Готовый перевод Pregnant with Amnesiac CEO's Baby After Returning Home / Секрет под сердцем: Возвращение к забытому магнату: Глава 12

Разве это человеческие слова?

Сюй Ю, выслушав искренние расспросы виновника всех его бед, едва не задохнулся от злости и рассмеялся от безысходности. Выхватив у него из рук тюбик с мазью и даже не удостоив того взглядом, он вместе с одеждой и мазью прямиком направился в ванную.

Фугуй уставился на резко захлопнутую дверь ванной, растерянный и сбитый с толку — он совершенно не понимал, в чём снова провинился.

Внутри ванной комнаты Сюй Ю, перевернув инструкцию, глубоко вздохнул и, превозмогая глубокое чувство стыда, в крайне нелепой позе принялся мазать мазь.

Он впервые занимался подобным, и на душе у него скребли кошки, однако здоровье было дороже, а потому халатно относиться к делу он не смел и всё делал предельно тщательно.

Закончив с мазью и переодевшись, Сюй Ю встал перед зеркалом и внимательно себя оглядел. Убедившись, что все следы надежно скрыты, он наконец приоткрыл дверь и вышел наружу.

Из-за травмы в определенном месте шагать широко он не решался, поэтому его походка выглядела слегка деревянной.

В комнате Фугуй уже переоделся.

Сперва он бесхитростно сидел на краешке кровати, но, услышав звук открывающейся двери, тут же в напряжении подскочил. Он тревожно и боязно поглядывал на Сюй Ю, смертельно боясь снова сделать что-нибудь не так и разозлить его.

Видя этот растерянный вид, Сюй Ю какое-то время просто не знал, что и сказать.

Тянь Ли кивнул и снова спросил, куда тот направляется.

Он боялся, что если сам сядет за руль, то прямиком угодит в больницу.

Сюй Ю немного приуныл. Постояв на обочине и поразмыслив, он решил потратиться и нанять машину, чтобы добраться обратно.

Когда на столе появились овощи и жидкая каша, Фугуй явно на мгновение замер.

Слова-то словами, но когда после выселения из отеля они оказались в ресторане и Сюй Ю, глядя на пестрящее разнообразием меню, осознал, что может заказать себе лишь легкие блюда да кашу, у него в душе вновь поднялась волна глухого недовольства.

Пока машина ехала в сторону начальной школы деревни Юньтан, Сюй Ю болтал ни о чём с учителем Тянем.

О возвращении на велосипеде не могло быть и речи, да и научить Фугуя кататься за столь короткий срок он бы не успел.

В детстве Сюй Ю считал его невероятно строгим и даже побаивался, и лишь годы спустя понял, сколь благими были его намерения.

Он исподлобья бросил взгляд на сидевшего напротив и вовсю рассуждающего о том, что бы ему такого съесть, Фугуя. Чтобы унять собственное раздражение, он пропустил его слова мимо ушей и молча заказал ему самую простую постную еду.

— Здравствуйте, учитель Тянь, — заметив знакомого, Сюй Ю первым делом почтительно поприветствовал его.

Тот в ответ пояснил: — Я уже какое-то время как вернулся. Мой отец ведь попал в аварию, дома никого нет, вот я и приехал пока присмотреть за ним.

В Поселок Юньпэн они приехали на мопеде, и сейчас тот всё ещё стоял в мастерской, однако Сюй Ю был ранен, и ему даже сидеть было больно — о том, чтобы ехать на мопеде по столь ухабистой дороге, нечего было и думать.

Обедав, они вдвоём сели в машину и отправились обратно в Поселок Юньпэн.

Учитель Тянь был у Сюй Ю классным руководителем в начальной школе и вот уже столько лет работал в начальной школе деревни Юньтан.

— Сюй Ю? — водительское стекло опустилось, и выглянувший оттуда средних лет мужчина в черной оправе очков с улыбкой спросил: — Когда это ты успел вернуться?

— Пойдемте, сначала поедим, — он глубоко вздохнул, решив не препираться со спутником.

Тот приоткрыл рот, собираясь что-то сказать, но, встретившись с полным опасности взглядом Сюй Ю, из чистейшего инстинкта самосохранения поспешно проглотил слова обратно, не смея высказать ни единого возражения.

Раз уж учитель сам так сказал, Сюй Ю было неудобно отказываться. Поспешно поблагодарив его, он вместе с Фугуем забрался в машину.

Услышав, что Сюй Ю нужно найти попутный транспорт до деревни Юньтан, тот сразу же предложил: — Садитесь, мне тоже в школу, как раз по пути подвезу.

В этот момент рядом неожиданно остановилась черная Джили.

В конце концов, они ведь только что обо всём договорились: забыть о прошлой ночи и вести себя так, будто ничего не было.

Все эти годы они поддерживали связь, учитель Тянь был в курсе его дел, и Сюй Ю каждый раз по возвращении навещал его в школе, вот только в этот раз он ещё просто не успел собраться.

— Учитель Тянь, я слышал, начальную школу деревни Юньтан собираются объединять со школой в посёлке?

Тянь Ли кивнул, и при упоминании этого на его лице отразилось глубокое уныние: — Людей в деревне всё меньше, все отправляют детей учиться в посёлок, набрать учеников школа уже не может. Сейчас в каждом классе от силы по одному потоку, а где-то всего по пять-шесть человек — слияние это единственный выход. Когда школы объединят, меня тоже переведут, только пока неизвестно куда.

Сюй Ю услышал это со вздохом сочувствия: он отучился в начальной школе деревни Юньтан целых шесть лет, и это место было ему дорого.

Учитель Тянь, словно что-то вспомнив, с улыбкой произнес: — Какое совпадение, что мы повстречались. У меня как раз есть к тебе одна просьба, мог бы ты помочь?

Сюй Ю поспешно отозвался: — Что за просьба? Учитель, говорите смело.

— Разве ты не учился на компьютерщика? Недавно несколько наших учеников тайком бегали в поселок в интернет-кафе. Я бы хотел попросить тебя провести для них парачку занятий, рассказать о компьютерах простым языком, чтобы они поняли: за компьютером можно не только в игры рубиться, но и заниматься множеством полезных вещей. Считай это способом привить им интерес к делу, чтобы не сбились с пути истинного.

Ради своих учеников он действительно выкладывался по полной.

Сюй Ю понимал беспокойство учителя Тяня — в конце концов, подростковая интернет-зависимость нынче не редкость, — но: — У меня нет опыта преподавания, а вдруг я не справлюсь...

Не успел он договорить, как учитель Тянь решительно его перебил: — Ничего страшного, ты просто учи. Это же всё пацаны сопливые, с твоими способностями, я верю, ты сумеешь их усмирить. Что касается оплаты за занятия, я обращусь с запросом в школу, но бюджет ограничен, так что многого, боюсь, предложить не смогут.

— Учитель Тянь, о деньгах не может быть и речи, — серьезно возразил Сюй Ю. — Я знаю, что вы делаете это ради блага детей, так что я очень рад сделать всё от меня зависящее для них. Только вот если я буду преподавать плохо, вы уж не судите строго.

Учитель Тянь зажмурился от улыбки и замахал руками: да как же такое возможно. Во взгляде, которым он одарил Сюй Ю, читалось сплошное умиление: мол, считай, договорились, а как только в школе окончательно составят расписание, он позвонит и сообщит.

За разговором машина въехала в деревню Юньтан.

Учитель Тянь даже подвез их прямо до дверей дома, после чего развернулся и поехал обратно в школу.

*

Из-за предстоящих уроков Сюй Ю наотрез отказался пока ездить в посёлок продавать рыбу и засел дома, со всем усердием сочиняя планы уроков.

Раз уж он дал обещание учителю Тяню, это дело требовалось выполнить на совесть.

Пока он корпел над конспектами в комнате, Фугуй неотступно следовал за ним по пятам, словно привязанный хвостик.Он тоже не мешал Сюй Ю, а лишь пялился на него во все глаза, обжигающе-горячим взглядом, от которого Сюй Ю бросало в дрожь и становилось не по себе, а по коже вот-вот готова была побежать гусиная кожа.

Чтобы уменьшить эти мучения, ему оставалось только то и дело гонять Фугуй за работой: то заставлял его спускаться вниз кормить уток, то посылал поливать огород.

К счастью, Фугуй оказался чрезвычайно послушным: если ему велели идти на восток, он ни за что не повернул бы на запад, что немного снизило напряжение Сюй Ю.

После событий той ночи изменения в Фугуй стали очевидны.

Он плохо умел скрывать свои чувства, и даже пообещав всё забыть, всё равно отчетливо отражал в глазах то, о чем думал в данный момент.

Каждый раз, когда Сюй Ю случайно сталкивался с его взглядом, у него ёкало сердце: скопившиеся там эмоции были слишком прямолинейными и страстными, их просто невозможно было игнорировать.

Его пробирала до дрожи, возникало ощущение, будто за ним увязался какой-то старый развратник. Но Фугуй, конечно, не был старым развратником — если он так смотрел, то лишь в силу инстинктов.

Поэтому Сюй Ю оставалось только делать вид, будто он ничего не видит и ничего не замечает.

Он надеялся перетерпеть: мол, пройдут эти дни, и ситуация наверняка улучшится.

Спустя три дня Сюй Ю по приглашению отправился в начальную школу деревни Юньтан.

Он собирался пойти один, но Фугуй упрямо увязался следом. Лишний человек в компании значения не имел, так что Сюй Ю особенно не возражал.

Просто по дороге он серьезно проинструктировал Фугуй: велел ему не шататься где попало по прибытии в школу, а зайдя в класс на урок, вести себя тихо и ни в коем случае не шуметь.Начальная школа деревни Юньтан примостилась на возвышении на окраине деревни Юньтан. Строго говоря, называть это школой было громко сказано — всего-навсего два двухэтажных корпуса с посеревшими от времени стенами, на которых отчетливо виднелись следы былых лет. На спортивной площадке стоял прямой флагшток, и над ним на ветру развевался государственный флаг.

Из-за нехватки преподавателей и сокращения числа учеников в последние годы у школы почти не было средств на ремонт, поэтому в общих чертах это место выглядело точно так же, как помнил Сюй Ю.

Когда они прибыли, у школьников как раз начался перерыв, и дети с любопытством поглядывали в их сторону. Особенно маленькие девочки — при виде гостей они одновременно смущались и волновались.

Сюй Ю направился прямо в кабинет учителя Тяня, а перед уходом велел Фугую подождать его внизу.

Пока Фугуй ждал, он решил зайти в туалет.

Выйдя из уборной и направляясь к выходу, он вдруг краем глаза заметил какую-то фигуру, которая воровато шмыгнула за пределы школы.

Поколебавшись мгновение, поддавшись любопытству, Фугуй тихонько увязался следом за мальчиком.

Мальчику было на вид лет одиннадцать-двенадцать. Он был пухлым и светлокожим, но двигался при этом очень проворно. Выбравшись из школы, он потоптался по бурьяну вокруг и спустя мгновение шмыгнул в полуразрушенную заброшенную лачугу.

Стоило ему войти, как из ветхого дома раздался звонкий и детский девичий голос:

— Ду Цилин, зачем ты позвал меня сюда? Здесь так темно и жутко, если ты вздумаешь меня обижать, я тут же пойду и пожалуюсь учителю!

Любопытство Фугуя разгорелось еще сильнее. На цыпочках, стараясь не шуметь, он подошел ближе и через щель в обрушившейся стене увидел, что напротив Ду Цилина стоит девочка с заплетенными косичками-колосками. Она была примерно его возраста и сейчас сердито уставилась на мальчика, требуя объяснений.

В конце концов, это полутемное и мрачное место так и настраивало на дурные мысли.На глазах у маленькой девочки Ду Цилин, только что державшийся легко и непринужденно, мгновенно напрягся. Он заскреб в затылке и принялся растерянно оправдываться: Как я мог тебя обижать? Подожди-ка, я позвал тебя сюда, потому что хотел кое-что подарить.

Говоря это, он распахнул дверцу стоявшего рядом прогнившего ветхого шкафа и с трудом вытащил оттуда огромную картонную коробку.

Когда коробку открыли, внутри доверху оказалось набито бумажных журавликов.

Вэйвэй, тебе же нравятся бумажные журавлики? Я их все сам сложить постарался, дарю тебе. Сказав это, он с невероятным волнением и замиранием сердца признался: Я... ты мне нравишься, сможешь стать моей девушкой?

Вэйвэй никак не ожидала, что он позвал ее на свидание ради признания.

Мне нравится Чэнь Хао, и я вовсе не собираюсь становиться твоей девушкой! Бросив эти слова, она больше не взглянула на Ду Цилина и быстро выбежала наружу.

Ду Цилин замер, уныло опустив голову. Даже без выражения лица было легко представить, как сильно он погрузился в тоску и разочарование.

Фугуй никак не ожидал, что станет свидетелем подобной сцены.

Он тоже кое-что смыслил в чувствах. Сначала Фугуй хотел уйти, но, видя, как сильно опечален Ду Цилин, не удержался, шагнул внутрь и утешил: Не переживай ты так сильно, раз она не согласна, сможешь найти себе другую девушку.

Маленький Ду Цилин тайком вытирал слезы, но стоило ему услышать чужой голос, как боль от отказа тут же сменилась чувством стыда.

Дети в таком возрасте ужасно дорожат своей гордостью.

Он сердито надулся и уставился на Фугуя: Ты кто такой? Как ты здесь оказался? Только что... ты все видел?

Угу. Не переживай, я не стану над тобой смеяться.

Серьезно произнеся это, Фугуй тут же перевел взгляд на лежавших рядом бумажных журавликов: Ты все это сам сложил? Ты такой гей! Можешь меня научить?

Он все еще помнил слова Сюй Ю о том, что гей — это значит очень крутой.

Маленький Ду Цилин гордо выпятил грудь, но тут же запоздало сообразил: Чего ты сказал? Кто гей?

Ты и есть, — пояснил Фугуй: Гей — это похвала, значит, что ты крутой.

Нынешние школьники обладали широким кругозором, и, услышав это, он прыснул со смеху: Кто тебе сказал, что гей — это значит крутой?

Он тут же перестал чувствовать себя посрамленным.

Еще вопрос, что более стыдно: заблуждаться, будто слово гей означает крутизну, или быть пойманным с поличным на проваленном признании.

Затем он пояснил: Гей означает гомосексуалист. Знаешь, кто такие гомосексуалисты? Это мужчины, которым нравятся только мужчины.

Зрачки Фугуя слегка расширились, и в ту же секунду он вспомнил Сюй Ю, пробормотав себе под нос: Мужчины... которым нравятся только мужчины?

Ду Цилин хмыкнул и с видом взрослого знатока изрек: Как ты можешь даже этого не знать? Мужчины могут быть с женщинами, но точно так же могут быть и с мужчинами, они даже могут за границей получить свидетельство о браке. У меня есть дядя, который со своим мужем-супругом уехал за границу и получил свидетельство. Хотя мои родители говорят, что это позорно, по-моему, он невероятно крут.

К тому же, кто тебя обманул, будто гей означает крутизну? Готов поспорить, он точно кривит душой. Наверняка он сам любит только мужчин.

http://bllate.org/book/24194/2797922