Цзинь Баньвэй лишь натянуто усмехнулась, кое-как замяв неловкость.
Она просто хотела переключить внимание Жэнь Цяо и никак не ожидала, что та действительно подхватит её слова. Жэнь Цяо оказалась донельзя добродетельной женой, но это было не слишком хорошо — так та могла бы и вовсе разбаловать её со временем.
Да Цзинь Баньвэй от роду не отличалась особой покладистостью.
Убедившись, что Цзинь Баньвэй больше не собирается препираться с мужчиной-призраком, Жэнь Цяо не стала снова вытаскивать его наружу. Вместо этого она указала на кукол и спросила:
— Как Маленькая Цзинь хочет с ними поступить? Нельзя же оставлять их здесь.
С призраками, заточёнными внутри игрушек, ещё можно было разобраться, но вот ту тварь, что заперли на потолке, оставлять точно было нельзя.
Брови Жэнь Цяо чуть нахмурились: даже на таком расстоянии она ощущала этот чересчур кровавый дух.
И это решение она тоже может принять!
Цзинь Баньвэй изумлённо распахнула глаза: Жэнь Цяо не только собиралась помочь ей избавиться от этих призраков, но ещё и спрашивала её мнения.
— Правда сама могу решить?
Увидев кивок Жэнь Цяо, Цзинь Баньвэй от волнения даже потёрла руки. Ещё минуту назад она ломала голову над тем, как ей за эти десять дней накопить Очки Благой Кармы, полагаясь на способности Жэнь Цяо, как вдруг возможность сама плыла ей в руки.
Цзинь Баньвэй была несколько иной.
Если некому сжечь одежду призрака, на нём навсегда остаётся тот наряд, в котором он встретил смерть.
Жэнь Цяо слегка удивилась: она понятия не имела, что Цзинь Баньвэй нужно копить Очки Благой Кармы для розыгрыша призов. Она знала лишь одно: каждый призрак в этой комнате наверняка пугал Цзинь Баньвэй, и если бы они не были скованы по рукам и ногам, то единой толпой набросились бы на неё и растерзали.
Долго молчавший голос Системы снова подал знак, и холодный механический тон напомнил Цзинь Баньвэй, что теперь она находится в новом мире.
В зыбком и тусклом мерцании ламп Призрачный Король сидела прямо перед ней в свадебном платьице, поражая воображение своей прелестной красотой. Было бы ещё лучше, окажись на её голове традиционная красная вуаль.
Свечи, свадебный наряд... Тут волей-неволей подумаешь о брачной ночи.
Только сейчас Жэнь Цяо заметила, что глаза у Цзинь Баньвэй очень мягкие, а когда она улыбалась, то становилась ещё миловиднее.
Цзинь Баньвэй смотрела на неё, и не успела она задать вопрос, как шея девушки прямо у неё на глазах переломилась. Голова покатилась вниз, кровавый обрубок начал понемногу размягчаться, и всё тело девушки на глазах у Цзинь Баньвэй превратилось в лужицу мясной кашицы.
Она видела слишком много людей, панически боящихся призраков, и тех, кто питал к духам жгучую злобу.
Цзинь Баньвэй всё прекрасно понимала, она всё это знала, но всё равно не могла совладать с собой.
Мрак рассеялся быстро — в один миг все масляные лампы в комнате ярко вспыхнули.
— Хозяйка, если ты и дальше будешь так панически бояться призраков, то никогда не выполнишь их заветные желания, а без этого не будет и розыгрыша очков. Тебе нужно постараться, хозяйка, очки уже близко! Не переживай, с тобой твоя призрачная жена, они ни за что не посмеют тебе навредить.
Перед лицом сокрушительной силы женщина-призрак холодно рассмеялась:
— Хе-хе-хе... Кто бы мог подумать, что сама Призрачный Король пойдёт на уступки человеку!
Неизвестно, когда именно, но чаши светильников снова наполнились маслом.
Она испытала лёгкую ностальгию, чуть приподняла веки и посмотрела на потолок: выпустить тех, кто сидел в куклах, чтобы они побеседовали с Цзинь Баньвэй, было ещё куда ни шло, но вот с этой троицей — вернее, с этой единицей — такое не прошло бы.
Она жадно впитывала исходившую от Жэнь Цяо прохладу, не замечая её растерянности.
За разочарованием последовал ужас: она осмелилась обнять Жэнь Цяо! И вовсе не забыла о нежности Жэнь Цяо в тот момент, когда та проявила мягкость, помня, что перед ней Призрачный Король, и все эти нежные вольности могли обернуться против неё, когда через десять дней Жэнь Цяо решит свести с ней счёты.
Не говоря больше ни слова, та протянула руку и задёрнула плотные шторы. Темные занавески обладали отличной светонепроницаемостью, и комнату мгновенно окутала темнота.
Жэнь Цяо протянула руку и легко коснулась руки Цзинь Баньвэй. Та инстинктивно вздрогнула и съежилась, но в следующее мгновение крепко вцепилась в ладонь Жэнь Цяо, нырнула ей в объятия и принялась тереться лбом о её шею:
— Сестрица-призрак.
Оморочка призрака не относилась к числу грозных трюков, но её вполне хватало, чтобы до смерти напугать двадцатилетнюю девчонку.
Только что увиденное зрелище оказалось куда страшнее и отвратительнее всего, с чем Цзинь Баньвэй сталкивалась прежде: живой человек в мгновение ока превратился в кровавое месиво. Её желудок скрутило от судорожных спазмов, и её начало безостановочно тошнить.
Жэнь Цяо даже растерялась от такого объятия — ей ещё никогда не доводилось прижимать кого-то к себе столь близко.
Будучи призраком, она с самого момента обретения сознания была безупречна, ведь уже тогда обладала силой Призрачного Короля — уровнем, недосягаемым для прочих духов, каких бы экстремальных методов тренировок те ни прибегали.
Жэнь Цяо не обратила на неё внимания и повернула голову к оцепеневшей от страха Цзинь Баньвэй.
Женщина-призрак молчала. Она попыталась скрыться внутри игрушки, но с ужасом обнаружила, что её душа словно вросла в пол и не может сдвинуться с места.
Жэнь Цяо была в свадебном наряде... Значит ли это, что она погибла прямо в день замужества? Или при каких-то иных обстоятельствах?
Пока Цзинь Баньвэй предавалась безумным догадкам, Жэнь Цяо уже подняла одну из кукол и протянула её ей.
Жэнь Цяо протянула руку и сжала воздух — женщина-призрак вновь обрела целостность своей души. Она выплыла наружу и попыталась снова шмыгнуть в куклу, но Жэнь Цяо нахмурилась:
— Девушка, Маленькая Цзинь не желает тебе зла. Зачем ты пугаешь её?
Как жена Цзинь Баньвэй, она была далеко не идеальна и толком не понимала, как подобает себя вести в роли супруги.
Подобное поведение заставило обычно добродушную Жэнь Цяо слегка рассердиться.
Мертвенно-бледная от страха Цзинь Баньвэй швырнула куклу в сторону, и та угодила прямо в плечо Жэнь Цяо.
Цзинь Баньвэй была разочарована собственной выносливостью.
Всякий опытный и искусный Ловец призраков при встрече с нечистью первым делом спешил уничтожить её, а Цзинь Баньвэй собиралась помогать призракам — и кому! Толпе духов, которые только и делали, что пугали её. Не обладай она крепкими нервами, её бы давно до смерти затерроризировали эти создания.
Цзинь Баньвэй торопливо разжала руки, обнимавшие Жэнь Цяо, и стремительно отпрянула назад. Опустив взгляд, она виновато пробормотала:
— Сестрица-призрак... Про-прости, я просто испугалась.
Ей хотелось попросить у Жэнь Цяо прощения, но стоило открыть рот, как из горла вырвался лишь очередной позыв к рвоте.
Жэнь Цяо больше не тянула за собой того мужчину-призрака — судя по всему, сочла его слишком шумным и докучливым.
Хотя в сердце Жэнь Цяо и таились сомнения, она всё же уважила выбор Цзинь Баньвэй:
— У Маленькая Цзинь такое доброе сердце. Я помогу тебе.
И всё это произошло в считанные мгновения.
— Я хочу помочь им исполнить их предсмертные желания!
От Жэнь Цяо исходил леденящий холод, но эта прохлада отрезвляла сознание, вытягивая её из пучины вязкого страха.
Прикоснувшись кончиком пальца к спине игрушки, Жэнь Цяо впустила внутрь капельку алого света. Из куклы тут же отделился призрачный силуэт: в сравнении с тем мужчиной-призраком, которого Жэнь Цяо вытащила ранее, от этой девицы разило куда более густой чернотою. На вид ей едва ли дашь больше двадцати лет, черты лица были вполне миловидными.
Живой человек. Женщина.
Жэнь Цяо покачала головой и тихонько успокоила Цзинь Баньвэй:
— С чего ты вдруг извиняешься? Ты живой человек, и бояться призраков — это совершенно нормально.
Цзинь Баньвэй ошеломлённо подняла взгляд на Жэнь Цяо. Она никак не ожидала, что та не только не станет упрекать её за дерзость, но ещё и утешит. Ей казалось, что Система права и ей следует как можно быстрее адаптироваться к обстановке, однако Жэнь Цяо уверяла её, что бояться — это естественно.
Прикусив губу, Цзинь Баньвэй проглотила готовые сорваться с глаз слёзы:
— Спасибо.
Она всё ещё выглядела напуганной, на глазах даже блестели слёзы.
Жэнь Цяо стало её жалко. Она бросила мимолётный взгляд на полностью обездвиженную женщину-призрака. Та невольно задрожала, растеряв всю свою былую браваду, хотя всё ещё пыталась хорохориться:
— Подумаешь, велика доблесть — издеваться над нами! Сразись лучше с тем Ночным кошмаром!
— Кошмар? Выходит, вас заперли чары Ночного кошмара.
Жэнь Цяо и впрямь удивилась: кошмары встречались крайне редко. Злой дух, прицепившийся к Цзинь Баньвэй, оказался не так уж прост.
Она покосилась на всё ещё витающую в облаках Цзинь Баньвэй: среди множества людей, панически боящихся духов, та держалась ещё неплохо.
Эта женщина-призрак вела себя слишком вольготно — даже в её присутствии посмела принять истинную форму, чтобы напугать Цзинь Баньвэй.
Протянув руку, Жэнь Цяо переплела свои пальцы с пальцами Цзинь Баньвэй и повлекла её к выходу.
Цзинь Баньвэй не сопротивлялась, покорно позволяя Жэнь Цяо увести её из спальни. В тот момент, когда дверь распахнулась, её глаза резануло чересчур яркое, ослепительное сияние. В гостиной красовалось огромное панорамное окно, пропускавшее потоки света — это помещение разительно отличалось от мрачной спальни, словно они находились в двух разных мирах.
Знай она заранее, что за дверью её ждёт залитое светом пространство, Цзинь Баньвэй давным-давно сбежала бы в гостиную.
Солнечный свет в гостиной бил слишком резко, поэтому Жэнь Цяо лишь проводила её до порога и не стала заходить внутрь вместе с ней. Тихонько бросив на ходу:
— Маленькая Цзинь, подожди меня здесь, я быстро. Я заставлю их слушаться и больше они не посмеют тебя пугать.
С этими словами Жэнь Цяо уже собралась вернуться в спальню, но Цзинь Баньвэй рефлекторно ухватила её за край одежды.
Подумав, что та всё ещё дрожит от страха, Жэнь Цяо обернулась и легонько коснулась её лба пальцем. Цзинь Баньвэй ощутила, как внутрь её тела скользнул сгусток невесомой ци, а голос Жэнь Цяо прозвучал всё так же нежно:
— Не бойся, я защищу тебя.
Она высвободила руку и, опустив взгляд, нахмурилась из-за чуть заметной складки на переносице. Вернувшись в комнату на секунду, Жэнь Цяо появилась вновь, держа в руках пару мягких тапочек. Она аккуратно поставила их у ног Цзинь Баньвэй и тихо произнесла:
— Маленькая Цзинь, на полу холодно.
Призраки плохо различали температурные перепады, но стоило Жэнь Цяо коснуться Цзинь Баньвэй, как та каждый раз съёживалась. Зная о разнице в температуре тел духов и людей, Жэнь Цяо смекнула, что Цзинь Баньвэй чувствительна к холоду.
Выскочив из постели второпях, та даже не обулась, а её нервы были натянуты до предела: охваченная паникдой и чувством вины, она попросту не заметила холода, идущего от пола.
Жэнь Цяо оказалась невероятно заботливой. Глядя на её мягкое лицо, Цзинь Баньвэй почувствовала лёгкое жжение в носу: пусть эта жена досталась ей путём случайного розыгрыша, но слово своё та оправдывала сполна.
Как можно быть настолько прекрасной? Цзинь Баньвэй показалось, что место между бровей, к которому прикасалась Жэнь Цяо, слегка расгорелось.
Девушка отчётливо ощутила зарождающуюся привязанность к Жэнь Цяо, хотя, разумеется, позволить себе расслабиться она могла лишь на самую малость.
Улыбнувшись, она поблагодарила её:
— Спасибо.
Жэнь Цяо на мгновение замерла с ошеломлённым видом, а затем глухо произнесла:
— Не за что.
Наверное, она недоумевала, почему возлюбленные выражаются столь официально.
Жэнь Цяо снова скрылась в спальне, и дверь за ней закрылась.
Уставившись на створку, Цзинь Баньвэй постепенно опустила взгляд на нетронутую замочную скважину.
Тут оставалось лишь поражаться мощи Системы: их диалоги с Жэнь Цяо, вся эта наигранная чуждость в общении ни капли не походили на поведение настоящих влюбленных. Кругом зияли прорехи и нестыковки, но Жэнь Цяо не замечала ни единой из них, продолжая относиться к ней с неизменной нежностью.
Система связала узами лишь Жэнь Цяо, и Цзинь Баньвэй понятия не имела, докуда простиралось это промывание мозгов. Однако чем лучше Жэнь Цяо относилась к ней, тем сильнее в её груди скреблось чувство вины — манипулировать чужими чувствами было по меньшей мере жестоко.
Она твёрдо решила: впредь она будет сжигать для Жэнь Цяо побольше бумажных денег, а ещё закажет в похоронной лавке парочку бумажных слуг, чтобы те прислуживали ей на том свете.
Пока Цзинь Баньвэй предавалась раздумьям, из глубины комнаты донеслись раскатистые крики ужаса.
Она сглотнула впересохшем горле, отступила назад и прижалась спиной к двери. Навострив уши, она прислушивалась к происходящему: крики становились всё громче, мужские голоса перемежались с женскими, заглушаемые парой возмущённых воплей: Да ты же Призрачный Король!
Кто бы мог подумать, что с виду такая мягкая и кроткая Жэнь Цяо расправляется с ними с такой жестокостью! От доносившихся изнутри надрывных воплей у неё даже закладывало уши. Но наряду с этим в душе поднималось странное торжество: ощущение того, что тебя защищают, было чертовски приятным. Без Жэнь Цяо эти духи наверняка измывались бы над ней похлеще.
А обитатели спальни, похоже, вовсе не казались такими уж страшными.
Они точно так же боялись более могущественных созданий, боялись боли и голосили от неё на все лады.
Вот только орали они слишком противно.
Зажав уши руками и глядя на залитую ярким светом гостиную, Цзинь Баньвэй внезапно направилась к окну. Заметив собранные в складки тёмные портьеры, она ухватила за краешек одну из штор и резким движением согнутых пальцев рывком затянула её наполовину.
Жэнь Цяо была могущественным призраком, любящим свет, но даже она могла получить ожоги от столь яркого луча.
В данную минуту в защите солнечного света она не нуждалась — её защищала Жэнь Цяо, в чьей силе она ни капли не сомневалась.
Подойдя ко второму окну, она уже собиралась задёрнуть оставшуюся половину шторы, но стоило пальцам коснуться ткани, как на сердце вновь скребли кошки: кажется, она ввязалась во всё это слишком быстро.
Слепо доверять и полагаться на едва знакомого призрака, который к тому же неизбежно уйдёт, было не лучшей идеей.
Цзинь Баньвэй разжала пальцы, и её рука медленно опустилась.
Она подняла взгляд на ласковое внезапное солнце — ту самую природную стихию, способную разогнать любые морозы и оградить от нечисти. Жаркое, обжигающее солнце, что без разбора дарит своё покровительство каждому.
На стекле отражалось чистое, миловидное личико: темные брови, пухлые губки, но из-за слегка нахмуренного переносицы прелестные черты утратили часть своей живости.
Это было лицо молодой девушки, но... кажется, вовсе не прежней хозяйки тела.
Прежняя владелица была яркой красоткой, и её внешность никак не вязалась с этим зелёным, юным лицом.
К тому же лицо казалось подозрительно знакомым.
Поражённая до глубины души, Цзинь Баньвэй подняла запястье и медленно провела пальцами по стеклу, очерчивая отражение. Она даже подалась вперёд всем корпусом, стремясь рассмотреть лицо на стекле как можно отчётливее.
Черты выглядели точь-в-точь как в её прошлой жизни.
Руки Цзинь Баньвэй едва заметно дрожали, а ладонь продолжала тереть оконное стекло, словно она надеялась стереть пыль и разглядеть отражение ещё лучше.
Она взволнованно забормотала себе под нос:
— Неужели я перенеслась сюда не духом, а во плоти? Но быть того не может, у меня ведь остались воспоминания прежней владелицы!
Стоило ей задать вопрос, как Система незамедлительно отозвалась:
— Система Благой Кармы заключает лишь благие союзы. Прежняя хозяйка обменялась с тобой телом и статусом, но не давала согласия одалживать чужачке свою внешность, поэтому хозяйке приходится довольствоваться собственным лицом. Впрочем, все данные прежней владелицы в документах уже заменены на твои.
Выходит, Жэнь Цяо только что искренне хвалила её красоту.
Цзинь Баньвэй словно ложку мёда проглотила — на душе сразу стало невероятно сладко, а радость в один миг вымела все тучи.
А у Жэнь Цяо-то отменный вкус!
Уголки губ в отражении на оконном стекле взмыли высоко вверх...
http://bllate.org/book/24062/2765848
Готово:
