— Не-гуня, посторожите здесь, я пойду с ними, они не могут найти подземную темницу клана Цзинь, — Лань Сичэнь посмотрел на Не Ситун.
— Хорошо. — Не Ситун сочла слова Лань Сичэня разумными. Поменявшись с ним местами, она догнала Лань Ванцзи и Вэй Усяня.
Трое быстро отыскали темницу. Вдоль всей дороги сновали люди четвёртого и пятого старейшин Цзинь, но Вэй Усянь, взмахивая Суйбянем, не оставлял никого в живых. Наконец они обнаружили камеру, где был заточён Цзинь Лин.
Племянник оказался накрепко связан железными цепями, его конечности были подвешены. Слёзы мгновенно брызнули из глаз Вэй Усяня. Похоже, Цзинь Лин перенёс нечеловеческие муки: он уже потерял сознание, а на запястьях и щиколотках зияли содранные до мяса раны.
— А-Лин, Цзинь Лин, старший дядя пришёл, проснись… проснись, А-Лин… — в отчаянии Вэй Усянь бросился вперёд. Лань Ванцзи разрубил цепи ударом меча, а Лань Сичэнь взвалил Цзинь Лина себе на спину.
— Сначала уйдём отсюда, а там осмотрим его, — произнёс Лань Сичэнь, шагая вперёд.
Два адепта направления Ван Сянь следовали позади. Сердце Вэй Усяня разрывалось от боли и жалости. Все его мысли были сосредоточены на Цзинь Лине, поэтому он потерял бдительность, в отличие от предельно собранного Лань Ванцзи. Стоило им выйти из темницы, как из засады на Вэй Усяня кто-то бросился с клинком. Вэй Усянь почувствовал опасность, но было уже поздно.
— Вэй Усянь, сдохни! — завопил Цзинь Чань — внук четвёртого старейшина Цзинь и сын того ублюдка Цзинь Цзысюня, который затаил лютую злобу на Вэй Усяня.
— Вэй Ин! — воскликнул Лань Ванцзи.
— А-Сянь! — выдохнул Лань Сичэнь.
— Пхм… — Лань Ванцзи оборвал жизнь Цзинь Чаня одним взмахом Бичэня, и во все стороны брызнула кровь.
— Вэй Ин, ты в порядке? — Лань Ванцзи принялся лихорадочно осматривать Вэй Усяня с ног до головы.
— Всё в порядке, уходим скорее, заберите его с собой. — Вэй Усянь привязал верёвкой тело Цзинь Чаня и потащил его по земле.
Воссоединившись с Цзян Ваньинем, четвёртый старейшина Цзинь уставился на волокшийся по земле труп своего внука и остолбенел. Внука не стало, и эта ветвь их рода прервалась раз и навсегда…
— Вэй Усянь, как ты подл! Ты не пощадил даже ребёнка! — взвизгнул четвёртый старейшина, но Не Ситун отвела меч от его горла. Старик попытался броситься к внуку, однако руки его были связаны.
— Твой внук сам напросился на смерть и пытался убить моего А-Сяня. Разве не правильно поступил Ванцзи, прикончив его? Или вашим детям дозволено убивать кого угодно? Если следовать вашей логике, раз детям всё сходит с рук, я могу позвать всех адептов клана Лань и вырезать Башню Цзиньлин подчистую, как вам такое? — срывающимся голосом прокричал Лань Сичэнь.
— Старший брат, сперва позаботься о Цзинь Лине, — окликнул его Лань Ванцзи.
— Ханьгуан-цзюнь, пусть подойдёт Ситун. Её семья по материнской линии веками занималась врачеванием, в медицине ей нет равных, — произнёс Не Хуайсан, глядя на Лань Ванцзи.
— Госпожа Не, прошу вас, — Вэй Усянь уже места себе не находил от беспокойства, прижимая к себе Цзинь Лина, в то время как Цзян Чэн по-прежнему сжимал в руке искрящийся Цзыдянь.
Не Ситун опустилась на колено рядом с Вэй Усянем и, нащупав пульс Цзинь Лина, нахмурилась:
— Духовные силы мальчика запечатаны, к тому же он отравлен. — Она посмотрела на Вэй Усяня и Лань Ванцзи.
— Выдай противоядие! — Вэй Усянь опустил Цзинь Лина на землю и принялся яростно трясти четвёртого старейшину.
— Противоядие? Нету! Пусть лучше сдохнет и составит компанию моему внуку, ха-ха-ха-ха! — злорадно рассмеялся старик.
— Старый хрыч, думаешь, без твоего противоядия мы ничего не сможем сделать? Ты слишком недооцениваешь способности меня, Не Ситун! — Не Ситун смахнула с запястья ряд серебряных игл.
— Вторая брат, помоги! — крикнула она.
— Иду! — Не Хуайсан закинул веер за пояс. Послушавшись указаний Не Ситун, он уложил Цзинь Лина животом себе на колени. Иглы вошли в спину мальчика, а затем в макушку, и Цзинь Лина вырвало чёрной кровью.
— Токсин выведен наполовину, но для второй половины потребуется кровь человека с преобладанием Инь и человека с преобладанием Ян. Их нужно смешать и дать ему выпить, только после этого я смогу продолжить, — объяснила Не Ситун Не Хуайсану.
— Второй старейшина, будьте добры, найдите пиалу, — обратился Вэй Усянь к стоявшему рядом человеку.
— Разумеется, молодой господин Вэй, не извольте церемониться, — превозмогая тяжёлые ранения, старейшина отыскал пиалу и передал её Вэй Усяню.
— Что намерена делать госпожа? — спросил Вэй Усянь у Не Ситун.
— Сама по себе энергия Инь не поможет, без чистейшего Ян тоже не обойтись, — ответила она.
— Я использую свою, — произнёс Лань Ванцзи.
— Лань Чжань, ты…?! — не понял Вэй Усянь.
— А-Сянь, всё верно, у Ванцзи тело с чистейшей энергией Ян, — подтвердил Лань Сичэнь.
— Хорошо, тогда оба живо пустите кровь, дайте мальчику выпить, чтобы я смогла полностью вытравить из его тела гусеницу-паразита, — скомандовала Не Ситун.
Двое уже приготовили кровь и передали пиалу Не Хуайсану. Зажав нос и разжав Цзинь Лину зубы, Не Ситун влила зелье внутрь, а затем сделала надрез на запястье мальчика. Спустя мгновение оттуда выползла крошечная жуткая букашка.
Не Ситун поймала её, спрятала в крошечную склянку и убрала в свой Цянькунь-дайсюй. Расставив иглы по главным точкам на теле Цзинь Лина, она заставила его выплюнуть остатки дурной крови, после чего аккуратно перевязала запястья и щиколотки.
Лань Ванцзи обрабатывал раны Вэй Усяня, совершенно забыв про собственную кровоточащую руку. Вэй Усянь с болью в сердце перехватил у него платок и сам затянул узел на руке Лань Ванцзи, завязав его изящным бантиком.
— Лань Чжань, дальнейшее возьми на себя, это то, что я должен сделать для Цзинь Лина, — промолвил Вэй Усянь, заглядывая в глаза Лань Ванцзи.
— Вэй Ин, Цзинь Линь — твой племянник, но и мой тоже. Мы пройдём через это вместе, не отталкивай меня. Раз он называет меня старшим дядей, я обязан его защищать, — твёрдо глядя на него, Лань Ванцзи взял Вэй Усяня за руку.
— Лань Чжань… Хорошо, давай вместе… — голос Вэй Усяня дрогнул.
— А-Сянь, действуй смело, клан Лань прикроет твои тылы, — поддержал его Лань Сичэнь.
— Благодарю, старший брат, — Сянь-сянь был тронут до глубины души.
— Вэй-сюн, я тоже с тобой, — с абсолютно серьёзным видом заявил Не Хуайсан.
— Вот и отлично, — улыбнулся Вэй Усянь.
Зазвучали ноты Чэньцина, и перед Вэй Усянем появилась фигура в алых одеждах, почтительно отдавшая поклон.
— Хозяин, господин, — обратилась Хун И к обоим мужчинам.
— Вэй Ин… она… — растерянно протянул Лань Ванцзи.
— Лань Чжань, неужели ты не узнал её? Это та самая женщина-призрак из надзорного пункта, один из моих генералов Радуги. Поскольку тогда, увидев её впервые, ты назвал меня по имени, я подумала, что она тебе неприятна, и больше никогда их не призывала, — пояснил Вэй Усянь.
— Значит, если бы они появились в Безночном городе, ты бы не погиб? — Лань Ванцзи крепче сжал его руку.
— Лань Чжань, какой же ты умный! Давай вернемся к этому позже, сначала разберёмся со всем здесь, а дома я отвечу на любые твои вопросы.
— Хорошо, — Лань Ванцзи твёрдо решил выведать правду об этом до конца.
— Хун И, принеси сюда книги с именами этих двоих, а также все собранные ими улики и доказательства их преступлений.
— Слушаюсь, хозяин! — Хун И отдала приказ и исчезла.
— Цзян Чэн, отведи всех в зал Пиров и Угощений. Второй старейшина, ваши раны позволяют вам держаться на ногах? — поинтересовался Вэй Усянь.
— Молодой господин Вэй, не беспокойтесь, у меня лишь поверхностные царапины, — ответил тот.
— Прекрасно. Тогда попрошу вас собрать в зале Пиров и Угощений всех членов клана Цзинь, включая служанок и слуг, а также принести для Цзинь Лина кушетку, — сурово распорядился Вэй Усянь.
Цзян Чэн и Лань Сичэнь уже привязали пятого и четвёртого старейшин Цзинь заклинательными лентами в зале Пиров и Угощений. Не Хуайсану пришлось изрядно повозиться, чтобы притащить туда же тело Цзинь Чаня с помощью верёвки Вэй Усяня — эта задача вымотала его до седьмого пота.
— А-Сянь, почему твой генерал-призрак называет Ванцзи господином? — Лань Сичэня снесло любопытство, впрочем, как и всех остальных, включая самого Лань Ванцзи.
— Ну… старший брат… я… наверное, это потому, что ауры нас двоих слились воедино… — смущенно пробормотал Вэй Усянь.
— Молодой господин Вэй, люди собраны, — произнёс вошедший второй старейшина. Не Ситун тут же проверила его пульс и, убедившись, что угрозы жизни нет, дала ему целебную пилюлю.
— Подождите немного, Хун И скоро вернется, — бросил Вэй Усянь.
— Хозяин, я всё доставила. Здесь их преступные записи, вещественные доказательства, а ещё я привела с собой духов тех, кого они замучили до смерти, — доложила Хун И.
— Отлично. Хун И, встань рядом с Цзинь Лином, следи, чтобы никто к нему не приближался, — холодно приказал Вэй Усянь.
— Не-сюн, будь добр, зачитай это вслух, — Вэй Усянь передал Не Хуайсану листок с именами четвёртого и пятого старейшин.
— Хорошо, Вэй-сюн, положись на меня, — развернув свиток с уликами, Не Хуайсан звонко зачел:
— Четвёртый старейшина, пятый старейшина: притеснение простого народа, насильственный захват девиц, убийства невинных людей, в сговоре с Цзинь Гуаншанем… планирование убийства… Цансэ Саньжэнь и Вэй Чанцзэ… заговор с целью устранения главы клана Цзинь… попытка узурпации власти в клане Цзинь! — Не Хуайсан взглянул на Вэй Усяня.
Вэй Усянь лишился дар речи. Родители погибли по вине Цзинь Гуаншаня, и эти двое были замешаны…
— Говорите, где тела моих матушки и батюшки?! — Вэй Усянь был подобен разъяренному тигру, от его вида бросало в дрожь, а глаза налились кровью.
— Ха-ха-ха, не думал, что у тебя хватит ума докопаться до истины, даже спустя столько времени. Но боюсь, своих родителей ты уже не отыщешь, ха-ха-ха! — презрительно расхохотался пятый старейшина.
— Цзы И, убей его сына, — приказал Вэй Усянь. И пока все растерянно озирались в поисках призрака в фиоделетовых одеждах, сын пятого старейшины уже испустил дух — его душа рассеялась в небытие.
— Вэй Усянь… чтоб ты сдох в муках! — взревел пятый старейшина.
— Будешь говорить или нет? Иначе живым отсюда не уйдёт никто, — зловеще улыбнулся Вэй Усянь, и эта улыбка не отражалась в его глазах, вселяя первобытный ужас.
— Вэй Усянь, оставь свои попытки, пятый ничего не скажет, мы не позволим ему проболтаться, — насмешливо бросил четвёртый старейшина.
— Цзы И, уничтожь всю семью четвёртого старейшины, никого не оставлять, — взмахнул рукой Вэй Усянь, и призрак немедленно приступил к исполнению. Присутствующие адепты клана Цзинь оцепенели от страха.
— Говоришь или нет? — глядя на пятого старейшину, процедил Вэй Усянь.
— На… Могильниках… Пятьсот шагов к северу от Пещеры Демонического Искушения… Под большим валуном… — сломался старик от ужаса.
— Пятый, ты… предал нас! — задохнулся четвёртый старейшина.
— Цзы И, вырежи родню пятого старейшины до последнего человека, — потребовал Вэй Усянь.
Цзы И не любила пустых слов и предпочитала действовать: от семьи пятого старейшины не осталось никого. В зале Пиров и Угощений в живых теперь были только четвёртый и пятый старейшины — с ними Вэй Усянь собирался расправиться лично.
— Хун И, выведи духов-свидетелей, пусть они поведают нам о славных делах этих двоих, — Вэй Усянь крутанул в пальцах Чэньцин.
— Слушаюсь, хозяин! — Хун И взмахнула рукой, и перед ними материализуя тень — судя по всему, многолетнего слугу четвёртого старейшины.
— Кто ты такой? — спросил Не Хуайсан.
— Я был слугой четвёртого старейшины. Недавно он убил меня за то, что я пытался помешать им творить зло. Их руки по локоть в крови: они насильно забирали дочерей и жен простых людей, а тех, кто сопротивлялся, забивали до смерти палками, глумясь над несчастными на глазах у мужей. Они жаждали захватить власть в клане Цзинь, но тягаться с Цзинь Гуаншанем не могли, поэтому предпочли стать его цепными псами. Когда-то Цзинь Гуаншань вознамерился привлечь в клан Цзинь Цансэ Саньжэнь и господина Вэй Чанцзэ. Цансэ Саньжэнь обладала неземной красотой, и старый похотливец положил на неё глаз. Эти двое питали к ней такие же грязные чувства. Получив отказ, Цансэ Саньжэнь и господин Вэй Чанцзэ отправились на ночную охоту. Старейшины перехватили старшего ученика Причала Пристань Лотоса, убили его, сбросили тело в Могильники, а все его вещи похитили. Затем они подали сигнал бедствия от имени клана Цзян, якобы заманивая в ловушку в Могильниках, — без этого Цансэ Саньжэнь и Вэй Чанцзэ никогда бы туда не пошли. Когда те бросились на зов, всё было готово к распете. Их заманили в ловушку-формацию, а распылённый по дороге дурман лишил духовных сил, после чего обоим пронзили грудь клинками. Опасаясь разоблачения, они запечатали их духовные силы вместе с душами и придавили огромным валуном, чтобы никто не смог найти. А когда я попытался помешать им убить молодого господина Цзинь Лина, старейшина расправился со мной и выбросил моё тело в Могильниках, но моей душе удалось бежать, — поведал призрак.
Вэй Усянь уже не сдерживал слёз. Его тело сотрясалось от рыданий, и он бессильно осел в объятиях Лань Ванцзи.
— Вэй Усянь, держись, отомсти за Вэй-шушу и тётушку Цансэ, — кричал Цзян Ваньинь.
— Благодарю вас, почтенный старец, после я помогу вам переродиться, — Лань Сичэнь почтительно поклонился призраку.
— Не нужно, уважаемый глава клана Лань, у меня лишь одна просьба к молодому господину Вэю: позвольте мне охранять взросление маленького господина Цзинь. В этой жизни ко мне никто не относился по-доброму, а маленький господин часто рассказывал мне истории. Пусть у него скверный характер, в душе он добрый, и когда я болел, он тайком приносил мне лекарства. Я хочу лишь защищать его, — промолвил дух.
— Убери его пока с глаз долой, поговорим об этом позже, — тихо сказал Лань Ванцзи.
— Хорошо, — кивнул призрак.
— Передай это женщине-призраку: здесь список остальных причастных лиц из клана Цзинь. Пусть она расправится с ними по списку, чтобы их духи рассеялись и не осталось никаких угрозы в будущем, — Не Хуайсан протянул список фиолетовому призраку.
Цзы И немедленно взялась за дело, и в мгновение ока Башня Цзиньлин обагрилась кровью, устилаясь телами убитых. Четвёртый и пятый старейшины были пронзены насквозь четырьмя мечами — Вэй Усяня, Лань Ванцзи, Цзян Ваньиня и Лань Сичэня, а Цзы И позаботилась о том, чтобы от них не осталось даже душ.
— Вэй Ин… — позвал Лань Ванцзи.
— Вэй Усянь… — окликнул Цзян Ваньинь.
— А-Сянь… — выдохнул Лань Сичэнь.
— Вэй-сюн… — подхватил Не Хуайсан.
Не Ситун, проверив пульс Вэй Усяня, спокойно произнесла, обращаясь к остальным:
— Молодой господин Вэй пережил сильнейшее потрясение, его эмоциональное состояние нестабильно, потерять сознание в таком случае — норма. Но Ханьгуан-цзюнь, у него тяжелейшая душевная травма, к тому же сердце давно барахлит. — Она перевела взгляд на Лань Ванцзи.
— Как такое возможно… — растерялся Лань Ванцзи.
— Его тело уже почти исцелено, но душевные недуги лечатся лишь душевными средствами, простыми методами здесь не обойтись. Чтобы Вэй Усяню стало лучше и спал этот внутренний узел, понадобятся всего две иглы, — добавила она.
— Будьте любезны, госпожа, — Лань Ванцзи склонил голову, прижимая к себе Вэй Усяня.
— Старший брат, глава Не, прошу вас присмотреть за всем, а я пока отнесу Вэй Ина в Цзинши, — произнёс Лань Ванцзи, вскочил на Бичэнь и вместе с Вэй Усянем покинул Башню Цзиньлин.
— Второй старейшина, клану Цзинь, судя по всему, придётся набирать новых слуг, подойдите к этому вопросу со всей тщательностью, — напомнил Не Хуайсан.
— Разумеется, глава Не, можете не сомневаться, — ответил тот.
— Боюсь, нам предстоит держать ответ перед сотней кланов. Появление четырёх великих кланов в Башне Цзиньлин в полном составе не останется незамеченным, — заметил Не Хуайсан, глядя на Лань Сичэня.
— Раз так, после того как Ванцзи и А-Сянь сыграют свадьбу, Лань Ванцзи проведёт дискуссионную конференцию и разъяснит всё произошедшее, — предложил Лань Сичэнь.
— Пожалуй, другого выхода нет, — кивнул Не Хуайсан.
— Цзэу-цзюнь, Не Хуайсан, госпожа Не, благодарю за помощь в сегодняшнем деле, — Цзян Ваньинь отвесил им глубокий поклон.
— Ваньинь, к чему эти благодарности? По совести говоря, я видел, как рос Цзинь Лин, и не мог остаться в стороне, — с улыбкой ответил Лань Сичэнь.
— Послушай, Цзян-сюн, не пора ли тебе сменить обращение ко мне? — помахивая веером, протянул Не Хуайсан, глядя на Цзян Ваньиня.
— Госпожа Не, я… всем сердцем привязан к вам. Сегодня я повёл себя излишне дерзко, но если вы не брезгуете, я бы хотел просить вас стать хозяйкой Причала Пристань Лотоса, — произнёс Цзян Ваньинь, кланяясь.
— Хорошо, я не брезгую, — простодушно согласилась Не Ситун, выдав себя замуж в два счёта.
— О небеса! Вы что, меня вообще за человека не считаете? Вот так просто всё и решили?! — возмутился Не Хуайсан, переводя взгляд с Цзян Ваньиня на сестру.
— Нам двоим этого достаточно, а твоё мнение роли не играет — всё равно ты мне не указ. Второй брат, не забудь подготовить для сестры приданое побогаче! — поддразнила его Не Ситун с лукавой улыбкой.
Лань Сичэнь еле сдерживал смех, а Цзян Чэн глуповато улыбался — похоже, эта девушка наконец исцелила ту самую незаживающую рану в глубине его души.
Поскольку с Цзинь Лином больше не было опасности, Не Хуайсан и Цзян Ваньинь поспешили отправить Лань Сичэня обратно в Облачные Глубины проверить, как там Вэй Усянь.
Лань Ванцзи стремглав нёсся на мече в Цзинши с Вэй Усянем на руках. Встревоженный Лань Цижэнь почуял неладное и вихрем помчался следом, за ними бежали двое младших адептов и Вэнь Нин.
Стоило им переступить порог, как стало очевидно: лицо Вэй Усяня страшно побледнело, он лежал на кушетке с закрытыми глазами, а сам Лань Ванцзи выглядел так, будто только что закончил обмывать тело Вэй Усяня — его одежда насквозь промокла и ещё не успела высохнуть.
http://bllate.org/book/23620/2589586
Готово:
