Гу Бай некоторое время пристально смотрел на него, а затем внезапно тихо рассмеялся.
Фан Чэнь с недоумением спросил:
— Чему ты смеешься?
Гу Бай покачал головой и перевел тему:
— Повтори то, что сказал вчера вечером.
Фан Чэнь сразу понял, о чем речь. Его лицо слегка покраснело, и он, склонившись к самому уху Гу Бая, прошептал:
— Я люблю тебя, Тяньтянь.
Сказав это, он молниеносно натянул одеяло на лицо, оставив снаружи лишь пару темных глаз.
Гу Бай откинул одеяло и серьезно ответил:
— Я тоже тебя люблю.
Он помолчал и добавил:
— И полюбил тебя, А Чэнь, очень давно.
После этих слов Гу Бай почувствовал, как на душе стало легче, словно оборвалась какая-то невидимая нить. Это не принесло разочарования — напротив, наступило умиротворение от того, что последнее желание было исполнено.
В голове раздался голос Юаньюань:
— Это потому, что исполнилось последнее навязчивое стремление прежнего владельца тела.
Гу Бай внезапно все понял: заветным желанием Сун Тянье было признаться Фан Чэню в любви — признаться, что он любил его с самого начала и будет любить до конца своих дней, и это чувство никогда не изменится.
Фан Чэнь не знал, о чем думает Гу Бай, но от услышанного его глаза засияли еще ярче. Юноша, только что вступивший на путь любви, еще не знал, как правильно вести себя с возлюбленным, и просто глупо улыбался, глядя на Гу Бая.
Нет в мире ничего прекраснее, чем осознание того, что человек, которого любишь ты, отвечает тебе взаимностью. Это не зависит от пола или статуса — просто этот человек оказался именно тем самым.
Поулыбавшись некоторое время, Фан Чэнь вдруг тихо спросил:
— Тяньтянь, когда мы расскажем о нас нашим родителям?
Не дожидаясь ответа, он погрузился в собственные мысли и нахмурил красивые брови:
— Я думаю, стоит сказать пораньше, чтобы они успели морально подготовиться.
— А если они будут против? — спросил Гу Бай, подхватывая тему.
Фан Чэнь явно не задумывался над этим вопросом. Он опешил, но затем решительно покачал головой:
— Невозможно. Мои родители так тебя любят, как они могут быть против? К тому же, я такой послушный, а твои отец и мать с самого детства говорили, что считают меня своим сыном.
Хотя он так говорил, в глубине души Фан Чэнь понимал, что добиться согласия обеих семей будет непросто. Но спешить некуда — впереди у них с Тяньтянем целая жизнь.
Фан Чэнь протянул руки и заключил Гу Бая в объятия. Вдыхая свежий аромат, исходящий от любимого человека, он чувствовал лишь спокойствие и тепло. Это была тюрьма, из которой он не хотел выбираться всю свою жизнь, принимая ее сладость во имя любви.
Их носы соприкоснулись, теплое дыхание коснулось лиц. Глядя на того, кто был перед ним, Фан Чэнь произнес каждое слово отчетливо:
— Если они будут против один день, я буду ждать один день. Если месяц — буду ждать месяц. Год, два, три, пять лет — сколько бы ни потребовалось, я никогда не отпущу твою руку.
В глазах юноши читалась серьезность и непоколебимая решимость. Он был подобен пылающему огню, который никогда не погаснет, не разочаруется и не опустит рук. Его оптимизм согревал его самого и всех вокруг.
Именно поэтому даже такой холодный человек, как Сун Тянье, открыл ему свое сердце.
Гу Бай улыбнулся — это была очень красивая улыбка. Он сказал:
— Я знаю.
— И я тоже.
Словно ручью необходимы рыбы, а рыбам — прозрачная вода. Никто из них уже не мог существовать друг без друга.
http://bllate.org/book/23664/2605864
Готово:
