Готовый перевод Quick Transmigration: Enter Love Code to Access Target / Быстрое переключение: Взлом сердец через коды любви: Глава 14

Хотя телу, в котором он оказался, было сорок лет, по всем показателям оно было здоровее и выносливее, чем у двадцатилетнего. Однако, если прикинуть, его истинный возраст перевалил уже за две сотни лет, так что «стариковское» мировоззрение было неизбежно. Да и домашнюю работу он, честно говоря, не любил.

Тан Но трудился с таким усердием, что грех было этим пользоваться. Поэтому Яо Цзиньнянь старался относиться к нему как можно лучше: готовил любимые блюда, покупал сладости, которые тот раньше не пробовал, даже подарил маленький ночник. Он даже предлагал платить зарплату — в конце концов, если проблему можно решить деньгами, это не такая уж и проблема. Будучи холостяком в возрасте, он считал, что деньги нужно тратить, когда это необходимо. Но Тан Но отказывался, искренне полагая, что и так задолжал слишком много.

— Брат Яо, сегодня очередь твоя включать вентилятор! — за несколько месяцев сытной еды Тан Но заметно похорошел: щеки порозовели, бледность исчезла.

Он стал еще красивее, и теперь на его изящном лице часто сияла улыбка, а ямочки на щеках, казалось, были наполнены сахарным сиропом. Глядя на него, Яо Цзиньнянь и сам невольно приободрялся. Не зря древние говорили, что красота может быть пищей — когда на душе хорошо, и аппетит приходит сам собой.

— Договорились! Завтра получим зарплату и купим еще один, тогда не придется по очереди пользоваться, — ответил Яо Цзиньнянь. Хотя, когда очередь была не его, он все равно тайком пользовался в комнате своим портативным кондиционером на солнечных батареях.

А почему у Яо Цзиньняня не было накоплений? Да потому, что их толком и не было. Раньше он жил на широкую ногу: морепродукты, вино, деликатесы — всё это стоило денег. Да и вентилятор, магнитофон и черно-белый телевизор в доме влетели в копеечку. С тех пор как переехал Тан Но, расходы сократились, но за эти месяцы удалось отложить лишь немного. Часть уходила на еду, часть — на обустройство быта и покупку мелочей для них двоих. Электрический вентилятор стоил около сотни, и ему нужно было хоть что-то приберечь, нельзя же тратить всё до последнего юаня. Приходилось ждать зарплаты. По правде говоря, соседи, жившие здесь десятилетиями, могли легко прикинуть его сбережения, исходя из доходов и образа жизни, если только у него не было «серых» доходов. Хотя раньше он работал шеф-поваром в государственном ресторане, деньги, вырученные за продажу рабочего места, давно превратились в часть их нынешнего жилья.

— Вентилятор такой дорогой, брат Нянь, может, я лучше веером помашу? — Тан Но нахмурился так, что брови едва не сплелись в узел. Но в глубине души он чувствовал радость и какое-то странное, незнакомое волнение. Он точно знал одно: брат Нянь — самый лучший!

Раньше он предлагал брату Няню пользоваться вентилятором самому, мол, ему и так хорошо. Но тот, видя, как Тан Но по утрам просыпается весь в поту, не терпя возражений, установил график: один день — один, другой — другой. Теперь Тан Но называл его брат Нянь. Яо Цзиньнянь пытался предложить называть его просто «старшим братом», а то «Нянь-гэ» звучало как «няньгао» (рисовый пирог), но Тан Но был упрям, и что с этим поделать?

— Не выдумывай. Деньги для того и нужны, чтобы их тратить. Не забивай голову ерундой, ты еще ребенок.

За эти месяцы Яо Цзиньнянь понял: Тан Но до того наивен, что его любой может обмануть, пообещав что-нибудь вкусненькое. Сам он, будучи «старшим братом» всего несколько месяцев, уже успел разузнать, сколько собак в их деревне — правда, не факт, что информация верна, ведь Тан Но черпал «новости» из обрывков разговоров прохожих у их ворот.

— Разве? А почему бабушка Чжоу говорит, что нужно копить деньги на жену, а иначе некому будет поминальный таз разбить, когда умрешь? — Тан Но казалось, что слова брата Няня всегда отличаются от того, что говорят другие, но иногда он сомневался, прав ли брат Яо. Например, насчет накоплений: он был уверен, что деньги откладывать нужно. Иначе, когда появятся дети, им придется жить «впроголодь». Даже при высокой зарплате нельзя разбрасываться деньгами.

— Ох, о будущем будем думать в будущем. Ты лучше скажи, жарко тебе спать без вентилятора или нет? — Яо Цзиньнянь уже привык к неожиданным заявлениям Тан Но. Он вовсе не считал, что копить не нужно, просто нельзя экономить на том, что действительно важно.

— Жарко. И я не ребенок, — недовольно буркнул Тан Но, тыкая ложкой в миску с крахмальным желе. Он ведь уже вполне мог бы стать женой брата Няня, он уже взрослый. Где это видано, чтобы ребенок умел готовить, вести хозяйство и слушаться? За эти месяцы он успел привязаться к брату Яо, а наслушавшись добрых слов от соседок, окончательно отдал ему свое сердце. Раз уж брат Нянь хочет купить ему вентилятор — в округе мало найдется мужей, которые так заботятся о своих женах. Что касается разницы в возрасте, Тан Но это совсем не смущало, да и он сам был не из простых. Брат Нянь так хорошо к нему относится, почему же он не говорит о свадьбе? Ведь соседи уже давно называют его «маленькой женой брата Няня».

— Ну и ладно. Ты учебники за начальную школу повторил? — перевел тему Яо Цзиньнянь.

— Просмотрел, — кивнул Тан Но. Он много раз читал эти учебники, ведь мама учила его только по ним. Он всегда думал, что в мире есть только начальная школа и университет. Мама закончила начальную, а папа хотел в университет, поэтому и бросил их. Он и не догадывался, что между ними есть еще средняя и старшая школа — мама об этом не рассказывала.

— Я принес учебники за среднюю школу, будем заниматься по вечерам, — Яо Цзиньнянь в роли старшего брата и «отца» хотел, чтобы Тан Но знал и понимал как можно больше. Если его необычность не вписывается в «стандарт», то как «меньшинство» он должен иметь больше опоры, чтобы выжить в этом мире.

— Хорошо, хорошо! — радостно кивнул Тан Но. Не то чтобы он любил учиться, просто учеба — это отличный повод проводить время с братом Нянем.

— Ну, ешь давай, тебе что, не нравится? — Яо Цзиньнянь с сомнением посмотрел на миску Тан Но, в которой оставалось больше половины. Раньше такие десерты он съедал в два счета. Неужели вкус османтуса показался странным? А ведь если бы желе было ледяным, было бы еще вкуснее.

— Нравится, очень нравится! — Тан Но прикрыл миску руками. Как может не нравиться? Он обожает сладкое, а тем более — приготовленное братом Нянем.

— Ешь медленнее, мы никуда не торопимся, — Яо Цзиньнянь переживал: если ест медленно — значит, невкусно, если быстро — подавится. Тан Но в душе «ворчал» на властный тон брата Няня, но с удовольствием доел остатки.

— Брат Нянь, подожди меня! Я сейчас помою посуду и будем заниматься.

Он быстро доел. Раньше, когда еды было мало, он растягивал удовольствие, а теперь, когда вкусного стало вдоволь, можно не «смаковать» каждый кусочек, боясь, что он закончится.

— Я сам помою. Ты иди пока приготовь стол, новые книги положи на журнальный столик в гостиной, — Яо Цзиньнянь в свое время был и учителем, и учеником, но для него это было хлопотно: стоило отложить учебник, как знания начинали выветриваться. А он не хотел быть должником у науки. Поэтому каждый вечер ему приходилось тайком готовиться к занятиям, чтобы, когда Тан Но задаст вопрос, не мямлить в ответ — это сильно подпортило бы его авторитет «старшего брата».

http://bllate.org/book/24001/2750284