Зона гравитационных тренировок.
Будучи специализированной рабочей площадкой факультета рукопашного боя, это место никогда не пустовало. Оно располагалось на четвёртом подземном уровне южного сектора академии.
Биле то и дело прикладывала служебную карту к электронным замкам, открывая одну за другой массивные двери из сплава. Пробираясь по коридорам с цельнометаллическими стенами, Ши Тоу всё же ловил себя на мысли, что чувствует себя словно в научно-фантастическом фильме.
В тренировочном зале занимались примерно три учебных взвода третьекурсников, и пространство сотрясалось от взрывов яростных мужских криков.
Появление Ши Тоу, настоящей звезды, мгновенно привлекло внимание почти всех присутствующих. Никто не мог забыть того безумца, который некогда устроил здесь настоящий воздушный цирк и уложил больше сорока человек. Впрочем, в том инциденте пострадали в основном второкурсники, так что сейчас в обращённых к нему взглядах преобладало любопытство, а не враждебность.
Просторный зал казался необъятным. Вдоль дальней стены выстроились ряды гравитационных капсул — они были значительно крупнее тех, в которых Ши Тоу проходил тестирование на шестьдесят седьмом этаже. В другом углу разместились ряды измерительных приборов, а за тренировками курсантов следили сновавшие туда-сюда технические специалисты.
Зал напоминал арену для боевых искусств: курсанты, не занятые в гравитационных капсулах, разбивались на пары для спаррингов или же разминались в одиночку, выполняя странные, но до боли знакомые движения. Эти движения выглядели причудливо: то плавные и текучие, то невероятно резкие, а порой представлявшие собой череду высокочастотных непрерывных ударов, от которых рябило в глазах.
– Это боевая техника, – скрестив руки на груди, бесстрастно произнесла Биле, глядя на тренирующихся курсантов. То, на что она указывала, и предстояло освоить Ши Тоу.
– И какой от этого толк? – спросил Ши Тоу.
На сей раз Биле была не склонна к вспышкам гнева и полностью перевоплотилась в образ исполнительного заместителя инструктора по боевой технике.
– Боевая техника опирается на современные технологии и представляет собой идеальную систему, созданную с помощью компьютерного моделирования из десятков боевых искусств и техник рукопашного боя, унаследованных от древних цивилизаций, включая наиболее эффективные двигательные паттерны хищных животных, – пояснила она.
Сделав паузу, Биле продолжила:
– Боевая техника охватывает все атакующие и защитные движения. Она задействует абсолютно каждую мышцу человеческого тела и пробуждает его скрытый потенциал. Смотри внимательно.
Ши Тоу перевёл взгляд на тренирующихся. И впрямь, как и говорила Биле, те сменяющие друг друга движения — то быстрые, то медленные, с выгибанием спины и скручиванием корпуса — задействовали практически всю мускулатуру. Тренировка была направлена не только на развитие силы, но и на улучшение ловкости, растяжки, гибкости и прочих физических качеств.
Ши Тоу с изрядной долей нахальства поинтересовался:
– Если этот комплекс движений настолько идеален и каждый отрабатывает его одинаково, то в чём тогда преимущество перед остальными?
Биле на мгновение опешила, но затем кивнула:
– Верно подмечено. Именно поэтому врождённый талант каждого отдельного человека приобретает столь колоссальное значение — он практически определяет тот предел, которого способен достичь боец.
Ши Тоу смахнул со лба холодный пот: слава богу, что его показатели оба раза перевалили за сотню, иначе всё это потеряло бы всякий смысл.
В представлениях Ши Тоу, почерпнутых из земной культуры или прочитанных романов, самые глубокие и мощные боевые искусства всегда держались в строжайшем секрете, что и обеспечивало их обладателям превосходство. Если бы все подряд изучали условное Писание Девяти Солнц, пусть даже с поправкой на одарённость, разрыв между людьми неизбежно сократился бы. Эх, неужели в этом и заключаются все достоинства и недостатки прогресса цивилизации?
С озабоченным и хитрым видом Ши Тоу подался вперёд и тихо спросил Биле на ухо:
– Среди известных цивилизаций часом не находили ничего вроде Писания Девяти Солнц?
Звучный шлепок!
– Значит, не находили?
Снова шлепок!
Ши Тоу предпочёл замолчать и погрузился в глумливое, но безопасное молчание.
Однако он продолжил внимательно следить за движениями старшекурсников, мысленно повторяя каждый элемент вслед за ними. Врементами, увлёкшись процессом, он мысленно двигался в унисон с чужим телом: хотя сам Ши Тоу оставался неподвижен, стоило кому-то из курсантов прогнуть спину до предела, как он отчётливо чувствовал колоссальное напряжение в собственных поясничных позвонках.
Реакцией Ши Тоу на это стало лишь упрямое желание прошибить лбом стену: скрипя зубами, он продолжал мысленно моделировать боевую технику. В конце концов, он искренне верил, что всё это лишь игра воображения, максимум — лёгкий дискомфорт, ведь наяву он точно не пострадает?
Параллельно Биле несколько раз с недоумением покосилась на Ши Тоу. Заметив, что его лицо раскраснелось, а по лбу градом катится пот, при этом он с предельным усердием впитывает происходящее, она решила воздержаться от едких комментариев.
Лишь когда эта группа курсантов завершила занятие по боевой технике и покинула зал, Ши Тоу от потери равновесия рухнул на пол.
Они пришли уже после полудня, и им достался самый последний урок, поэтому технический персонал тоже начал расходиться.
Последним уходил интеллигентного вида мужчина средних лет. Он бросил взгляд на Биле:
– Не нужно помочь с управлением гравитационными капсулами?
– Нет, ещё рано, – покачала головой Биле.
Наконец в помещении не осталось ни души.
Убедившись, что посторонних нет, Биле позволила себе проявить толику заботы о подопечном. Присев на корточки, она спросила:
– Ты выглядишь так, будто заболел. Твои раны ещё не зажили?
Ши Тоу вовсе не собирался выказывать слабость перед этой фурией. Резко вскочив на ноги, он отмахнулся:
– Пустяки! На самом деле всё давно зажило. Просто... сам не знаю почему, но когда я только что во все глаза следил за их тренировкой, меня вдруг накрыло на пике эмоций, и остановиться уже было невозможно...
Услышав слово пик, да вдобавок вспомнив раскрасневшееся лицо Ши Тоу, разве могла Биле и дальше сохранять терпение?
Хлёсткий удар!
И Ши Тоу улетел в дальний угол.
– Э? – Биле озадаченно почесала затылок.
Ситуация развивалась совсем не так, как она привыкла. По идее, она лупила Ши Тоу уже столько раз, что набила на этом руку. Все предыдущие попытки неизменно заканчивались тем, что парня вколачивали в землю. Но на сей раз всё пошло иначе: хотя удар достиг цели, в полёте Ши Тоу искусно сгруппировался, совершил оборот больше чем на триста шестьдесят градусов и приземлился на ноги, лишь слегка качнувшись.
– Ай да молодец! – Биле легко улыбнулась и, не став продолжать воспитательные экзекуции, шагнула ближе. – Где ты обучался боевой технике?
– Только что подсмотрел, – ответил Ши Тоу.
Биле недобро прищурилась:
– Что, шкура чешется? Всё ещё не хочешь говорить правду?
По спине Ши Тоу пробежал холодный пот. С интеллектом этой особы, помешанной на насилии, искать общий язык — задача почти невыполнимая. К тому же терпением она обделена от природы: стоить ему хоть немного замешкаться, как его снова избьют.
В отчаянной попытке спасти положение Ши Тоу оставалось только не моргая нести откровенную чушь:
– Заместитель инструктора прозорлива, от вашего взора ничего не утаишь. На самом деле я просто украл эту науку.
Биле скосила на него глаза, ожидая продолжения.
Ши Тоу пояснил:
– Когда я жил в особняке Райна, мистер Райн иногда использовал этот комплекс упражнений для поддержания формы. Мне показалось это забавным, и я каждый раз тайком наблюдал за ним. Год за годом кое-что отложилось в памяти, и в минуты скуки я тоже пробовал повторять движения. Вот почему у меня такая крепкая физическая форма.
Биле расхохоталась:
– Да этот старик сроду не смыслил ничего в боевой технике! Смех да и только. Неудивительно, что твоя техника хромает на обе ноги.
Видимо, её всё же удовлетворило это объяснение, и она продолжила:
– Если бы ты смягчил движения, а приземлившись, погасил инерцию в полете парой-тройкой коротких шагов назад, то полностью рассеял бы ударную волну и избежал бы травм.
Ши Тоу ухмыльнулся:
– Но я ведь и так не пострадал?
Биле усмехнулась:
– Хм, это лишь потому, что природа наградила тебя телом дракона. В противном случае с таким подходом в схватке с сильным противником или после серии долгих боёв ты бы быстро заработал хронические скрытые травмы. Средняя продолжительность жизни бойцов рукопашного боя не так уж велика вовсе не потому, что все они погибают в бою: значительная их часть после выхода в отставку загибается ещё до пятидесяти лет. Дошло до тебя?
Ши Тоу мысленно высунул язык и предельно искренне произнёс:
– Благодарю вас, учитель.
Биле задумчиво протянула:
– Меня всё же не покидает смутное сомнение: неужели Старый Райн действительно разбирается в боевой технике? Что ж, ладно. Покажи-ка мне всё, чему успел научиться.
Ши Тоу моргнул, мысленно взвыв: чёрт подери, неужели всё-таки не миновать её гнева? Эх, такова судьба.
Делать было нечего, и Ши Тоу пришлось выйти на середину площадки. Лихорадочно вспоминая всё, что он только что подсмотрел у десятков курсантов, он кое-как слепил обрывки воедино и принялся неуверенно выполнять движения. Когда дело дошло до сложных элементов, выяснилось, что теория разительно отличается от практики. Самостоятельно воплотить увиденное в жизнь оказалось невероятно трудно: стоило амплитуде движений перевалить за половину, как Ши Тоу чувствовал, что его мышцы и сухожилия буквально трещат по швам, не позволяя завершить приём.
К тому же первоначальная база движений, хотя и происходила из стандартной боевой техники, была усвоена им не через системное обучение, а путем простого подглядывания. Из-за этого целостность комплекса оказалась безнадежно нарушена. Всё рассыпалось на куски: не успевал он сделать половину седьмого элемента, как его заносило на одиннадцатый, а выполнив фрагмент оттуда, он внезапно возвращался к третьему. В конце концов, Ши Тоу наблюдал не за тем, как кто-то один выполняет комплекс от начала и до конца в строгом порядке, а собирал его по кусочкам из движений самых разных людей.
http://bllate.org/book/24528/2877476
Готово:
