Трехминутного энтузиазма, как и ожидалось, хватило ненадолго. Чу Гэ подавил в душе легкое чувство неловкости и выбросил эту мысль из головы.
18. Снято
— Ваше Высочество, не стоит так убиваться. Следовать за Вами — мое искреннее желание, и я ни о чем не жалею, — Су Цзы посмотрел на убитого горем наследного принца и слабо улыбнулся, хотя из-за плохого самочувствия эта улыбка вышла вымученной.
— Учитель… — принц смотрел на бледного, но все еще кроткого Су Цзы, и его словно перенесло в день их первой встречи. Перед ним был тот же человек, мягкий, как нефрит, с той же теплой улыбкой на губах.
— Путь впереди тернист, а Ваше Высочество теперь останется в одиночестве. Берегите себя, — даже этот неземной облик не мог скрыть печать смерти на его лице. Ясные глаза начали подергиваться дымкой:
— Когда я достигну великой цели, то никогда не забуду Вашей неоценимой помощи!
— Когда я добьюсь своего, то обязательно одарю Вас несметными богатствами и властью, сделаю Вас первым после императора, выше которого будут лишь десять тысяч человек!
— Учитель, Вы должны мне помочь.
— Учитель, только Вы способны это спланировать.
— Учитель, из всех моих людей лишь Вам я могу доверять. Это дело…
— Учитель…
Су Цзы не знал, как принц найдет другого советника, когда его не станет. Принц казался умным, но он был человеком, чьи помыслы были устремлены к благу всего народа, и он совершенно не умел плести дворцовые интриги. Как он сможет удержать в узде амбиции сановников и отразить удары братьев, когда рядом не будет Су Цзы? Су Цзы еще не придумал выхода, но уже был не в силах подготовить для принца путь к отступлению.
— Учитель… — принц приоткрыл рот, глядя на безмятежный профиль Су Цзы, но не смог вымолвить ни слова, лишь издал невнятный хрип.
Су Цзы никогда не жаждал высоких чинов, его никогда не прельщала грызня в коридорах власти. Принц вырвал его из глуши, но теперь уже не мог вернуть обратно…
Принц посмотрел на незаконченный пейзаж, лежавший на столе Су Цзы, закрыл глаза, и воспоминания о прошлом нахлынули на него.
— У меня нет сердца для дворцовых дел.
— Я лишь хочу странствовать по горам и рекам, не ищу власти над другими.
— Я не подведу Вашего доверия.
— Ваше Высочество, я уже все продумал, мы можем…
— Су Цзы понял…
— Ваше Высочество…
— Стоп! Снято! — Хань Юнь, наблюдавший за игрой актеров через объектив, довольно кивнул. Он не сомневался, что Ван Тяньжуй и Чу Гэ отлично сработаются, даже в таких сложных психологических сценах они выложились безупречно. — Отлично!
Услышав команду режиссера, Чу Гэ и Ван Тяньжуй дружно выдохнули. Подобные сцены, где все держится на взглядах и мимике, выматывают, и повторно входить в такое состояние после команды стоп — удовольствие сомнительное. Хорошо, что удалось уложиться в один дубль.
— Чу Гэ, обязательно приходи на банкет по случаю окончания съемок. Еще поработаем, — Хань Юнь, перепроверив отснятый материал, подошел и похлопал Чу Гэ по плечу.
Все верно, съемки Чу Гэ на этом были завершены. Эта сцена стала для него последней.
— Надеюсь, в следующий раз Вы не будете разочарованы во мне, режиссер Хань. Спасибо за Вашу поддержку все это время, — Чу Гэ улыбнулся, чувствуя, как напряжение, копившееся с самого первого дня, наконец-то отступает.
— Какая уж тут поддержка, ты хорошо потрудился, — Хань Юнь стал куда мягче. Пригласить Чу Гэ в проект было верным решением: он не только идеально подходил внешне, но и играл великолепно.
Что? Вы спрашиваете, кто в начале съемок кривился на Чу Гэ? Хань Юнь лишь пожмет плечами: во всяком случае, это был не он!
Обменявшись парой дежурных фраз, Чу Гэ отправился в отель. У второстепенных персонажей, которые заканчивают съемки раньше общего графика, не устраивают прощальных вечеринок — их ждут только на финальном банкете.
— Вещи собрал? На когда взял билеты? — вернувшись в номер, Чу Гэ увидел Чжао Вэньлэ. Он не стал расспрашивать лишнего, ведь еще вчера предупредил помощника, что сегодня, скорее всего, закончит, и попросил остаться в отеле, чтобы собрать вещи.
Чжао Вэньлэ, увидев, что Чу Гэ вернулся в хорошем настроении, замялся. Стоит ли говорить? Но если не сказать сейчас, потом все равно всплывет… Пока он мучился в нерешительности, Чу Гэ заговорил первым, чем немало облегчил ему задачу:
— Собрал. Билеты на послезавтра, на пять вечера.
— Послезавтра? Почему так поздно? — Чу Гэ планировал вернуться завтра утром, чтобы успеть заскочить в компанию, и даже если Чжао Вэньлэ решил брать вечерний билет, это должно было быть завтра, а не послезавтра.
— Э-э… — не успел Чжао Вэньлэ ответить, как из комнаты раздался другой голос. Помощник облегченно выдохнул: хорошо, что ему не придется говорить самому.
— Наконец-то ты вернулся! — голос был знаком, но звучал непривычно. Чу Гэ когда-то слышал его чуть ли не каждый день, но в такой тональности — впервые.
Чу Гэ: Великий босс Шэнь, это что за тон обиженной жены?
Именно это и ставило Чжао Вэньлэ в тупик: нужно ли было сообщать Чу Гэ, что Шэнь Наньчэн снова приехал.
Чу Гэ обернулся и обнаружил, что Шэнь Наньчэн не только говорит как обиженная жена, но и выглядит соответствующе. Что это за выражение лица в стиле «ты бессердечный, жестокий и невыносимый»?
— Господин Шэнь, что Вы здесь делаете? — несмотря на то что в голове у Чу Гэ уже проносились тысячи язвительных комментариев, внешне он оставался невозмутимым.
— Скучал, вот и приехал, — Шэнь Наньчэн подмигнул и принял эффектную позу.
Чу Гэ: Господин Шэнь, не в обиду будет сказано, если не умеешь подмигивать — не надо. Выглядит так, будто у Вас глаз дергается.
— Разве Вы не должны быть заняты? — Чу Гэ был уверен, что так и есть, ведь с тех пор, как полмесяца назад Шэнь Наньчэн уехал, от него не было ни слуху ни духу. Чу Гэ даже вздохнул с облегчением, решив, что тот наконец отступился.
— Должен был, — Шэнь Наньчэн кивнул, не обращая внимания на реакцию Чу Гэ, и продолжил: — Поэтому я, несмотря на плотный график, приехал тебя встретить. Ты тронут?
Исходя из опыта общения с Шэнь Наньчэном за ту неделю, Чу Гэ понял: ответ может быть только один. Даже если он хотел ответить иначе, Шэнь Наньчэн все равно вывернул бы все по-своему, так что Чу Гэ сдался:
— Тронут.
Шэнь Наньчэн удовлетворенно кивнул. Кто там говорил? Если у тебя нет денег, проявление любви — тратить их на девушку; если нет времени — тратить его на нее. С парнями, видимо, то же самое. Логично, Чу Гэ тоже так считает!
Получив желаемый ответ, Шэнь Наньчэн переключился на следующее:
— Только со съемок, еще не ел?
Чу Гэ молча подавил фразу «я могу поесть сам» и беззастенчиво кивнул. Если что-то и изменилось за те полмесяца, что Шэнь Наньчэн отсутствовал, так это его аппетит. Шэнь Наньчэн приучил его к хорошей еде, и теперь угодить ему было не так-то просто.
19. Половина лица
После того как Шэнь Наньчэн забрал Чу Гэ со съемок фильма Советник, их отношения вернулись в прежнее русло: Шэнь Наньчэн ежедневно навязывал свидания, а Чу Гэ ежедневно был вынужден соглашаться.
Чу Гэ вполне устраивало такое положение дел. Если и было что-то, что его не радовало, так это нехватка работы, из-за чего Шэнь Наньчэн постоянно считал его бездельником и то и дело пытался принудительно отправить в отпуск.
— Брат Сун просил Вас зайти, — Чу Гэ только проснулся и увидел Чжао Вэньлэ, сидящего на диване, а на столе дымился завтрак.
— Он сказал, зачем? — Чу Гэ был удивлен. Хотя Сун Ян и занимался его графиком, он редко вызывал его к себе лично, предпочитая решать вопросы по телефону, так как был занят делами Шэнь Наньчэна.
— Кажется, речь о новом сценарии, — Чжао Вэньлэ знал лишь в общих чертах.
— Понятно, — кивнул Чу Гэ, не став больше допытываться. — Где ты купил завтрак? Вкусно.
— В районе моего дома, — Чжао Вэньлэ не ожидал такого вопроса и на секунду замялся, прежде чем ответить. Он поспешно перевел тему: — Режиссер Хань сказал, что трейлер Советника смонтирован и его выложат в Weibo сегодня. Можешь посмотреть, но пока не делай репост.
— Не делать репост? Что это значит? — внимание Чу Гэ тут же переключилось на фильм, но просьба Хань Юня осталась для него загадкой.
Чу Гэ играл в Советнике роль третьего плана, и Хань Юнь обещал включить его кадры в трейлер. Обычно актеры, участвующие в проекте, сразу делают репост, особенно если они засветились в ролике.
Чжао Вэньлэ облегченно выдохнул, что Чу Гэ не стал расспрашивать про завтрак. Какой там «купил»? Это прислал господин Шэнь, строго наказав не говорить, кто именно, если Чу Гэ спросит. На вопрос «почему?» господин Шэнь ответил: нынче в моде главные герои, которые делают добро молча, не требуя ничего взамен!
— Режиссер Хань так сказал. Как только можно будет, он сообщит, — Чжао Вэньлэ кивнул. Ему самому это требование казалось странным, но кто он такой, чтобы спорить с боссами?
— Хорошо, я понял, — Чу Гэ кивнул. Воздержаться от репоста — не бог весть какая сложная задача.
…
— Чу Гэ, пришел? — Сун Ян, увидев стучащегося в дверь Чу Гэ, кивнул и пригласил его войти. — Взгляни на этот сценарий.
Не успел Чу Гэ сесть, как Сун Ян пододвинул к нему папку.
Все-таки сценарий. Чу Гэ не особо удивился. Открыв первую страницу, он увидел имя режиссера: Кан Нин.
Увидев это имя, Чу Гэ понял: сценарий стоящий. Не факт, что он станет кассовым хитом, но наверняка возьмет награды. В индустрии ходила поговорка: хочешь премию — иди к Кан Нину.
Сун Ян заметил реакцию Чу Гэ:
— Сейчас тебе важнее не деньги, а несколько убедительных работ, чтобы доказать всем, что ты не просто красивое лицо. Фильм малобюджетный, но ты же знаешь, кто такой Кан Нин.
— Режиссера Кана я знаю, но… выберет ли он меня? — это беспокоило Чу Гэ больше всего. Хотя работы Кан Нина часто приносили актерам награды, он всегда работал только с профессионалами, будь то звезды или новички.
У Чу Гэ был талант, но кто даст ему шанс его проявить? Советник еще не вышел на экраны, так что козырять было нечем. А если Кан Нин сразу отвергнет его кандидатуру, будет неловко.
— Кроме главных ролей, режиссер редко может диктовать свои условия по всем позициям. Твоя цель — попасть в проект, остальное обсудим потом, — Сун Ян давал понять: если Чу Гэ согласится, то вопросы с прослушиванием компания возьмет на себя.
— Хорошо, я посмотрю сценарий, — Чу Гэ не стал ломаться. Он не был идиотом, чтобы отказываться от связей, если они есть.
Сун Ян кивнул, опасаясь, что Чу Гэ смутит низкий гонорар, но, похоже, зря:
— Советник скоро выходит, как раз успеем приурочить к этому продвижение.
Чу Гэ уже погрузился в чтение. Сценарий был действительно хорош, и он не заметил, как пролетело время. Сун Ян не стал его отвлекать, занявшись своими делами.
— Дочитал? — Сун Ян поднял взгляд от бумаг и увидел, как Чу Гэ закрыл папку и потер глаза.
— Да, — кивнул Чу Гэ, смутившись, когда увидел, что прошло почти три часа. — Увлекся.
Он боялся, что мешал Сун Яну работать.
— Увлеченность — это хорошо, значит, сценарий тебя зацепил, — Сун Ян был не против.
Видя, что Сун Ян не злится, Чу Гэ выдохнул. Помощник Сун оказался не таким уж суровым, как он думал!
Поймав вопросительный взгляд Сун Яна, Чу Гэ немного подумал и озвучил свой выбор:
— Не знаете… роль психотерапевта уже занята?
Сун Ян, видевший колебания Чу Гэ, решил, что тот выбрал что-то труднодоступное, но, услышав ответ, понял: «труднодоступное» — это мягко сказано. Это было невозможно!
Фильм назывался Половина лица, и психотерапевт был ключевым персонажем, проходящим через весь сюжет. Как и во многих подобных сценариях, врач был психопатом, причем главным злодеем.
Эта роль требовала высочайшего мастерства. Врач должен был выглядеть чистым, светлым и вызывающим доверие человеком. Кан Нин искал кого-то совсем молодого, но никто из студентов не мог передать безумие, скрытое в глубине глаз.
Это спокойствие, за которым скрывалась кровавая бездна, было не под силу даже маститым актерам.
— Роль свободна, но нужны пробы. Если ты уверен, компания организует прослушивание. Но если провалишься — другие роли тебе не предложат, — Сун Ян не стал давить, он просто предложил обменять шанс попасть в проект на попытку получить эту роль.
До Советника Сун Ян ни за что бы так не рискнул, просто заставил бы выбрать что-то другое. Но теперь он видел: Чу Гэ не хватает не таланта, а возможности.
— Спасибо, брат Сун, — Чу Гэ понимал, о чем говорит Сун Ян, и осознавал риски, но быстро принял решение: — Мне больше нравится роль врача.
20. Трейлер
— Зачем Вас вызывал брат Сун? — как только Чу Гэ вышел из офиса, его тут же перехватил любопытный Чжао Вэньлэ.
— Новый сценарий, но пока ничего не решено, — ответил Чу Гэ.
— Раз уж брат Сун позвал, значит, дело в шляпе! — Чжао Вэньлэ был рад за него. В его глазах все, к чему прикасался Сун Ян, было обречено на успех.
— Еще не факт, нужно пройти пробы, — Чу Гэ покачал головой и сменил тему: — Трейлер вышел?
Чжао Вэньлэ удивился: почему пробы? Но, видя, что Чу Гэ не хочет продолжать, он переключился на Советника:
— Вышел, вышел! Должен сказать, режиссер Хань мастер интриги, хе-хе…
— В чем дело? — любопытство Чу Гэ разыгралось. Это же просто трейлер.
— Сами увидите. Не зря режиссер Хань просил не делать репост, — Чжао Вэньлэ достал планшет и протянул его Чу Гэ.
Чу Гэ вернулся в комнату отдыха и зашел на официальную страницу фильма в Weibo. Трейлер начинался с грандиозного размаха — типичный стиль Хань Юня.
— Наследный принц добр, но если он победит, будет ли в его мире место для нас с тобой?
— Учитель, почему благие для народа меры не поддерживаются чиновниками?
— Мы теперь связаны одной веревкой. Если принц добьется успеха, нам обоим не поздоровится. Су Цзы должен умереть!
— Вот оно что. Благодарю за наставление! Когда я достигну великой цели, то никогда не забуду Вашей помощи!
— Раз не получается поссорить их, давайте перейдем к действиям. Су Цзы должен умереть!
— Учитель, нет…
— Путь впереди тернист, Ваше Высочество, берегите себя.
— Принц, этого делать нельзя! У премьер-министра Ли много учеников, такие действия лишь озлобят ученых мужей!
— Я сказал, он должен последовать за Учителем в могилу!
— Принц, Вы изменились!
— Я изменился? Разве не вы меня этому научили? Раз вам не нравится открытая борьба, я буду действовать в тени.
…
Досмотрев, Чу Гэ понял, почему режиссер запретил репост. В трейлере он появлялся почти исключительно со спины, а единственным кадром, где было видно пол-лица, был момент его смерти, да и то — одни глаза!
Но дело было не в этом. Монтаж создавал странное ощущение: отношения Су Цзы и принца выглядели… двусмысленно?
Принц действительно изменился из-за Су Цзы. У него было много советников, но Су Цзы был единственным, кто стал для него наставником, другом, почти отцом. Его смерть стала для принца ударом, но именно она заставила его повзрослеть и осознать всю жестокость дворцовых интриг.
http://bllate.org/book/23452/2527373
Готово:
