Ню Юйхун холодно усмехнулась:
— Не списывал? Тогда объясни мне, как ты это сделал? Три года просидел в выпускном классе, а теперь вдруг за одну ночь превратился в вундеркинда?
Она внутренне ликовала: пойманный с поличным ученик даже не пытался изобразить раскаяние. Это было даже к лучшему — будь он покладистее, выставить его за дверь оказалось бы куда сложнее.
— Учитель! — Чэн Хаоян внезапно вскочил со своего места, размахивая длинной шпаргалкой, распечатанной Гао Чжэдуном. — Это шпаргалка Су Мяо, хотите взглянуть?
— Неси сюда.
Чэн Хаоян, словно неся бесценный трофей, выбежал к доске. Он нарочно волочил бумажную ленту по полу, вызвав в классе волну смешков.
— Учитель, это не мое.
Хотя Гао Чжэдун и подсунул ей эту бумажку, она просто бросила ее в парту, собираясь выбросить на перемене как мусор. Кто бы мог подумать, что ее вытащат на свет.
Глядя на это длинное неопровержимое доказательство, Ню Юйхун видела, как ей машет рукой долгожданная премия лучшему учителю. Улика налицо — чего бы это ни стоило, эту опухоль класса нужно вырезать.
— Су Мяо, я даю тебе последний шанс. Ты списал с этой шпаргалки?
Тон был чисто допросным. Впрочем, даже если бы Су Мяо признался, она все равно не позволила бы ему остаться.
— Нет.
Ню Юйхун в ярости хлопнула по столу и вперила в Су Мяо гневный взгляд:
— Хорошо, не списывал, значит? Пошли со мной в учебную часть.
Сказав это, она схватила контрольную работу вместе со шпаргалкой и возмущенно вышла из класса. Су Мяо поджала губы, стиснула зубы и последовала за ней. В спину ей неслись насмешки и свист — все без исключения ждали, когда она опозорится.
Учебная часть.
— Директор, взгляните на это, — Ню Юйхун швырнула шпаргалку и тест на стол директора Вана. — Это работа Су Мяо. Три года был в отстающих, а тут пробный экзамен по китайскому почти на высший балл. Вы же сами говорили, что любого, кто попадется на списывании, нужно немедленно исключить. Надеюсь, вы не станете отказываться от своих слов.
Гнев, который Ню Юйхун копила три года, наконец нашел выход.
Директор Ван поправил очки на переносице. Су Мяо уже давно был для него головной болью: из-за его присутствия страдала репутация всей школы.
— Да, я действительно говорил такое, — директор Ван перевел взгляд с работы на Су Мяо. — Су Мяо, тебе есть что сказать в свое оправдание?
— Директор, я не списывал, и эта шпаргалка не моя.
Она стояла, выпрямившись, и в ее глазах по-прежнему не было ни капли раскаяния.
Ню Юйхун закипала все сильнее:
— Директор, вы видите? Его поймали за руку, а он все еще упрямится. Держать такого ученика в школе — все равно что оставлять раковую опухоль.
Смысл был ясен: исключить немедленно.
Директор Ван тяжело вздохнул, не зная, что делать с таким учеником:
— Су Мяо, давай сделаем так: вызови родителей, мы все обсудим.
— Мои родители в командировке.
Директор Ван нахмурился:
— А кто-то еще есть дома?
— Мой старший брат, но я знаю только, где он работает, его номера телефона у меня нет.
Ню Юйхун восприняла этот ответ как попытку выгородиться:
— Директор, вы слышите? Он лжет! Он просто боится разоблачения. Именно поэтому он и не хочет вызывать родителей.
— Кто сказал, что я боюсь? Я сейчас же пойду и найду его!
Су Мяо развернулась и, не оглядываясь, вышла из кабинета.
— Хорошо, мы ждем! Если твой брат не придет, можешь больше не возвращаться! — прокричал ей вслед директор, скрежеща зубами от ярости.
Покинув школу, Су Мяо вовсе не собиралась бежать. Доказать свою невиновность было несложно, но сейчас ее больше всего волновало другое: жив ли ее ребенок из прошлой жизни?
Лу Цзыси вызвала полицию лишь спустя четыре часа после ее смерти — шансов на то, что ребенок выжил, не было никаких. Но она все равно хотела пойти и проверить.
http://bllate.org/book/23725/2651186
Готово:
