Глядя на Кувшин Изумрудного Фэнхуана и на сияющего от радости А Юня, господин Цан не знал, плакать ему или смеяться. Он велел А Юню уйти, но и представить не мог, что мальчишка решится украсть этот сосуд. Похоже, за три тысячи лет изменился не только он сам.
— А Юнь, я больше не хозяин этого кувшина, а ты — не его дух. Зачем ты его украл? — господин Цан с досадой помог мальчику подняться с колен.
— Он принадлежит хозяину. С тех пор как хозяин создал Кувшин Изумрудного Фэнхуана, эта вещь всегда была его, — А Юнь смотрел на господина Цана с искренним обожанием в глазах.
В прошлом это, несомненно, согрело бы сердце господина Цана и наполнило его радостью от такой преданности. Но сейчас он не мог выдавить из себя даже улыбки — всё вокруг казалось ему пугающе, до невозможности неправильным.
— А Юнь, когда ты крал кувшин, это было легко? — спросил господин Цан.
А Юнь кивнул:
— Сейчас все в резиденции Лю заняты подготовкой к какому-то ритуалу, управляющий Лю Фу тоже вечно в делах.
— И ты просто взял и украл его?
— Да.
Услышав это, господин Цан поспешно взял кувшин и принялся внимательно его осматривать, осторожно ощупывая пальцами каждый дюйм поверхности. Кувшин Изумрудного Фэнхуана — сокровище из Мира Богов, и по логике вещей его должны были охранять пуще зеницы ока. То, что А Юню удалось так легко его выкрасть, выглядело крайне подозрительно. К тому же, почему этот кувшин вообще оказался в Линьху?
Внезапно господин Цан нахмурился. Сконцентрировав духовную энергию на кончиках пальцев, он слегка коснулся сосуда, и из него, словно из ниоткуда, вытянулась невидимая, тонкая, как бумажный лист, нить силы. Господин Цан мгновенно ухватил её двумя пальцами и с силой потянул — из кувшина показался желтый талисман.
Господин Цан не был силен в мирских талисманах, но основы понимал. Взглянув на узоры, выведенные киноварью, он понял, что это не простая защитная печать, которую люди вешают на двери.
— Похоже на технику слежения… — прошептал он.
— Технику слежения! Тогда это значит…
А Юнь не успел договорить. Господин Цан резко обернулся к выходу, быстро сунул кувшин обратно в руки А Юню и приказал ему спрятаться за спину.
В следующее мгновение дверь разлетелась в щепки. На пороге стоял мужчина в обычной одежде, с двумя топорами в руках. В его глазах читалась такая ярость и угроза, что одного взгляда на лицо было достаточно, чтобы ощутить исходящую от него злобу.
Господин Цан судорожно выдохнул, про себя проклиная судьбу: этот молодой герой Вэнь — настоящее ходячее несчастье. С тех пор как они встретились, спокойной жизни не стало вовсе.
Он покосился на А Юня, прижимавшего к себе кувшин, забрал его и протянул вошедшему:
— Послушайте, прошу прощения. Ребенок неразумен, я уже его наказал. Вот, возвращаю вам вещь.
Мужчина вошел, принял кувшин, осмотрел его и презрительно фыркнул, глядя на господина Цана сверху вниз:
— Кувшин вы вернули, это ладно. А где дух кувшина, что был внутри?
— Какой еще дух? — господин Цан притворился искренне озадаченным.
— Тебе знать не обязательно. Просто отдай свою жизнь взамен духа.
С этими словами мужчина отбросил кувшин в сторону и с двумя топорами бросился на господина Цана. Тот успел отскочить в сторону, увлекая за собой А Юня, и потянулся к кухонному ножу, лежавшему на полу. Мужчина, словно предугадав его движение, пнул нож в сторону и снова замахнулся топорами.
Господину Цану ничего не оставалось, как опереться руками о землю, взмыть в воздух и ударить противника ногой по голове. Тот попытался закрыться рукой, но явно недооценил силу удара — топор вылетел из его руки. Мужчина тут же бросился поднимать оружие, вторым топором прикрываясь от возможной атаки.
Но господин Цан уже предвидел этот маневр: он молниеносно переместился, подхватил нож и приготовился к контратаке. В этот момент над их головами раздался грохот — фигура влетела в лачугу, пробив дыру в крыше. Не успел нападавший опомниться, как клинок пронзил его сердце со спины. Стоило мечу выйти из груди, как мужчина рухнул замертво.
Тем, кто явился с небес, был не кто иной, как сияющий праведностью молодой герой Вэнь. Взглянув на труп, он обернулся к господину Цану, который выглядел весьма потрепанным с кухонным ножом в руке, и рассмеялся:
— Гадалка, этой штукой ты не защитишься. Если бы не я, ты бы уже отправился на тот свет.
Господин Цан пришел в себя, посмотрел на нож в своей руке, отбросил его в сторону и, поклонившись Вэнь Сяню, обессиленно произнес:
— Благодарю вас, молодой герой Вэнь.
На словах он выражал признательность, но в душе предчувствовал беду. Мелкая неприятность сменилась крупной: теперь этот навязчивый праведник точно не оставит его в покое. Придется искать момент, чтобы подсыпать ему что-нибудь сонное на пару дней и сбежать.
— Не стоит благодарности. Но скажи мне, гадалка, чьего отца ты заговорил до смерти, что его сын пришел к тебе мстить? — спросил Вэнь Сянь, склоняясь над телом.
— Я не гадал ему. К тому же я просто предсказываю судьбу, а не убиваю людей. Если он хотел отомстить, пришел не по адресу, — господин Цан медленно побрел к кровати.
Сейчас он двигался неспешно, совсем не напоминая того ловкого и юркого человека, каким был мгновение назад. Он выглядел как хрупкий тростник на ветру, готовый вот-вот сломаться.
Вэнь Сянь, заметив это, перевел взгляд с трупа на господина Цана и нахмурился:
— Эй, ты что, ранен? Все в порядке? Помощь нужна?
— Нет, все хорошо, ран нет… — господин Цан посмотрел на кровать. Он хотел присесть, но из-за дыры в крыше вся комната была усыпана пылью, и постель не стала исключением. Ему пришлось остаться стоять. — Просто перепугался, нужно прийти в себя.
— Господин Цан, странствуя по свету, нужно закаляться. Завтра я обучу вас паре приемов, чтобы было чем обороняться, — Вэнь Сянь довольно похлопал себя по груди, демонстрируя уверенность.
Перед лицом такого энтузиазма господин Цан лишь усмехнулся, возвращаясь к своему привычному ленивому тону:
— Что ж, премного благодарен, молодой герой Вэнь.
Вэнь Сянь уже привык к такой манере общения и не стал ничего отвечать. Тогда господин Цан обратился к А Юню:
— А Юнь, подай мне веник, что у стены.
Только теперь Вэнь Сянь заметил, что в комнате находится еще и юноша с тонкими чертами лица, который стоял по стойке смирно, прижимая к груди нефритовый кувшин. Несмотря на грубую одежду, он выглядел точь-в-точь как слуга из богатого поместья.
Услышав приказ, юноша серьезно ответил:
— Слушаюсь, хозяин.
И отправился за веником. Вэнь Сянь на мгновение застыл, с недоумением глядя то на юношу, то на господина Цана. Никак не скажешь, что у господина Цана есть деньги на то, чтобы содержать слугу, а этот ребенок называет его хозяином? Может, у господина Цана есть какая-то тайна, о которой никто не знает? К тому же, этот мальчик невероятно хорош собой — того и гляди, вырастет и станет настоящим соблазнителем.
Вэнь Сянь внезапно вспомнил, как днем господин Цан упоминал, что некоторые люди покупают красивых юношей себе в наложники. Он невольно начал строить догадки об отношениях этой пары, так что даже не услышал, как господин Цан окликнул его.
— Молодой герой Вэнь, вы что-то хотели? — переспросил господин Цан.
Вэнь Сянь вздрогнул, и тут же его щеки залил подозрительный румянец, а светлые уши вспыхнули, словно утреннее зарево. Господин Цан, уже смахнувший пыль с кровати, жестом пригласил его присесть:
— Прошу прощения, молодой герой Вэнь, в комнате такой бардак, принять вас как следует не могу. Уж не обессудьте.
— А… да! Спасибо!
Вэнь Сянь неловко пробормотал благодарность и уже хотел сесть, но вдруг замер, уставившись на кровать. Его брови сошлись на переносице, а в голове вертелись странные мысли, мешая сесть.
С точки зрения господина Цана, Вэнь Сянь начал краснеть и покрываться пятнами сразу после того, как взглянул на А Юня, — это поведение казалось ему совершенно ненормальным. Он понизил голос и сурово произнес:
— Молодой герой Вэнь, мой А Юнь еще ребенок, ему нет и шестнадцати, он в будущем еще должен жениться и завести семью. Если у вас есть какие-то мысли на этот счет — прошу, ищите кого-то другого.
— А? — Вэнь Сянь поднял голову и уставился на господина Цана, в его широко распахнутых глазах читались замешательство и искреннее изумление.
http://bllate.org/book/24471/2869083
Готово:
