Инь Биюэ, хоть и не сомкнул глаз за всю ночь, на утреннее собрание пришел бодрым. Он держался прямо, а его взгляд был ясным и чистым.
Лю Цишуан, глядя на него, почувствовала огромное облегчение:
— Похоже, младшему брату стало гораздо лучше.
Инь Биюэ кивнул:
— Благодарю старшую сестру за заботу. — Затем он перевел взгляд на Цзюнь Юя и Дуань Чунсюаня: — Благодарю старшего брата и пятого брата.
Он благодарил их за посещения в темнице и заступничество перед судом. Хотя методы помощи Лю Цишуан и Дуань Чунсюаня оказались несколько своеобразными, результат был достигнут.
Лю Цишуан, встретившись со спокойным и искренним взглядом юноши, ощутила укол совести. Ей казалось, что прежде она не до конца исполняла свой долг старшей сестры, да и в этот раз почти ничего не сделала, а юноша, пережив столько страданий, все равно искренне благодарит их. Его душевные качества были поистине безупречны.
Собрание, само собой, проходило в Первом дворе Цзюнь Юя. Столы и стулья, как и всегда, предоставил Дуань Чунсюань. Инь Биюэ, поблагодарив всех, посмотрел на Цзюнь Юя. Он понимал: раз уж они собрались, значит, старшему брату есть что сказать.
Молодой человек в черном сидел прямо, словно обнаженный меч, готовый в любой миг покинуть ножны, от него веяло холодом. Он посмотрел на младших братьев и произнес:
— Через три месяца на горе Чунмин состоится Собрание срывания цветов. Вы двое должны туда отправиться.
Поскольку он говорил редко, голос его звучал отрывисто, а тон был сухим и жестким.
Лю Цишуан добавила:
— Тысячелистный лотос из Светлого озера помогает избавиться от тревог и печалей. К тому же для вас обоих настало время покинуть пик и отправиться в странствие.
Инь Биюэ внезапно вспомнил слова наставника о том, что ему лучше отправиться на юг. А гора Чунмин как раз находится на Южных землях. Все происходит так быстро.
Собрание срывания цветов — это состязание за тысячелистный лотос в Светлом озере. Все озеро, сотни гектаров, покрыто листьями лотоса, но цветок на нем распускается лишь один и только раз в десять лет. Десять лет — срок для бессмертного небольшой, но ждать никто не хочет. Лотос впитывает духовную энергию горы Чунмин, он не только очищает мысли и успокаивает дух, но и очищает тело, закладывая прочный фундамент для будущего совершенствования. Для тех, кто еще не достиг ступени Малой колесницы, лучшего сокровища не найти.
Победитель восходит на гору и срывает цветок — отсюда и название Собрания. По решению всех школ, к участию допускаются те, кто уже прошел стадию Очищения костного мозга, но еще не достиг ступени Малой колесницы. Для тех, кто выше, этот цветок бесполезен, а для тех, кто ниже — слишком опасен, так как они не смогут усвоить его мощную энергию.
Собрание по очереди проводят три школы одной горы и два буддийских монастыря. Со временем оно превратилось в грандиозный турнир для молодых талантов. Бесчисленные одаренные юноши преодолевают тысячи ли, чтобы не только получить лотос, но и прославиться. Для великих сект это повод укрепить влияние и прощупать силы друг друга.
Гора Цанъя участвовала всегда, но пик Сихуа — никогда. Решение Цзюнь Юя было продиктовано прежде всего болезнью Инь Биюэ. Лю Цишуан согласилась: и для лечения, и для опыта Собрание — отличный вариант.
Трое учеников Меченосца — Цзюнь Юй, Лю Цишуан и Янь Син — никогда не посещали это собрание, что звучит невероятно. Цзюнь Юй, старший ученик, стал известен до появления Собрания, а когда начал странствовать, уже достиг ступени Малой колесницы. Лю Цишуан собиралась ехать, но в тот год началось возрождение дворца Цюн, и она вместе с главой школы отправилась на войну. Янь Син же, посетив Собрание, счел, что никто ему не ровня, и ушел, не найдя интереса.
Но правда в том, что о подвигах учеников Меченосца большинство лишь слышали, но мало кто видел их в деле. Если Инь Биюэ и Дуань Чунсюань поедут, они будут представлять не только Цанъя, но и пик Сихуа, самого Меченосца. Впервые за сто лет его ученики официально предстанут перед миром. Не в сухих записях архивов, не в преувеличенных байках сказителей, а в честном бою, лицом к лицу с такими же одаренными юношами.
Инь Биюэ стало тяжело на душе. Он понимал: на кону не только его личная победа, но и репутация его непутевого учителя.
Лю Цишуан же смотрела на это иначе. Она считала, что странствия и поединки расширят кругозор младшего брата, помогут ему увидеть мир и забыть о том, что случилось с Ло Минчуанем. Его нынешняя наивность — следствие замкнутой жизни. Ему нужно взрослеть, пусть даже через испытания. Она улыбнулась:
— Юноша должен иметь острый меч в сердце.
Инь Биюэ с трудом сдержал гримасу. Если сложить годы всех его прошлых жизней, то эта фраза должна звучать так: Старый черт должен иметь острый меч в сердце.
Цзюнь Юй, словно угадав его тревогу, добавил:
— Среди участников есть некто с Мечом Ветра и Дождя, он довольно искусен, но остальные не стоят внимания. Бейся в полную силу, никто не сможет тебя одолеть.
Старший брат! Откуда такая уверенность во мне?! Я же не ты! Я всего лишь на поздней стадии Сосредоточения духа!
Инь Биюэ пребывал в унынии. Тот самый мастер с Мечом Ветра и Дождя по имени Чжун Шань гремел на все Южные земли. В двадцать лет он прорвался сквозь барьер и считался первым среди тех, кто ниже Малой колесницы. Школа Цинлу считала его своим величайшим талантом. А в устах Цзюнь Юя он удостоился лишь скупого довольно искусен.
Впрочем, Инь Биюэ был благодарен: ради него старший брат произнес целую длинную фразу! Дуань Чунсюань рядом даже просиял, явно ожидая продолжения. Инь Биюэ вздохнул, но торжественно произнес:
— Старший брат, вторая сестра, не беспокойтесь. Я приложу все силы, не посрамлю имя Сихуа и присмотрю за пятым братом!
После этих слов Лю Цишуан изумленно замерла, а Цзюнь Юй на мгновение опешил. Инь Биюэ не понимал, что не так. Он старше Дуань Чунсюаня по статусу, его уровень выше, конечно, он должен присматривать за ним!
Дуань Чунсюань со смешком поклонился:
— Тогда буду полагаться на старшего брата.
Инь Биюэ оставался в недоумении. Дуань Чунсюань хотел было подшутить, но тут Цзюнь Юй глухо произнес:
— Ло Минчуань пришел.
Защитные чары пика Сихуа были в руках Цзюнь Юя. Если он сказал, что человек пришел, значит, Ло Минчуань стоит за барьером. Воцарилась тишина. Лю Цишуан нахмурилась:
— Зачем он пришел?
Дуань Чунсюань бросил взгляд на Инь Биюэ:
— Наверное... хочет увидеть четвертого брата.
Цзюнь Юй уже был готов выпустить поток мечевой энергии, если тот посмеет сделать шаг вперед. Но к удивлению всех, Инь Биюэ кивнул, словно это было в порядке вещей:
— Тогда я пойду поговорю с ним... Старшие брат и сестра, будут еще дела?
Инь Биюэ не понимал, почему у всех вдруг изменились лица. Как это — злодей не встречается с главным героем? Нужно же знать врага в лицо, чтобы точнее бить по его болевым точкам и успешно идти к своей гибели.
Лю Цишуан выглядела обеспокоенной, Дуань Чунсюань не знал, что сказать. Наконец Цзюнь Юй произнес:
— Идем вместе.
Так ученики пика Сихуа величаво спустились с горы. Хотя их было всего четверо. Но Ло Минчуань был один. По численности они превосходили его. Цзюнь Юй был на полшага от стадии Великого достижения, Лю Цишуан — на ступени Малой колесницы, Ло Минчуань — на ступени Прорыва барьера. По силе они тоже превосходили его.
Инь Биюэ понял: они пришли поддержать его! Но, помня правило, что злодеи, которых поддерживают, плохо кончают, он хотел было отговорить их. Однако, увидев Ло Минчуаня, он лишился дара речи.
Молодой человек перед ним все так же был мягок и статен, но, несмотря на весну, от него веяло глубокой осенней тоской. Глаза ввалились, под ними залегли темные тени, белое даосское одеяние развевалось на ветру, словно пустое. Прошел всего месяц, а он выглядел до крайности изможденным.
Он посмотрел на Инь Биюэ тяжелым взглядом и хрипло произнес:
— Младший брат Инь.
Ло Минчуань думал, что все обдумал, но при виде юноши слова застряли в горле. Утром он увидел сообщение от Цзюнь Юя о том, что двое учеников Сихуа едут на Собрание. Инь Биюэ. Одно воспоминание о том, как юноша выглядел в темнице, перехватывало дыхание.
— Наставник, ученик хочет поехать на Собрание срывания цветов.
— Ты и должен был ехать, чего встал на колени?!
— Я хочу поехать вместе с младшим братом Инем.
Чжэн Янцзы молчал. Лишь звук водяных часов эхом отдавался в пустом зале. Наконец он махнул рукой:
— Ступай.
Ло Минчуань отвесил низкий поклон.
Цзюнь Юй и Лю Цишуан молчали. Дуань Чунсюань сделал два шага вперед:
— Старший брат Ло, зачем пожаловали?
Он был вежлив, на лице играла улыбка — придраться не к чему. Инь Биюэ подумал, что роль дипломата Сихуа идеально подходит Дуань Чунсюаню.
Ло Минчуань посмотрел на юношу:
— Я пришел, чтобы отправиться на Собрание срывания цветов вместе с младшим братом Инем.
Он не был косноязычен. Он блестяще выступал на дискуссиях и умел сплотить людей в беде. Но сейчас каждое слово давалось ему с трудом.
Лю Цишуан холодно отрезала:
— Это невозможно.
Лицо Ло Минчуаня стало пепельно-бледным. Он больше не мог ничего объяснить. Тогда он проколол палец духовной силой. Алые капли крови впитались в землю, и он произнес каждое слово отчетливо:
— Я, Ло Минчуань, клянусь: я добуду для младшего брата Иня тысячелистный лотос из Светлого озера, иначе да лишусь я пути к совершенствованию навеки!
Клятва на крови сердца. Мало кто решается на такое, ведь это огромная потеря жизненных сил, не говоря уже о последствиях нарушения. Это была клятва ценой жизни.
Лю Цишуан была потрясена. Дуань Чунсюань сложил веер, прищурившись:
— Старший брат Ло, такими словами не разбрасываются.
Даже холодный Цзюнь Юй дрогнул. Губы молодого человека лишились всякого цвета. Он смотрел прямо на юношу, и в его отчаянных глазах теплилась слабая надежда:
— Младший брат, ты веришь мне?
Все посмотрели на Инь Биюэ. А затем увидели, как он слегка кивнул.
http://bllate.org/book/23403/2519833
Готово:
