпь, озноб, обильное слюноотделение и, наконец, смерть от сердечной недостаточности. Как и наперстянка, о которой мы говорили вчера, это средство для лечения сердца, но с диаметрально противоположным эффектом.

Чжао Вэньту выглядел так, будто у него рушится мир. Даже лица Цинь Цзю и экзаменатора А выражали крайнюю степень озадаченности.

— Как вы и думаете, ландыши всегда преподносятся как нечто прекрасное, и их действительно используют в важных случаях, например... на свадьбах.

Цинь Цзю мгновенно всё понял.

— Когда планировалась свадьба Новии Петерсон и Уильяма Филда? — спросила Вэнь Чжися.

— Мистер Картер говорил, что Новия станет совершеннолетней в марте, а свадьба намечена на май, — ответил Чжао Вэньту.

Неплохо, удалось выудить полезную информацию, подумала Вэнь Чжися.

— Ландыши как раз цветут весной. Думаю, в саду они должны быть, — она посмотрела в окно.

На улице бушевал дождь, и никто не рискнул бы выйти, чтобы проверить это сейчас.

— И последнее, что заставляет меня подозревать именно ландыш: ходят слухи, что его иногда принимают за дикий чеснок.

После этих слов Вэнь Чжися в холле воцарилась тишина.

***

Ввиду того, что днём произошло убийство, поместье словно окуталось мраком.

Вечером никакой активности уже не предвиделось.

Перекусив тем, что вряд ли могло быть отравлено — бананами и апельсинами, — все разошлись по комнатам.

Около девяти вечера обнаружилось, что вернулся дворецкий, пропавший на целый день.

Он был избит, одежда промокла насквозь, брюки и обувь были в грязи, а сам он весь дрожал.

Цинь Цзю в тот момент сидел в холле с остальными.

Когда дворецкий бросил на него полный ненависти взгляд, Цинь Цзю как раз разрезал ножом апельсин. Заметив этот взгляд, он лишь небрежно ответил тем же, ничуть не изменившись в лице.

В десять вечера все уже лежали в кроватях.

Вэнь Чжися и Чжао Вэньту смотрели в потолок, слушая шум дождя за окном. Трубы отопления тихо шипели.

Чжао Вэньту вдруг заговорил:

— Слушай, мне кажется, ты очень похожа на брата Циня.

— Я похожа на Цинь Цзю? — переспросила Вэнь Чжися и, получив утвердительный ответ, спросила: — Почему?

— Ты не знаешь, когда я был на первом экзамене по математике, только попал в систему, ничего не понимал, был в полном шоке... В тот день один монстр чуть не сжёг нашего товарища, и знаешь что? Брат Цинь просто взял и сжёг этого монстра в ответ. Сегодня я весь день думал об этом, и твои действия с Марседо очень напомнили мне его.

Вэнь Чжися в темноте едва заметно улыбнулась.

Чжао Вэньту продолжал болтать:

— Брат Цинь ещё такой... одинокий. В этом, мне кажется, вы тоже похожи.

Он вспомнил, как два часа назад в холле, когда все ели фрукты, Цинь Цзю внезапно спросил Вэнь Чжися, почему она не поделилась догадками с остальными.

Вэнь Чжися ответила, что если он хочет, может рассказать им — она не против.

Цинь Цзю с интересом спросил, не боится ли она, что тогда вся слава достанется ему.

На что Вэнь Чжися ответила:

— Они всё равно мне не верят, рассказывать им бесполезно. Только вы двое мне доверяете.

Вспомнив об этом, Чжао Вэньту почувствовал себя невероятным счастливчиком: его окружают такие крутые ребята.

Вэнь Чжися слушала его ещё долго, пока он как заботливая мамочка перечислял подвиги Цинь Цзю.

Она закрыла глаза, притворяясь спящей.

Голос Чжао Вэньту становился всё тише, пока не перешёл в ровное, глубокое дыхание.

Неизвестно, сколько времени прошло, но Вэнь Чжися услышала, как внизу пробили полночь.

Дождь за окном стих.

Ещё один день экзамена по химии остался позади.

***

Вэнь Чжися тщательно вспомнила все детали прошлой ночи и пришла к выводу, что правило Хэ Юэ о том, что ночью нельзя выходить из комнат, к этому экзамену не относится.

Она всё больше убеждалась: если в условиях задачи нет прямого запрета, а NPC не ограничивают действия, система обычно закрывает на это глаза.

К тому же, ночные вылазки позволяли не отчитываться перед Хэ Юэ.

Подождав ещё немного и убедившись, что храп Чжао Вэньту стал ровным, она тихо поднялась.

Вэнь Чжися положила телефон и длинную свечу в карман своего платья, сняла с подсвечника огарок, почти превратившийся в лужицу воска. Керосиновую лампу она решила оставить спящему Чжао Вэньту.

Она осторожно закрыла дверь, прислушалась — вроде бы никого не разбудила.

На ощупь, ориентируясь на лунный свет, отражающийся от хрустальной люстры, Вэнь Чжися спустилась на первый этаж.

Оказавшись внизу, она зажгла свечу, капнула воском на подсвечник и закрепила её.

На первом этаже никого не было, можно было не осторожничать.

Сначала она зашла на кухню в западном крыле. На доске для объявлений всё ещё красовалось меню: «Закуска перед обедом: густой чесночный суп».

Кухня была пуста. Вэнь Чжися осмотрела кастрюли и утварь — всё было вымыто до блеска, никаких следов.

Затем она отправилась в котельную по соседству.

Рабочий, подбрасывавший уголь в печь, спал, прислонившись к стене, и храпел как паровоз.

Системы отопления и горячего водоснабжения были раздельными, печи — тоже. На отопительной печи висел огромный вентилятор, нагнетающий горячий воздух в трубы.

В углу лежали горы угля, на полу было грязно. Вэнь Чжися лишь заглянула в дверь, не входя.

По другую сторону котельной была каморка рабочего. Дверь была приоткрыта, внутри никого.

Стоило Вэнь Чжися войти, как в нос ударил резкий запах пота. Она с трудом подавила рвотный позыв и осмотрелась. Мебель была скудной: старая железная койка и маленькая плитка, уже остывшая.

В северной стене была маленькая дверца, запертая на засов — вероятно, выход наружу.

Вэнь Чжися пробыла там не больше минуты, но у неё уже темнело в глазах от удушливого запаха.

Собираясь уходить, она заметила на двери листок бумаги. Приоткрыв её, чтобы впустить свежий воздух, она поднесла свечу к пожелтевшему листу.

На нём неровным почерком, карандашом, было написано расписание:

5:30 — подъём

6:00 — завтрак

6:30-11:00 — забор угля на западе острова

11:00-13:00 — разгрузка и рубка угля

13:00 — обед

14:00 — растопка печей

15:00 — подготовка горячей воды

18:00 — ужин

0:00 — прекращение подачи горячей воды, отдых

Выйдя из каморки, Вэнь Чжися сделала несколько глубоких вдохов, чтобы прочистить лёгкие.

В этот момент она заметила слабый свет в конце восточного коридора, в маленькой гостиной, где была утром.

Кто может быть там в такое время?

Вэнь Чжися постаралась ступать как можно тише, погасила свечу и, прижимаясь к стене, бесшумно двинулась к гостиной.

Она прислушалась — тишина.

Рискнув, она осторожно заглянула внутрь.

От увиденного она едва не вскрикнула, в последний момент успев закрыть рот рукой.

На журнальном столике лежал человек!

Сердце Вэнь Чжися бешено колотилось, стук отдавался в ушах в этой пугающей тишине.

Собравшись с духом, она посмотрела ещё раз.

Это был профессор Петерсон.

Гостиную превратили во временный морг.

http://bllate.org/book/23234/2493627