Готовый перевод My White Moonlight Lost Her Memory and Now Chases Me for My Debts / Белая Луна с амнезией: весь город требует расплаты за старые грехи: Глава 13

Ночь уже опустилась на город, а Су Чэнь всё лежал на постели, мысленно возвращаясь к сегодняшнему разговору с маленьким Императором.

Он-то полагал, что при его полной поддержке маленький Император отлично провел время. Однако вечером, когда он вошел во дворец, тот самый Чан Инь, что служил при императоре, обмолвился, будто он сумел чем-то досадить Его Величеству.

Су Чэнь ломал голову, но так и не смог понять в чем дело.

Единственный масляный светильник в комнате горел тусклым огоньком. Желтый Толстяк свернулся калачиком у него в ногах и спал так крепко, что даже похрапывал, вызывая у хозяина легкую зависть.

Су Чэнь еще долго предавался раздумьям, пока наконец, как и желал, не погрузился в тяжелый, сморренный сон.

Сны о прошлом выстраивались в памяти точно так же, как и наяву — где-то отчетливо, а где-то размыто.

Например, людям свойственно с трудом запоминать изо дня в день повторявшиеся в детстве тяготы воинских тренировок, поэтому и сновидения на этот счет неизменно проносились в дымке, быстро перематываясь к следующему яркому воспоминанию.

То был погожий осенний день все того же года. Стояла духота бабьего лета, воздух на исходе сентября казался на редкость тяжелым.

Детям, проходившим обучение в Цяньди, объявили, что сегодня им предстоит освоить нечто новое, и всех разом вывели к большому водному бассейну во внутреннем дворе.

Когда Командир Чжан приказал им раздеться и лезть в воду, тело Су Чэня напряглось, и он остался стоять на берегу, не сдвинувшись с места.

Те из детей, кто уже умел плавать, живо скинули верхнюю одежду и с радостными криками бултыхнулись в воду. Те же, кто плавать не умел, робко жались на мелководье и, подражая остальным, неуверенно пробовали шагать по дну, загребать воду руками и держаться на плаву.

Лишь один Су Чэнь застыл на краю бассейна. Заметив, что все уже в воде, он тоже торопливо сбросил верхнюю одежду, затаил дыхание и испуганно сделал несколько шагов вперед.

Ничего страшного. Уговаривал он себя. Не бойся.

Но стоило ему лишь взглянуть на рябь у берега, как сердце пронзил холодок легкой волны, отчего у него перехватило дыхание.

Су Чэнь не просто не умел плавать — он... боялся воды. Как-то раз ему доводилось слышать от обитателей трущоб, что его, брошенного младенца, выловили из выброшенной в реку бамбуковой корзины, и он едва не захлебнулся. Быть может, именно поэтому с самых ранних лет его охватывал необъяснимый ужас перед любой водой. Ему исполнилось уже шесть лет, но он неизменно обходил стороной любые водоемы и реки.

Бежавшие по воде круги казались ему разверстой пастью злого демона, готового поглотить его.

Заметив, что Командир Чжан перевел на него взгляд, Су Чэнь поддался этому испытующему давлению и был вынужден сделать еще несколько шагов вглубь бассейна.

Сначала поверхности коснулись кончики его пальцев. Не успел он привыкнуть, как стопы слегка увязли в илистом дне, и вода тут же омыла его подъемы.

От этого прохладного касания его затрясло, а кожу покрыла мелкая мурашки.

Но под пронзительным взглядом Командира Чжана отступать было нельзя. Су Чэнь глубоко вздохнул и непрестанно твердил себе: здешние дети хоть и происходили из бедных семей, у большинства из них все же оставался какой-то путь назад, а у него не было ничего. Ни единого шанса.

Вслед за тем он вспомнил слова, сказанные ему Его Высочеством Наследным Принцем незадолго до того: «Я верю, у тебя обязательно получится», — и наконец набрался храбрости, решительно шагнув в воду.

Уровень поднялся выше ног, а затем стал подбираться к животу...

Когда тяжесть стихии сдавила грудь, Су Чэнь больше не смог сдерживать охватившую его панику и поспешно повернул к берегу.

В спешке он оплошал: нога соскользнула, равновесие было потеряно, и Су Чэнь стремглав завалился набок.

Стоило воде скрыть его с головой, как крохи с трудом удерживаемого спокойствия мгновенно испарились. Он больше не мог стоять на ногах и забился по поверхности воды в полнейшем смятении.

— Помо...

Брызги застилали глаза, вода хлынула в рот и нос, Су Чэнь даже не мог позвать на помощь, отчаянно барахтаясь и заходясь в жутком, надрывном кашле.

Это было его последнее воспоминание перед тем, как он потерял сознание.

Очнулся он на берегу, насквозь промокший. Командир Чжан стоял рядом и с легким сожалением произнес: «В этом деле тебе не преуспеть».

Затем ему сунули в руку связку медных монет, велели слугам переодеть его в сухое платье и выпроводили из Цяньди.

Сжимая в кулаке матерчатый узелок с медяками, Су Чэнь смотрел, как за его спиной закрываются ворота заднего двора.

Шестилетний малыш все еще был ошеломлен страхом недавнего утопления, голова его работала плохо, и он так и замер там глуповатым столбом.

Когда он пришел в себя, уже стемнело.

Вспоминая сегодняшние события — то, как стремительно все произошло, — Су Чэнь вдруг усмехнулся.

И впрямь ничего удивительного... Он всегда и во всем уступал остальным. Даже из кожи вон лезя, он не мог тягаться с теми детьми, которые боялись трудностей и усталости, но умели хитрить и увиливать.

Именно потому, что он был самым никчемным из всех детей, его выгнали из Цяньди первым; мало того — от него отказались даже собственные родители.

В памяти Су Чэня внезапно всплыл тот мешочек, который Его Высочество Наследный Принц забрал у него с шеи.

Что же на самом деле написали в нем его родители?

Желая поскорее узнать содержание этого письма, в последнее время Су Чэнь усерднее всех старался постигать грамоту.

Но теперь ему уже никогда не узнать правды...

Тот юноша, что носил высокий титул наследного принца, узнай он, что принес с собой столь никчемного ребенка, наверняка без малейших колебаний выбросил бы этот мешочек.

Спрянув узелок со связкой монет, Су Чэнь под покровом ночи с поникшим видом вернулся в трущобы и, свернувшись калачиком в каком-то заброшенном углу, пролежал там до утра.

На следующий день Су Чэнь достал одну монетку и отправился в утреннюю лавку за паровыми булочками.

Торговец сразу узнал его и подозрительно спросил:

— Откуда у тебя медные деньги?

— Нашел, — бросил Су Чэнь.

Он не хотел признаваться, что ему улыбнулась такая удача, которую он по собственной никчемности тут же и упустил. Ему было стыдно.

Торговец окинул взглядом его подозрительно чистые одежды, о чем-то задумался, но все же завернул ему две большие булочки.

Хотя эти две булочки Су Чэнь мог растянуть на четыре дня, из-за недавних тренировок его тело окрепло, а аппетит сильно вырос, так что он умял их обе за один день.

На следующий день он снова принес в лавку медную монету.

Продавец покрутил ее в пальцах, разглядывая спереди и сзади:

— И надо же, какая редкость. С чего это ты каждый день деньги находишь?

— Продаешь или нет? — рассердился Су Чэнь.

— А откуда у тебя одежда на тебе?

— Какое тебе дело?

Торговец не вынес, чтобы какой-то маленький нищий разговаривал с ним столь дерзко, и тут же холодно усмехнулся:

— А ну выкладывай, у какого дома ты их спер?

— Не хочешь продавать — верни деньги.

Су Чэнь взвился волчком, резко наступил торговцу на ногу, подпрыгнул, выхватил монетку обратно и, сделав в воздухе кувырок, мягко приземлился на ноги.

— Ай! — взвыл торговец от боли, но среагировал мгновенно и вмиг ухватил пытавшегося сбежать мальчишку за шиворот.

Пользуясь преимуществом в силе, мужчина с размаху швырнул шестилетнего Су Чэня на землю.

Тут же из-за пазухи у мальчика вывалился спрятанный там узелок, и из расщепленного шва с звонким лязгом на мостовую выкатились несколько медных монет.

Увидев россыпь денег, торговец во все глаза уставился на него:

— Ах ты паршивый воришка!

Заметив, что монеты раскатились, Су Чэнь бросился их подбирать.

Торговец попытался наступить на них ногой. В следующее мгновение, сам не поняв, что произошло, он почувствовал, как чьим-то ловким движением его лодыжку подсекли, и рухнул на землю.

— Ай! — завопил мужчина. Придерживая ушибленную спину и поднимая голову, он с изумлением обнаружил, что сбил его с ног тот самый шестилетний сорванец.

В высокомерном взгляде мальчишки не было ни капли страха перед взрослым мужчиной.

Мужчина был потрясен, но быстро пришел в себя.

Набравшись сил и опустив дыхание в нижний даньтянь, он зычно рявкнул:

— Держите вора!

http://bllate.org/book/24136/2784807