Если сейчас отказаться, эта цундэрэ-девушка, пожалуй, пробурит землю насквозь от желания зарыться в неё со стыда. Черт возьми, извинись перед пострадавшим вон там.
— Хорошо.
Ловя на себе любопытные взгляды окружавших его людей, которые смотрели на него как на негодяя, Мотидзуки Яо поспешно взял рюкзак и вместе с Сакураи Мэй вышел из класса.
Стоило им переступить порог, как не успел он даже перевести дыхание, к ним с зловещей ухмылкой направился мускулистый здоровяк ростом в восемь чи.
А позади него плотной толпой, едва ли не заполняя весь коридор, гротескно сбивалась в кучку какая-то загадочная процессия.
Черт, где моя [Карта опыта боевых искусств уровня Мастера]? Этот амбал одним ударом кулака, пожалуй, мог бы уложить с десяток таких Мотидзуки Яо.
Здоровяк приблизился и уставился на Мотидзуки Яо.
— Госпожа Мэй теперь на тебя возложена, смотри не дай ей испытать и малейшей обиды, а не то...
Мотидзуки Яо заметил, что сила хватки у этого силача просто поразительная: несколько пятииеновых монет уже были смяты им голыми руками.
Мотидзуки Яо подумал, что этот приёмчик может пригодиться ему в будущем — например, против того мерзавца, который в один прекрасный день решит обмануть его чувства.
— Черт, Оцука-кун, это же мои деньги! — раздался сзади голос тощего высокого парня, лицо которого выражало глубокую боль и крайнюю досаду.
— Личная гвардия Мэй прибыла! Это наш первый смотр строя, впредь по любым вопросам госпожа Мэй может отдавать приказы в любое время!
Мотидзуки Яо отчетливо почувствовал, что мускулистый здоровяк бросил на него несколько многозначительных взглядов.
— А? Почему я ничего об этом не знаю?
— Госпожа Мэй, мы добровольно.
Сакураи Мэй с совершенно ошеломленным видом смотрела, как все стройными рядами, словно стражники, быстро рассредоточились по двое вдоль коридора и встали на посты.
— Прошу вас, госпожа Мэй!
— Хватит уже, не стойте так, идите все обедать.
— Есть!
— Э-э, что вообще происходит?
Сакураи Мэй была донельзя ошеломлена: эти люди ведали себя слишком фанатично, и ей не оставалось ничего другого, как схватить Мотидзуки Яо за руку и убежать.
В столовой Академии Соурю, у окна с наборами барбекю.
— Две порции жареного мяса с гарниром, с вас 800 иен.
Мотидзуки Яо взял две порции мяса, возвышавшиеся горами, и с некоторым удивлением взглянул на мужчину средних лет, выдававшего еду.
Позади все еще выстраивалась длинная очередь, так что ему оставалось лишь слегка кивнуть и отбросить прочие мысли.
Мотидзуки Яо повернулся и быстрым шагом направился к столику, который для них уже заняла Сакураи Мэй.
— Почему его порция выглядит так безумно?
Не все же вокруг были бездушными NPC, и вскоре кто-то из учеников выразил вслух свое недоумение.
Мужчина за раздачей привычно стряхнул с лопатки остатки риса и не стал вдаваться в долгие объяснения.
— Черт, неужели всё дело в том, что он красивый?
Парень с заурядной внешностью ужасно рассердился, и его вера в этот несправедливый мир, где всё решают лица, окончательно рухнула.
Но поскольку это его не касалось, никто из окружающих ему не ответил.
— Сюда... сюда...
Голос Сакураи Мэй был совершенно особенным — живым, звонким и очень приятным.
— Прости, хотя я говорила, что угощаю...
Мотидзуки Яо посмотрел на Сакураи Мэй, которая сидела, сложив ладони лодочкой и глядя на него с выражением искренней благодарности.
— Ничего страшного. К тому же здесь слишком много народу, да и Сакураи-сан сейчас не в том положении, чтобы спокойно стоять в очереди.
— Сп... спасибо...
Мотидзуки Яо подумал, что Сакураи Мэй бывает очень милой, когда не сердится. Например, сейчас она, будучи по сути дерзкой гяру, с застенчивым видом опустила голову и принялась считать рисинки.
И впрямь девушка-айдол, чье имя гремит на всю страну, — каждое ее движение излучает потрясающее очарование старшеклассницы.
— Чт... что уставился?!
Даже смущаясь, она оставалась верна своей натуре гяру и всё же пыталась дать отпор!
— Я тут подумал, что сегодня мне определенно перепало счастья благодаря Сакураи-сан, только посмотри на этот объем мяса...
Мотидзуки Яо на ходу придумал первое попавшееся оправдание, чтобы отделаться от гяру.
Шутки в сторону, разве мог он признаться, что в момент недавней застенчивости Сакураи Мэй его сердце действительно дрогнуло.
В конце концов, женщины лишь портят чистоту его пути постижения Дао, ведь он намерен стать великим магом!
Рубить, рубить, рубить, рубить, рубить, рубить, рубить!
— Эх... я же говорила им, что не нужно этого делать. И к тому же...
Сакураи Мэй бросила взгляд на ошеломляюще огромную порцию мяса, а затем опустила голову и пробормотала:
— Только... только ради этого?
— Конечно. Просто Сакураи-сан только что была такой милой, что я не удержался...
Мотидзуки Яо сболтнул лишнего, сам того не заметив.
— И... идиот!
Миловидное личко Сакураи Мэй покраснело почти до предела.
— Ох...
Мотидзуки Яо с неверием в душе припомнил только что сказанные слова, и его выражение лица резко помрачнело.
Кажется, до него что-то дошло, и перед глазами вновь возник золотистый голографический экран.
[Персонаж: Сакураи Мэй]
[Состояние: Застенчивость]
[Возраст: 16 лет]
[Силы: 5/10]
[Обаяние: 8/10]
[Способность: Усиление]
[Информация: Пользующийся огромной популярностью действующий айдол, любит давать концерты, ненавидит преследователей. В последнее время, судя по всему, страдает от того, что некие лица тайком фотографируют её в стенах академии.]
[Подсказка: В настоящее время испытывает к вам огромную симпатию. Поскольку вы только что снова вытащили её из опасной ситуации, под воздействием «эффекта подвесного моста» у неё, похоже, появились на ваш счёт определенные романтические фантазии. Пожалуйста, отнеситесь к этому серьезно.]
[Расположение: 35 + 30 (временно)]
Мотидзуки Яо внезапно прозрел: оказывается, он и сам, сам того не ведая, поддался этому влиянию.
Эффект подвесного моста заключается в том, что, когда человек сталкивается с опасностью, у него непроизвольно учащается сердцебиение. Если в этот момент он встречает другого человека, то ошибочно принимает вызванное опасностью учащенное биение сердца за трепет перед этим человеком, в результате чего проникается к нему особыми чувствами — например, любовью.
Проще говоря, совместное пребывание в опасной или щекочущей нервы ситуации способно стремительно укрепить взаимную привязанность.
В этом не было ничего удивительного: в конце концов, они с Сакураи Мэй каждый раз оказывались заперты вместе — то в лифте, то в тайной комнате, да и общались в перерывах довольно плотно. И хотя прошло немного времени, они успели неплохо узнать друг друга.
Но всё же это была лишь психологическая реакция, которую можно назвать своего рода иллюзией.
— Сакураи-сан, давай сначала поедим.
Мотидзуки Яо отбросил лишние эмоции, и на душе у него вдруг стало совершенно тихо.
— Д-давай.
Сакураи Мэй послушно согласилась и тихонько села.
— Приятного аппетита х2.
Сложив ладони, они принялись за ужин.
Сама не зная почему, она вдруг почувствовала тревогу, а затем едва заметно нахмурилась, словно ощутив какой-то подвох.
Мотидзуки Яо больше не сомневался и решил объясниться с ней после того, как она поедет.
В конце концов, не зря говорится: даже если бьешь ребенка, сначала дай ему наесться досыта.
Будь он беспринципным ходячим сеятелем семян, ему, пожалуй, не стоило бы об этом беспокоиться — при небольшом усилии Сакураи Мэй просто не смогла бы сопротивляться, и могло случиться нечто невероятное.
Конечно, опомнившись впоследствии, Сакураи Мэй наверняка бы горько пожалела о содеянном в порыве чувств.
Больше они не разговаривали и молча доели порции.
— Спасибо за угощение х2.
— Сакураи-сан, не могли бы мы перейти в другое место, чтобы поговорить?
Мотидзуки Яо окинул взглядом шумную толпу вокруг и решил, что это место не слишком подходит для беседы.
— М... можно.
Сакураи Мэй, казалось, предчувствовала эту просьбу и поспешно согласилась.
— Сакураи-сан, когда прибудет твоя помощница?
Мотидзуки Яо должен был убедиться, что после полученного удара рядом с Сакураи Мэй кто-то останется.
— А? Сая-сан? Должна быть уже скоро, минут через пятнадцать.
Сакураи Мэй взглянула на свои изящные женские часы и поспешно ответила.
— В таком случае времени достаточно, давай уйдем отсюда.
Увидев, что Сакураи Мэй кивнула в знак согласия, Мотидзуки Яо подхватил рюкзак и зашагал впереди, а она с совершенно спокойным видом последовала за ним.
Они покинули столовую и уселись на чистую скамейку в тени цветущей сакуры.
— Сакураи-сан, скажи, как ты оцениваешь атмосферу между нами?
— В... вполне нормально.
Сакураи Мэй не сводила глаз с лепестков сакуры под ногами, так что Мотидзуки Яо не видел ее выражения лица.
— Раньше я тоже так думал, но на самом деле всё не так.
Мотидзуки Яо чувствовал себя ужасно занудным, но именно в вопросах чувств он придерживался строгих правил и никогда не плыл по течению.
— Мы с Сакураи-сан виделись всего-то пару-тройку раз. Можно сказать, еще три дня назад мы были совершенно незнакомы.
Мотидзуки Яо почувствовал, как его собственный тон стал холодным, и даже немного разозлился на себя за это.
— Д... да.
Сакураи Мэй крепко сжала руки в кулаки, и ее ногти с крошечными звездочками едва ли не впились в ладони.
— Из-за некоторых обстоятельств нам с Сакураи-сан довелось пережить несколько невероятных событий.
Мотидзуки Яо замедлил темп речи, и его голос сделался горьким.
— Не исключено, что и в лифте, и в тайной комнате мы оба стали жертвами психологической иллюзии, приняв страх за трепет в сердце, из-за чего наши чувства возросли до столь поразительных масштабов.
С трудом подбирая слова, Мотидзуки Яо заговорил вновь:
— И это внезапное чувство — всего лишь иллюзия, ведь оно не настоящее.
Посмотрев на помрачневшее лицо Сакураи Мэй, он всё же решился сказать это напрямую:
— Сакураи-сан, послушай, это называется эффектом подвесного моста...
Примерно через три минуты Сакураи Мэй наконец подняла голову — ее глаза были красными, а по лицу текли слезы.
Позже Мотидзуки Яо помнил лишь то, как Сакураи Мэй тогда кричала ему в отчаянии:
— Почему всё так?!
— Почему ты должен был мне об этом сказать?!
— Почему вообще существует такая вещь?!
* * *
— Итак, староста класса 1-D — поздравляем Морита Мами-сан, давайте похлопаем все вместе.
Ранним утром Мотидзуки Яо без всякого энтузиазма наблюдал за этой затянувшейся на полчаса классной процедурой выборов.
— Благодарю всех за поддержку Мами, я буду стараться еще больше...
Он сменил позу на более удобную и стал наблюдать за тем, как возбужденная Морита Мами произносит благодарственную речь.
Эта девушка обошла всех соперников и одержала победу благодаря колоссальному везению: она просто выиграла в камень-ножницы-бумага у остальных кандидатов.
Мотидзуки Яо проигнорировал полный обиды взгляд Осима Юко — она, похоже, злилась на то, что он сам не выставил свою кандидатуру, хотя правила выборов установила предельно вольно.
Что ж, разумеется, дело было вовсе не в том, что он считал школьного старосту бесполезной должностью, да и системные задания хранили полное молчание.
Зачем ему браться за дело, которое не сулит никаких выгод и пахнет одними хлопотами?
Обычно Мотидзуки Яо был просто слегка ленив, но сегодня от него так и веяло глубокой тоской.
Причина всего этого крылась во вчерашнем вечере, на той самой скамейке под сакурой.
Мотидзуки Яо и по сей день отчетливо помнил сидевшую рядом Сакураи Мэй — заплаканную, с красными глазами.
А следом — те смертоносные три вопроса, поразившие его прямо в душу?
— Почему всё так?!
— Почему ты должен был мне об этом сказать?!
— Почему вообще существует такая вещь?!
Тогда, глядя на заплаканные красные глаза Сакураи Яо, Мотидзуки Яо чувствовал, как у него в груди всё обрывается.
Не успел он подобрать слова для объяснения, как Сакураи Мэй закрыла лицо руками и убежала первой.
Мотидзуки Яо чувствовал себя отвратительно: в конце концов, он не мог напрямую заявить девушке, с которой знаком всего три дня: «Я умею видеть твои характеристики» или что-то в этом роде.
Гяру спешно ретировалась, бросив даже свою сумку.
Делать было нечего, и Мотидзуки Яо пришлось подхватить ее поклажу и плестись метрах в десяти позади Сакураи Мэй, которая бежала чисто девичьей походкой.
Первый раз — случайность, второй — привычка, третий — статья!
Сакураи Мэй не стала убегать далеко: судя по ее маршруту, она намылилась прямиком к искусственному озеру.
— ...
Мотидзуки Яо чувствовал себя полным идиотом, ведь они ушли оттуда всего полчаса назад.
Как только он подумал о том, чтобы догнать девушку, телефон прятавшей лицо Сакураи Мэй вдруг зашелся трезвоном.
— Ха?
Сперва Сакураи Мэй не обратила на него внимания, но потом, окончательно выйдя из себя, протянула руку, намереваясь физически прикончить этот чрезвычайно шумный аппарат.
— Ой-ка мадоэ!
Приближавшийся сзади Мотидзуки Яо протянул руку с серьезным выражением лица — в конце концов, телефончик был еще ребенком моложе трех дней от роду.
— ...
Сакураи Мэй в самый последний момент прервала движение, с которым собиралась швырнуть телефон, бросила на Мотидзуки Яо яростный взгляд и приняла вызов.
— Моси-моси? Сая-сан, вы уже приехали?
Это была помощница, Сая-чан, которая прибыла к главным воротам академии, чтобы забрать ее.
— Поняла, выхожу.
Сакураи Мэй сбросила вызов, машинально приняла из рук Мотидзуки Яо салфетку, чтобы вытереть лицо, и хранила молчание.
Мотидзуки Яо опешил: это было совсем не похоже на размазанный от слез макияж, о котором он думал.
Верно, Сакураи Мэй обычно вообще не пользовалась косметикой, вот настолько она была в себе уверена!
Заметив, что Мотидзуки Яо тащится следом, Сакураи Мэй не произнесла ни слова, лишь сменила траекторию и направилась к школьным воротам.
Мотидзуки Яо тоже решил, что сейчас лучше не подливать масла в огонь.
В гнетущей атмосфере они добрались до школьных ворот.
Увидев приближающихся двоих, помощница Сая поклонилась и уже собиралась поприветствовать Сакураи Мэй, но тут же остолбенела.
— ...
Это... что с мисс Мэй?
У нее возникло стойкое ощущение, будто она наблюдает сцену «ссоры молодой парочки» — помощница Сая даже не смела ничего расспрашивать наугад.
Заметив, что Мотидзуки Яо по-прежнему молчит, Сакураи Мэй наградила его злым взглядом, а затем свирепо вырвала у него из рук свою сумку.
— Хм!
Мотидзуки Яо показалось, что Сакураи Мэй разозлилась еще сильнее.
— ...
Стоило Сакураи Мэй повернуться, открыть дверцу и забраться в салон автомобиля, как Мотидзуки Яо больше не смог видеть ее лица.
— Прошу прощения, я вынуждена покинуть вас.
Немного подумав, помощница Сая поклонилась на прощание Мотидзуки Яо.
Книголюбы на месте, наслаждайтесь очарованием историй о школьных буднях и романтике.
— Счастливого пути.
Мотидзуки Яо ничего не оставалось, как тоже поклониться в ответ.
Затем помощница Сая вернулась на водительское сиденье, завела мотор и машина плавно тронулась с места.
Мотидзуки Яо не помнил, как добрался до дома — тело казалось невероятно тяжелым.
Поэтому ранним утром будильник разбудил его без всякой жалости, и почему-то он чувствовал себя донельзя унылым и рассеянным.
За пятнадцать минут до выхода он вдруг хлопнул себя по лбу и наспех приготовил для эльфийки коробочку с бенто на обед из остатков свиной грудинки в холодильнике.
В таком полусонном состоянии он добрался до академии и из последних сил заставил себя не уснуть на ходу — первые два урока вел господин Осима.
Мотидзуки Яо решил, что раз уж господин Осима помогла ему вчера, то по всем понятиям и совести засыпать на ее уроках не годилось — по крайней мере, сегодня.
Ничего особенного не происходило, и начиная с третьего урока Мотидзуки Яо проспал вплоть до самого обеденного перерыва.
Всю первую неделю учебного года преподаватели и ученики обычно просто привыкали друг к другу, так что никаких происшествий не случалось.
В полдень на крыше Мотидзуки Яо наблюдал за полностью восстановившей силы старшеклассницей, которая с воодушевлением присматривалась к жареной свинине с овощами.
А облаченная в школьную форму профессиональная горничная Игараси Сакуя тем временем с очень серьезным и крайне профессиональным видом проводила выборочный анализ бенто.
— Никаких проблем, госпожа может это есть.
Она действительно подходила к делу максимально добросовестно — внимательно и скрупулезно.
— Сакуя, наш специальный приглашенный повар хвалит твое усердие!
— Для меня это честь.
Микадзуки Мио поспешно сложила ладони лодочкой, с предвкушением глядя на еду.
— Приятного аппетита!
Эльфийка, как и прежде, казалось, не имела ни малейшей возможности сопротивляться приготовленному им мясу.
— Мм... м-м. Вкус... но...
Вскоре Микадзуки Мио прикрыла глаза, полностью отдавшись наслаждению.
— Ань... Сакуя.
Она решила поделиться вкуснятиной и с Сакуей.
— Госпожа, это... простите за дерзость...
Сакуя еще колебалась, но в итоге не устояла перед искушением.
— ...
— Яо-кун, ты сегодня выглядишь еще более уставшим?
Микадзуки Мио с некоторым удивлением покосилась на молчаливого Мотидзуки Яо.
— Всё в порядке, пожалуйста, не обращайте на меня внимания.
Только убедившись, что эльфийка не перебирает едой и не выказывает недовольства, Мотидзуки Яо со спокойной душой принялся за собственный обед.
В конце концов, раз уж ему платят два миллиона в месяц, его мастерский уровень кулинарии обязан полностью удовлетворять запросы эльфийки.
После обеда Сакуя снова раздала им горьковатые мятные леденцы — кажется, они назывались «Для памяти».
Мотидзуки Яо подумал, что у горничной, должно быть, слишком много забот по хозяйству, раз она заранее страхуется от старческого маразма в будущем.
— Пф...
Мотидзуки Яо и Сакуя почти синхронно изменились в лице и с тревожным видом уставились на Микадзуки Мио.
Вчерашний приступ неудержимого смеха произвел на них слишком сильное впечатление.
— Расслабьтесь.
Микадзуки Мио небрежно отмахнулась, показывая, что всё в порядке.
— Сакуя, Яо-кун мысленно назвал тебя занудой!
Мотидзуки Яо с успехом удостоился полного отвращения взгляда Сакуи, сопровождаемого выразительным закатыванием глаз.
Следующие два урока Мотидзуки Яо проспал еще слаще — вплоть до звонка об окончании занятий, пока его не разбудила пришедшая во второй раз горничная Сакуя.
Несколько минут спустя троица стояла перед дверью новенького помещения.
— Так значит, госпожа, в этом и заключалась ваша вчерашняя цель?
На двери комнаты крупными буквами на листе А4 было выведено: Клуб китайской кухни.
Причем выглядело это так, будто табличку прилепили только что.
— Не делай такое мрачное лицо, Яо-кун.
— Госпожа, это ведь и впрямь можно считать сверхурочными?
— Только что я почувствовала, как Яо-кун проявил дикое воодушевление при мыслях о тех сверхурочных, что я ему пообещала.
— Черт, да никто в мире не сможет остаться равнодушным к сверхурочным в три миллиона иен ежемесячно.
Микадзуки Мио легко улыбнулась и произнесла фразу, которая до глубины души тронула Мотидзуки Яо.
— Это поможет Яо-куну взбодриться?
Мотидзуки Яо был слегка удивлен, после чего на его лице промелькнуло нечто вроде беспомощности.
— Значит, это место — наш будущий клуб?
— Ответ правильный.
Если отбросить некоторые факты, Микадзуки Мио действительно была редчайшим и превосходным боссом.
В конце концов, будучи выдающейся молодой госпожей из самого влиятельного финансового конгломерата Японии, она обладала вовсе не одной лишь способностью читать мысли.
Например, заметив, что вечно нуждающийся в деньгах Яо-кун сегодня чем-то расстроен, она едва заметно взмахнула рукой, Сакуя мгновенно перевела средства, и Яо-кун тут же расплылся в улыбке!
Она не станет тратить время на то, чтобы пичкать тебя устаревшими нравоучениями, и не станет высокопарно рассуждать о грандиозных планах и идеалах — она просто заставит тебя по собственной воле служить ей верой и правдой или же крепко привяжет к себе, умело используя твои слабые места.
Мотидзуки Яо подумал, что госпожа вполне могла бы встать на гору денег, упереть руки в бока и самодовольно хохотать «а-ха-ха-ха», либо же хлестать его по красивому лицу пачками купюр с изображением Юкичи Фукудзавы — иначе эти деньги давались ему слишком легко, без душевного трепета.
— Фу-фу, зачем мне заниматься такой ерундой?
Госпожа Микадзуки Мио бросила на потерявшего дар речи Мотидзуки Яо взгляд, полный игривого лукавства.
— Яо-кун, неужели ты скрытый мазохист?
— Разумеется нет, просто мне кажется, что госпожа вполне могла бы вести себя чуточку наглее.
— Вот уж нет, даже мне не хочется, чтобы другие считали меня злодейкой из благородного семейства...
Микадзуки Мио склонила голову набок, размышляя о чем-то, а затем легко покачала головой.
Троица простояла у входа уже довольно долго, и госпожа тоже начала скучать.
— Яо-кун, загляни внутрь, что там еще может понадобиться?
— Дзынь!
Мотидзуки Яо приблизился к сканеру у входа, система контроля доступа отключилась, и автоматическая дверь мгновенно разъехалась в стороны.
Заметив замешательство на лице Мотидзуки Яо, Сакуя пояснила:
— Местный замок использует трехмерное распознавание лиц. У Мотидзуки-куна уровень допуска А, так что он может перемещаться здесь без каких-либо ограничений.
— Стойте, а что делать, если отключат электричество?
Это вовсе не было паникерством со стороны Мотидзуки Яо, ведь простое отключение света выглядело вполне реальным сценарием.
Сакуя решила объяснить Мотидзуки Яо все особенности этого здания, раз уж он с позволения госпожи отныне станет здесь частым гостем.
— Обычно по этому поводу можно не беспокоиться.
— В этом здании установлены три независимые системы электроснабжения, включая один комплекс аккумуляторных батарей.
— Даже при отключении внешнего питания он способен поддерживать работу внутреннего оборудования на полной мощности в течение примерно одной недели.
Мотидзуки Яо чувствовал себя несколько обескураженным: неужели для обычной клубной комнаты было необходимо городить столь безумные вещи?
— Это крайне необходимо. В конце концов, госпожа в дальнейшем будет часто бывать здесь, и ради безопасности никакие сооружения и оборудование в этом здании не должны давать сбоев.
Игараси Сакуя с предельно серьезным видом кивнула.
— Кстати, раз уж зашла речь о безопасности — почему-то я никогда не видел рядом с госпожой телохранителей и тому подобных лиц?
http://bllate.org/book/24050/2763226
Готово:
