— Этот ребёнок из семьи родственников Цзян Чжэня. Его родственников отправили в командировку по работе, так что на некоторое время его отдали нам на попечение.
Старую отговорку использовали уже не в первый раз, но Гу Июань слишком хорошо знала Чжоу Цинъюя. Когда он лгал и улыбался, уголок его рта чуть-чуть косился влево. Почти незаметно, но так было каждый раз.
Она не стала его разоблачать, лишь кивнула и посмотрела в сторону Цзян Чжэня. Их взгляды встретились в воздухе, и она пробормотала:
— Вот как…
Чжоу Цинъюнь наконец дождалась возможности вклиниться в разговор:
— Сестра Юаньюань, ты даже не сказала, что приедешь! А я ещё хотела сама пойти к тебе поиграть.
Гу Июань с двумя детьми устроилась на ковре. Чжоу Цинъюнь достала телефон:
— Скорее помогите мне выбрать стиль для фотосессии! До дня рождения хочу успеть сняться!
Цзян Юньань тут же придвинулся поближе:
— Я тоже хочу посмотреть!
Трое прекрасно поладили. Чжоу Цинъюй развалился рядом с Цзян Чжэнем и заметил, что на планшете того всё ещё открыта страница, на которой он остановился давным-давно. Он легонько коснулся тыльной стороны его ладони, и Цзян Чжэнь поднял голову.
Чжоу Цинъюй прищурился от улыбки:
— Попался! Сидишь и витаешь в облаках, да?
Цзян Чжэнь погасил экран планшета, чуть изменил позу и придвинулся к нему:
— В половине десятого я поеду домой.
Чжоу Цинъюй непонимающе посмотрел на него:
— А почему не останешься здесь ночевать?
Цзян Чжэнь ничего не ответил, только взглянул на троих, увлечённо болтавших неподалёку. Чжоу Цинъюй сразу понял:
— Пусть папа спит в моей комнате, а мы втроём ляжем на его кровать шириной два с половиной метра!
— А дальше? Нельзя же каждый раз теснить дядю, — спросил Цзян Чжэнь.
Он смотрел на Чжоу Цинъюя сверху вниз, и в его голосе будто бы прозвучала лёгкая обида. Чжоу Цинъюй поспешил выбросить из головы эту пугающую иллюзию и ответил:
— Будем по очереди жить то у тебя, то у меня. Всё-таки на каникулах тебе и правда стоит возвращаться и проводить время с тётей Дун.
Цзян Чжэнь кивнул:
— Хорошо. Завтра вместе поедем ко мне.
Гу Июань, всё это время прислушивавшаяся к их разговору:
— ……
Ну конечно. Хитрый чай в паре с дурачком. Сил нет.
У Цзян Чжэня все мысли уже почти на лице написаны, а этот глупый мальчишка вообще ничего не замечает.
На следующий день стояла отличная погода. Дуань Линчжи подъехала к дому на машине. Девушка ростом метр восемь, в солнечных очках, радостно поздоровалась, присела и протянула руки к Цзян Юньаню.
Цзян Юньань с готовностью бросился ей в объятия:
— Тётушки такие красивые!
Стоявшая рядом Дэн Инь не ожидала, что и её не обойдут вниманием. Она сначала слегка опешила, а потом улыбнулась, прищурив глаза. Сама по себе она производила очень тихое, почти незаметное впечатление, но Цзян Юньань явно не собирался её игнорировать.
Дэн Инь достала подарок, который они с Дуань Линчжи приготовили для Цзян Юньаня:
— Доброе утро, Аньань. Это подарок при первой встрече от нас двоих.
Цзян Юньань не знал, можно ли брать, и посмотрел на Цзян Чжэня с Чжоу Цинъюем. Лишь получив разрешение от обоих пап, он принял маленькую коробочку:
— Спасибо, тётушки.
Дуань Линчжи потрепала его по голове и выпрямилась:
— Ну до чего же замечательный ребёнок, такой воспитанный.
Затем открыла дверцу машины:
— Садитесь?
Цзян Чжэнь покачал головой:
— Я поеду на своей. У Юньчжи и остальных ещё будет багаж.
Дуань Линчжи хлопнула себя по лбу:
— Точно! Надо было брать тот внедорожник. Я так увлеклась подарками для моего славного племянника, что про младшего брата совсем забыла.
Дэн Инь поджала губы:
— Я тоже.
Аэропорт находился за городом, ехать около двадцати минут. В этот раз рейс не только не задержали — самолёт даже прилетел раньше. Когда они добрались до аэропорта, Дуань Юньчжи и Ли Цзяюй уже некоторое время стояли у дороги с чемоданами.
В аэропорту было неудобно разговаривать, поэтому вся компания сразу отправилась в заранее заказанный ресторан. Едва выйдя из машины, Ли Цзяюй подбежал к Чжоу Цинъюю и обнял его:
— Сяо Юй~ Я по тебе ужасно соскучился!
Чжоу Цинъюй обнял его в ответ:
— На Первомай ещё обещал вернуться, а я тебя так и не увидел!
Ли Цзяюй отпустил его и виновато потёр нос:
— В университете дел было столько, что никак не мог вырваться.
— Прощаю~ Пошли-пошли, есть пора.
— Подождите!
Ли Цзяюй вернулся к машине и повторил вчерашние движения Гу Июань почти один в один: положил рюкзак на сиденье и принялся вытаскивать оттуда вещи.
Цзян Чжэнь и Чжоу Цинъюй, наблюдавшие эту картину уже во второй раз:
— ……
Когда он наконец всё выложил, то улыбнулся Цзян Юньаню:
— Аньань, это мы с Дуань Юньчжи привезли тебе из города S местные гостинцы и подарки. Каждый раз, как где-нибудь видели что-то интересное, сразу говорили: «Возьмём Аньаню». Скорее посмотри, нравится?
Дуань Линчжи ошарашенно взглянула на гору подарков, затем так же ошарашенно — на Дуань Юньчжи и Ли Цзяюя. Солнечные очки сползли ей на кончик носа, открыв полные неверия глаза:
— Вы двое! Ударили меня в спину!
Дуань Юньчжи молча поправил очки старшей сестры:
— Ничего не могли с собой поделать. Войди в положение.
Они не виделись уже полгода, и все были очень рады встрече. Жаль только, что несколько друзей, учившихся за границей, не смогли приехать. Чжоу Цинъюй одним глотком выпил половину стакана «Спрайта»:
— Вот закончим учёбу — обязательно надо всей компанией нормально собраться. В старшей школе как легко было встречаться, а теперь даже каникулы у всех в разное время.
Ли Цзяюй полностью согласился.
Дуань Линчжи несколько раз перевела взгляд с Чжоу Цинъюя на Цзян Чжэня и обратно, будто пыталась что-то разглядеть. Чжоу Цинъюю от её взгляда стало не по себе:
— Сестра, чего ты так смотришь?
Вот тут Дуань Линчжи наконец поймала возможность задать вопрос:
— Вы двое, встречаетесь или нет?
Чжоу Цинъюй, услышав это, тут же ответил:
— Да когда нам вообще встречаться-то? Меня ты знаешь — я вечный лучший друг всех девушек, мной в романтическом смысле никто не интересуется. А Цзян Чжэнь? Он занят так, что скоро окончательно превратится в рабочую машину.
Пальцы Цзян Чжэня, державшие палочки, чуть сильнее сжались. Возражать он не стал, лишь тихо угукнул и положил Чжоу Цинъюю в тарелку кусочек рёбрышка.
Все присутствующие, кроме Чжоу Цинъюя и ещё маленького Цзян Юньаня, поняли скрытый смысл вопроса Дуань Линчжи. Впрочем, её слова действительно можно было истолковать двумя способами. Раз Чжоу Цинъюй понял их именно так, оставалось лишь признать: между этими двумя пока ничего не происходит.
Дэн Инь посмотрела на Цзян Чжэня и ободряюще улыбнулась. Пока Чжоу Цинъюй отвернулся поговорить с Цзян Юньанем, Цзян Чжэнь едва заметно покачал ей головой.
Дуань Линчжи тихонько поджала губы и бросила Ли Цзяюю с Дуань Юньчжи беспомощный взгляд.
Кажется, уже весь мир знает, что у Цзян Чжэня на уме. Не замечает только тот, в кого он влюблён.
И как это назвать — беззаботностью или полным отсутствием нужной извилины?
*
Целый день компания развлекалась, а вечером отправилась в караоке. Чжоу Цинъюй и Дуань Линчжи непонятно с чего решили помериться тем, кто больше выпьет. Но разве Чжоу Цинъюй мог тягаться с Дуань Линчжи? Она только-только почувствовала, что разогрелась, а он уже плыл.
В караоке-клубе было полутемно. Цзян Юньань спокойно слушал, как Ли Цзяюй и Дэн Инь поют, и ел фрукты. Чжоу Цинъюй сидел, откинувшись на диван, совершенно тихий.
Всё. Пьян.
Пьяный Чжоу Цинъюй был самым тихим.
Цзян Юньань будто тоже это понял. Он прибежал от стойки выбора песен, приблизился к Чжоу Цинъюю и очень тихо позвал:
— Папа.
Чжоу Цинъюй мутно приоткрыл глаза, протянул руку, слегка ущипнул Цзян Юньаня за щёку и глупо улыбнулся.
Цзян Чжэнь вздохнул и тоже наклонился к нему.
Когда он приблизился, глаза Чжоу Цинъюя будто на мгновение стали яснее — хотя, возможно, это была иллюзия. Цзян Чжэнь только собирался заговорить, как Чжоу Цинъюй обхватил его шею и уткнулся лицом в изгиб плеча.
Цзян Чжэнь застыл всем телом. Ли Цзяюй, только что певший детскую песенку, тоже замолчал. На мгновение воздух в отдельной комнате будто застыл.
В следующую секунду Дуань Юньчжи поспешно жестом велел всем продолжать заниматься своими делами, и в комнате снова стало шумно, словно ничего не произошло. Будто та короткая пауза была всего лишь пропущенной долей, совпавшей со сбившимся сердцебиением Цзян Чжэня.
Короткие волосы Чжоу Цинъюя колко потёрлись о шею Цзян Чжэня:
— Цзян Чжэнь… любимая наложница…
Цзян Чжэнь беспомощно обнял его за талию, помогая устроиться удобнее:
— Что такое?
— Я хочу домой… так спать хочется…
— Хорошо, — ответил Цзян Чжэнь.
Другой рукой он подхватил его и поднял на руки. Позвал Цзян Юньаня и сказал Дуань Юньчжи:
— Я поеду первым. Он устал.
Дуань Юньчжи посмотрел на него, потом на Чжоу Цинъюя в его объятиях. Чувства были сложные и противоречивые. Он открыл рот, подбирая слова, но в итоге сказал лишь:
— Ладно. Напиши, когда доберётесь.
Цзян Чжэнь кивнул:
— Хорошо.
Цзян Юньань пошёл за ним, но у двери обернулся и помахал всем в комнате:
— Дядюшки и тётушки, до следующей встречи.
Стоило Чжоу Цинъюю напиться, как он становился тихим и на вид очень послушным. А переносил алкоголь плохо, поэтому Цзян Чжэнь совсем не любил, когда тот пил вне дома: говорил, что его в любой момент могут утащить.
Но однажды у них в общежитии был совместный ужин, и около одиннадцати вечера Цзян Чжэню позвонили с телефона Чжоу Цинъюя. Звонил, кажется, его сосед по комнате У Тяньци. В его голосе слышалась беспомощность:
— Здравствуйте, это Цзян Чжэнь? Я сосед Чжоу Цинъюя по комнате. Он напился и упёрся, что вы должны прийти за ним. Мы его зовём — он никуда не идёт. Вы сейчас заняты? Если нет, сможете забрать его?
В одиннадцать Цзян Чжэнь объяснил ситуацию вахтёрше общежития и отправился по адресу, который прислал У Тяньци. Чжоу Цинъюй сидел за столом с полуприкрытыми глазами — прямо, как ребёнок на уроке. Трое его соседей по комнате сидели рядом на корточках и играли в карточную «черепаху». Увидев Цзян Чжэня, они поспешно встали.
Цзян Чжэнь сказал:
— Я Цзян Чжэнь.
У Тяньци указал на Чжоу Цинъюя:
— Вот. Ни в какую не идёт. Говорит, будет ждать, пока ты не заберёшь его домой. Мы и уговаривали, и пугали, и чем только не заманивали — бесполезно.
Цзян Чжэнь кивнул:
— Спасибо, что дождались меня. Вы идите обратно, Чжоу Цинъюя я заберу.
Когда трое ушли, Цзян Чжэнь сел рядом с Чжоу Цинъюем:
— Почему не вернулся в общежитие?
В заведении было не слишком людно, свет приглушённый, но Цзян Чжэнь отчётливо увидел: в тот миг, когда Чжоу Цинъюй повернулся к нему, его глаза ненадолго прояснились.
— Цзян Чжэнь, — позвал он.
— М-м, — отозвался Цзян Чжэнь.
Чжоу Цинъюй протянул руку и ухватился за его рукав:
— Домой. Я спать хочу.
Цзян Чжэнь посадил его себе на спину и понёс к дороге. Всё было почти как в старшей школе, когда они жили в одной комнате, а Чжоу Цинъюй подвернул ногу: тогда Цзян Чжэнь раз за разом таскал его на спине между общежитием, классом и столовой.
После того случая Цзян Чжэнь понял: пьяный Чжоу Цинъюй не послушный — он упрямый. Просто соглашается идти только за тем, кому доверяет.
Цзян Юньань держался за край одежды Цзян Чжэня и шёл следом. Цзян Чжэнь донёс Чжоу Цинъюя до машины, сначала усадил Аньаня в детское кресло, затем удобно устроил Чжоу Цинъюя на заднем сиденье.
Чжоу Цинъюй снова пробормотал:
— Цзян Чжэнь…
Цзян Чжэнь сел за руль и пристегнул ремень:
— М-м. Едем домой.
Машина плавно ехала сквозь ночь. На заднем сиденье Чжоу Цинъюй, прислонившись к Цзян Юньаню, крепко спал.
http://bllate.org/book/23976/2832684
Готово:
