День уже полностью рассвёл. Ли Чжолэ стояла у окна с бесстрастным выражением лица, рассеянно перебирая пальцами кисточку на рукояти меча.
Её взгляд был тяжел. Она смотрела на людей из Государства Чэн, которые всё ещё околачивались вокруг этой постоялый двор, патрулируя окрестности, и мысленно возвращалась к вестям, принесённым А Лу, и к записке на бумажной ленте.
Даже зная о предательстве, сейчас, перебравшись в другую комнату и глядя на улицу под иным углом, она видела уже трёх совершенно других людей из Государства Чэн.
Похоже, они окружили постоялый двор, расставив посты тройками. По обе стороны от гостиницы пролегали широкие улицы, и, по предварительным оценкам, общая численность патрульных достигала десятка человек.
Они действовали без особой конспирации — на краях их одежд ярко алела вышитая эмблема. И как только у них хватало наглости вести себя столь бесцеремонно?
— Госпожа, люди из Хуай Чуаня до сих пор не прибыли, а что насчет Си Лин…
А Лу не скрывала тревоги.
— Есть ли хоть десять шангов из десяти уйти отсюда целыми и невредимыми, А Лу?
Не дав А Лу ответить, Ли Чжолэ продолжила:
— Если ты хочешь попытаться, я не стану тебя останавливать.
Дело было вовсе не в том, что ей не терпелось броситься на выручку Си Лин. Просто Не Цзинто только что лишился важного пленника, которого у него прямо из-под носа увела другая группа, и теперь уровень бдительности этого старого вора наверняка взлетел до небес.
Вряд ли удастся повторить тот фокус и воспользоваться моментом, как в день спасения Мэн Цзиньляна.
— Тебе всё ещё не хватает терпения. Способность сохранять хладнокровие и выдержку — обязательное требование для каждого сотрудника Ведомства небесного надзора при прохождении службы.
Тон Ли Чжолэ был исполнен глубокого смысла. А Лу была старше её на год, но когда дело касалось житейских вопросов, сама Ли Чжолэ проявляла куда большую мягкость и рассудительность.
Единственным её слабым местом оставалось то, что стоило затронуть близких ей людей, как она мгновенно теряла самообладание.
— Я вовсе не умаляю твоих достоинств, но когда приходится взвешивать все за и против в критических ситуациях, ты слишком легко совершаешь ошибки.
А Лу опустила голову. Сейчас всё обстояло именно так: когда дело касалось оценки важности задания и под ударом оказывались окружающие её люди, она слишком поддавалась личным чувствам, впадая в излишнюю спешку и тревогу.
— Надеюсь, впредь ты будешь это понимать. Научись владеть собой, ведь любые проявления личных эмоций могут привести к ухудшению обстановки на задании.
— Слушаюсь, заместитель главы ведомства.
Ли Чжолэ не хотелось слишком сильно отчитывать подчинённую, оставалось лишь надеяться, что та усвоит урок.
Они принадлежали к людям, состоявшим на служце у императорского двора, и не располагали большой свободой, а потому могли лишь избегать лишних неприятностей.
Лишь в большинстве случаев это позволяло завершить задание с минимальными потерями.
Внезапно её черты смягчились:
— Ты тоже не переживай так сильно. Учитывая время, необходимое людям из Хуай Чуаня на дорогу к этому месту, они прибудут самое позднее сегодня к вечеру.
Её взгляд остановился на всё ещё встревоженном лице А Лу:
— Си Лин в руках Не Цзинто — неплохой козырь, пока что он ему не навредит.
— Подчинённая понимает.
Заметив, что Мэн Цзиньляна поблизости не наблюдается, Ли Чжолэ подняла глаза и спросила А Лу:
— Где молодой господин Мэн?
— Молодой господин Мэн в соседней комнате.
Ли Чжолэ жестом велела ей идти:
— Следи за передвижениями людей из Государства Чэн вокруг постоялого двора.
— Есть.
Когда А Лу ушла, Ли Чжолэ направилась в соседнюю комнату. Распахнув дверь, она увидела Мэн Цзиньляна: тот стоял у окна и отрешённо крутил в пальцах ту самую бляху в форме узла из счастливых монеток.
— Мэн Цзиньлян.
Приблизившись и остановившись рядом с Мэн Цзиньляном, позвала она.
Вырванный из раздумий, Мэн Цзиньлян крепче сжал вещицу в ладони.
Он поднял взгляд на Ли Чжолэ:
— Заместитель главы ведомства Ли, вы всё обдумали?
В его ясных глазах читалось ожидание, уголки его губ слегка дрогнули, отражая всю сложность переживаний.
— Да. Ведомство скрытых расследований прибудет самое позднее сегодня вечером, и тогда я организую твоё сопровождение обратно в столицу.
Мэн Цзиньлян сильнее сжал в руке счастливую бляху. Он слегка растерялся: неужели возвращаться в столицу придется так скоро?
Опустив взгляд, он промолчал.
Выглядел он донельзя опечаленным. Поборовшись с собой пару мгновений, он произнес:
— Разве я не могу остаться еще на пару дней?
Ли Чжолэ ответила прямо и бескомпромиссно:
— Не можешь. Ради твоей безопасности отправка тебя в столицу — первоочередная задача.
Мэн Цзиньлян опустил голову ещё ниже, словно провинившийся ребёнок, и исподлобья, через чёлку, украдкой бросил на Ли Чжолэ взгляд.
На её суровом и резком лице промелькнула тень холодной решимости.
— Ладно.
Но, чувствуя внутреннее несогласие, он снова вскинул голову, и его тёмные глаза ярко блеснули:
— Вернувшись в Управление уголовного сыска, сможем ли мы еще увидеться?
От этих слов на ледяном лице Ли Чжолэ треснула маска невозмутимости: неужели единственной причиной, почему этот человек не хотел возвращаться в столицу, были подобные мысли?
Растопив холод во взгляде, она с полуусмешкой-полудосадой произнесла:
— Мэн Цзиньлян, Ведомство небесного надзора и Управление уголовного сыска разделяет всего один двор.
Затем она устало потерла переносицу. Головная боль: послушная цель задания вдруг взбунтовалась.
К счастью, уговорить его удалось.
Заметив у него в руке ту самую бляху, Ли Чжолэ неожиданно заинтересовалась:
— Эта штуковина в твоих руках тебе так дорога?
Услышав это, он снова посмотрел на вещицу, и улыбка на его лице слегка померкла:
— Старый глава города рассказывал мне раньше, что эту штуку нашли при мне, когда подобрали. Надо полагать, её оставила мне родная мать.
— Тогда почему ты не взял её с собой тогда?
— …
Помолчав мгновение, Мэн Цзиньлян глубоко вздохнул, застрявшие в горле слова никак не желали срываться с языка.
В конце концов он выдавил лишь:
— Потому что я вовсе не думал, что снова её увижу.
Подойдя к окну, он устремил взгляд в бескрайнее небо:
— В те дни я ненавидел семью Мэн, ненавидел своих биологических родителей.
Он одиноко усмехнулся:
— Теперь это уже не имеет значения. В конце концов, это хотя бы память о прошлом.
— И каковы же твои планы по возвращении в столицу?
Мэн Цзиньлян опустил ресницы:
— В нынешнем моём состоянии о посте преемника главы Управления уголовного сыска можно забыть. Буду плыть по течению и решать проблемы по мере их поступления.
Он наклонил голову, заглядывая в глаза Ли Чжолэ:
— Никаких особых планов у меня нет. Главное — вырваться из лап Не Цзинто.
Раздался громкий стук, и А Лу вихрем влетела в комнату. Ли Чжолэ мгновенно подобралась.
Шагнув к А Лу, Ли Чжолэ поддержала её за плечо:
— Что случилось?
— Меня обнаружили! Сейчас они обыскивают комнаты одну за другой, заместитель главы ведомства, уходим немедленно!
Тревожно торопила А Лу. Ли Чжолэ нахмурилась и велела:
— Будь осторожна.
Она резко развернулась и прижала цель задания к груди. Ощутив внезапную невесомость, Мэн Цзиньлян машинально вздрогнул плечами, а Ли Чжолэ уже выпрыгнула в окно.
Перемахнув через подоконник, она приземлилась на черепичную крышу и, пустив в ход лёгкую поступь, увлекла спутника за собой прямо в шумную толпу на улице. Прохожие, заметив внезапно рухнувших сверху людей, испуганно ахнули.
Словно искра, попавшая в пороховой погреб, это послужило сигналом: трое лазутчиков, затаившихся в засаде неподалёку, бросились наперерез толпе, пытаясь вычислить беглецов.
Пользуясь царящей суматохой, Ли Чжолэ зигзагами петляла по улицам, пока наконец не оторвалась от преследователей и не нырнула в тихий переулок. Бежав так какое-то время, она заметила раскидистую старую иву.
Маленький Сяо Лю копался с совком в земле у корней дерева и вдруг увидел, как к нему направляется до боли знакомая фигура. Когда они оба узнали друг друга, на секунду воцарилось замешательство, но размышлять было некогда — Ли Чжолэ резко свернула и вбежала в медицинскую лавку.
Дедушка Лю, который как раз вёл приём и изучал медицинский трактат, подскочил от неожиданности:
— Барышня Ли, какими судьбами сегодня у нас?
Опустив Мэн Цзиньляна на пол, она постаралась принять как можно более беззаботный вид. Не вдаваясь в подробности, она скомкано бросила:
— Проходили мимо, решила завести его на осмотр.
Мэн Цзиньлян перевёл взгляд на Ли Чжолэ, они встретились глазами, и он выдавил из себя довольно натянутую улыбку:
— Да, дедушка Лю, в последнее время чувствую какую-то слабость.
Увидев, что он подхватил её легенду, Ли Чжолэ отвела глаза, а те тем временем уже начали беседу.
Она мысленно отсчитывала время, дожидаясь, пока преследователи окончательно потеряют след. Наконец её внимание привлекли слова дедушки Лю:
— Больше отдыхайте.
А затем ей снова пришлось уходить, прихватив с собой несколько свёртков с той же самой горькой травой.
Мэн Цзиньлянь: ……
……Предыдущую порцию он ещё даже не допил, а теперь эту дрянь явно придётся пить до самой столицы.
Заметив скривившиеся брови Мэн Цзиньляна и его обиженный взгляд, Ли Чжолэ на этот раз предпочла сделать вид, что ничего не заметила.
http://bllate.org/book/23471/2529884
Готово:
