За пределами картины зрители зашумели: многие сомневались, не схитрил ли юноша по имени Син Сян.
Будда Тин Чань с улыбкой обратился к Чжэньцзюнь Даояну:
— Похоже, в этот раз, помимо отпрысков знатных семей, нашлись и те, у кого поистине выдающиеся духовные корни.
В глазах Чжэньцзюнь Даояна на миг мелькнуло одобрение. Он не сводил глаз с Син Сяна:
— Недурно. Кто бы мог подумать, что кто-то сумеет постичь принцип «легкости в тяжелом». Весьма недурно.
Сказав это, он сделал несколько пассов руками. Небо над картиной, до этого ясное, внезапно огласилось раскатами грома, и в одно мгновение хлынул проливной дождь.
Син Сян, только-только постигший суть «легкости в тяжелом» и собиравшийся на одном дыхании взлететь на вершину, никак не ожидал такого поворота. Каменные ступени стали скользкими, и ему поневоле пришлось остановиться, размышляя, как быть дальше.
Гигантский камень за его спиной, напитываясь влагой, вдруг стал подозрительно легким. Син Сян почувствовал, что в следующую секунду тот едва ли не взлетит в воздух. Но если камень покинет его, то неизбежно рухнет в пропасть.
Юноша вспомнил: еще до того, как он постиг принцип «легкости в тяжелом», он пытался исследовать недра камня и обнаружил там крупицы дао-ритма. Тогда он пробовал вобрать их в себя, но тяжесть оказалась непосильной, и он отступил. Теперь же Син Сян начал осознанно впитывать эти частицы. Вес камня тут же начал расти, и он с облегчением выдохнул, почувствовав, что вновь обрел равновесие.
«Тяжесть в легком».
Син Сян молча обдумывал два противоположных способа управления силой, постепенно настраивая себя на состояние тонкого равновесия. Затем он открыл глаза и зашагал вперед — уверенно, не торопясь, с невозмутимым спокойствием.
— А он неплох, — глядя на Син Сяна, Чжэньцзюнь Даоян слегка смягчил суровое выражение лица.
Вскоре Син Сян достиг пика. Оглядевшись, он увидел, что на вершине собралось всего несколько сотен человек. Первый этап отбора завершился: из ста тысяч участников испытание прошли лишь несколько тысяч, а на пяти горных пиках в среднем оказалось меньше тысячи человек на каждый.
Отбор трех сект был поистине суров. Неудивительно, что все ученики, вышедшие из их стен, были прославленными мастерами, чьи имена гремели на всю округу.
Син Сян осматривал окрестности. Пространство между пятью вершинами было заполнено плотным слоем облаков, посреди которых парил в воздухе остров. По всей видимости, вторым этапом был путь к этому острову.
Вскоре раздался голос Будды Тин Чаня:
— Путь по водам Слабости: кто доберется до Парящего острова, тот прошел.
Толпа заволновалась.
— Это же воды Слабости! Говорят, они даже перышко на плаву не удержат!
— Не говоря уж о том, что даже если бы держали, лодок-то поблизости нет.
Пока все пребывали в растерянности, один из юношей из знатных родов, стоявший впереди, обратился к остальным:
— Господа, прошу прощения, но я пойду первым.
Люди обернулись на голос. Перед ними стоял юноша в белых одеждах, весьма привлекательный, с ироничной усмешкой на губах и развязной манерой поведения — в нем сразу угадывался выходец из богатого клана.
— Это Бай Хан из рода Бай, — узнала его одна из девушек.
Услышав это, Бай Хан приосанился, игриво подмигнул девушке и начал понемногу сдерживать свою ауру. А вот стоявшая рядом с ним девушка в синем была явно недовольна — она метнула на ту девушку острый, как нож, взгляд.
Бай Хан сложил пальцы «мечом» и коснулся нескольких точек на своем теле, словно снимая какую-то печать. Его зрачки побелели, от тела начало исходить белое сияние, а аура резко возросла. Поднявшийся от него ветер заставил окружающих пошатнуться.
— Брат Бай Хан так силен! Пробудил силу крови, его мощь выросла втрое! — восхищенно воскликнула девушка в синем.
Син Сян внимательно наблюдал за происходящим. Он слышал это имя от Ло Юя — кажется, Бай Хан был одним из «четырех молодых господ» королевской столицы. Неужели у всех выходцев из четырех великих семей столицы есть подобная сила крови? В таком многолюдном месте, да еще под надзором мастеров внутри картины Исянь, Син Сян не решился использовать «Око Души». Ему оставалось лишь подавить любопытство и наблюдать дальше.
Бай Хан, не спеша, собрал из окрестных облаков несколько комков. В его руках облака не рассеивались — очевидно, он использовал какую-то технику связывания. Вскоре под его контролем облака сложились в лодку.
— О, сконденсировал облака в лодку с помощью силы крови. Этот мальчишка из рода Бай непрост, — пробормотал про себя правитель Города Циншань, наблюдая за происходящим снаружи.
— Брат Бай Хан, подожди меня! — Девушка в синем окуталась лазурным светом, на её спине проступили прозрачные крылья. Она легко оттолкнулась ногами от земли и, взмыв в воздух, устремилась вслед за облачной лодкой Бай Хана к Парящему острову.
— Это девчонка из рода Лань, её врожденная духовная сила выше обычной. Разве не говорили, что старейшина Ло из Божественной Секты Исянь уже взял её в ученицы? — узнал её один из старцев.
Духовная сила этой девушки невероятно сильна. Должно быть, она уже на пике Начальной ступени Души и скоро перейдет на вторую. Похоже, у тех, кто практикует развитие души, на Начальной ступени действительно случаются чудесные перемены: у меня пробудилось Око Души, а у неё, должно быть, появились духовные крылья. Син Сян принял решение: после отбора он будет усердно практиковать «Семь звезд», чтобы поскорее преодолеть Начальную ступень Души.
Бай Хан и девушка в синем эффектно удалились, чем побудили остальных отпрысков знатных семей продемонстрировать свои способности.
— Переправа на тростинке! Это же Сун Чжилинь из мирского клана, гений Академии Боевых Искусств! — раздались восторженные крики.
Сун Чжиюань, стоявший в толпе, горделиво наблюдал за младшим братом. Не желая отставать, он с помощью духовной силы сотворил прозрачного водяного дракона длиной в фут и, встав на него, направился к острову. Его вид был еще внушительнее, чем у брата, а перед самым отправлением он бросил на Син Сяна вызывающий взгляд.
Неподалеку Цзин Су и остальные, глядя на Сун Чжиюаня, взирали на него с благоговением:
— Не зря он наш старший брат. Последняя техника «Кулака разрывающего дракона» — движение верхом на драконе — уже доведена до совершенства, почти не отличается от настоящих магических искусств.
— Воистину, у славного отца не бывает плохих детей! В роду Сун не только вырос прославленный генерал, но и два отличных ростка. Скоро род Сун взлетит до небес, — польстили главе клана Сун снаружи картины.
Глава клана погладил бороду и улыбнулся:
— Вы слишком добры ко мне.
У озера Слабости один за другим юноши из знатных семей демонстрировали удивительные методы переправы.
«И правда, у них перед обычными людьми огромное преимущество», — подумал Син Сян. Окружающие его люди, которые так и не решились сдвинуться с места, были обычными культиваторами. Для них пробуждение боевого канала — уже большая удача, а отсутствие условий для культивации делает их значительно слабее выходцев из богатых родов. Не говоря уж о том, что у последних всегда есть в запасе тайные техники и способности.
Но Син Сян не пал духом. Пусть у него нет умений летать или ходить по воде, раз секты выбрали это испытанием, значит, на то есть причина. Иначе они бы просто набрали учеников в крупных семьях, не утруждая себя отбором обычных практиков.
Син Сян коснулся ладонью водной глади. Его духовная сила пришла в движение, и он ощутил мощный поток дао-ритма — он был очень похож на тот, что он чувствовал в дожде на горе. «Неужели эта вода может сделать камень, который я несу на спине, легким как перышко?»
Быть может, можно превратить сам камень в лодку?
Решившись, Син Сян принялся за дело: он стал обтачивать свой гигантский камень, придавая ему форму судна.
— Глядите, этот парень собрался плыть на куске камня! — насмешливо выкрикнул кто-то из толпы.
Син Сян не обратил внимания. Он взял небольшой обломок, который обтесал, и бросил в воду. По воде пошли круги, но камень — вопреки тому, что воды Слабости не держали даже перышка — не утонул.
— Мне что, померещилось? — кто-то протер глаза, не веря увиденному.
— Как я и думал, — Син Сян слабо улыбнулся и продолжил работу. Вскоре каменная лодка была готова. Син Сян столкнул её в воду и ступил на борт. Под управлением принципов дао, которые он постиг, лодка уверенно двинулась вперед.
Снаружи картины Чжэньцзюнь Даоян внезапно открыл глаза, которые до этого были плотно сомкнуты, и не сводил взгляда с Син Сяна. Хотя другие юноши тоже переправлялись через воды Слабости, все они полагались на силу крови или тайные техники. Для обычных людей это могло выглядеть потрясающе, но для многоопытного Чжэньцзюнь Даояна это было незрело. Некоторые из них даже не могли толком совладать со своими способностями, что только раздражало его, и он предпочел закрыть глаза.
Будда Тин Чань и Шэнь Цянь тоже перевели взгляд на Син Сяна. Причина была проста: Син Сян был первым, кто действительно постиг смысл переправы через воды Слабости.
Все присутствующие затаили дыхание, глядя, как Син Сян уверенно плывет на своем каменном судне. Когда он удалился на приличное расстояние, многие из тех, кто пытался схитрить или найти легкий путь, начали кусать локти от сожаления.
Они приняли попытки подражать ему: у кого были камни — лихорадочно принялись их обтесывать, а у кого нет — пытались втиснуться в чужие лодки, но обнаруживали, что те не выдерживают веса. Им оставалось лишь ждать, пока не истечет время, чтобы быть исключенными.
Те же, кто сумел сделать подобие лодки, столкнувшись с водой, не могли совладать с ней, так как не понимали принципов тяжелого и легкого — их суденышки переворачивались, и они падали в воду. Лишь те, кто хоть немного уловил дао-ритм внутри камня, смогли кое-как продвигаться вперед.
Нашелся и еще один человек, который начал обтачивать камень, как только увидел поступок Син Сяна. Он завершил работу быстрее остальных и, следуя за Син Сяном, развил даже большую скорость.
Син Сян не успел отплыть далеко, как почувствовал ветер за спиной. Рядом проплывала лодка, и человек на ней, Ся-хоу И, скрестил руки в приветственном жесте:
— Благодарю, друг, за подсказку. Позволь мне идти первым, прощай!
С этими словами Ся-хоу И, подняв брызги, помчался к Парящему острову. Син Сян ответил тем же жестом. Он почувствовал, что на лодке Ся-хоу И есть невидимый парус, по-видимому, сконструированный из элемента дерева. Жаль, что он не осмелился использовать духовное чувство, чтобы проверить это. Неужели кто-то может пробудить несколько видов боевых каналов? Син Сян покачал головой, не желая больше раздумывать, и продолжил путь.
Троица великих мастеров отвела взгляды и переглянулась, обменявшись кивками.
Будда Тин Чань промолвил:
— Раз этот юноша постиг крупицы дао-ритма, оставленные нами, нам следует даровать ему шанс.
— Это не только шанс, но и испытание — поглядим, сумеет ли он продвинуться дальше, — сказал Чжэньцзюнь Даоян, меняя жест руками и приступая к приготовлениям.
Шэнь Цянь был настроен оптимистично:
— А я считаю, что у этого мальчишки всё получится.
http://bllate.org/book/23645/2598691
Сказали спасибо 0 читателей