Этой ночью Пэй Цзинь снова не мог уснуть.
Он сидел на балконе, прислонившись к перилам, слегка прикрыв глаза. В его облике проступала редкая для него расслабленность.
Бессонница мучила его с тех самых пор, как он попал в Яньчан, где ему приходилось бороться за выживание. Поначалу он не спал из опасения, что кто-то из недоброжелателей воспользуется моментом и нанесет удар исподтишка, но со временем это стало привычкой.
Пэй Цзинь рассеянно посмотрел на ночной сад, где патрулировали охранники, медленно потер пустое запястье и тяжело вздохнул. Он был уверен, что его кодовый жетон никогда не окажется в чужих руках. Стать чьим-то рабом изначально не входило в его планы. Если бы он оставался под контролем Яньчана, то, как только ситуация в его пользу стабилизировалась бы, у него нашлось бы немало способов сбежать при поддержке нужных людей. Но оказаться купленным — значит отдать контроль в руки одного-единственного хозяина, что делало его положение крайне уязвимым и создавало массу новых проблем.
Однако вышло иначе. Сделка состоялась, и кодовый жетон перешел к покупателю. Хуже всего было то, что он сам напросился на этот результат. Пэй Цзинь снова глубоко вздохнул. Он до сих пор не мог понять, почему в тот вечер в Яньчане, встретившись взглядом с Вэнь Янем, он вдруг потерял голову и продал себя. Он прекрасно видел, что Вэнь Янь изначально хотел выбрать Цзян Ваннаня, а не его. Это он сам, предпочтя стерпеть побои, первым заговорил с ним и даже приложил усилия, чтобы продемонстрировать свою полезность и преданность, заставив Вэнь Яня купить именно его.
Он до сих пор помнил взгляд, который бросил на него Цзян Ваннань перед тем, как его увели. Казалось, на его лице было написано: «Приятель, ты что, с ума сошел?»
Пэй Цзинь недовольно нахмурился, потер переносицу и в третий раз с досадой вздохнул.
Внезапно тишину ночи нарушил резкий звук — это ожил лежавший рядом телефон. Пэй Цзинь удивленно повернул голову. Этот телефон дал ему Вэнь Янь всего несколько дней назад, и в списке контактов значился только он один. Сомнений в том, кто звонит, не было. Но… посреди ночи? Пэй Цзинь помедлил несколько секунд, ощутив неприятное предчувствие. Нахмурившись, он взял трубку и без колебаний ответил.
— А-Цзинь.
В динамике послышался голос Вэнь Яня — легкий, почти невесомый, в точности такой, каким он пользовался, притворяясь слабым перед Ли Се. Но Пэй Цзинь сразу почувствовал неладное.
— Молодой господин?
Он вскочил на ноги и, распахнув балконную дверь, направился прямо по переходу, соединявшему их комнаты. Вэнь Янь специально распорядился проложить этот путь, чтобы Пэй Цзинь мог прийти по первому же зову.
— Приходи ко мне, сейчас же.
Когда прозвучали эти слова, Пэй Цзинь уже отпирал дверь в конце коридора. Он быстро сбросил вызов, и, как только его взгляд упал на лежащего на боку Вэнь Яня, он нахмурился. Вид у того был пугающий.
— Молодой господин!
Пэй Цзинь широким шагом подошел к кровати и наклонился, чтобы помочь ему, но отпрянул, почувствовав исходящий от тела жар.
— У вас жар?
Он потянулся было ко лбу Вэнь Яня, но тот перехватил его запястье.
— А-Цзинь?
Вэнь Янь казался полубессознательным. С трудом приоткрыв глаза, он несколько мгновений пытался сфокусироваться, а убедившись, что это Пэй Цзинь, снова их закрыл и быстро заговорил:
— Немедленно иди в пятую гостевую комнату с конца, позови доктора Лу.
Он тяжело перевел дыхание и добавил:
— Запомни: подними шум, сделай так, чтобы все знали, что мне плохо, но, кроме доктора Лу, никого не пускай.
Пэй Цзинь коротко отозвался и бросился вон из спальни.
Вэнь Янь после этих слов погрузился в полузабытье. Неизвестно, сколько прошло времени, когда он почувствовал, как кто-то бережно поправляет его положение. Он снова с трудом приподнял веки. Перед ним было лицо Пэй Цзиня. Он впервые видел его таким: лицо мрачное, брови сдвинуты к переносице, губы плотно сжаты — выражение крайнего беспокойства, которое тот пытался скрыть за маской строгости. Если бы не невыносимая боль в теле, Вэнь Янь рассмеялся бы.
Он едва заметно улыбнулся и перевел взгляд чуть в сторону, где на краю кровати, всклокоченный и сонный, сидел доктор Лу Ибай в пижаме с помятым воротом — видимо, Пэй Цзинь вытащил его из постели силой. Вэнь Янь перевел дыхание. Убедившись, что в комнате нет никого лишнего, он снова закрыл глаза.
— …Старая болезнь… Слишком много лекарств раньше… Это побочный эффект… — доносились до него обрывки фраз. — …Все тело болит, сначала жар, а во второй половине ночи начнется озноб… Если он разрешит тебе остаться, присматривай за ним… Нет, только снотворное… Оно не помогает…
Вэнь Янь был слишком слаб, чтобы понять, терял ли он сознание снова. В полузабытьи он чувствовал лишь, как кто-то дает ему таблетку. Он даже не запомнил, когда ушел Лу Ибай, держась из последних сил, чтобы не провалиться в полную темноту.
Наконец чья-то рука коснулась его нахмуренных бровей.
— Молодой господин, отдыхайте, — донесся до него низкий, знакомый голос, а на ухо дохнуло теплом. — Я здесь, никого не впущу.
Напряженные струны души Вэнь Яня наконец ослабли. Лекарство подействовало, дыхание стало ровным, и он уснул.
Пэй Цзинь сидел на краю кровати. Его взгляд, устремленный на Вэнь Яня, был темен, как ночное небо. Вэнь Янь был бледен как полотно — даже бледнее, чем тогда, когда притворялся больным. И это было лишь побочным эффектом постоянного приема лекарств. Лу Ибай сказал, что такие приступы случаются непредсказуемо, и с каждым разом боль становится все сильнее.
Значит, Вэнь Янь семь лет притворялся, переживая бесчисленные приступы мучительной боли, только чтобы выжить в этом Клане Ли, который его породил. Настоящее испытание на выживание. Кто не знал, мог бы подумать, что Вэнь Янь — подкидыш из семьи злейших врагов.
Пэй Цзинь зло усмехнулся. Вряд ли Ли Хуайли, который, по слухам, так любит своего второго сына, — человек, заслуживающий доверия.
Пэй Цзинь потер пальцами подушечки ладоней и тяжело вздохнул. Долго глядя на Вэнь Яня, он наконец пришел в себя, встал, намочил полотенце в ванной и, вернувшись, принялся бережно стирать холодный пот со лба больного.
В этот момент, наклонившись, он краем глаза заметил знакомый предмет в углу у ножек кровати. Пэй Цзинь замер. Он перевел взгляд на кодовый жетон, который наполовину выглядывал из-под тумбочки, и на несколько секунд перестал дышать. Уникальная флуоресцентная метка Яньчана едва заметно светилась в полумраке.
Настоящий кодовый жетон из Яньчана. Похоже, Вэнь Янь выронил его, когда ему внезапно стало плохо.
Но…
— А что, если я скажу тебе, что еще долгое время буду испытывать тебя, даже подозревать? Что бы ты тогда подумал?
Стоило ему увидеть жетон, как в голове всплыл недавний вопрос Вэнь Яня. Случайность? Или проверка?
Взгляд Пэй Цзиня стал жестким. Даже если это проверка, сейчас лучший момент, чтобы забрать жетон. Как только он окажется у него, он станет свободным от контроля Вэнь Яня. Если воспользоваться слабостью хозяина, можно попытаться разорвать связь между Яньчаном и Вэнь Янем, сохранив при этом шаткое равновесие… А потом уже думать, что делать дальше…
Пэй Цзинь выпрямился, глядя на жетон, его лицо становилось все холоднее. За десять секунд в голове пронеслись тысячи мыслей. Затем он снова посмотрел на мертвенно-бледное лицо Вэнь Яня. Губы Пэй Цзиня превратились в тонкую линию.
Спустя долгое время он медленно наклонился к жетону. Зажав в пальцах холодный металл, он машинально потер его. Это вещь, которая держала в руках его жизнь и смерть. Эта мысль эхом отдавалась в сознании. Он снова замер в нерешительности.
Когда Вэнь Янь, чувствуя новую волну боли, во сне напрягся и задрожал, Пэй Цзинь пришел в себя. Он в который уже раз за ночь тяжело вздохнул. Сев обратно на край кровати, он опустил взгляд, и в его лице промелькнула вынужденная покорность.
Сжимая жетон в руке, он наклонился к Вэнь Яню и надел его обратно на запястье молодого господина, после чего снова взял полотенце, чтобы стереть проступивший пот.
Однако под утро, как и предупреждал Лу Ибай, жар спал, но начался мучительный озноб. Пэй Цзинь прибавлял температуру в комнате, приносил новые одеяла, но состояние Вэнь Яня не улучшалось. Пэй Цзинь уже весь взмок от жары, а Вэнь Янь продолжал биться в конвульсиях под одеялами.
Он молча стоял у кровати, помрачнев еще сильнее. Вэнь Янь, открыв глаза, увидел его таким.
— Все в порядке, — прошептал он, превозмогая разрывающую тело боль, и слабо улыбнулся. — Переживу эту ночь, и все пройдет.
Как только эти слова прозвучали, лицо Пэй Цзиня стало холодным, как лед. Он ничего не ответил, лишь плотнее сжал губы, наблюдая за дрожащим телом Вэнь Яня.
А что, если согреть его своим теплом?..
Что?
Эта странная мысль вспыхнула в голове, и, осознав всю нелепость своего предположения, Пэй Цзинь едва не окаменел. Должно быть, он слишком долго пробыл в Яньчане, и вся эта грязь, что творилась там, начала влиять на его разум.
Найдя оправдание своим мыслям, он снова встретился взглядом с Вэнь Янем. В душе вспыхнуло острое чувство вины. Он поспешно отвел глаза.
— Я пойду приготовлю горячей воды, возможно, ванна поможет, — бросил он и, не дожидаясь ответа, развернулся и широкими шагами направился в ванную.
Вэнь Янь остался лежать на кровати, с недоумением глядя на его спину, которая почему-то выглядела так, будто Пэй Цзинь в панике бежал прочь.
http://bllate.org/book/23381/2514827
Готово:
