1. Сердце границы: Вэй Усянь, желая защитить души и письма, решает использовать силу Короля Призраков, чтобы очертить границы центральной части Лунцзанган.
После инцидента с бродячими заклинателями, пытавшимися выведать тайну писем, Вэй Усянь всё отчетливее осознавал: Лунцзанган полон опасностей, и одними лишь временными оборонительными мерами или пассивным отпором письма и скитающиеся души долго не уберечь.
Он сидел в картофельном погребе, кончиками пальцев касаясь щели в каменной стене, где были спрятаны письма. Якорь Сердца подернулся легким жаром, вторя его мыслям — ему была нужна зона абсолютной безопасности, чистая земля, где письма могли бы храниться в покое, а души — обрести приют. Как только эта мысль оформилась, она, словно искра, попавшая в сухую траву, охватила всё его сознание.
Раз уж он принял свою сущность Короля Призраков и овладел силой, способной сливаться со Злобой, почему бы не использовать её, чтобы создать собственную область для себя и того, что ему дорого? Это позволило бы не только отражать вторжения извне, но и питать жизнь внутри границ, навсегда избавив сердце Лунцзанган от клейма проклятого места.
— Решено, — Вэй Усянь открыл глаза, и Печать Короля Призраков на его лбу вспыхнула решительным алым светом.
Он поднялся, прошел в центр погреба и медленно поднял руки. Окружающая его Злоба начала бурлить, но теперь она больше не была хаотичной. Она обрела ясную цель: используя картофельный погреб как центр, а места скопления душ как границы, он начал возводить свой собственный Домен Короля Призраков.
2. Злоба как преграда: Вэй Усянь направляет окружающую Злобу, превращая её в полупрозрачный темный барьер, охватывающий погреб и места скопления душ.
По мере того как Вэй Усянь продолжал вливать духовную силу, Злоба, словно прилив, начала распространяться во все стороны. Подчиняясь его воле, она стремительно сгущалась вокруг погреба и обители духов. Сначала это были лишь тонкие нити черного тумана, но вскоре они сплелись в огромную сеть, которая уплотнялась и крепла, пока не превратилась в полупрозрачный барьер, накрепко отгородивший центральную зону.
Этот барьер отличался от обычных защитных чар: по его поверхности бежали узоры, подобные тем, что были на Печати Короля Призраков. Каждая линия медленно вращалась, словно живое существо, вбирая и выдыхая окружающую свободную Злобу. Края барьера светились мягким светом — он не атаковал первым, но обладал незыблемым величием: любое существо или дух, приближавшиеся с дурными намерениями, мгновенно распознавались, запуская защитный механизм.
Паря в центре барьера, Вэй Усянь ясно ощущал всё, что происходит внутри: души мирно отдыхали под его защитой, письма в щели стены излучали слабое Бессмертное сияние, и даже корни трав под землей едва заметно подрагивали, напитываясь этой энергией. Он медленно опустил руки — барьер окончательно стабилизировался, став невидимым щитом, полностью отделяющим сердце Лунцзанган от внешних угроз. Теперь, стоя в центре своего домена, окутанный мягкими потоками Злобы, с горящей на лбу печатью, он по-настоящему обрел величие владыки этих земель.
3. Первые ростки жизни: Злоба внутри домена смягчается и пробуждает жизнь в сухой земле.
Как только барьер стал стабильным, Злоба внутри него преобразилась — холодный черный туман под контролем Вэй Усяня лишился своей ярости, став мягким и питательным. Эти потоки просочились в почву, переплетаясь с остатками Бессмертного сияния от талисманов клана Лань, и образовали уникальную энергию, которая начала бережно питать растения.
Первой ожила трава у входа в погреб. Желтые, иссохшие стебли под воздействием Злобы и Бессмертного сияния начали зеленеть. У корней примятых трав проклюнулись крошечные побеги, на которых в утреннем свете дрожали капли росы. Затем проснулись кустарники в месте скопления душ — на сухих ветвях пробились редкие листочки. Пусть их было немного, но они разрушили гнетущую тишину Лунцзанган.
Вэй Усянь подлетел к лужайке и опустился на землю, его духовное тело приняло очертания человека. Кончиками пальцев он коснулся нежного ростка, и тот качнулся в ответ, словно приветствуя его доброту. В глазах Вэй Усяня мелькнуло изумление — он никогда не думал, что сила Короля Призраков может не только разрушать и защищать, но и дарить жизнь. Это открытие углубило его понимание собственной силы и укрепило решимость оберегать это место. Духи, заметив перемены, проснулись и начали кружить вокруг молодых побегов, и в их глазах любопытство постепенно вытесняло страдание. Впервые за долгое время сердце Лунцзанган наполнилось дыханием жизни.
4. Голубая тень в домене: Лань Ванцзи вновь посещает это место и замечает, что Злоба больше не источает ярости.
В тот же день после полудня Лань Ванцзи, следуя за знакомым дыханием духа, вновь прибыл в центр Лунцзанган. Едва приблизившись к погребу, он почувствовал неладное: раньше здесь всегда ощущалась густая, яростная Злоба, но сегодня воздух стал иным — мягким и спокойным, совсем не похожим на привычный Лунцзанган.
Он медленно двинулся вперед и остановился перед невидимой границей — барьером домена, созданным Вэй Усянем. Лань Ванцзи слегка коснулся его пальцами: никакой враждебности, лишь поток мягкой энергии, которая отозвалась эхом в его собственном Бессмертном сиянии. Он замер на мгновение, а затем шагнул внутрь.
В этот же миг он понял причину перемен: Злоба здесь текла послушно, словно прирученный ручей, не проявляя ни капли агрессии и питая землю. Вдали, среди травы, тихо плыли души — в их глазах больше не было злобы, лишь покой. Всё это указывало на один ответ: кто-то взял эту силу под контроль, и эта сила была неразрывно связана с духом Вэй Ина.
— Вэй Ин… — тихо прошептал Лань Ванцзи, и в его темных глазах вспыхнула надежда. Он чувствовал, что от картофельного погреба исходит самое чистое и сильное дыхание — уникальное, принадлежащее только Вэй Ину.
5. Вера в жизнь: Лань Ванцзи видит, как оживает природа, и убеждается, что дух Вэй Усяня не рассеялся.
Лань Ванцзи шел по тропе внутри домена, не отрывая взгляда от земли: среди пожухлой травы зеленели новые ростки, на сухих кустах пробивались почки. Эти крошечные проявления жизни в мертвом Лунцзанган выглядели необычайно ярко и укрепляли его веру.
Он наклонился и коснулся пальцами одного из ростков. На нем всё еще оставались следы Злобы и Бессмертного сияния, переплетенных в единую питательную энергию. Лань Ванцзи всё понял: это была сила Вэй Ина. Только дух, способный принять Злобу и объединить её с Бессмертным сиянием, мог сотворить такое. Раньше, чувствуя присутствие Вэй Ина, он боялся, что это лишь последнее мерцание перед окончательным исчезновением, но теперь, видя жизнь и покой вокруг, он отбросил все сомнения. Способность создать домен, взрастить жизнь и успокоить души означала, что дух Вэй Ина не только не рассеялся, но и стал сильнее, научившись управлять своей мощью.
Лань Ванцзи выпрямился и посмотрел в сторону погреба. В его глазах читались нежность и твердая уверенность. Он знал: Вэй Ин там, в этом созданном им самим домене, копит силы и ждет дня их встречи.
6. Дар для защиты: Лань Ванцзи оставляет талисманы, чтобы укрепить домен, и молча уходит.
Подойдя к погребу, Лань Ванцзи не стал звать Вэй Ина, чтобы не тревожить его. Он просто постоял рядом некоторое время, чувствуя знакомое дыхание духа за стенами, и догадываясь, что Вэй Ин, возможно, наблюдает за ним.
Не произнеся ни слова, он развернулся и направился к границе домена — он хотел сделать хоть что-то для этого места и для Вэй Ина. Достав из мешочка Цянькунь три талисмана клана Лань, он зарыл их с восточной, южной и западной сторон границы. В тот же миг из земли пролилось белоснежное Бессмертное сияние, вплетаясь в темный барьер и создавая еще более прочную сеть. Теперь защита стала надежнее, а энергия — стабильнее, что позволило бы растениям прожить дольше.
Закопав талисманы, Лань Ванцзи в последний раз взглянул на погреб, и уголки его губ тронула едва заметная улыбка. Он не стал ничего говорить и не ждал ответа, просто молча развернулся и пошел прочь по тропе. Его белые одежды постепенно скрылись за границей домена, но он оставил здесь, в этой Чистой земле, всю свою любовь и заботу.
Внутри погреба Вэй Усянь сквозь щель смотрел на удаляющуюся фигуру Лань Ванцзи, а затем перевел взгляд на сияющие талисманы. На душе стало тепло. Он знал: Лань Ванцзи всё понял и теперь по-своему оберегает этот домен, храня их надежду на встречу.
Легкий ветерок пронесся над молодыми ростками, заставляя мягкую Злобу и Бессмертное сияние тихо струиться в воздухе. Вэй Усянь прислонился к стене, и Печать Короля Призраков на его лбу отозвалась мягким светом на мерцание талисманов. Он знал — их встреча уже не за горами.
http://bllate.org/book/23448/2526608
Готово:
