Она просто стояла в тишине, опустив острие ритуального кинжала к полу.
Она смотрела на дознавателя перед собой — человека с безумным взглядом и налитыми кровью глазами, смотрела на стоявшую рядом безмолвную сестру безмолвия, похожую на чёрную дыру.
(Ого… эта девчонка. Я-то думал, она испугается и спрячется назад или прибежит ко мне просить о помощи. Похоже, пережитое за последнее время действительно помогло ей повзрослеть.)
[Системный отчёт: зафиксировано усиление волевого импульса носителя. Стабильность психики повышена. Вмешательство не требуется.]
Я не стал вмешиваться, лишь безмолвно активировал модуль давления, подготовив его к работе. Если эта компания посмеет хоть пальцем её тронуть, я покажу им, на что способен.
Айлин глубоко вздохнула. В улье она видела много тех, кто жаждал убить. Но этот человек в чёрном был другим.
Его руки дрожали. Глаза были полны красных капилляров. Этот взгляд… Айлин уже видела такой прежде.
— Дяденька, — начала Айлин, её голос прозвучал по-детски чисто и ясно, — вы очень боитесь?
Херманн замер. Он прокручивал в голове тысячи сценариев: этот «ложный бог» будет визжать, атаковать, пытаться одурманить разум. Но он никак не ожидал вопроса о своём страхе.
— Что ты несёшь… — хрипло отозвался Херманн, машинально пытаясь возразить.
— У вас руки дрожат, — Айлин указала на свиток, который он сжимал, а затем — на собственную грудь. — Точно так же, как у дяди Лайта, что жил по соседству. Его за палец на ноге укусила мутантская крыса. С тех пор он дрожал всякий раз, когда видел крыс — даже крошечных, — и начинал беспорядочно размахивать палкой.
Айлин сделала шаг вперёд. Жиллиман хотел удержать её, но в последний момент остановился.
— Дядя Лайт не был плохим человеком, он просто был сильно напуган, — Айлин смотрела на Херманна, и в её карих глазах не было божественной гордыни, лишь простое человеческое сочувствие. — Вас тоже когда-то сильно напугали, верно? Те… «ложные боги»?
Херманн задышал чаще. Трагедия на Гаталамо, крики в море пламени, его собственное постыдное бессилие, когда он бежал. Это было его ночным кошмаром.
— Что ты понимаешь… — процедил дознаватель сквозь зубы. — Это был ад! Ад, принесённый такими монстрами, как ты, что притворяются людьми!
— Я не монстр, — твёрдо покачала головой Айлин. — И я не бог. Меня зовут Айлин, я сборщица металлолома. Робаут спас меня.
Она мельком взглянула на Жиллимана за спиной и снова перевела взгляд на Херманна.
— Если вы думаете, что, отведя меня в тёмную комнату и проверив, вы перестанете бояться или вам больше не придётся мучить остальных, — я пойду.
В зале воцарилась мёртвая тишина.
Сержант Варро с изумлением смотрел на неё, красные окуляры Колфола мерцали. Даже безэмоциональная сестра безмолвия слегка склонила голову, словно заново оценивая эту смертную девушку.
— Айлин, — тихо сказал Жиллиман, — тебе не обязательно этого делать. Никто не может тебя принудить.
— Но, Робаут, — прошептала Айлин, — если я не пойду, он так и будет стоять здесь? Вы будете драться? Сержант Варро пострадает?
Она не понимала политику, но понимала, что такое противостояние. В улье противостояния рано или поздно всегда заканчивались кровью.
— К тому же, — Айлин погладила руку, где ещё чувствовалось тепло от той фаланги пальца, — я не боюсь фараонов (она считала Инквизицию разновидностью стражей порядка). Я в этот раз ничего не украла.
Жиллиман молчал. Стыд и восхищение боролись в нём. Как примарх, он оказался в положении, когда его выручила простая смертная девочка. Чтобы предотвратить кровопролитие, она сама вышла вперёд.
Сияние её «человечности» казалось сейчас куда ярче, чем золотой свет божественности.
Жиллиман поднял голову, гнев рассеялся, уступив место решимости примарха.
— Слышал, Херманн? — Жиллиман шагнул вперёд, его давление стало почти осязаемым. — Ребёнок понимает мужество и самопожертвование лучше, чем ты.
Херманн больше не дрожал. Он пристально смотрел на Айлин, пытаясь найти хоть след притворства, но потерпел неудачу. Если это была игра, то актёрское мастерство было поистине демоническим.
— Я принимаю… это предложение, — Херманн убрал свиток, его голос звучал сухо. — Но всё должно пройти по протоколу Инквизиции. Обычные тесты на сущностях Омега-класса неэффективны.
— У меня есть условия, — холодно отрезал Жиллиман. — Первое: место проведения — изолятор внутри Крепости Гера. Второе: всё проходит под моим и Колфола надзором. Третье: если она получит хоть какие-то необратимые повреждения или вы вздумаете играть в игры…
Рука примарха легла на Меч Императора. Херманн сглотнул и кивнул.
— По рукам.
…
Отряд двинулся в сторону глубинных уровней изолятора.
Атмосфера была гнетущей, окружение постепенно менялось от величественного мрамора на холодную серую сталь. Айлин почувствовала лёгкий дискомфорт, особенно когда приближалась к сестре безмолвия — внутри будто образовалась пустота.
[Не смотри на эту бездушную, девчонка. Не бойся, мои свойства высокого порядка выше её «отсутствия души», она не сможет причинить тебе вреда.]
— Лао Хуан… — позвала Айлин про себя, — в той тёмной комнате… ты поможешь мне?
[Я чувствую, что в той комнате слишком много чёрного камня. Я не могу использовать слишком много сил для управления тобой, не борясь с помехами, так что будь предельно осторожна. У тебя теперь тело из «усиленной керамики», обычными методами тебя не пробить. К тому же Жиллиман и остальные рядом.]
Впереди возникли массивные врата из чёрного камня. Этот материал был естественным барьером, отторгающим Варп.
— Вот здесь, — Херманн остановился. — Камера тишины номер семь. Чёрного камня достаточно, чтобы подавить психическую энергию Альфа-класса. Если внутри неё есть демон, он задохнётся и проявит себя.
Жиллиман смотрел на дверь, нахмурившись.
— Айлин, если хочешь передумать, мы уходим прямо сейчас.
Айлин глядела на чёрную как смоль дверь, чувствуя, как внутри всё холодеет. Но она вспомнила дрожащие руки Херманна и защиту Жиллимана.
— Я не боюсь, — покачала она головой. — Посижу там немного и выйду. Как в прятки поиграю.
Она отпустила руку Жиллимана, прижала к себе кинжал и шагнула в темноту. Дверь с грохотом закрылась.
В комнате наблюдения Жиллиман холодно отдал приказ:
— Просканируйте её. А затем закончим этот фарс.
Херманн стоял у пульта, внутри него шла битва. Обычное сканирование бесполезно, он видел это на Гаталамо. Притворство нужно «выдавить». Только на грани жизни и смерти демон покажет клыки.
— За Империум.
Палец Херманна потянулся к красной кнопке: [Протокол теста на предельные пороги].
— Дознаватель, что вы делаете? — Колфол за спиной почуял неладное.
Но Херманн был слишком быстр. Он ударил по кнопке.
Раздался пронзительный вой сирены.
— Ты с ума сошёл?! — Колфол пришёл в ярость и вскинул Херманна за шиворот. — Что ты натворил?!
Херманн не сопротивлялся, лишь с печальным фанатизмом смотрел на Айлин внизу, отдавая системе управления последний приказ:
— Выпустить то самое.
В этой комнате из чёрного камня Айлин чувствовала себя так, словно её обернули пищевой плёнкой — было тяжело дышать. Голос Лао Хуана в голове стал прерывистым.
[Ззз… сигнал… помехи… этот старый хрыч… играет грязно…]
Хотя я существо высшего порядка, прорваться сквозь слой чёрного камня возможно, но для этого нужно одномоментно высвободить чудовищное количество энергии.
С нынешним телом Айлин, даже с учётом её усиления, малейшая утечка такой энергии мгновенно превратила бы её мозги в кисель. К тому же… (я вспомнил одного краснокожего огра с невероятным интеллектом).
— Лао Хуан? — прошептала Айлин. Ответа не последовало.
Пол внезапно содрогнулся, поднялась круглая платформа. Раздался нечеловеческий рёв.
— Убить… Кровь… Жертва…
Перед Айлин появился яростный псайкер, закованный в цепи и исписанный священными текстами. По его коже струились фиолетовые разряды, а подавители из чёрного камня издавали визгливый звук противостояния.
Это была «приманка». Живая бомба.
Цепи ещё не успели упасть, а ослеплённый монстр уже учуял единственное живое существо — маленькую девочку, излучавшую чистую энергию.
— Вкусно…
Монстр оскалил пасть, фиолетовая слюна капала на пол, разъедая его. Лицо Айлин побелело.
[Системное предупреждение: канал связи под сильным подавлением. Пытаюсь прорваться… Нет, перегрузка энергией приведёт к разрушению носителя. Сейчас я не могу взять контроль, девчонка.]
[Системное предупреждение: высокоэнергетическая реакция. Ты можешь рассчитывать только на себя… Беги!]
Это было последнее сообщение, которое я успел передать, прежде чем связь разорвалась, чтобы защитить её от детонации из-за блокировки чёрного камня.
Айлин услышала. Она не заплакала. Перед лицом жадной дикой собаки слёзы лишь ускорят смерть.
Она глубоко вздохнула и бросила тяжёлый кинжал на пол. Затем вытащила из кармана тот самый твёрдый, остроугольный обломок мрамора.
Монстр зарычал, по его телу пробежали фиолетовые молнии, он был готов броситься, как бешеный пёс.
Айлин сжала камень в руке. Её взгляд изменился: детская наивность исчезла, уступив место лютой решимости ребёнка с нижних уровней улья, загнанного в угол.
— Не подходи!! — издала она детский, но пронзительный крик.
…
А с другой стороны пуленепробиваемого стекла в комнате наблюдения атмосфера упала до абсолютного нуля.
— Что ты, чёрт возьми, сделал?!
Эта комната тишины была построена в славные времена Макрагга, когда Ультрамарины держали в заточении предателей из Легиона Тысячи Сынов с их крайне опасными психическими способностями.
Каждый дюйм стекла, каждая стена были укреплены множеством защитных заклинаний от Варпа, и даже примарх, лишённый силовой брони и безоружный, не смог бы уничтожить их в одно мгновение.
Даже будучи поднятым в воздух Генерал-капитаном, дознаватель Херманн продолжал вжимать палец в красную кнопку. Его лицо было бледным как полотно, пот катился по щекам, но он не отпускал её.
— Это необходимая жертва, регент. — Херманн не решался встретиться глазами с Жиллиманом, чей взгляд, казалось, вот-вот испепелит его. Он смотрел лишь на монитор с корчащимся монстром, его голос дрожал, но в нём сквозило безумие облегчения. — Обычные тесты бессмысленны для существа такого уровня! Варп мастерски умеет притворяться, они могут обмануть ауспики, псайкеров и даже вас!
Только на грани жизни и смерти, когда инстинкт выживания подавляет маскировку, демон обнажит клыки. Если в ней действительно поселился демон, чёрный камень подавит его силы, а близость смерти заставит его сбросить личину!
— Ты заплатишь за это, дознаватель. — Глефа Колфола активировалась, синее поле расщепления осветило его гневное забрало. — Ты умрёшь мучительной смертью.
— Если это докажет её невиновность или позволит уничтожить потенциальную угрозу мирового масштаба, моя жизнь ничтожна, — Херманн стиснул зубы, глядя на девочку в комнате. — Это долг Инквизиции.
…
— Рррррааа!
Монстр взревел, оттолкнулся задними лапами и рванул вперёд, словно фиолетовый пушечный снаряд. В его руке сгущался трещащий шар психической энергии — размером всего с кулак, но достаточный, чтобы разорвать смертного на куски.
Зрачки Айлин резко сузились.
Время словно замедлилось.
Она вспомнила старого Джо, жившего по соседству. Одноглазый ветеран без ноги.
«Айлин, слушай. В драке никогда не смотри врагу в лицо, не смотри на его нож».
«Смотри на горло, затылок и на те места, до которых можешь дотянуться, чтобы лишить его подвижности».
«Не думай, как защититься, ты не сможешь. Думай, как сделать так, чтобы он упал раньше тебя».
«Хватай всё, что под руку попадётся, и бей. Со всей силы. Колебания — это смерть».
Голос старого Джо эхом отдавался в сознании.
Айлин больше не кричала. Она не закрыла глаза.
В тот миг в ней инстинктивно пробудилась та золотая сила, что пришла от мощей святой Паменио. Она не взорвалась чудом, но мгновенно наполнила её мышечные волокна и укрепила костную ткань.
Она не была воином. Она не знала приёмов.
Она была лишь уличным ребёнком со свалки, который хотел жить.
В тот момент, когда фиолетовая молния должна была ударить ей в лицо, Айлин резко прыгнула влево.
Это был кувырок, который Сикариус наверняка назвал бы «чудовищно уродливым и лишённым всякой тактической эстетики».
*Зззз-т!*
Фиолетовая молния обожгла плечо. Дорогое шёлковое платье мгновенно почернело, по коже разлилась нестерпимая боль.
Но она не остановилась.
Используя инерцию кувырка, Айлин подскочила. Теперь она была сбоку от монстра.
Тот не ожидал, что слабая добыча увернётся. Он издал яростный рык и начал разворачиваться для второй атаки.
Вот оно. Единственный шанс.
Айлин стиснула зубы так, что прокусила губу — во рту появился металлический привкус крови. Она изо всех сил сжала кусок мрамора с острыми гранями.
— СДОХНИ ТЫ УЖЕ!!
Она издала детский, но резкий вопль.
Она не была изящна, как рыцарь — она ударила, как уличный хулиган, высоко занеся камень и со всей яростью опустив его на затылок монстра — в то самое место, лишённое костной защиты, где позвоночник соединялся с черепом.
*Пум!*
Жуткий глухой звук.
За ним — сухой хруст ломающейся кости.
Твёрдый обломок мрамора под колоссальным давлением рассыпался в пыль.
Движения яростного псайкера, окутанного молниями, мгновенно застыли. Его руки, продолжавшие копить энергию, бессильно повисли, из горла вырвался прерванный хрип.
Затем он рухнул на пол, как мешок с тухлятиной, дёрнулся пару раз и затих.
В комнате воцарилась тишина.
Слышно было лишь гудение подавителей чёрного камня и тяжёлое дыхание Айлин.
Она стояла рядом с трупом монстра, сжимая в ладони каменную пыль. Её лицо было в грязи, на плече платья зияла дыра, оголяя обожжённую кожу.
Она победила.
Не чудом, не психическим взрывом.
А куском камня и лютой злобой.
В комнате наблюдения.
Кулак Жиллимана, занесённый для удара по стеклу, замер в воздухе. Глефа Колфола тоже остановилась.
Дознаватель Херманн выпучил глаза, прижавшись лицом к стеклу — его выражение сменилось с фанатичного на полное неверие.
— Это… это невозможно… — бормотал Херманн, его голос дрожал. — Под подавлением чёрного камня… смертная девочка… с одного удара раздробила позвоночник яростному псайкеру? Без психических всплесков? Чистая физическая сила?
Его мозг лихорадочно работал, выдавая вывод, который пугал его ещё больше.
— Мутация… это телесная мутация! Она генокрад? Или последователь Кхорна? Такая чудовищная сила… это не человеческое!
Страх и воспоминания окончательно лишили его рассудка. Он выхватил болт-пистолет.
— Запустить протокол очищения! Это монстр! Монстр в человеческой шкуре! — взревел Херманн, направляя дуло на маленькую фигурку внизу, которая всё ещё тяжело дышала.
*Бум!*
На этот раз взрывозащитную дверь действительно выбили.
Не открыли — её прорубили снаружи силовым топором.
Сержант Варро ворвался внутрь с отрядом Почётной стражи. В ту же секунду глефа Колфола описала дугу, аккуратно перерубив болт-пистолет в руке Херманна пополам.
— Если ты хоть пальцем шевельнёшь на спусковом крючке, — голос Жиллимана донёсся из-за спины дознавателя, низкий, как похоронный звон, — я брошу тебя в ту самую клетку и запущу туда ещё пару разъярённых псайкеров.
Херманн рухнул на пол, но продолжал указывать на Айлин внизу, истерично крича:
— Регент! Вы не видели?! Это не человеческая сила! Она убила псайкера! Физической мощью! Она еретик! Её нужно очистить!
В комнате внизу.
Айлин слышала их спор. Она медленно подняла голову.
Плечо болело. Руки всё ещё дрожали. Тот удар вытянул из неё все силы.
Она видела дознавателя за стеклом, который указывал на неё пальцем. Того самого, который только что дрожал и твердил о благе человечества, а теперь хотел её убить.
Почему?
Я просто хотела жить. Просто хотела есть досыта. Я даже сама пошла в эту чёрную комнату, чтобы не доставлять вам проблем.
Что я сделала не так?
Чувство под названием «обида» забродило в душе Айлин, мгновенно трансформируясь в нечто более жгучее — гнев.
Не детский каприз.
А ярость того, кого загнали в угол, оклеветали и причинили боль без всякой причины. Ярость, жаждущая разорвать в клочья всех этих угнетателей.
Точно так же, как в тот день, когда она столкнулась с бандитами, пришедшими требовать дань в дом старого Джо.
Это чувство, словно искра, упало в пороховую бочку Божественной силы Императора внутри неё, которую до этого сдерживал чёрный камень.
[Системный журнал: зафиксирован выход эмоций носителя за порог.]
[Системное предупреждение: сила подавления чёрного камня — 99%… Идёт мощный импульс.]
[Хорошо. Отлично, Айлин. Твою мать… этот парень действительно двинутый.]
Голос Лао Хуана, хоть и прерывался, теперь звучал с нотками подлинного беспокойства.
[Раз он так хочет увидеть «монстра»… к чёрту всё… покажем ему, что такое настоящий «монстр».]
Подавители чёрного камня в комнате внезапно задрожали.
Устройства, предназначенные для подавления психики, начали безумно мигать и дымиться, словно не в силах выдержать некую ужасающую нагрузку.
Айлин всё ещё стояла на месте. Она не подняла кинжал.
Она просто не сводила глаз с Херманна наверху.
Её зрачки начали расширяться, и знакомое, пугающее золотое пламя начало просачиваться из глубин её взгляда, поглощая карий цвет.
— Я… не… монстр…
Голос Айлин был очень тихим.
Но этот голос прошёл сквозь толстое стекло, сквозь барьеры чёрного камня и взорвался прямо в головах присутствующих.
*Крак.*
Подавители чёрного камня в комнате взорвались от перегрузки.
Божественный шторм начал собираться.
http://bllate.org/book/24298/2824331
Готово:
