С пронзительным свистом Система перенесла меня в другое пространственное измерение, а я в тот момент всё ещё оплакивала Хань Шуансы.
Мои изящные шаги ступали по синеватым каменным плитам мостовой, по обеим сторонам то затихали, то взмывали вверх голоса зазывал, а разноцветные фонари освещали полнеба. Я во все глаза смотрела на это великолепие, едва успевая вертеть головой.
Точь-в-точь как бабушка Лю, впервые попавшая в Великий садом. Не успела я и глазом моргнуть, как оказалась в чужих краях, а в следующее мгновение — бац! — уже перенеслась совсем в другое место.
Система произнесла: В этот раз наша цель для покорения — некий Шэнь Юнь, мастер боевых искусств. Я понимаю, что ты ещё погружена с головой в прошлые чувства, но тебе нужно побыстрее взять себя в руки. Мы здесь ради выполнения задания, а не для того, чтобы по-настоящему крутить романы.
Посторонитесь, молодой господин!
Не успела я прийти в себя, как чья-то сильная рука резко отдернула меня в сторону. Высокая фигура заслонила меня собой, перед глазами блеснул холодный меч, и несколько мелких хулиганов рухнули на землю как подкошенные.
Я ошеломленно уставилась на стоявшего передо мной красивого благородного воина. У него были соболиные брови, звезды вместо глаз и величественная осанка — вылитый герой моих девичьих снов! Мое сердце забилось как безумное, а щеки запылали.
Он убрал меч, повернулся ко мне, и в его взгляде мелькнула суровость.
Молодой господин, вы в порядке?
Я покачала головой и еще не успела поблагодарить его, как в разговор вмешался нежный женский голосок: Братец Юнь, ты цел? Ты до смерти напугал Роуэр!
Пока она говорила, девушка в розовом платье уже грациозной походкой подошла к герою и легко потянула его за рукав. Только тогда я обратила внимание на имя этого воина — Шэнь Юнь.
Шэнь Юнь мягко похлопал ее по тыльной стороне ладони и успокаивающим тоном произвел: Я в порядке, это всего лишь мелкие воришки.
Я стояла в стороне и, глядя на их близкие отношения, чувствовала, как на душе скребут кошки — мне стало неприятно без всякой на то причины.
В этот момент к мне подошла миловидная девушка, взяла меня за руку и приветливо улыбнулась: Этот молодой господин, вы тоже пришли поглазеть на ночной рынок? Меня зовут Сяо Лань, а вас?
Я еще не успела ответить, как она понизила голос и, изобразив участие, проговорила: Молодой господин, вы же не знаете: та барышня Лю — возлюбленная старшего брата Шэня с детских лет. Смотрите мне, ни в коем случае не теряйте лицо перед ней, а то рассердите старшего брата Шэня.
Я удивленно посмотрела на нее, но та выглядела так, будто не произнесла ни слова, и с лучезарной улыбкой потащила меня дальше гулять по ночному рынку.
Так вот он какой, Шэнь Юнь! Почему же он так похож на моего старого знакомого? Но разве у меня осталось хоть капелька настроения на прогулку? В голове крутился только Шэнь Юнь и та девчонка по имени Лю Жоу...Я решила разобраться в чувствах Шэнь Юня, ведь он был так невероятно похож на Хань Шуансы. На следующий день я специально приготовила сладости и стала ждать его в том месте, где он упражнялся с мечом.
Когда солнце уже клонилось к закату, он наконец появился. Набравшись храмости, я преградила ему путь и, густо покраснев и не отставая ни на шаг, выпалила:
— Братец Шэнь, это сладости, которые я приготовила своими руками, не хочешь попробовать?
Шэнь Юнь равнодушно бросил на меня взгляд и холодно ответил:
— Благодарю за доброту, молодой господин, но я не люблю сладкое.
Мое лицо мгновенно залилось краской, я застыла на месте, охваченная неловкостью, не зная, то ли мне сделать шаг вперед, то ли отступить. Я впервые проявляла такую инициативу, и мне было невыносимо больно.
В этот момент появилась Лю Жоу. Увидев лакомство в моих руках, она прикрыла рот рукой и с усмешкой произнесла:
— Братец Юнь не любит сладкое, а я вот очень люблю. Почему бы тебе не отдать его мне?
Шэнь Юнь ничего не ответил, лишь с нежной любовью посмотрел на Лю Жоу. Мое сердце тут же пронзило болью, словно ножом: оказывается, он действительно любит Лю Жоу, а ко мне просто ничего не чувствует.
Я бросилась бежать сломя голову, позволяя слезам затуманить застилавшие глаза слезы.
Опустилась ночь, с неба закапал мелкий дождь. Я бесцельно брела по улице, позволяя дождю промочить мою одежду и волосы.
Я чувствовала себя потерянным ребенком, не зная, куда мне идти и что делать дальше...
— Ого, да это же поклонница Героя Шэнь! Чего это ты тут одна под дождем мокнешь? — раздался за спиной сальный голос.
Я обернулась и с удивлением увидела известного на весь город избалованного мажора — молодого господина Чжао.
С похотливой ухмылкой он двинулся ко мне и протянул руку, намереваясь коснуться моего лица:
— Не убивайся ты так! Шэнь Юнь тебя не берет, так я возьму!
— Да пошел ты! Какая же у тебя противная рожа! Ты меня напугал!
В ужасе я отпрянула назад, мысленно вопрошая Систему, что за настройки она тут выставила! Почему о моей влюбленности теперь знает весь город, да еще и находится тот, кто хочет меня домогаться? А он тем временем неумолимо наступал, продолжая изрыгать грязные и пошлые ругательства.
Я попыталась применить заклинание, чтобы призвать Систему, но та долго не отзывалась. В панике я оттолкнула его и попыталась убежать, но он схватил меня за запястье.
Резко дернув, он заставил меня споткнуться и упасть прямо в его объятия. Я снова попыталась задействовать духовную силу, но абсолютно ничего не вышло — появилась Система и произнесла: «Запрещено, запрещено».
— Запрещено твошу голову! Разве ты не видишь, что меня пытаются изнасиловать?
— Отпусти меня! — отчаянно забилась я, но все было напрасно.
— Красавица, ну будь же со мной, уж я-то обеспечу тебя всем самым лучшим! — с этими словами он полез целоваться.
— Убирайся, до чего же противно!В тот самый момент, когда до беды оставалось всего мгновение, промелькнула вспышка меча, молодой господин Чжао пронзительно взвизгнул и, зажав кровоточащую руку, рухнул на землю. Я испуганно поднял голову и увидел, что перед со мной стоит Шэнь Юнь, в руке которого всё ещё был зажат обагрённый кровью меч.
От него исходила леденящая аура, а его свирепый взгляд был прикован к лежащему на земле молодому господину Чжао, напоминая разъярённого льва.
Затем он повернулся ко мне, и в его глазах читались сложные, не поддающиеся расшифровке чувства...
От него исходила леденящая аура, а его свирепый взгляд был прикован к лежащему на земле молодому господину Чжао, напоминая разъярённого льва.
Затем он повернулся ко мне, и в его глазах читались сложные, не поддающиеся расшифровке чувства... Не успел я опомниться, как он уже убрал длинный меч и, холодно бросив «Иди за мной», повернулся и зашагал прочь.
Я на мгновенье остолбенел, но тут же последовал за ним. Всю дорогу он хранил молчание, и от него исходила аура, не подпускающая к нему ни единой живой души.
Я несколько раз пытался заговорить с ним, но каждый раз его ледяной взгляд заставлял меня отступить. Наконец, у уединенного берега озера он остановился.
Солнце клонилось к закату, гладь озера искрилась рябью, отражая его профиль и придавая ему неожиданную мягкость.
— Прости, что заставил тебя пережить столько обид, — внезапно заговорил он, и его голос звучал низко и виновато.
— Раньше я был неправ, мне не следовало относиться к тебе так холодно.
Я удивленно смотрел на него, не понимая, почему его отношение так резко изменилось.
— На самом деле я отверг тебя, чтобы защитить, — словно разгадав мои сомнения, пояснил он.
— Цзиньхуа коварен и жесток, у меня множество врагов, и я не хочу втягивать тебя в эту распрю.
— Я полюбил тебя с первого же взгляда, сам не знаю почему, но и отпустить тебя я не могу.
Я на мгновение замер: неужели всё это время он молча оберегал меня?
Может быть, он тоже вспомнил свои прошлые воплощения, когда был Хань Шуансы? Эта мысль промелькнула у меня с долей догадки, и в этот миг моё сердце переполнилось трогательными чувствами.
— Я...
— Я знаю, что ты, возможно, не сможешь меня понять, но, пожалуйста, поверь мне: всё, что я делаю, — ради твоего же блага, — он прервал меня, его взгляд был искренним и твердым.
Я кивнул, показывая, что понял его.
— Пойдём, я отведу тебя в одно место, — он взял меня за руку, а уголков его губ коснулась легкая улыбка.
Лучи заходящего солнца падали на нас, вытягивая наши тени.
Мы не спеша шли вдоль берега озера, любуясь прекрасными пейзажами и беседуя о прошлом друг друга. Только тогда я понял, что у него тоже есть скрытое от посторонних глаз прошлое.
С тех пор наши отношения стремительно потеплели.
Он возил меня любоваться красотами цзяньхуа, учил боевым искусствам и владению мечом, мы вместе пережили немало захватывающих и опасных приключений, оставивших множество прекрасных воспоминаний...
Мы упражнялись в фехтовании у горного ручья, Шэнь Юнь терпеливо наставлял меня, пот пропитал его одежды, отчего его фигура казалась еще более стройной и мужественной.
В этот момент к нам неспешно приблизилась изящная девушка и нежным, мягким голосом обратилась к Шэнь Юню:
— Братец Юнь, ты, должно быть, устал, я приготовила для тебя женьшеневый чай.
С этими словами она протянула Шэнь Юню изысканную чашечку.
Я знал, что она — известная в цзяньхуа талантливая дева, а по совместительству подруга детства Шэнь Юня, Линь Ваньэр.
Она всегда была нежна, заботлива и внимательна, но я чувствовал таившуюся в ее глазах враждебность — враждебность, скрывавшуюся за маской мягкости.
Шэнь Юнь лишь равнодушно бросил на Линь Ваньэр взгляд и холодно бросил:
— Не нужно, у меня еще есть дела.
Улыбка на лице Линь Ваньэр слегка застыла, но она быстро взяла себя в руки. Заметив меня, она перевела взгляд и участливо спросила:
— А этот молодой господин... кто?
— Мой друг, — лаконично ответил Шэнь Юнь, не собираясь представлять меня подробнее.
В глазах Линь Ваньэр мелькнула тень разочарования, но она тут же скрыла ее и с улыбкой произнесла:
— Вот как, значит, друг братца Юня! Меня зовут Линь Ваньэр, очень приятно познакомиться.
Я вежливо улыбнулся и уже собирался ответить, как вдруг этот звук прервал серебристый смех.
— Ой, да это же Герой Шэнь! С каких это пор у тебя появилось свободное время, чтобы обучать кого-то фехтованию?
Мы увидели идущую к нам девушку в светло-желтом платье; ее прелестное лицо и блуждающий взгляд излучали немалую долю кокетства и вызова. Это была первая красавица цзяньхуа и печально известная лицемерная штучка — Лю Жуянь.
Лю Жуянь подошла ко мне и, демонстративно прикрыв рот рукой с видом наигранного удивления, произнесла:
— Ой, да это же тот самый молодой господин, который на днях упал на улице и испачкал одежду! Что, так быстро нашел себе защитника?
Стоило Лю Жуянь закончить фразу, как вокруг раздался дружный смех. Мое лицо мгновенно залилось краской, и мне захотелось провалиться сквозь землю.
В тот день, когда я только провалился сквозь пространство и упал на улице, испачкав наряд, это как раз увидела проходившая мимо Лю Жуянь. Кто бы мог подумать, что она станет попрекать меня этим при всех!
http://bllate.org/book/23554/2555823
Готово:
