Ло Си всю ночь промучился с невысокой температурой, и Е Вэнь приложил немало усилий, чтобы состояние парня не ухудшилось.
Одной рукой он приподнял Ло Си за загривок, вытаскивая его верхнюю часть тела из-под одеяла, а другой — запихнул в рот несколько таблеток.
Ло Си дернулся в сторону, собираясь выплюнуть лекарство, но Е Вэнь крепко сжал его за челюсти.
— Проглоти, — отрезал Е Вэнь с помрачневшим лицом.
Уголки губ Ло Си дрогнули, он жалобно посмотрел на него:
— Брат, это уже третье противовоспалительное за ночь… Ты уверен, что я не откинусь от такой дозировки?
Е Вэнь поднес стакан к его губам:
— А что толку было от тех, предыдущих? Посмотри на себя, сейчас ты выглядишь куда лучше.
Ло Си с черными кругами под глазами, мертвенно-бледным лицом и бескровными губами лишь молча уставился на него.
— Ладно, — Е Вэнь взял с тумбочки миску и снова протянул ему: — Проголодался? Этот мерзавец Цзян Чэнцзэ вряд ли нормально кормил тебя эти дни.
Ло Си взглянул на содержимое. Это была каша — до ужаса пресная, без единого кусочка овощей. Он с трудом сделал глоток. Сладкая. Вкус, который он не любил, но сами зернышки были удивительно нежными и ароматными.
Е Вэнь наблюдал, как он ест:
— Сколько тебе лет?
— Шестнадцать, — проглотил кашу Ло Си.
Е Вэнь протянул ему салфетку:
— Всего шестнадцать, а уже ввязываешься в такие опасные дела? Жить не хочется?
— Опасные? — Ло Си взял салфетку. — А разве не опасно притащить к себе домой засланного шпиона? Если уж ты не боишься, то чего бояться мне?
Е Вэнь покачал головой:
— Господин Янь сказал, что с тобой всё в порядке.
Ло Си усмехнулся:
— И почему вы так слепо доверяете этому Янь Ши? — Он отставил миску. — Серьезно, это уже переходит все границы. Вы, люди семьи Янь, при виде его ведете себя так, будто предка родного встретили. Что он вообще за монстр такой? Стоит ли он того?
Е Вэнь на полном серьезе кивнул:
— Я не встречал человека умнее его.
— Пф-ф, — Ло Си дерзко хмыкнул. — Это потому, что вы мало видели. Скажу по секрету, я знаю одного человека, который точно не хуже Янь Ши.
Е Вэнь приподнял бровь, глядя с сомнением:
— Себя, что ли?
— Нет, тот человек… — Ло Си уже хотел продолжить, но вдруг что-то осознал, осекся и, бросив на Е Вэня быстрый взгляд, отмахнулся: — Забей. Все равно скажешь, что я хвастаюсь. Не скажу.
Е Вэнь не стал допытываться, но перевел тему:
— Так из какой ты семьи?
Парнишка носил фамилию Ло, но Е Вэнь за последние дни перерыл данные обо всех влиятельных кланах седьмого сектора, и ни в одном из них не было фамилии Ло.
Ло Си просто повернулся на бок и натянул одеяло:
— Брат, я правда хочу спать. Я ранен, у меня всё болит.
Взгляд Е Вэня потемнел, но он больше ничего не сказал.
***
Цзян Чэнцзэ сидел, скрестив ноги на пыльном ковре, в окружении стопок документов, которые были выше его головы. Это были записи обо всех делах бара с момента его открытия.
Бар не был каким-то легендарным заведением, просуществовал всего лет семь-восемь, за это время его трижды перестраивали. Каждое расширение на поверхности было лишь прикрытием для увеличения подземной системы.
Честно говоря, площадь и масштаб подвальных помещений бара впечатляли. Скорее всего, это и был штаб семьи Янь в седьмом секторе, где даже имелся небольшой арсенал, подводные лодки и прочие теневые активы.
Однако Цзян Чэнцзэ не мог поверить, что Янь Ши позволил бы ему так просто вторгнуться в штаб, не предприняв никаких мер.
Поэтому он решил собрать все архивы бара, несколько раз отфильтровал их, пока не отобрал действительно полезные данные. Но тот, кто вел эти записи, оказался куда хитрее, чем предполагал Цзян Чэнцзэ. Вся информация, казалось, была изложена четко и по порядку, но уловить суть было невозможно.
Цзян Чэнцзэ начал подозревать, что Янь Ши разработал какую-то систему шифрования, например, акростихи, чтобы сбивать с толку посторонних.
Чем больше он думал, тем больше убеждался в своей правоте. Он брал листы, крутил их под разными углами, смотрел на свет, даже пробовал проявить их лимонным соком. Никаких изменений.
Голова Цзян Чэнцзэ раздулась от напряжения. Каким образом Янь Ши прячет свои секреты?
Цзян Чэнцзэ лихорадочно вспоминал всё, что заботило или раздражало Янь Ши: эмоциональная отстраненность, сигареты, алкоголь, алчные взгляды окружающих. Семья Янь, седьмой сектор, деньги, власть.
Цзян Чэнцзэ тяжело вздохнул. Связать всё это воедино было невозможно.
Он потер виски и сложил документы в белоснежный конверт. У Янь Ши была странная привычка: все использовали обычные крафтовые конверты, а он — только белые, которые за столько лет покрылись слоем грязи и пыли. Если бы Цзян Чэнцзэ мог, он бы даже не притронулся к этим конвертам.
Он встал, убрал стопку в специально освобожденный шкаф и тщательно запер его. Только он развернулся, чтобы выйти, как его перехватил бармен.
— Цзян… господин Цзян, тут заказ.
Цзян Чэнцзэ появился в баре внезапно и так же внезапно взял управление на себя. Его люди еще не успели понять, кто он и каков его статус, знали лишь фамилию.
— Кто заказчик? — спросил Цзян Чэнцзэ.
Бармен выглядел растерянным:
— А?
Цзян Чэнцзэ выглядел еще более озадаченным:
— Вы что, принимаете заказы, не проверив клиента?
Бармен тупо покачал головой:
— Мы никогда не проверяли.
Цзян Чэнцзэ:
— …
Да уж, до уровня штаб-квартиры им далеко.
— Ладно, — махнул он рукой. — Пойду так, проблем быть не должно.
Перед тем как войти в вип-кабинку, Цзян Чэнцзэ осторожно подавил свои феромоны. Крупнейшая семья седьмого сектора в третьем секторе едва дотягивала до среднего уровня, и Цзян Чэнцзэ не хотел лишний раз привлекать внимание. Е Вэнь, управляя делами, тоже никогда не показывался лично, предпочитая руководить дистанционно через наушник, чтобы избежать ненужных подозрений и разборок из-за происхождения.
Цзян Чэнцзэ толкнул дверь.
В кабинке было пугающе тихо. Караоке и светомузыка выключены, на столе — дорогой алкоголь, разлитый по изящным бокалам. На столе даже лежал портативный анализатор химического состава жидкостей.
Взгляд Цзян Чэнцзэ остановился на мужчине на диване. Тот пришел один. На нем был строгий черный костюм, но без галстука, верхняя пуговица расстегнута, запонок нет — образ выглядел небрежно, непонятно, то ли это официальный визит, то ли нет.
Цзян Чэнцзэ шепнул бармену:
— Принеси Розовую леди.
Бармен с лицом, выражающим полное недоумение, вышел из комнаты.
Цзян Чэнцзэ закрыл дверь, огляделся, садиться рядом с мужчиной не стал. Он отодвинул стол, запрыгнул на него и, скрестив ноги, уселся прямо перед незнакомцем.
— Сигарету? — он закурил, не дожидаясь ответа.
Мужчина ответил:
— Нет.
Весьма невежливо. Цзян Чэнцзэ взглянул на него, подумав: «И чего ты такой важный? Все мы здесь дела делаем, ты что, пуп земли?»
Не хочешь — как хочешь.
— О чем бизнес? — спросил он.
Мужчина выпрямился на диване, его лицо постепенно вышло из тени. Он выглядел слишком уж по-юношески, почти как студент. Но этот мрачный, тяжелый взгляд, прикованный к его лицу, создавал странный, пугающий диссонанс.
— Где мой брат?
О, пришли за своим.
— Брат? — Цзян Чэнцзэ сменил ногу. — Ты пришел ко мне спрашивать про своего брата?
Уголки губ мужчины напряглись:
— Сколько денег? Говори прямо.
Деньги?
Цзян Чэнцзэ потушил сигарету о горлышко бутылки:
— Деньги, значит… — он поднял взгляд и насмешливо улыбнулся: — Неужели я выгляжу настолько примитивным?
Мужчина промолчал.
Цзян Чэнцзэ выдал с издевкой:
— Скажу честно, деньги меня не интересуют. Мне нравится адреналин. Хочу узнать, каково это — убить заложника. Как насчет обмена — жизнь за жизнь?
Мужчина приподнял бровь и откинулся на спинку кресла:
— Хочешь мою жизнь?
— Да кому ты нужен? — фыркнул Цзян Чэнцзэ. — У тебя совсем память отшибло? Мой человек тоже у тебя в руках.
Мужчина вспомнил:
— А, ты про того лекаря?
— Да, — ответил Цзян Чэнцзэ.
— Не отдам, — отрезал мужчина.
Цзян Чэнцзэ замер:
— …Тебе больше не нужен брат?
Мужчина без колебаний ответил:
— Паршивец, вечно приносит одни неприятности. Забирай его себе. Он крепкий, можешь резать его сколько хочешь, а потом выброси труп. Развлекайся на полную.
Цзян Чэнцзэ:
— …
Прости, братан, но этот твой ход я не оценил.
Мужчина собрался уходить, но Цзян Чэнцзэ преградил ему путь:
— Постой, друг.
— Что еще?
Цзян Чэнцзэ щелкнул пальцами, подзывая бармена, взял с его подноса бокал и протянул мужчине:
— Угощайся, этот напиток тебе к лицу.
Мужчина опустил взгляд. Туманно-розовая жидкость, украшенная вишенкой на краю бокала с узором из роз.
Мужчина:
— …
Цзян Чэнцзэ развернулся и потащил бармена прочь, а позади послышался звон разбитого бокала. Бармен был в шоке. У этого господина Цзяна просто талант доводить людей до белого каления.
— Иди и пробей его, — приказал Цзян Чэнцзэ. — Как можно быстрее.
Бармен кивнул. Однако, когда на следующий день Цзян Чэнцзэ спросил о результатах, отдел информации бара не смог дать ничего вразумительного.
— Не смогли выяснить, из какой он семьи? — уточнил Цзян Чэнцзэ.
Ответственный за это старик вытер пот со своей лысины:
— Мы сделали всё, что могли…
Цзян Чэнцзэ не верил:
— Даже не смогли узнать, где он появлялся?
— Мы правда старались, — старик чуть не плакал. — Он будто возник из ниоткуда и так же исчез. Ни единого следа.
Цзян Чэнцзэ нахмурился:
— А камеры? Есть следы взлома? Проверяли?
Старик покачал головой:
— Ничего подобного…
Цзян Чэнцзэ глубоко вздохнул, стараясь сдержать гнев. Если человек существует, он оставляет следы. Он не верил, что кто-то может просто испариться.
Не теряя времени, он покинул бар и тайно отправился на черный рынок седьмого сектора. Даже если нет информации и записей с камер, должны быть слухи. Пусть даже ложные, это лучше, чем ничего.
Цзян Чэнцзэ сунул пачку денег человеку, курившему в подворотне, и благополучно проскользнул в темный узкий проход. Здесь царил настоящий хаос. Переулки напоминали лабиринт — темные и длинные, лавки стояли не вплотную, часто приходилось петлять, чтобы найти следующую.
Цзян Чэнцзэ заглядывал в каждую: чего там только не было — от сомнительных журналов и фильмов до оружия, порошков и высоких технологий.
Он нашел небольшую лавку, покрутился у прилавка и, улыбнувшись, протянул хозяину сигарету:
— Как торговля?
— Плохо, всё плохо, — черномазый мужчина махнул рукой, обнажив желтые зубы. — Даже на нормальное курево денег нет.
Цзян Чэнцзэ усмехнулся и сунул ему почти целую пачку:
— Да разве это проблема? Ты мне приглянулся, угощаю.
— О, — хозяин, прожженный делец, жадно заблестел глазами: — Если хочешь быть мне братом, должен и мою лавку поддержать.
— Конечно, как же иначе, — Цзян Чэнцзэ наугад взял с полки какую-то вещь. — Братья должны помогать друг другу. Отныне буду закупаться только у тебя.
Видя, что хозяин просиял, Цзян Чэнцзэ сменил тон:
— Только вот…
Хозяин занервничал:
— Ты же не собираешься отказываться от своих слов?
— Нет, — улыбнулся Цзян Чэнцзэ. — У меня лишь один вопрос к тебе. Слышал что-нибудь о семье Ло?
http://bllate.org/book/23460/2528684
Готово:
