Готовый перевод Chamomile Weeps / Ромашка тоже плачет: Глава 3

Цзян Мобай на мгновение замер у дверей кабинета, невольно бросив взгляд в ту сторону, куда ушел Цзи Сюньмо. Ли Ань, заметив это редкое для него проявление нерешительности, не удержалась от презрительной усмешки.

— Что такое? Думаешь, рядом с Юй Сяодо его подстерегает какая-то опасность?

— Нет, — Цзян Мобай отвел взгляд, вернулся на свое место и сел. Его лицо вновь приобрело привычную холодность, а взгляд, устремленный в окно, казался погруженным в решение сложной задачи. — Двенадцать лет... до нижней возрастной границы Департамента подготовки «инородцев» остался всего год.

Он сидел напротив Ли Ань, опираясь локтями на стол и слегка подперев подбородок пальцами. Его лицо не выражало никаких эмоций, а опущенный взгляд казался пугающе спокойным и вызывал невольную жалость.

Ли Ань, услышав это, с силой потерла лицо, словно пытаясь стереть выражение шока:

— Ты четыре года пахал на верхушку, как проклятый, и наконец окончательно рехнулся? У него же телосложение такое, что от одного толчка кости рассыплются. Ты даже базовый тест на способности не провел, а теперь хочешь отправить его туда? Это же чистое самоубийство!

Она продолжала возмущаться, глядя на друга так, словно его интеллект испарился в тот самый момент, когда он подобрал ребенка на улице.

— Я знаю, — Цзян Мобай слегка нахмурил свои красивые брови. — Но мне кажется, его физиология не так проста, как кажется.

— Только не говори, что это не твой родной сын. Ты о нем заботишься больше, чем иные родители, — Ли Ань закинула ногу на ногу и вдавила незажженную сигарету в пепельницу. — Будь осторожен, чрезмерная забота ослепляет.

Ее слова были лишь шуткой. За те годы, что она работала с Судьей-исполнителем, она усвоила одну истину: люди могут терять голову, забота может затуманивать разум, но только не Цзян Мобай.

Отсутствие эмоциональных модулей — их общая черта. То, что он называет заботой, скорее походило на запрограммированную реакцию. В том, что он проявил интерес к ребенку, не было ничего странного; в конце концов, он не мог испытывать... ну, скажем, чувств, выходящих за рамки логики.

А то, что она разглядела в его отношении нечто особенное... вероятно, это была просто интуиция. К тому же, ребенок не выглядел плохим человеком.

Пока Ли Ань витала в своих мыслях, Цзян Мобай уже перешел к делу. Он достал из-за пазухи бережно хранимую фотографию, помрачнел и пододвинул ее Ли Ань, указывая пальцем на молодого человека.

— Ближе к делу. Ты узнаешь этого человека?

Ли Ань лениво взяла снимок, но, стоило ей разглядеть лицо, как ее брови мгновенно сошлись на переносице. Она долго молчала, пристально вглядываясь в фото, а затем перевернула его лицевой стороной вниз.

По одной лишь ее реакции Цзян Мобай понял: дело куда серьезнее, чем он предполагал. Ли Ань была одной из немногих в базе, кому он мог доверять, и даже если здесь закралась ошибка, он обязан был докопаться до истины.

— Говори первая, — произнес он, желая узнать, насколько глубоко укоренилось это заблуждение.

— О, ничего особенного, — Ли Ань попыталась придать своему голосу непринужденный тон. — Единственный ученик профессора Цзяна, был ключевой фигурой в отделе генетики. А потом... он ушел.

— Причина?

Ли Ань откинулась на спинку стула и на мгновение замолчала, глядя прямо в глаза Цзян Мобаю. Наконец, поджав губы, она решила быть откровенной:

— Он обнаружил, что база проводит опасные эксперименты на людях. Он рассказал об этом только нам нескольким — мне, профессору Цзяну и паре ключевых участников проекта Тысяча человек. Но в итоге нас все равно вычислили эти... верхушка базы.

Она вовремя прикусила язык, чтобы не выругаться.

— Позже поползли слухи, что руководство специально распустило сплетни, обвинив его в краже генетического ядра и всякой другой чепухе, чтобы скрыть правду. Только дурак мог в это поверить. Если бы ядро действительно пропало, первыми под раздачу попали бы профессор Цзян и мы. Если бы он действительно это сделал, его бы давно прикончили, а не просто исключили из списков.

Она помолчала, тихо вздохнув с оттенком сожаления:

— На самом деле я всегда им восхищалась. Жаль только... у него не осталось потомства.

— Отдыхай, — голос Цзян Мобая прозвучал ровно. — Его потомок здесь.

Ли Ань не сразу поняла смысл сказанного. Из-за огромного объема работы ее скорость обработки некритичной информации заметно снизилась. Пока она пыталась осознать значение слова потомок, снаружи послышались торопливые шаги, дверь кабинета с грохотом распахнулась, и в комнату влетела запыхавшаяся Юй Сяодо.

— Ли, в банке генов... нет его данных!

Ли Ань сначала по привычке отчитала девушку за отсутствие выдержки, а затем перевела взгляд на Цзян Мобая, и в ее глазах отразилась сложная гамма чувств:

— Теперь твоя очередь говорить.

Напряженные черты лица Цзян Мобая наконец смягчились. Он посмотрел на Юй Сяодо и четко произнес:

— Его зовут Цзи Сюньмо, двенадцать лет. Будь добра, создай для него генетическое досье и внеси данные в базу.

Юй Сяодо на секунду застыла, а затем растерянно ответила:

— Хорошо.

Когда Ли Ань услышала имя Цзи Сюньмо, ее зрачки резко сузились. Значит, ребенок, которого привел Цзян Мобай, это...

— Эта пара... они действительно... — пробормотала она, искренне пораженная. Ее рука под столом судорожно сжалась в кулак, а затем медленно разжалась, словно она наконец избавилась от тяжелого груза.

Когда Цзи Чучжун обнаружил эксперименты над людьми, он не стал поднимать шум, потому что у него был ребенок — его слабое место. Если бы он начал сопротивляться и погиб, его жена тоже не выжила бы. А кто бы позаботился о мальчике?

Он действительно выжил... Но как это возможно!

Ли Ань в уме уже начала планировать визит в жилой блок. Столько лет прошло, пора бы ей навестить профессора Цзяна и хорошенько поболтать о старых временах.

Ее взгляд встретился с Юй Сяодо. Возможно, шок от новости о происхождении Цзи Сюньмо заставил ее мысли проясниться. Она посмотрела на девушку и, внезапно что-то вспомнив, с сомнением спросила:

— Ты сейчас здесь, а кто присматривает за Цзи Сюньмо?

Цзян Мобай также вопросительно посмотрел на Юй Сяодо.

— О, я позвала своего брата.

— Если я правильно помню, твой брат — инородец? — уточнил Цзян Мобай.

Юй Сяодо кивнула.

В этот самый момент у Ли Ань без всякой причины дернулся правый глаз, и недоброе предчувствие ледяными пальцами сжало ее сердце.

Цзян Мобай продолжал:

— Я нашел в трущобах два тела, подозреваю, что это родители Цзи Сюньмо. Прошу, помоги провести экспертизу.

Ли Ань даже не подняла головы:

— Невозможно.

— Прошу тебя.

— Я имела в виду... — Ли Ань не успела закончить, как из глубины коридора, со стороны камеры глубокой заморозки, донесся оглушительный вопль:

— А-А-А-А-А-А!!!

Звуковая волна, словно цунами, в одно мгновение разорвала тишину генетического отдела. Исследователи, до этого уткнувшиеся в работу, поспешно повыглядывали из своих кабинетов с недоуменными лицами.

В отделе генетики они видели немало всякой чертовщины, и кричащие образцы не были редкостью, к тому же здесь присутствовал сам Судья Цзян, так что волноваться было не о чем. Люди переглянулись и молча вернулись к своим делам.

Юй Сяодо же засуетилась, как муравей на раскаленной сковороде, и в ужасе закричала Ли Ань:

— Все пропало, Ли! Они что, подрались?! Скорее, нужно проверить! Цзян Мобай! Цзян... Цзян Мобай?

Она инстинктивно хотела попросить помощи у того, кто стоял рядом, но, обернувшись, увидела лишь пустое вращающееся кресло, которое еще слегка раскачивалось.

В тот самый момент, когда раздался крик, Цзян Мобай уже исчез из дверного проема.

Он добежал до лаборатории хранения генетического материала и рванул ручку двери — та не поддалась. Дверь была заперта изнутри.

Сердце сжалось. Не раздумывая, он отступил на полшага, резко выбросил левую ногу и с размаху ударил тяжелым берцем в район замка.

— БАМ!

На дверном полотне остался четкий след от подошвы, замок разлетелся, и дверь распахнулась.

Внутри Цзи Сюньмо и младший брат Юй Сяодо — Юй Сяоу — забились в угол. Оглушительный вопль явно принадлежал последнему.

А что же произошло на самом деле?

Вернемся на несколько минут назад. Юй Сяодо, не сумев найти в системе ни одной записи о Цзи Сюньмо, запаниковала. За последние годы база внесла в реестр почти всех найденных людей, как можно было пропустить одного? Если ребенок окажется нелегалом, последствия будут непредсказуемы.

Неужели это монстр, принявший человеческий облик? Неужели даже Судья Цзян и Ли попались на удочку? Неужели она единственная, кто видит правду?

Чем больше она думала, тем вероятнее казалась эта версия. В порыве страха и возбуждения от того, что она вот-вот раскроет заговор, она схватила своего брата Юй Сяоу, который слонялся без дела в зоне отдыха, и притащила его сюда в качестве временного охранника.

Рассуждая здраво, это был вполне разумный поступок: ее брату было около пятнадцати, и для своего возраста он был довольно крепким парнем. Если Цзи Сюньмо действительно монстр, способный обмануть Судью-исполнителя, то она — простой клерк — точно не справится.

Устроив все, Юй Сяодо помчалась докладывать.

Согласно позднейшему описанию Цзи Сюньмо, Юй Сяодо тогда посмотрела на него, дрожащим голосом произнесла несколько раз Ты... ты..., а затем, утащив за собой мальчика, умчалась прочь, оставив его наедине с новым охранником.

Мальчик был на пару лет старше Цзи Сюньмо, с короткой копной непослушных черных кудрей. Он был одет в простую толстовку и рабочие штаны, телосложение имел пропорциональное и сейчас растерянно чесал затылок, явно не понимая, что происходит.

Они молча смотрели друг на друга несколько секунд, атмосфера была напряженной.

Наконец первым заговорил мальчик, пытаясь нащупать почву:

— Эм... моя сестра сказала, чтобы я здесь... ну, посидел с тобой?

Он, видимо, тоже посчитал слово охранять не слишком подходящим. У него были ясные янтарные глаза, взгляд был чистым и выдавал детскую наивность.

Цзи Сюньмо кивнул, ничего не сказав. Долгие годы одиночества приучили его быть настороже, особенно в такой незнакомой обстановке.

Мальчик, видя, что тот не отвечает, ничуть не смутился. Он сел на скамейку у стены и вздохнул:

— Эх, моя сестра всегда такая... вечно носится как угорелая. — Он похлопал по свободному месту рядом. — Тебе не надоело стоять? Садись.

Цзи Сюньмо помедлил, но все же подошел и сел, хотя его тело оставалось напряженным.

— Я Юй Сяоу, — мальчик сам представился и повернул к нему голову. — А тебя как зовут?

— Цзи Сюньмо.

— О, — отозвался Юй Сяоу, машинально ковыряя край скамейки и пытаясь придумать тему для разговора, чтобы избежать неловкого молчания. Он взглянул на слишком спокойное и настороженное лицо Цзи Сюньмо и вдруг ни с того ни с сего пробормотал: — Слушай... а каково это — любить кого-то?

Вопрос был настолько неуместным, что совершенно не вписывался ни в обстановку, ни в их первое знакомство. Цзи Сюньмо опешил, повернулся к нему и встретился с искренним любопытством в янтарных глазах.

Юй Сяоу, видимо, осознал, что вопрос звучит глупо, смущенно улыбнулся и пояснил:

— Я просто... вдруг стало интересно. Ты такой тихий, может, у тебя... мысли другие?

Его логика была немного скачущей, но эта бесхитростная откровенность не вызывала неприязни.

Цзи Сюньмо надолго замолчал. Влюбиться? Для него это чувство было слишком роскошным и далеким. В трущобах он тратил все силы просто на то, чтобы выжить. Он покачал головой, едва слышно ответив:

— Не знаю. Никогда не думал об этом.

Этот ответ, похоже, был ожидаем для Юй Сяоу. Он снова вздохнул, его плечи немного опустились:

— Тоже верно... В наше время думать о таком, кажется, странно. — Он помолчал, словно окончательно сдавшись перед этой сложной задачей, и спросил: — А ты? Как ты здесь оказался? Да еще... тебя привели моя сестра и Судья Цзян?

Вопрос был прямым, но в нем не было злого умысла, скорее простое участие и любопытство.

Цзи Сюньмо поджал губы. Он не привык слишком много рассказывать незнакомцам, но от Юй Сяоу исходила какая-то расслабляющая аура. Поразмыслив, он ответил уклончиво:

— Судья Цзян... привел меня. Раньше я жил на окраине периферийных районов.

Даже несмотря на его туманный ответ, слов окраина периферии было достаточно, чтобы Юй Сяоу понял, что это значит. На лице мальчика отразилось неприкрытое сочувствие и удивление:

— Периферия?! Господи, должно быть, тебе пришлось несладко...

Его реакция была прямой и искренней, без фальшивой вежливости, и Цзи Сюньмо почувствовал, как его постоянно натянутые нервы немного расслабились.

Как раз когда Юй Сяоу хотел еще что-то сказать, взгляд Цзи Сюньмо привлекла аппаратура в углу — та самая консоль доступа, с которой работала Юй Сяодо. В голове промелькнула мысль. Он должен узнать, остались ли записи о его родителях.

Он встал.

— Что такое? — удивленно спросил Юй Сяоу.

Цзи Сюньмо не ответил и направился прямо к консоли. Он двигался быстро, пальцы ловко скользили по холодному сенсорному экрану, восстанавливая в памяти действия Юй Сяодо.

Когда она искала генетические данные, он молча запоминал каждый шаг. В тот момент, когда он сосредоточился, его чувства словно обострились, и любая деталь стала кристально четкой.

Он и сам был поражен — скорость обучения была пугающей.

Было ли это пробуждением сверхспособности или чем-то иным, сейчас он не мог разбираться. Он помнил, как отец упоминал, что эта консоль может не только искать записи генов, но и вручную вызывать отчеты о физическом состоянии. Его родители пропали без вести, и он должен был использовать этот шанс.

В мире конца света пропажа почти всегда означала смерть, надежда была ничтожна.

Цзи Сюньмо быстро вводил команды. Он понимал последствия несанкционированного доступа, но если просить других, то для ребенка, чьи родители были вычеркнуты из базы, а сам он — нелегал, любое объяснение будет работать против него. Его целью было найти следы родителей, а предпосылкой — собственная безопасность.

— Эй! Ты... — Юй Сяоу испугался, тоже встал, хотел остановить его, но заколебался. Он видел решимость в глазах Цзи Сюньмо, это не было похоже на баловство.

В этот момент герметичная дверь камеры заморозки издала легкий шипящий звук и приоткрылась. Юй Сяоу инстинктивно заглянул внутрь...

В следующую секунду раздался пронзительный, срывающийся на визг крик:

— А-А-А! Жук! Там такой огромный жук!!!

Юй Сяоу подпрыгнул на месте, побледнел, дрожащим пальцем указывая внутрь камеры, и почти спрятался за спину Цзи Сюньмо.

Цзи Сюньмо вздрогнул от такой внезапной реакции, тут же прервал операцию и закрыл дверь камеры.

Он проследил за испуганным взглядом Юй Сяоу и увидел, как среди стеллажей, окутанных белым холодом, что-то быстро промелькнуло в тени. Судя по очертаниям, оно действительно было немаленьким.

http://bllate.org/book/24358/2837710