Вмигом вскочив на ноги, Вэй Цинлин уселся на кровати по-турецки и вытащил из кошелька монетку.
Сложив ладони вместе, он зажал её между ними и легонько дунул на ладонь:
— Монета удачи, монета удачи, подскажи-ка мне, тот призрак, что дыхнул на меня иньской энергией, случайно не дедушка Наньнань по материнской линии, мой суженый по призрачному браку Шэнь Яньчжи?
— Если да, выпади орлом, — добавил Вэй Цинлин.
Побормотав заклинания со всеми возможными суевериями, он подбросил монетку.
Монета со звоном упала на постель.
Вэй Цинлин во все глаза уставился на свою монету удачи.
Она... она стояла. Стояла на ребре! Что это вообще должно значить?
С тех пор как он начал пользоваться монетой удачи, такое случалось впервые. Ладно, пусть это уже не та монета из Игры на выживание, но по крайней мере этот навык должен был сохраниться.
Вэй Цинлин хлопнул ладонью по матрасу:
— Не верю, что ты не упадешь!
Монета тут же послушно завалилась набок.
Взглянув на упавшую монету, Вэй Цинлин усмехнулся: ну конечно, орёл.
Взглянув на экран телефона, он увидел, что уже девять часов вечера. Вот же семейка Вэй, даже к ужину не позвали, вечно пакостят по таким мелочам!
Включив свет и выбравшись из постели, Вэй Цинлин потрогал живот — до чего же хочется есть...
Прекрасно, тот призрак действительно оказался Шэнь Яньчжи!
Сидевший неподалёку Вэй Цзиншу, который как раз читал веб-роман, чтобы лучше понять главного героя, бросил:
— Вэй Цинлин, ужин был в половине седьмого, тебе ведь говорили. Какая ты в конце концов махина, чтобы тебя ещё к столу звать? Прошло время ужина — разбирайся сам.
С этими словами Вэй Цзиншу снова углубился в чтение.
Вэй Цинлин вовсе не рассердился на выговор Вэй Цзиншу. Напротив, он послушно направился на кухню, распахнул двустворчатый холодильник и мигом обнаружил там гору продуктов.
Бифштекс, помидоры, удон, яйца, брокколи, очищенные креветки, зелёный лук.
Даже если ему нужно было что-то приготовить в будние дни, стоило ему зайти на кухню и взять ингредиенты, как матушка Чжан всё делала за него — оставалось только забрать готовое блюдо.
Но сейчас матушка Чжан ушла домой и вернется только завтра утром.
Вэй Цинлин, недолго думая, решил приготовить простую еду.
Помидоры ошпарили кипятком, очистили от кожицы, нарезали кубиками и сложили в миску.
Креветки и бифштекс бросили в раковину, пустив воду для разморозки, несколько соцветий брокколи тоже отправили в воду, а остальное убрали обратно в холодильник.
Зелёный лук вымыли и мелко нашинковали.
На сковороде растопили маленький кусочек сливочного масла, бросили нарезанный кубиками помидор и обжарили, добавив воды и специй.
Вскоре помидоры превратились в густой соус, похожий на кетчуп. Туда же отправили креветки. Удон и брокколи разложили по тарелкам, щедро полили томатно-креветочным соусом — и порция простого, но невероятно аппетитного блюда была готова.
Стейк обжарили с обеих сторон до золотистой корочки, переложили на тарелку и полили соусом из чёрного перца. В кастрюле уже закипела вода, в неё опустили удон и брокколи...
В сковороде разбили два яйца: одно с мягким желтком, другое прожаренное вкрутую, и добавили их к бифштексу на тарелку.
Посуда отправляется в посудомоечную машину — одна тарелка да пара палочек, только кран открой.
Вэй Цинлин вышел из кухни с тарелкой в руках.
Запах еды поплыл по гостиной. Вэй Цзинси проголодался, но признаться в этом ни за что бы не пожелал.
Вэй Цинлин, держа палочки, подумал: «Я же только проснулся».
Взглянув на брата, уплетающего еду, Вэй Цзинси чувствовал, как сердце обливается кровью. Двадцать тысяч! Мои двадцать тысяч! Он сгорал от ненависти и скрежетал зубами. Но показать это перед старшим братом он не смел — требовалось держаться с достоинством, поддерживать безупречный образ. Он ведь самый послушный и разумный младший брат, его маска не должна дать трещину.
— Второй брат, ты никуда не уходил? Я звонил тебе во время ужина, но никто не ответил. Я думал, ты ушел развлекаться, иначе поднялся бы к тебе, — с тревожным видом произнес Вэй Цзинси.
Вэй Цинлин услышал это и ответил:
— Ты мне звонил? Я не слышал, наверное, телефон на беззвучном стоял.
Вэй Цзинси округлил глаза, услышав слова Вэй Цинлин. Круглые глазищи выглядели так, будто он до смерти испугался.
— А еще есть поесть? — небрежно бросил Вэй Цинлин, ведя себя так, будто он здесь хозяин.
Какая же драконья пещера эта семья Вэй? В особняках Игры на выживание, где комнаты кишели призраками, он точно так же добывал себе еду, питье и кухню.
А еще эта девчонка Наньнань определенно что-то от меня скрывает. Этот ее взгляд... Точно так же он сам забавлялся в детстве.
Сквозь зубы Вэй Цзинси выдавил:
— Второй брат, может, заказать доставку? Матушка Чжан ушла на вечер и вернется только завтра.
Вэй Цинлин посмотрел на Вэй Цзинси:
— Ты умеешь готовить?
Сцепив пальцы в замок, Вэй Цзинси тихонько проговорил:
— Второй брат, я... я не умею, никогда не готовил.
Взглянув на старшего брата, Вэй Цзинси зевнул:
— Старший брат, я спать хочу, пойду лягу. Второй брат, поешь и ложись пораньше.
Вэй Цзиншу поднялся наверх, бросив напоследок взгляд на Вэй Цинлина. Сунув телефон в карман, он направился на кухню.
Налив стакан молока, он подогрел его в микроволновке и прямо так понес наверх.
Вэй Цинлин проводил его взглядом:
— Старший брат, а мне почему не налил?
С лестницы донеслось:
— Сам налей.
Вэй Цинлин проводил взглядом раздражительного сожителя, тихонько хмыкнув. Теперь в гостиной остался только он один, можно было спокойно наброситься на еду.
Стейк из богатого дома и правда оказался куда вкуснее того, что он покупал в супермаркете.
Шарики из креветок тоже удались на славу — упругие, сочные, с щедрой порцией томатного соуса. И удон хорош, и соус великолепен.
Желудок был полностью доволен. К сожалению, другая сторона оставалась неудовлетворенной: Вэй Цинлин всё ещё чувствовал себя скверно во всех смыслах, нужно было идти на поиски пропитания наружу.
Взяв телефон, Вэй Цинлин спустился со второго этажа и сразу заметил в гостиной Вэй Цзинси.
Великий дух солнца хоть и не боялся, но всё же не жаловал.
Днём Шэнь Яньчжи наверняка тоже ушёл отдыхать.
Приоткрыв шкаф, Вэй Цинлин отыскал серый спортивный костюм с капюшоном. Примерив обновку, он остался доволен: красавец, обожает подобный стиль.
Захватив телефон, Вэй Цинлин выскользнул из дома. На улице стояла прекрасная лунная ночь, веял прохладный ветерок...
Самое время для прогулки.
Вскоре Вэй Цинлин дошёл до одиннадцатой виллы. Главные ворота были распахнуты настежь, в гостиной горел свет. Когда он только проснулся, Шэнь Мовэнь прислал сообщение, что зять пришёл в себя и как раз собирается нагрянуть в жилой комплекс Ваньшоу Шаньчжуан.
Стоило ему потратить время на душ и ужин, как Шэнь Мовэнь проявил завидную оперативность.
Переступив порог гостиной одиннадцатой виллы, Вэй Цинлин увидел сидящего на диване бледнолицего Ван Чэнфэя. Последние несколько дней выдались для того поистине тяжёлыми.
Ван Чэнфэй поднял глаза на юношу, бесшумно выплывшего из темноты: длинные ноги, тонкая талия, чертовски хорош собой.
Взгляд парня был слегка опущен, напоминая затаившегося во мраке свирепого зверя, которого никому не под силу приручить.
Особенно эта атмосфера ночного мрака заставляла замереть от восхищения. Было в нём что-то неуловимо знакомое — молодой маршал, точно, вылитый молодой маршал из романа о боевых искусствах...
Но стоило юноше перешагнуть порог гостиной и шагнуть под свет ламп, как темнота отступила, и весь его облик озарился теплом и солнечным светом.
Эта двойственность поразила Ван Чэнфэя до глубины души: была ли она частью его истинной натуры, или же актёрское мастерство юноши превосходило его собственное?
— Здравствуйте, господин Ван. Я Вэй Цинлин, друг Наньнань. Думаю, вы уже наслышаны о том, что с ней произошло. Ваше состояние — не психическое расстройство, а результат внешнего вмешательства. Из-за того, что вы заподозрили неладное с Наньнань, Чжан Нин почувствовал угрозу и решил избавиться от вас. К счастью, Наньнань встретила меня, и теперь ее проблемы позади. Осталось разобраться только с вашими, — устроившись на соседнем диване, произнёс Вэй Цинлин.
Услышав его голос, Шэнь Мовэнь вышел из кухни, держа в руке упаковку пива:
— Юный господин Вэй, а вы быстрый! Чего желаете выпить — пиво, сок, найдётся и красное, и белое.
Вэй Цинлин повернулся к нему:
— Давай баночку пива. Как там твой зять? Похоже, ему намного лучше.
— Всё благодаря вашему совету. Мы рассказали ему всё о Наньнань, к тому же сестра с дочкой пока отсутствуют, да плюс внушения и поддержка психотерапевта — короче говоря, зять заметно успокоился, — пояснил Шэнь Мовэнь, распаковывая банку пива и бросая ее Вэй Цинлину.
Поймав банку, Вэй Цинлин дёргнул за кольцо и сделал большой глоток. Ледяная свежесть приятно обожгла горло.
— Господин Ван, теперь, когда вы кое-что поняли, давайте займемся вашей проблемой. Чжан Нин внедрил в ваше сознание установку. Нам нужно отыскать её и разрушить, тогда внушение Чжан Нина больше не сможет на вас влиять. Вы помните, что именно Наньнань шепнула вам на ухо? Мовэнь, удалось ли тебе извлечь тот звук созаписи? — поинтересовался Вэй Цинлин.
Шэнь Мовэнь покачал головой:
— Чжан Нин тогда двигал губами беззвучно, так что ничего не записалось.
Ван Чэнфэй тоже покачал головой:
— Юный господин Вэй, я просматривал ту запись с камер наблюдения, но сейчас начисто не могу вспомнить ни единого слова из того, что слышал. В голове сплошная каша, памяти никакой, словно какая-то завеса мешает.
— Раз вспомнить не получается и извлечь звук нельзя, остается только угадывать. Мовэнь, дай телефон своему зятю. Пусть он читает вслух — предложение за предложением, делая паузы по четыре-пять секунд между ними. А я буду наблюдать, — Вэй Цинлин переслал Шэнь Мовэню заранее составленный текст.
Заглянув в WeChat, Шэнь Мовэнь вытаращил глаза и ошеломленно произнес:
— Юный господин Вэй, неужели нет другого способа? Меня же зять побьет за такое.
— Таких, как твой зять, я могу десяток уложить. Чтобы вернуться к нормальной жизни, необходимо снять установку. А Чжан Нин очнулся? Если да, можно попытаться уговорить его. Если он согласится назвать кодовую фразу и вернуть вашему зятю рассудок, мы поможем ему найти тело человека в состоянии комы, чтобы он поправился, — предложил Вэй Цинлин.
Шэнь Мовэнь вздохнул:
— Сегодня в обед состояние Чжан Нина ухудшилось до критического, но врачам удалось вытащить его с того света. Лечащий врач велел готовиться к худшему — возможно, Чжан Нин так и не придёт в себя.
— Что? Быть того не может, — удивился Вэй Цинлин. — Когда мы отвозили Чжан Нина обратно, его живая душа была вполне цела, не должен был он овощем стать. Разве только...
Вэй Цинлин не стал продолжать. Из тех, кто мог совершить нападение на Чжан Нина, Шэнь Яньчжи был главным кандидатом. Разобраться с живой душой для великого духа, которого он сам толком не разглядел, было плевым делом.
Вэй Цинлин покачал головой:
— Впрочем, неважно, забудем об этом. На Чжан Нина надежды нет, так что придется полагаться на догадки. Господин Ван, читайте. Только отыскав правильную установку, я сумею снять ее с вас.
Ван Чэнфэй взял протянутый шурином смартфон и уставился на строчки, пестрящие признаниями в любви к Чжан Нину. Лицо его позеленело.
— Произносить такое я не стану, ни за что, — запротестовал Ван Чэнфэй.
Вэй Цинлин перевел взгляд на Шэнь Мовэня.
Тот лишь пожал плечами: он тоже бессилен. У зятя с женой были прекрасные отношения, и заставить его выговорить подобное — задача не из легких.
— Отыщете установку и разрушите её — сможете забрать жену и ребенка домой, избавившись от страха сорваться и причинить им вред. Либо пойдете на поводу у Чжан Нина, и ваша семья навсегда останется врозь. Вы готовы смотреть, как вашу жену и дочь уводят другие? Госпожа Шэнь исключительно хороша собой, отважных ухажеров у нее хватает. Десять-полмесяца разлуки — пустяк, полгодика еще можно стерпеть, но дальше что? Три-пять лет? Кто станет ждать вас столько времени? — Вэй Цинлин безжалостно срывал покровы, не позволяя Ван Чэнфэю отступать.
Всю эту кашу с Чжан Нином заварил именно Ван Чэнфэй, а Наньнань и Шэнь Мофэй пострадали совершенно не за что.
Выслушав Вэй Цинлина, Ван Чэнфэй умолк. Спустя несколько тягостных минут он понял, что не сможет вынести таких последствий.
— Считайте, что просто читаете текст по ролям, — подбодрил его Вэй Цинлин.
Ван Чэнфэй поднял глаза на Вэй Цинлина, затем на шурина — оба смотрели на него с воодушевлением.
Ради жены и дочки он стиснул зубы:
— Буду читать.
Первая фраза, которую составил Вэй Цинлин, гласила: «Чжан Нин, я люблю тебя».
Ван Чэнфэй посмотрел на Вэй Цинлина и произнес:
— Чжан Нин, я люблю тебя.
В тот же миг зрачки Ван Чэнфэя едва заметно сузились. Вэй Цинлин тут же заметил это — ну не зря он баловень удачи, всегда угадывает с первых трех попыток!
Однако останавливать Ван Чэнфэя он не стал.
Выждав секунды три-четыре, Ван Чэнфэй продолжил:
— Чжан Нин, умоляю, не уходи от меня, я не могу без тебя...
Когда была зачитана третья фраза, Вэй Цинлин постучал пальцем по подлокотнику дивана:
— Дальше можно не читать. Первую фразу повтори еще раз.
Ван Чэнфэй уже махнул на всё рукой. После того как первая фраза слетела с губ, дальше пошло легче — точь-в-точь чтение роли по бумажке, разве что без всяких эмоций.
Прочитав нужную фразу снова, Ван Чэнфэй вопросительно посмотрел на Вэй Цинлина.
Тот улыбнулся:
— Ладно, удача опять на моей монетой стороне, но почему в лотерею я никогда не выигрываю? Какая от тебя польза...
— Ван Чэнфэй, смотри на меня, — Вэй Цинлин поднялся на ноги и, нависши над ним грозной тенью, уставился сверху вниз. В его зрачках словно закрутилась воронка, готовая затянуть чужую душу.
Взгляд Ван Чэнфэя остекленел, он погрузился в странное состояние, будто его душа покинула тело.
Уголки губ Вэй Цинлина тронула легкая улыбка:
— Установка снята. Чжан Нин, я люблю тебя. Как только я щелкну пальцами, ты придешь в себя, и всё вернется на круги своя.
Раздался отчетливый щелчок пальцев Вэй Цинлина.
Растерянность в глазах Ван Чэнфэя быстро сменилась ясностью. Он уставился на шурина:
— Что только что произошло?
Шэнь Мовэнь ответил:
— Зять, а ты что помнишь?
— Помню только, что читал текст по ролям, — растерянно моргал тот.
Вэй Цинлин с кряхтением размял поясницу и перевел взгляд на мужчин:
— Ну вот и отлично. Мовэнь, тебе разве не хочется проведать сестру и Наньнань? Господин Ван, разве вы не соскучились по жене и ребенцу? Отправляемся в семью Шэнь.
Шэнь Мовэнь, глядя на столь воодушевленного визитом в дом Шэнь Вэй Цинлина, вдруг зябко ёжнулся. У него почему-то возникло смутное предчувствие, что юный господин Вэй замышляет нечто недоброе — прямо как лисица, пришедшая поздравить курятники с праздником.
Услышав слова Вэй Цинлина, Ван Чэнфэй почувствовал, как напряжение последних дней наконец отпускает его:
— Значит, всё позади? Я могу поехать к Мофэй и Наньнань?
— А вот поедем и проверим, — усмехнулся Вэй Цинлин. Скоро он снова встретится с Шэнь Яньчжи... Ах, как же хочется есть, надо срочно поехать и сделать еще глоток...
http://bllate.org/book/24339/2833310
Готово:
