Игнорируя упрёки Е Цяньфаня, мужчина поднял голову только тогда, когда доел всю миску лапши. У него было красивое лицо, под густыми изогнутыми бровями прятались прекрасные персиковые глаза, а тонкие губы слегка сжались, изогнувшись в приятную усмешку: — Есть ещё?
— ... — Е Цяньфань посмотрел на пустую миску в руках мужчины и на его безразличное выражение лица. Он чуть было не рассвирепел от злости, но вспышка гнева заставила его на время забыть о странностях гостя. — Ты съел мою лапшу!
Е Цяньфань порой бывал невероятно упрямым: стоило ему что-то решить, и его уже не сдвинули бы с места даже десять быков.
— И что? — Мужчина, похоже, не ожидал от Е Цяньфаня таких слов. В его глазах мелькнул огонёк интереса, и он улыбнулся: — Что ты хочешь сказать?
— Ты съел мою лапшу, и сам как думаешь, что я хочу сказать? — Е Цяньфань с грохотом поставил на стол пустую пиалу из-под бульона.
— Суп неплохой, — мужчина ни капли не смутился гнева Е Цяньфаня. Он взял оставленную Е Цяньфанем пиалу и под его пристальным взглядом залпом выпил весь суп с ребрышками.
— ... — Е Цяньфань почувствовал, что его терпение почти на исходе.
— Я еще не наелся. — Мужчина допил суп, изящным движением вытащил со стола салфетку и вытер рот. Он обвел взглядом кухню и наконец остановился на холодильнике: — Хочу торт. Чем слаще, тем лучше.
— ... — Е Цяньфань глубоко вздохнул и уже собирался что-то сказать, как его прервал внезапно появившийся Е Син.
— Наконец-то я нашел вас. — Е Син тяжело дышал, на его лбу выступили капли пота — было очевидно, что он только что занимался чем-то энергозатратным.
— Зачем искал? — Мужчина бесстрастно взглянул на Е Сина, даже не шевельнувшись.
— ...Уже так поздно... Лин-шао. — Е Син и помыслить не смел предъявлять какие-либо требования человеку, стоявшему перед ним. Стоило помнить, что этот мужчина по имени Лин Тяньхань, хоть внешне и казался безобидным, на своем счету уже имел более сотни человеческих жизней.
— Я проголодался. — На лице Лин Тяньханя промелькнуло раздражение, ему сейчас жутко не хотелось ни с кем разговаривать.
— Ну... ладно. — Услышав это, Е Син был вынужден замолчать. Он многозначительно переглянулся с Е Цяньфанем, после чего покорно удалился из кухни.
Е Цяньфань, разумеется, заметил странное поведение Е Сина. В глубине души он смутно догадывался об особенностях этого мужчины, которого называли Лин-шао, однако лишь увидев реакцию Е Сина, Е Цяньфань окончательно убедился в своих догадках.
— Чего тебе хочется? Торта? — Посмотрев на пустые миски на столе, Е Цяньфань был вынужден вздохнуть и оставить попытки добиться справедливости. — С каким вкусом?
— Без разницы. — Лин Тяньхань подпер подбородок рукой и лениво зехнул, наблюдая за Е Цяньфанем. У него была очень светлая кожа, причем нездорового бледного оттенка, словно он круглый год проводил в местах, куда не проникает солнечный свет. Одетый в просторную пижаму, он казался донельзя тощим — ну вылитый больной, годами не встающий с постели.
— Ладно уж, — с обреченным вздохом произнес Е Цяньфань. — Приготовить тебе мусс?
Лин Тяньхань моргнул, не выражая ни согласия, ни возражения.
Раз ответа не последовало, Е Цяньфань счел это за молчаливое согласие. Ему оставалось лишь смириться со своей незавидной судьбой и вытащить из пространственного хранилища гору ингредиентов.
Судя по всему, процесс приготовления торта невероятно заинтриговал Лин Тяньханя: его взгляд был прикован к Е Цяньфаню, не отрываясь ни на секунду.
Е Цяньфань уже давненько не делал муссы. Ни он, ни Вэй Дунъянь не жаловали сладкое, а Цзя Юйсин из-за преклонного возраста вообще не мог употреблять продукты с высоким содержанием сахара, так что это был первый раз за последние шесть лет, когда Е Цяньфань взялся за этот десерт.
Он положил в кастрюлю нужное количество сахара, воды и желатина, довел смесь до кипения, затем добавил желтки, отделенные от белков. Выключив огонь, он медленно помешивал всё ложкой, пока масса не остыла до комнатной температуры и не застыла в плотный платок.
Осмотрев фрукты на кухне, Е Цяньфань с приятным удивлением обнаружил свежую клубнику. Он тщательно вымыл ее и вместе с водой и сахаром добавил в кастрюлю с застывшей массой, снова включив плиту, чтобы полностью измельчить гелевые комки.
Е Цяньфань готовил со всей серьезностью, а Лин Тяньхань смотрел на это с не меньшим усердием. Правда, его взгляд был устремлен вовсе не на плиту, а на стройные ноги Е Цяньфаня, которые казались еще длиннее благодаря обтягивающим джинсам.
Внешность Е Цяньфаня ни в чем не уступала внешности Вэй Дунъяня, но в отличие от простого красавца Вэй Дунъяня, от него исходила мягкая аура — разумеется, это была лишь видимость. Только те, кто близко общался с Е Цяньфанем, знали, каким невероятно упрямым человеком он был в глубине души.
Е Цяньфань уже перешел к завершающему этапу приготовления мусса. Он по очереди добавил в основу взбитые на восемьдесят процентов сливки и желатин, после чего залил получившуюся жидкость в форму.
— Что это? — Лин Тяньханю было смертельно скучно жить в этом месте, поэтому он наблюдал за процессом с большим удовольствием.
— Мусс. — В животе у самого Е Цяньфаня всё еще урчало от голода. Он бросил взгляд на Лин Тяньханя, шевельнул губами, но в конце концов промолчал.
— А это что такое? — В отличие от Е Цяньфаня, Лин Тяньхань обожал сладкое, только вот с тех пор, как он попался в это место, ему давненько не доводилось отвечать десертов по вкусу.
— Что-то вкусное. — Пожалуй, этими тремя словами можно было описать любую еду на свете. Пока мусс застывал, Е Цяньфань присел напротив Лин Тяньханя.
— Вся еда, которую я готовлю, предназначена тебе? — Хотя Е Син и говорил, что знать лишнее — плохая примета, Е Цяньфаню все же было любопытно узнать, кем именно является тот, кого называют «чудовищем», и кому он должен прислуживать.
Сидевший перед ним мужчина казался самым обычным человеком. Хм, пожалуй, единственным отличием было его слабое здоровье?
— Угу. — Здесь людей, способных вести диалог с Лин Тяньханем, можно было пересчитать по пальцам одной руки, так что он был совсем не против поболтать с Е Цяньфанем.
— А что ты вообще не ешь? — поинтересовался Е Цяньфань.
— Чего я не ем? — Лин Тяньхань, кажется, не ожидал такого вопроса. Поколебавшись мгновение, он улыбнулся: — Я не ем... гадость.
— ...Не слишком ли широкое понятие? — Е Цяньфань уточнил: — Нет, я имею в виду... есть ли у тебя какая-нибудь нелюбимая еда? Как у всех людей: например, Цзя Юйсин не ест проростки маша, а я терпеть не могу белый древесный гриб.
— Нет. — Лин Тяньхань ответил без малейших колебаний. Когда он служил в армии, ему случалось выкапывать и есть даже насекомых, не говоря уже обо всем остальном. Вот только теперь... Взгляд Лин Тяньханя потемнел.
— Ну ладно, — Е Цяньфаню пришлось сменить тему.
— Ты сам откуда? Из С-сити? — По правде говоря, Лин Тяньхань уже очень давно ни с кем не общался. После того как его тело изменилось, характер стал невероятно вспыльчивым, а окружающие начали испытывать перед ним суеверный ужас. Найти кого-то, кто не боялся бы его и мог спокойно поддерживать разговор, казалось чистой воды безумием.
— Да, — ответил Е Цяньфань. — Ты все время здесь находишься? Из-за слабого здоровья?
— С чего ты взял, что у меня слабое здоровье? — в свою очередь спросил Лин Тяньхань.
— Да на твое лицо посмотри, до чего же оно бледное, — Е Цяньфань от природы не был особо разговорчивым, но, возможно, дневные потрясения заставили его выплеснуть накопившиеся эмоции: — Я буду почаще готовить тебе лечебные супы...
— ... — Лин Тяньхань слушал бесконечную болтовню Е Цяньфаня, не выказывая и следа раздражения. Он сам удивляйся собственному терпению — в другое время он бы либо молча развернулся и ушел, либо приказал собеседнику замолчать.
— Как тебя зовут? — спросил Лин Тяньхань.
— Е Цяньфань, а тебя? — ответил Е Цяньфань. — Впрочем, если неудобно... можешь не называть.
— Лин Тяньхань, — бросил Лин Тяньхань и перевел взгляд на холодильник: — Тот торт уже готов?
— Сейчас посмотрю. — Е Цяньфань подошел к холодильнику и, открыв дверцу, обнаружил, что мусс застыл. Он вытащил десерт, но не стал сразу отдавать его Лин Тяньханю, а украсил сверху двумя свежими ягодами клубники и полил тонким слоем шоколадного соуса.
— Только что из холодильника, — сказал Е Цяньфань. — Твой желудок и кишечник явно ни к черту, поешь, когда он немного согреется.
Выслушав Е Цяньфаня, Лин Тяньхань даже не стал спорить, лишь моргнул.
Увидь Е Син Лин Тяньханя в таком состоянии, его челюсть отпала бы до самого пола. Неужели этот безобидный и болезненный парень — и есть тот самый бог войны, от одного имени которого кров стынет в жилах у всех вокруг?
— Готово? — Лин Тяньханю уже не терпелось попробовать.
— Держи. — Протянув Лин Тяньханю ложку, Е Цяньфань поставил перед ним тарелку с муссом.
Свежая клубника, густой шоколадный соус, кисло-сладкий вкус и шелковистая нежная текстура. Из-за того, что десерт только что достали из холодильника, во рту ощущался легкий холодок, и в тот самый миг, когда губы и язык касались торта, плотный кусочек словно таял, избавляя от необходимости даже пережевывать его.
Лин Тяньхань ел с невероятным наслаждением. Его глаза сузились, превратившись в щелочки, точь-в-точь как у досыта наевшегося кота.
— Вкусно? — Заразившись выражением лица Лин Тяньханя, Е Цяньфань тоже захотел отведать кусочек.
— Тебе нельзя, — вовремя приоткрыл глаза Лин Тяньхань. — Всё моё.
— ... — Лицо Е Цяньфаня на мгновение застыло: — Если наешься на ночь глядя, потом не уснешь...
— И всё равно тебе нельзя, — отрезал Лин Тяньхань. — Оставлю на завтрак, утром съем.
— Разве не лучше будет, если завтра утром я приготовлю тебе свежий? — Е Цяньфань не знал, плакать ему или смеяться.
— ... — Лин Тяньхань помолчал пару секунд, обдумывая слова Е Цяньфаня. Спустя долгое время он закинул в рот последний кусочек мусса, и Е Цяньфань услышал короткий ответ: — Ладно.
Е Цяньфань сам не понял почему, но у него отлегло от сердца.
http://bllate.org/book/24574/2884946
Готово:
