— Приятного нам сотрудничества!
Рукопожатие, переговоры завершены. Проводив гостя, Сюй Любай вернулся на диван и без сил растянулся на нем.
— Странно, почему у меня такое чувство, будто я что-то забыл?
Глаза Цинь Чжэна блеснули, и он произнес:
— Господин Сюй, уже вечер. Вы хотите поехать в ресторан или домой?
— Домой! Какой еще ресторан! — Мало того, что это пустая трата денег, так еще и еда там, самое главное, не такая вкусная, как та, что готовишь ты.
— Хорошо.
По дороге Сюй Любай прикрыл глаза:
— Это ведь не дорога домой, верно?
— Да. В холодильнике закончились продукты, заедем в супермаркет.
— А, ясно.
В огромном супермаркете, едва Сюй Любай и Цинь Чжэн вошли внутрь, они тут же почувствовали на себе множество взглядов. Некоторые из прохожих даже достали телефоны и принялись исподтишка снимать их.
Сюй Любай лишь мысленно закатил глаза, очень хотелось сказать: Я не звезда, даже если вы меня снимете, денег на этом не заработаете.
Они бродили между рядами. Сюй Любай, будучи профессиональным потребителем доставки еды, в овощах, фруктах и мясе разбирался плохо. Поэтому, глядя на то, как главный герой тщательно выбирает продукты, он ловил себя на мысли, что это зрелище весьма услаждает взор — эдакий образ заботливой хозяйки дома.
А он сам, выходит, глава семьи.
— Хотите заглянуть в отдел закусок?
— Кхм, ну, можно и взглянуть, — Сюй Любай, помимо страстной любви к деньгам, был еще и жутким любителем перекусить.
Поэтому, как только они добрались до нужного отдела, в его глазах вспыхнул нескрываемый восторг. Цинь Чжэн заметил это, в его взгляде на мгновение промелькнул огонек, а уголки губ беззвучно дрогнули в улыбке.
Сюй Любай в это время вел внутреннюю борьбу: с одной стороны, нужно было придерживаться своего образа — ведь по канону персонаж не любил закуски, с другой — хотелось дать волю чувствам, ведь главное — это собственное удовольствие.
К тому же, люди имеют свойство меняться!
В конечном итоге...
У кассы девушка-кассир, глядя на гору закусок, которые едва помещались на ленте, широко открыла глаза. Увидев Цинь Чжэна, она замерла, тут же залилась краской, а затем перевела взгляд на Сюй Любая и заикаясь спросила:
— Это... это все ваше?
Сюй Любай мягко кивнул:
— Да. — Видя, что кассирша все еще пребывает в ступоре, он слегка усмехнулся: — Можно пробивать?
— А, да... конечно!
— С вас две тысячи триста двадцать один юань. Наличными, картой или через Вичат?
Сюй Любай не успел пошевелиться, как Цинь Чжэн незаметно заслонил его собой и протянул кассиру карту:
— Без пин-кода.
— Хорошо!
Только когда они ушли, кассирша пробормотала себе под нос:
— Кажется, я наткнулась на что-то невероятное!
Она достала телефон и позвонила подруге, ее глаза светились азартом, а на лице играла улыбка истинной фанатки:
— Дахуа! Это конец! Я тоже вступаю в ряды фудзёси!
На том конце провода Дахуа пребывала в полном недоумении: «Что?»
— Это же пара в реальности! Как они подходят друг другу! О-о-о!
Дахуа: «О чем ты вообще? Ты что, с ума сошла?»
...
Вернувшись домой, Цинь Чжэн по своей воле отправился на кухню, а Сюй Любай в отличном настроении унес два огромных пакета со снеками в свою комнату. Но не успел он даже приступить к распаковке, как перед ним возникла чья-то фигура и забрала все пакеты.
Сюй Любай поднял голову и уставился на Цинь Чжэна:
— Ты что творишь!
— Тише. Скоро ужин, вредно перебивать аппетит закусками.
Сюй Любай: ...
Цинь Чжэн снова потрепал его по голове. Уходя, он взглянул на влажные от негодования персиковые глаза Сюй Любая и, немного подумав, все же оставил ему одну пачку чипсов.
Сюй Любай смотрел на маленькую пачку в своих руках с яростью!
Месть за отнятые закуски будет страшной!
Чипсы были вскрыты с резким звуком, Сюй Любай принялся жадно запихивать их в рот, с остервенением хрустя ими на весь дом! Он представлял, что это Цинь Чжэн, и беспощадно пережевывал его, проглатывая кусок за куском!
— Иди ужинать.
Сюй Любай сохранял ледяное выражение лица, делая вид, что не слышит слов Цинь Чжэна.
Цинь Чжэн проявил терпение:
— Ну же, иди есть, иначе боюсь, что вечером у тебя не останется сил двигаться.
Сюй Любай: «??»
В смысле? Почему это прозвучало так двусмысленно?
Не успел он додумать, как его тело оторвалось от земли. Сюй Любай инстинктивно обхватил человека, который его поднял.
— Ты что делаешь!
— Кормлю тебя.
http://bllate.org/book/23571/2567573
Готово:
