Чжун Даонань занимал в Секте Вопрошающая к Небесам совершенно особое положение.
Будучи приглашённым старейшиной секты, он обладал статусом даже более высоким, чем остальные старейшины, и вдобавок владел горной вершиной с самой чистой Духовной ци во всей Секте Вопрошающая к Небесам. Стоило ему в чём-то нуждаться, как секта предоставляла это в первую очередь — при условии, что вообще могла достать, хотя обычно Чжун Даонань добывал всё, что ему требовалось, самостоятельно.
Вдобавок к этому, обладая невероятно глубоким уровнем культивации, Чжун Даонань обзавелся целой армией преданных поклонников и поклонниц внутри секты.
Эти юноши и девушки не смели приближаться к Чжун Даонаню или позволять себе хоть малейшие вольности, но они страстно восхищались им и почитали за величайшую честь получить от него наставление по культивации.
Стоило помнить, что во всей Секте Вопрошающая к Небесам не было никого искуснее в культивации, чем Чжун Даонань. Даже глава секты, Истинный Человек Тяньвэй, говорил, что даже среди других великих сект едва ли сыщется хотя бы пара тех, кто сможет потягаться с Чжун Даонанем в мастерстве.
Естественно, новость о том, что Чжун Даонань принёс с собой из внешнего мира камень и решил его вырастить, быстро разошлась среди учеников секты.
Они были озадачены тем, зачем Чжун Даонань повсюду таскает за собой валун да ещё и намывает его, но Чжун Даонань был их кумиром, а всё, что делал Чжун Даонань, по определению не могло быть ошибочным.
Поэтому незаметно для всех по всей Секте Вопрошающая к Небесам вошла в моду привычка растить камни.
Проанализировав и истолковав поступки Чжун Даонаня, фанаты пришли к выводу, что это один из методов культивации самого Чжун Даонаня, и тоже дружно принялись за такую «практику».
Людей в Секте Вопрошающая к Небесам, конечно, было не так много, как в гигантских сектах, но тех, кто последовал примеру и завёл себе камень, набралось по меньшей мере несколько сотен. Главная вершина секты в мгновение ока стала «тесной», особенно по утрам, когда все эти люди разом выходили на прогулку со своими камнями.
Ладно бы дело ограничивалось прогулками — вот только эти ученики не умели управлять собственной Истинной Ци так же свободно и безупречно, как Чжун Даонань.
Наблюдая за тем, как его подопечные внезапно увлеклись выгуливанием булыжников в качестве метода закалки собственной Истинной Ци, Истинный Человек Тяньвэй долго пребывал в недоумении. Наконец он призвал учеников к ответу и лишь тогда узнал, что среди адептов вовсю гуляют слухи о том, как Истинный Человек Даонань выгуливает камень.
В прошлый раз Истинный Человек Тяньвэй навещал Чжун Даонаня как раз тогда, когда тот приволок из внешнего мира этого духа камня. Истинный Человек Тяньвэй никак не мог взять в толк, зачем Чжун Даонаню понадобился столь заурядный дух камня, но он и помыслить не мог, что Чжун Даонань дойдет до подобного — станет выгуливать камень?
Сжигаемый любопытством Истинный Человек Тяньвэй направился на Пик Десяти Бедствий и опустился на землю прямо перед Чжун Даонанем.
Было еще рано — как раз то самое время, когда Чжун Даонань выгуливал Сяо Шиши.
С тех пор как Сяо Шиши заговорил с Чжун Даонанем, время от времени они перебрасывались парами фраз. Из-за появления Истинного Человека Тяньвэя Сяо Шиши тут же захлопнул створки, притворившись обычным безмолвным камнем.
Истинный Человек Тяньвэй лишь бегло скользнул взглядом по Сяо Шиши, перевел глаза на Чжун Даонаня и с неподдельным интересом произнес: Ты что, камень выгуливаешь?
Прерванный Истинным Человеком Тяньвэем в разгар беседы с Сяо Шиши, Чжун Даонань слегка поморщился, однако в присутствии Сяо Шиши плохое настроение редко задерживалось у него надолго.
Вполне благодушный Чжун Даонань посмотрел на Истинного Человека Тяньвэя и с легкой улыбкой ответил: Я просто делаю то, что мне хочется.
Значит, ты тренируешь свою Истинную Ци вовсе не прогулками с камнем?
Мой контроль над Истинной Ци давным-давно безупречен и свободен, зачем мне прибегать к стольким ухищрениям для тренировок? Я всего лишь хочу прогуляться вместе с ним. Сегодня Чжун Даонань был чуть более разговорчив, чем в прошлый раз, и весь его облик казался куда мягче. Впрочем, нельзя отрицать, что это действительно помогает закалять собственную Истинную Ци.
Услышав слова Чжун Даонаня, Истинный Человек Тяньвэй с предельным вниманием оглядел этот ничем не примечательный валун с макушки до основания и еще раз убедился: перед ним и вправду самый обыкновенный дух камня. Но какая же загадка кроется в этом создании, раз оно заставляет Чжун Даонаня, чья культивация настолько глубока, что даже он сам не в силах ее постичь, заниматься подобной ерундой? Включая тот случай, когда он собственными глазами видел, как Чжун Даонань лично намывал этот камень.
Под пристальным взглядом Истинного Человека Тяньвэя Сяо Шиши буквально окаменел от страха.
Тела мелких животных очень мягкие, и когда они каменеют, это сразу бросается в глаза, но если в камень превращается сам камень, он просто становится еще тверже, и снаружи ничего не заметно.
И пусть внешне ничего не выдавало его состояния, внутри он страшно нервничал: о-о-ох!
Почему этот человек вдруг явился сюда? Зачем он говорит такие вещи? Неужели он что-то понял? Неужели он хочет расколоть его на мелкие осколки?
Первое официальное знакомство Сяо Шиши с людьми произошло как раз тогда, когда его спустили с гор. Для Сяо Шиши это воспоминание было далеко не самым приятным, особенно когда те люди прямо при нем заговорили о том, чтобы распилить его пополам. Стоило ему взмолиться о пощаде, как они ответили ему жутчайшим страхом и злобой.
Можно сказать, что по сей день Сяо Шиши испытывал немалый страх перед всеми людьми, кроме Чжун Даонаня. Ведь эти люди обладали силой уничтожить его в любой момент, в то время как он был совершенно неспособен дать отпор.
Интуитивно почувствовав испуг Сяо Шиши, Чжун Даонань протянул руку и легко погладил гладкую поверхность камня, после чего осведомился: Зачем пожаловал? Что привело тебя сюда?
Внимание Истинного Человека Тяньвэя вернулось к Чжун Даонаню, и он с улыбкой покачал головой: Разве я не могу просто навестить тебя?
Разумеется, можешь, — отозвался Чжун Даонань. — Только обычно у тебя не бывает столь праздного настроения, чтобы навещать меня. Истинный Человек Тяньвэй редко заглядывал на Пик Десяти Бедствий без веской причины, точно так же, как и сам Чжун Даонань почти никогда не покидал Пик Десяти Бедствий ради визитов к Тяньвэю.
Но на этот раз я пришел именно к тебе, ну и заодно взглянуть на этот камень. Истинный Человек Тяньвэй протянул руку и легонько постучал по Сяо Шиши.
Сяо Шиши от напряжения стал еще тверже.
Чжун Даонань заметил: Ты пугаешь его.
Истинный Человек Тяньвэй приподнял брови: Разве камни умеют пугаться?
Чжун Даонань лишь мягко поглаживал Сяо Шиши, а тот чувствовал легкую щекотку, но изо всех сил терпел и не шевелился.
На лице Чжун Даонаня играла едва заметная улыбка, и отвечать он не стал — это означало, что продолжать разговор Чжун Даонань больше не намерен. Истинный Человек Тяньвэй вздохнул: Похоже, этот камень и вправду дорог твоему сердцу.
Быть может, твой питомец просто жаждет общества себе подобных. Истинный Человек Тяньвэй встряхнул рукавом манту: В последнее время ученики секты только и делают, что учатся у тебя растить камни. Если тебе интересно, загляни туда — зрелище на редкость забавное.
С этими словами Истинный Человек Тяньвэй удалился.
Стоило ему уйти, как Сяо Шиши, до предела натянутый от страха, наконец расслабился. Успокоившись, он тихонько пискнул: А... А-Нань...
М? — мягко отозвался Чжун Даонань.
Сяо Шиши чувствовал, что от смущения его каменное нутро готово задымиться, однако Чжун Даонань, казалось, ничего не замечал.
Сяо Шиши заерзал: А-Нань, перестань меня гладить, ладно?
Перестать гладить? — Чжун Даонань на мгновение замер, а затем посмотрел на собственную руку, которая продолжала методично и непрерывно тереть бок Сяо Шиши. Причем он даже не осознавал, когда успел это начать.
Сохраняя абсолютно невозмутимое выражение лица, Чжун Даонань убрал руку, словно ничего не произошло, и уголки его губ изогнулись: Прикосновения такие приятные, что я и сам не заметил, как гладил тебя битый час.
Правда? — голос Сяо Шиши слегка зазвенел от радости. — Тебе правда так приятно?
Конечно, кожа Сяо Шиши с каждым днем становится всё лучше и лучше.
Сяо Шиши ужасно застеснялся: Это потому что А-Нань каждый день купает меня, вот она и становится лучше.
Забыв обо всех мыслях о прогулке, Чжун Даонань так и остался стоять на месте, увлеченно обсуждая с Сяо Шиши тему изменений его каменной кожи.
Пусть Сяо Шиши был всего лишь простодушным камушком с малым жизненным опытом, у него имелись вполне определенные взгляды на прекрасное. Человек и камень простояли рядышком битый час, оживленно беседуя, пока наконец Чжун Даонань не спросил: Хочешь взглянуть на другие камни?
Этот вопрос затронул нечто тревожное в душе самого Чжун Даонаня.
В конце концов, Сяо Шиши был камнем, существом, бесконечно далеким от человечества. Чжун Даонань притащил его сюда и решил вырастить, но он понятия не имел, как именно следует растить каменных существ. Всё, что он делал до сих пор, для камня не имело особого смысла.
Так чего же на самом деле хотел Сяо Шиши? Быть рядом со своими сородичамии? Разве правильно заставлять камень жить бок о бок с человеком?
Стоило этой мысли зародиться, как она вихрем пронеслась по голове Чжун Даонаня, порождая бесконечную череду сомнений.
Нежное лицо Чжун Даонаня исказилось, а глаза начали постепенно наливаться кровью — весь его вид выражал глубокое мучение. Множество обрывков образов пронеслось перед его внутренним взором, и один за другим всплыли те самые вопросы, что терзали его всю прошлую жизнь.
Действительно ли оставлять этот камень подле себя — хорошая идея?
Разве об этом мечтает сам Сяо Шиши?
Будет ли лучшим выбором для него — остаться рядом с ним?
Не навредит ли он ему?
Почти захлебнувшийся в нахлынувшей звуковой волне Чжун Даонань очнулся лишь от серии тревожных окликов.
Сяо Шиши в панике безостановочно повторял его имя: А-Нань! А-Нань! А-Нань, что с тобой?!
Чжун Даонань медленно опустил руку, которой зажимал висок, и проговорил: Я в порядке... А-Нань в порядке...
В голосе Сяо Шиши слышалось тяжелое беспокойство. Он изо всех сил задвигал своим массивным телом, прижимаясь к Чжун Даонаню. Чжун Даонань поспешно прильнул к нему, прижавшись щекой к прохладной поверхности камня, и от этого ему сразу стало намного, намного легче.
Пусть он вернулся в прошлое, когда еще ничего не произошло, и обрел еще более мощную культивацию, чем в прошлой жизни, вместе с тем он притащил с собой и демон сердца.
А-Нань, что с тобой только что было? Я так испугался, — тихонько проговорил камень.
Чжун Даонань молчал. Лишь спустя долгое время он произнес: Я просто... вспомнил кое-что очень горькое...
Тебе так больно?
М-м... Очень горько...
Сяо Шиши робко предложил: ...Тогда... хочешь рассказать мне? Большое раскидистое дерево говорило мне, что если человека гложет тоска, стоит выговориться, и на душе станет легче.
Сердце Чжун Даонаня растаяло, превратившись в озеро чистой воды.
На самом деле, пока Сяо Шиши находится здесь, я всегда буду счастлив.
http://bllate.org/book/24003/2750630
Готово:
