Атмосфера внезапно затихла. Цинь Чу ошарашенно смотрела на человека, который только что посмотрел на неё.
Взгляд Цю Цзиньнин на мгновение задержался на ней. Перед глазами предстала стройная фигура в алом, с иссиня-черными волосами и благородными чертами лица. На её белом, чистом лице читалось полное смятение.
— Благодарю вас, госпожа графиня, за внимание, но тот, кто дорог моему сердцу, здесь не присутствует. Не смею утруждать вас заботой о моих делах, — произнесла Цю Цзиньнин. В глубине души у неё теснились тысячи мыслей, но она не могла высказать их вслух, не могла снова подставить Цинь Чу под удар.
Графиня Аньго перевела взгляд с Цю Цзиньнин на Цинь Чу, не стала больше расспрашивать и молча подняла бокал.
В зале снова возобновился шум, звенели кубки. Выпив несколько порций вина, гости, видя, что графиня по-прежнему приветлива и улыбчива, расслабились, и зал постепенно наполнился оживлением.
Цинь Чу угрюмо пила вино. Никто не знал, что в тот самый миг, когда Цю Цзиньнин посмотрела на неё, в её душе бушевал ураган. Но всё оказалось напрасными надеждами — лишь черные тучи, затянувшие небо, да холодный пронизывающий ветер.
Тот, кто дорог её сердцу, не здесь. Это не второй принц, но и не она.
Цю Цзиньнин послушно пригубливала вино каждый раз, когда графиня поднимала бокал. Даже прикладывая все силы, чтобы сдержаться, она выпила три чаши, и на её щеках проступил нежный румянец.
К концу пира её глаза покраснели, подернувшись дымкой. Руки, спрятанные в широких рукавах, были сжаты в кулаки, ногти до боли впивались в ладони, а на лбу выступил холодный пот.
Любовный яд, похоже, начал действовать…
Она подавляла внутреннее беспокойство, повернула голову к Цинь Чу и, когда та подняла взгляд, посмотрела на неё с глубоким смыслом. Цю Цзиньнин закусила губу, сдерживая стон. Боль терзала её разум, который вот-вот был готов рухнуть.
Цинь Чу мгновенно поняла смысл этого взгляда: терпение, невыразимая мука.
Любовный яд вышел из-под контроля…
Не успела она придумать предлог, чтобы увести Цю Цзиньнин, как графиня Аньго поднялась со своего места:
— Я состарилась и немного утомилась, не буду больше мешать вам, молодежи.
— Почтительно провожаем графиню.
Все снова опустились на колени в поклоне и поднялись лишь тогда, когда графиня покинула зал. Как только она ушла, Цинь Чу и Цю Цзиньнин поспешили откланяться.
Супруга князя Вэй ухватила её за рукав:
— Сестрица Цинь, вы уже уходите? Я так хотела еще поболтать с вами. Завтра обязательно выделите время, мы вместе навестим графиню.
Цинь Чу, временно задержанная, увидела, что Цю Цзиньнин вышла из зала первой и, поддерживаемая верной Люй Яо, села в карету. Она немного успокоилась:
— Раз у княгини есть такое желание, я найду время, как бы ни была занята. Увидимся завтра.
Среди присутствующих её статус был самым низким, отказать было невозможно. Супруга князя Вэй усадила её рядом и неторопливо произнесла:
— Ну зачем же такая холодность? Мы с вами связаны судьбой, называйте меня сестрицей Чу, так будет проще.
Цинь Чу бросила взгляд на карету у входа. Она всё еще стояла на месте, словно дожидаясь её, и она машинально ответила:
— Сестрица Чу.
В следующую секунду она резко вскочила, заметив, как второй принц направляется к карете. Супруга князя Вэй, проследив за её взглядом и увидев спину принца, приподняла бровь:
— Сестрица Цинь, не спешите, я хочу представить вас еще одному человеку.
Она хотела познакомить её со старшим принцем, своим супругом. Тот, кто завладеет Девой Феникса, завладеет миром — старший принц был полон решимости заполучить эту девушку.
— Сестрица Чу, мне нездоровится, давайте в другой раз.
Но княгиня не слушала её, крепко схватила за руку и потащила к соседнему столу.
Тем временем снаружи второй принц, увидев, что Цю Цзиньнин вышла, помедлил, сделал вид, что захмелел, и последовал за ней.
— Госпожа Цю, можно вас на минуту? — Он подошел к другой стороне кареты, скрывшись от глаз охраны в зале, и позвал через опущенную штору.
Внутри кареты Люй Яо, видя, что с её госпожой творится что-то неладное, дважды позвала её, но ответа не последовало. Цю Цзиньнин лишь до боли сжимала её руку. Служанка взяла на себя смелость отказать:
— Моей госпоже нездоровится, господин, приходите в другой раз.
Она не входила в зал и не знала, кто такой этот принц. Второй принц, помня слова Цю Цзиньнин о том, что её возлюбленный не здесь, уже не собирался так просто отступать. Он заявил служанке:
— Я — второй принц, мой титул — Сянь. Как вы смеете проявлять дерзость? Пусть госпожа Цю выйдет и встретится со мной.
Какая-то жалкая служанка смеет преграждать ему путь!
Услышав титул, Люй Яо задрожала от страха и снова обратилась к Цю Цзиньнин:
— Госпожа, снаружи принц Сянь. Как вы себя чувствуете? Можете ли вы выйти?
Цю Цзиньнин судорожно вздохнула, крепче сжала руку Люй Яо и едва приподняла голову:
— Подними штору, я поговорю с ним.
Когда штора поднялась, второй принц увидел её. Глаза красавицы влажно блестели, щеки пылали, взгляд был затуманен, что вызывало невольное волнение.
— Ваше Высочество, вы должны понимать, что нам не подобает встречаться, особенно когда вокруг столько глаз, — Цю Цзиньнин изо всех сил пыталась контролировать себя, но голос предательски дрожал, звуча мягко и соблазнительно.
Второй принц вздрогнул, вино, выпитое ранее, словно ударило в голову:
— Госпоже Цю нездоровится?
— Мне вполне хорошо.
— Вы же знаете, что здесь полно соглядатаев, лучше позвольте мне войти. — Не дожидаясь ответа, он запрыгнул в карету.
Люй Яо осмелилась преградить ему путь, но была сброшена вниз ударом ноги:
— Дерзкая рабыня, прочь!
Охрана принца оттолкнула кучера и сама взяла управление каретой на себя. Принц не ошибся: состояние Цю Цзиньнин было странным, она вела себя как наложница, принявшая возбуждающее зелье.
Люй Яо, получившая удар в грудь, превозмогая боль, тут же вскочила. Видя, что карета уезжает, она бросилась обратно в ресторан. Она понимала, что в одиночку против охраны принца не выстоит, нужно звать на помощь.
Толстушка! Госпожа Цинь! Только эта мысль билась у неё в голове.
— Госпожа Цинь, мою госпожу похитил второй принц! — закричала Люй Яо, врываясь в зал и указывая на удаляющуюся карету.
— Что? Госпожу Цю похитили! — Гуаньцзы, услышав это, не заботясь о приличиях, бросилась к Цинь Чу.
Цинь Чу, которая всё еще вела светские беседы, отчаянно переживала за Цю Цзиньнин. Услышав слова служанки, она сорвалась с места, даже не попрощавшись.
Выскочив наружу, она бросила свой кошелек первому попавшемуся кучеру, запрыгнула в чужую повозку и развернула её в погоню.
Гуаньцзы бежала следом, задыхаясь:
— Госпожа, вы же не умеете управлять лошадьми! Осторожнее!
На улице Чжуцюэ карета неслась, не разбирая дороги, прохожие в страхе разбегались.
В карете Цинь Чу второй принц, охваченный желанием, схватил Цю Цзиньнин за руку:
— Госпожа Цю, где именно вам плохо? Я могу помочь.
Он улыбался, глядя на неё затуманенным взглядом, и сглатывал слюну. Цю Цзиньнин закусила губу, пытаясь высвободить руку, но он держал крепко.
— Ваше Высочество, если хотите добиться успеха, отпустите меня, — прошептала она. От напряжения и действия яда она прикусила губу до крови.
Второй принц, увидев капельку крови на её бледной коже, пришел в еще большее возбуждение. Он рывком притянул её к себе:
— Успех? У меня есть одно важное дело прямо сейчас. Если вы умны, то знаете, что выбрать. Я вас не обижу.
Цю Цзиньнин, чувствуя отвращение, попыталась отвернуться:
— Отпустите меня.
Второй принц усмехнулся и повернул её лицо к себе:
— Мне плевать, кто был в вашем сердце раньше. С этого момента там буду только я.
Он склонился к её губам. В этот момент кучер доложил:
— Ваше Высочество, за нами погоня.
— Возвращайтесь во дворец, не обращайте внимания, — раздраженно бросил принц.
Пока они говорили, Цю Цзиньнин резко оттолкнула его. В её руке блеснула серебряная заколка.
— Отпустите меня, иначе я не живой покину эту карету! — В её глазах застыл холод. Заколка, которую она сжимала с невероятной силой, уже проколола кожу на шее.
Боль прояснила её разум. Второй принц нахмурился:
— Цю Цзиньнин, не будьте безрассудны. Я обещаю хорошо к вам относиться, не испытывайте мое терпение.
Цю Цзиньнин медленно начала выбираться наружу, сильнее вдавливая острие в шею. Кровь потекла по заколке, окрашивая рукав платья. Казалось, она не чувствует боли.
— Испытываете терпение всегда вы, Ваше Высочество, — твердо произнесла она.
Она была дочерью уездного судьи, лучшей ученицей, приехавшей в столицу с мечтой служить стране. Она долго терпела, но больше не желала унижаться.
Второй принц был поражен её решимостью:
— Что вы делаете? Я не хочу применять силу, уберите заколку, давайте поговорим.
Цю Цзиньнин молчала. Внезапно раздался грохот — карета Цинь Чу, не умевшей управлять лошадьми, на полном ходу врезалась в карету принца.
— Не останавливаться, во дворец! — крикнул принц, узнав голос Цинь Чу.
Карета снова рванула с места. Цю Цзиньнин, добравшись до края, обернулась, горько улыбнулась и, не раздумывая, спрыгнула на полном ходу.
— Цю Цзиньнин!
— Цю Цзиньнин!
http://bllate.org/book/23407/2520214
Готово:
