Белоснежные пальцы, длинные и изящные, с аккуратно подстриженными, округлыми ногтями, бережно сжимали две соевые бобины. Кончиками пальцев они поочередно поглаживали мочку уха человека, сидевшего перед ним на корточках.
Лицо, подобное нефриту, было опущено, черные ресницы отбрасывали тень на опущенные веки, а выражение лица оставалось спокойным и сосредоточенным. Сидящий на корточках невольно подался вперед, пытаясь прильнуть ближе, но был тут же одернут за мочку уха.
— Не вертись, — прозвучал тихий голос, и взгляд полуприкрытых темных глаз скользнул по пылающему взору снизу. — Если сделаю больно, пеняй на себя.
— Онемело? — прохладные пальцы коснулись покрасневшей от трения мочки, мимолетно задев кончики завивающихся волос.
— Угу, — Цзян Цзи прижался щекой к нефритовой ладони, но та тут же ускользнула.
Се И достал целебное масло и раскаленную серебряную иглу.
— Подойди.
Он круговыми движениями нанес масло на мочку, затем, когда игла немного остыла, приставил острие к коже и в одно мгновение проколол её. Се И прижал иглу средним пальцем, а большим и безымянным слегка сжал её концы, направляя их вниз. Затем, подточив острие точильным камнем, он превратил иглу в аккуратное серебряное кольцо.
— Больно? — увидев, что Цзян Цзи покачал головой, он снова взял соевые бобины. — Теперь вторая сторона.
— Учитель, больше не надо, — Цзян Цзи перехватил пальцы, которыми ему прокалывали ухо, и слегка размял их. — Я хочу носить только с одной стороны.
— Поноси пока это кольцо, через несколько дней заменим, — Се И высвободил пальцы и вытер их влажным платком. — Спрячь свои клыки, скоро выходим.
Цзян Цзи кивнул, поднялся, отряхнул полы одежды, убрал маленький жаровник Се И и отправился к кухонной двери помыть руки.
Над озером веял легкий ветерок, на главной улице было не протолкнуться. Впереди шел человек в даосском халате цвета бледных облаков с узором из черного бамбука, его темные волосы были наполовину собраны бамбуковой заколкой. Позади, чуть отстав, следовал высокий юноша в алом, возвышавшийся над ним на полголовы.
— Почтенные гости, милости просим! — это была лавка Юньсю, и слуга, увидев фигуру в белом, на мгновение застыл, но быстро взял себя в руки и с улыбкой повернулся к Цзян Цзи. — О, да это же даос Се! У нас как раз поступили новые осенние наряды, прошу, осматривайтесь, ни в чем себе не отказывайте.
Сказав это, он на цыпочках отошел за стойку.
— Какой цвет тебе нравится? — прохладный голос заставил Цзян Цзи оторвать взгляд от полок. — Выбирай сам.
— Красный красивый, — Цзян Цзи снова придвинулся ближе к человеку в белом. — Всё, что выбирает учитель, красиво.
— Слуга, — Се И поманил того к себе. Сзади стойки послышалось замешательство, и юноша поспешно подбежал к ним.
— Даос, какие будут распоряжения?
— Сними мерки с него и подбери несколько подходящих осенних комплектов, — Се И указал на Цзян Цзи и, помолчав, добавил: — И еще три комплекта спальной одежды. А также сними мерки для остальных трех сезонов, по четыре комплекта на каждый.
— Лучше всего оранжевые, красные и фиолетовые тона, — уточнил он.
Лавка Юньсю славилась лучшим пошивом в округе, а слуга был расторопен. Каждый раз, предлагая одежду, он кланялся и спрашивал мнения Цзян Цзи, но тот лишь смотрел на Се И, поэтому вскоре слуга стал обращаться сразу к учителю.
— Добавь еще аксессуаров, — сказал Се И слуге. — На этом закончим.
Хозяин лавки, приехавший из других краев, щелкал счетами с таким усердием, что они трещали, а его взгляд, устремленный на Се И и Цзян Цзи, светился предвкушением прибыли.
— Уважаемый даос, господин. Четыре комплекта готовой одежды, три комплекта спальной, через час доставим к вам в дом, — хозяин снова защелкал костяшками. — Двенадцать комплектов на три сезона сошьем по заказу. Сейчас внесите залог, а остальное оплатите при получении.
Человек в белом вынул из пояса слиток золота. Глаза хозяина вспыхнули.
— Подождите, я сейчас принесу сдачу.
Се И вышел из лавки, держа в руках увесистый кошель. Слуга провожал их у порога:
— Даос, господин, доброго пути!
Однако, проводив их взглядом, он снова замер. Когда фигура в белом переступила порог, он услышал, как тот прошептал:
— Прости.
Обедали они в городе. Поскольку Цзян Цзи только что проколол ухо, Се И решил выбрать что-нибудь полегче.
Лавка была небольшой, стояла на деревянном помосте у озера под навесом. Вокруг гулял ветерок, отсюда были видны прохожие и утки, плавающие под ивами.
Сначала подали чай, затем — тыкву с креветками, жареный ямс с курицей, яичницу с горькой дыней и две порции белого риса.
По пути обратно Се И случайно заметил винную лавку.
— Цао Цзинь и госпожа Хуа к тебе очень добры, — Се И замедлил шаг, дожидаясь юношу. — Купи им что-нибудь в подарок. Если люди относятся к тебе с добротой, ты должен отвечать тем же.
— Я знаю, учитель, — Цзян Цзи широким шагом поравнялся с ним. — Вы тоже ко мне очень добры.
— Цао Цзинь любит вино Саньбай, — Се И перевел тему. — А госпожа Хуа любит пирожные Диншэн из той лавки на углу.
— Тогда пойдемте со мной, учитель, — Цзян Цзи ухватился за широкий рукав Се И. — Выберите и себе что-нибудь к чаю.
Се И направился к винной лавке, не проронив ни слова.
Купив два кувшина вина и оставив адрес для доставки, они отправились в кондитерскую. Внутри пахло сладостями.
Чего там только не было: зеленые лепешки, пирожные с османтусом, рисовые хлебцы, лотосовые сладости, пирожные с красной фасолью, лепешки в форме цветов сливы, Диншэн, кунжутные сладости, бисквиты. Многие знатные дамы приходили сюда сами в сопровождении служанок.
Слуга завернул Диншэн и лотосовые сладости в промасленную бумагу, перевязал бечевкой, добавил пирожные с красной фасолью и прямоугольные лепешки, протянув всё это Цзян Цзи.
— Зачем столько? — спросил Се И, глядя на груду свертков.
— Это для тетушки Хуа, — Цзян Цзи приподнял четыре свертка, а затем показал на два в другой руке. — А это для учителя, пусть лежат дома, захотите — съедите.
Раньше, когда он покупал Се И завтрак, он всегда брал по два кусочка, и только прямоугольные лепешки и пирожные с красной фасолью съедались без остатка.
— Ты внимателен, — Се И отвел взгляд в сторону озера. В воде отражались плакучие ивы, кусочек павильона Фэйхуа и их фигуры. — Сейчас на улице людей поменьше...
Се И вдруг вздрогнул. Тяжелая, густая аура демона пронзила пространство. Он обернулся и увидел, что Цзян Цзи нахмурился, на его лбу выступил пот, а губы побледнели.
Длинный палец Се И коснулся точки между бровей Цзян Цзи.
Тот почувствовал резкую боль, словно из груди что-то вырвали, и давящее ощущение в сердце мгновенно исчезло.
— Как ты? — Се И погладил его по спине. — Нам нужно скорее домой.
Едва они переступили порог, как мощная волна демонической энергии ударила в спину, и Се И поспешно запер дверь.
На плечи легла тяжесть, у шеи ощутился холод, послышалось шипение.
— Тяжелый, — Се И похлопал огромную змею по голове. — Залезай в дом.
Он принес с кухни остатки ягод, промыл их колодезной водой, растер в ступке и налил сок в чашку.
Чашка была тоньше змеиного хвоста. Они неловко смотрели друг на друга, пока змея не опустила голову и не открыла пасть, позволяя Се И влить сок.
На бамбуковой ветке у ворот приземлилась черная иволга и издала пару мелодичных трелей. Змея насторожилась, метнулась к воротам, прижавшись телом к земле и готовясь к прыжку.
— Цзян Цзи, — Се И поспешил за ним. — Не смей её есть.
Змея недовольно хлестнула хвостом по земле.
Иволга, казалось, не испугалась хищника. Увидев Се И, она слетела с ветки прямо к нему на плечо.
Змея пришла в ярость, её шея извивалась вслед за птицей. В тот момент, когда иволга приблизилась к Се И, змеиный хвост со свистом рассек воздух, метя в птицу. Се И попытался заслонить её рукой, но хвост был слишком быстр.
Иволга же, казалось, ничего не заметила.
В тот миг, когда удар должен был достичь цели, вокруг птицы из ниоткуда возникли две черные лозы с золотыми прожилками. Они мягко обвились вокруг змеиного хвоста, блокируя атаку.
Там, где лозы коснулись чешуи, послышалось шипение, словно от ожога. Змея, выпустив жало, попыталась отдернуть хвост, но лозы лишь сильнее сжали его.
— Довольно, — Се И обратился к иволге. — Не покалечь его по-настоящему.
Черные золотистые лозы замерли и спустя мгновение отпустили змею.
Иволга уверенно уселась на плечо Се И и принялась чистить перышки под крылом.
Змея, увидев это, с открытой пастью бросилась на плечо Се И, но тот на лету перехватил её за шею.
Его рука обладала невероятной силой, но он не душил, а лишь остановил рывок, а затем большим пальцем ласково погладил чешую, успокаивая.
— Говори, — Се И повернул лицо к иволге. — Наконец-то соизволила появиться.
Иволга издала серию звуков — то длинных, то коротких, то высоких, то низких.
— Ладно, — Се И усмехнулся. — Неужели тебе когда-то понадобится моя помощь? Ты и сама знаешь, что с ним происходит.
Черная змея заворочалась у него в ладони, привлекая внимание.
— Будь осторожнее. Я присмотрю за ним, — Се И щелкнул пальцем по хвосту иволги. — Но мне нужно, чтобы ты кое-что сделала для меня.
— Разузнай всё о полукровках, рожденных от смертных.
http://bllate.org/book/23926/2730156
Готово:
