Готовый перевод Not Human! [Quick Transmigration] / Нечеловеческий путь: Путешествие между мирами: Глава 13

Глава 12. Рыцарь-Скелет: Парк развлечений

Не! Могу! Терпеть!

Лань Сяньцзюнь больше не мог на это смотреть, круто развернулся и зашагал прочь.

Будучи цивилизованным человеком, он не мог распускать руки — дело было вовсе не в том, сможет ли он победить в драке!

Лань Сяньцзюнь, похоже, забыл, что на нём надеты восьмисантиметровые шпильки, поэтому, резко выдернув руку из хватки У Эня, он тут же рухнул на землю.

К счастью, туфли сидели плотно и не слетели.

Просто весь он замер на полу, раскинув руки и ноги в форме иероглифа «большой».

Просто край его юбки задрался вверх, скомкавшись на груди.

Просто во всей красе обнажились строгие брюки и те самые розовые туфли на шпильках под ними.

Просто.

Хочется умереть.

В конце концов Лань Сяньцзюня, под умилительные звуки, издаваемые клоуном, наполовину волоком, наполовину на себе вынесли У Энь, Ли Жуй и Бай Юань.

Этот аттракцион можно было считать пройденным.

Возле площадки для игры в крота все четверо тяжело дышали.

Ползать по полутораметровому лабиринту оказалось невероятно изнурительно: согнувшись в три погибели, приходилось двигаться быстро, что было поистине непосильной задачей для высоких людей.

К счастью, игра в крота имела лимит по времени — пятнадцать минут.

И Хао чувствовал головную боль, самую настоящую боль.

Ему казалось, что этот тоннель с кротами словно ополчился лично против него: гигантский надувной молот приложил его уже несколько раз, оставив лишь полоску здоровья, и еще один удар означал бы Game Over.

В очередной сгорбившись, опустив голову и кубарем выкатившись из тоннеля, он вылез наружу из отверстия в скале.

В полном головокружении он не заметил, что линия его талии не сравнялась с краем лаза и не оказалась выше него, из-за чего система принудительно зафиксировала его прямо над выходом на пять секунд.

И Хао с неизбывной тоской в сердце смотрел на уже занесённый надувной молот, готовый обрушиться вниз.

Эти принудительные пять секунд обычно позволяли надувному молоту ударить подряд дважды, а при плохой удаче — даже трижды. Мало того что это дико больно, так еще и отнимало шкафу здоровья, а стоило ей обнулиться — ждала смерть.

Ничего, я выдержу, мысленно подбодрил себя И Хао.

Он полез за пазуху и вытащил оттуда сокровище.

Розовую волшебную палочку с сердечком на конце!

И Хао зажал крошечную палочку двумя указательными пальцами и быстро прокричал: Превращение магов Балала, полное перевоплощение! Стань свиньей!

Дзинь! — раздался звонкий звук палочки.

Что-то неуловимо изменилось.

Однако надувной молот остался надувным молотом — он завис над головами участников, поджидая любого, кто осмелится высунуться.

Хрюк-хрюк... — огромная, тучная свинья, обладающая к тому же шестью кубиками пресса, внезапно вылетела из тоннеля для игры в крота, пронеслась по внешнему кругу и скрылась из виду.

Мне тут мерещится всякое, или вон оттуда и правда только что выскочила свинья? — Хуан Ци окинул всех взглядом человека, только что очнувшегося ото сна, и одновременно с этим с пронзительным свистом присел на корточки, уворачиваясь от удара гигантского молота сверху.

Тебе не мерещится, ты и впрямь это видел. Причем свинья оказалась с шестью кубиками пресса, — произнес Ю Фан, выбираясь из отверстия.

...

Оба на мгновение странно замолчали.

...Но вообще-то, если подумать, она такая жирная, — восхищенно протянул Ю Фан и высунулся из другого лаза.

И то верно, но... И Хао! И Хао? Браток! Ты еще жив? — Хуан Ци принялся настойчиво звать товарища.

Никто не ответил.

О боже, да он и правда та самая свинья! Он превратился в свинью и удрал наружу! — потрясенно выкрикнул Хуан Ци, вылез наверх, на секунду замер и тут же получил по макушке от неотступно следившего за ними гигантского молота.

Ой-ой-ой!

Кстати говоря... а где его одежда? — неожиданно подала голос А Цай.

И правда, на той свине никакой одежды замечено не было. Выберемся — спросим у него! — серьезно ответил Хуан Ци.

Ты что, сможешь одолеть И Хао в драке? — уточнил Ю Фан.

Смеешься? Он? С такой-то здоровой тушей, да я ни за что не справлюсь!

Тогда с какого перепугу ты собрался у него спрашивать, жить надоело? У человека вообще-то есть гордость.

Звучит... логично.

Разговор на миг затих, но тут Ю Фан снова завопил благим матом:

Капец, полный капец, меня зафиксировали! А-а-а-ай, А Цай! У меня капля здоровья! Спасайте! — Ю Фана намертво заклинило над выходом из норки, и на него уже занесся гигантский надувной молот.

Бестолковый Ю Фан! — закричала А Цай, одним движением нацепила на голову венок из роз и вынырнула из лаза.

[Венок: надев его, вы станете еще заметнее.]

Венок, обладавший эффектом приманивания монстров, сработал: воздушный молот в небе слегка перекосило, и он грохнулся прямо на макушку А Цай.

Ай-яй-яй, как больно! — у А Цай на глазах выступили слезы.

Благодарю спасительницу Цай за дарование второй жизни! Твой покорный слуга не в силах отблагодарить тебя иначе, кроме как отдав свое сердце и тело. — Как только таймер принудительной остановки истек, Ю Фан уселся на корточки и тут же принялся балагурить.

С удовольствием! — тут же согласилась А Цай, даже с некоторым воодушевлением.

Все твои фигурки, игровые приставки и манга теперь принадлежат мне.

Ю Фан: ...

Нет! У них есть душа! Они принадлежат только мне и не могут считаться частью меня!

Время игры подошло к концу, пожалуйста, уважаемые гости, придерживаясь за головы, покиньте игровую зону гуськом. — Внутри площадки раздался мягкий женский голос.

Сегодня! Лишившись одной почки, я снова избежал смерти! — Хуан Ци резко выпрямился, сжал кулаки, вскинул голову и с предельно серьезным выражением лица громогласно объявил:

Да что у вас за взгляды такие? Разве выживание не повод для праздника? Главное — это чувство атмосферы!

Сказать-то легко, но не рассчитывай, что мы станем заниматься тем же цирком, что и ты. — Ю Фан схватил А Цай за руку, и они поспешно смылись.

﹉

Темный, тихий, тесный, уходящий в бесконечность лестничный пролет.

Ван Синь со свечой в руке вела остальных обратно.

Подниматься по лестнице оказалось куда труднее, чем спускаться, и люди неизбежно начали тяжело дышать.

Но никто не смел произнести ни звука.

Сколько времени они потратили на спуск, столько же теперь предстояло идти наверх. Шаг за шагом, одурманенные монотонным подъемом.

Пока... слева впереди, в тусклом сиянии свечи, смутно не обрисовался чей-то силуэт.

Тень неподвижно застыла на месте, не сместившись ни на йоту.

Быть может, она стояла к ним спиной, а быть может... прямо лицом к ним и в упор пялилась на них.

Ван Синь замерла на месте, собираясь с духом, а затем бросила взгляд на племянницу Дуань Линлин.

Ее глаза вновь обрели твердость.

Она шагнула вперед, и свет свечи осветил темный силуэт.

Смутные очертания проявили человеческое лицо — оно и впрямь было обращено к ним!

Черные глаза без малейшего намека на белки были широко раскрыты и, не мигая, уставились на них.

У Ван Синь перехватило дыхание, сердце заколотилось о ребра, готовое выпрыгнуть из груди.

Сама того не заметив, она вцепилась в руку Дуань Линлин с такой силой, что побелели пальцы.

Дуань Линлин подняла на нее голову; в ее больших глазах отражалось пламя свечи, а на лице не было ни единой эмоции.

Маленькая ручка, крепко сжатая Ван Синь, ответила тем же пожатием.

Еще один шаг вперед.

Рука, державшая свечу, дрожала, но теперь силуэт прорисовался четче.

Лицо, сплошь покрытое морщинами, огромный нос, растрепанные сухие волосы свалялись на макушке, и на них виднелись какие-то пятна, похожие на запекшиеся корочки крови.

Ван Синь не смела вглядываться слишком пристально, чуть опустила взгляд и снова шагнула вперед.

Свет свечи выхватил из темноты тело создания.

Одежда, похожая на мешковину, сухие тонкие пальцы, а на них — заостренные ногти длиной по меньшей мере сантиметра три.

Под мешковиной было пусто, абсолютно ничего...

Ван Синь до боли закусила губу, во рту расплылся привкус железа.

Преодолевая страх, она сделала еще один шаг.

Четыре человека позади уже тряслись от ужаса и стояли на месте, не смея последовать за ней.

Из прохладной ладони повеяло теплом — это была рука Дуань Линлин.

На лестнице, прямо за спиной у этого непонятно кого, обнаружилась дверь.

Поскольку путь преграждало это создание, да к тому же никакого другого света, кроме крошечной свечки, не было, они прежде даже не заметили эту дверь.

Дверь была приоткрыта.

Изнутри веяло первозданной тьмой.

Стоит ли входить?

Ван Синь вместе с Дуань Линлин осторожно обошли жуткое создание на лестнице.

Его глаза неотрывно следили за ними, а тело поворачивалось вслед за их движением.

Мороз по коже — у Ван Синь натянулись все нервы, по телу побежали мурашки, шерсть встала дыбом.

Она прошла мимо, едва ли не окоченев от ужаса.

Остальные четверо тоже увидели дверь: как бы ни было страшно, идти дальше все равно придется.

Ван Цяо обнял Кэ Гэ за плечи, полуприжимая к себе, обошел чудовище и подошел к Ван Синь.

Оба немного перевели дух.

Сестрица Фан закрыла глаза руками и стремглав промчалась мимо, колотя себя в грудь и тяжело дыша.

Чжан Лань колебалась, долго борясь с собой, прежде чем дрожащими ногами сделать осторожный шаг.

Лицо повернулось к ней, глаза уставились на нее.

Тело тоже развернулось вслед за ее перемещением.

У Чжан Лань затылок онемел от ужаса, она не выдержала и подняла голову.

Мрачные черные глаза взирали на нее, лицо изрезали борозды морщин, кожа обвисла, растрепанные сухие пряди...

Оно скривило рот в ухмылке и улыбнулось Чжан Лань.

А-а-а! — Чжан Лань больше не могла сдерживаться и разразилась пронзительным визгом, с размаху оттолкнув ужасную тварь перед собой.

Существо закачалось из стороны в сторону.

Выяснилось, что его шею стягивала веревка, на которой оно и было подвешено, так что ноги висели в воздухе, не касаясь пола, из-за чего под мешковиной казалось, будто ничего нет.

Раскачиваясь, монстр налетел на Кэ Гэ, та едва не взвизгнула от испуга, но Ван Цяо поспешно зажал ей рот рукой и оттащил за спину.

Хи-хи-хи-хи-ха-ха-ха-ха!

Существо внезапно зазвучало голосом: оно разинуло пать в хохоте и выбросило вперед руки, впиваясь в горло Чжан Лань.

Кхе... Помо... Помогите! — Чжан Лань с трудом выдавила несколько слов, вцепившись руками в руки твари, сжимавшие ее шею, и принялась отчаянно отбиваться.

Сестрица Фан немного помедлила, но всё же пересилила страх и бросилась ей на помощь.

Одной рукой она попыталась оттащить Чжан Лань к двери, а другой изо всех сил старалась разжать впившиеся в горло пальцы.

Те пальцы были сухими, лишенными плоти и тепла, словно она касалась сухих древесных сучьев.

И в то же время — прочными, как железные клещи: сколько она ни тянула, сдвинуть их с места не получалось, они намертво вцепились в шею Чжан Лань.

Еще одна пара рук протянулась на помощь, пытаясь отодрать костлявые когти с шеи женщины.

Кэ Гэ, Ван Цяо и даже Ван Синь — все бросились помогать.

В конце концов они были не в силах просто так смотреть на гибель человека и оставаться в стороне.

Обе стороны около двух минут тянули канат в силовом противостоянии. Видя, как лицо Чжан Лань постепенно багровеет и синеет, а костлявые пальцы на горле не ослабевают ни на йоту, сестрица Фан топнула ногой, подскочила вплотную к чудовищу, обхватила его руками и изо всех сил дернула за волосы назад.

Хи-хи-хи-хи-ха-ха-ха-ха...

Существо вновь издало жуткий смешок.

Во тьме что-то назревало.

Дуань Линлин легонько подергала Ван Синь за руку и перевела взгляд вниз.

Ван Синь уже не могла думать о том, как помочь Чжан Лань разжать когти на шее: в первую очередь она глянула на племянницу, а затем проследила за ее взглядом.

Из темноты протянулась мертвенно-белая рука и схватила Дуань Линлин за лодыжку.

Ван Синь мгновенно высвободила сто процентов боевой мощи, занесла ногу и изо всех сил врезала по этой руке. Даже после удара она не сразу убрала ногу, а прижала проклятую руку каблуком к полу и лишь после этого подхватила Дуань Линлин на руки.

Ай! Что это за дрянь?

Мертвенно-белая рука ухватила Кэ Гэ за лодыжку — ледяная, мертвецкая хваста застала ее врасплох, и девушка не удержалась от крика.

Лицо Ван Цяо мгновенно побелело.

От этой руки было не так уж трудно избавиться, и Кэ Гэ без особых усилий стряхнула ее.

Однако отброшенная рука и не думала сдаваться: она продолжала тянуться вверх, пока Кэ Гэ не отфутболила ее ударом ноги.

Но неизвестно с каких пор из темноты стали бесшумно выдвигаться все новые и новые руки, окружившие их плотным кольцом и беспрестанно хватающие и цепляющиеся за них.

Сначала они еще могли отбиваться, но рук становилось катастрофически много — от одного их вида волосы вставали дыбом, а сердце уходило в пятки.

Невозможно было даже представить, сколько еще жутких тайн скрывается в этой невидимой тьме.

Лишь в стороне двери этих рук не было.

Там же, на полу возле проема, валялась забытая свеча.

В конце концов Ван Синь отбила руку, державшую Дуань Линлин за запястье, бросила прощальный взгляд на умирающую Чжан Лань и, прижимая к себе девочку, бросилась к двери.

Ван Цяо помчался следом, прикрывая Кэ Гэ. Видимо, из-за того, что Кэ Гэ ранее подала голос, почти половина всех рук сосредоточилась вокруг нее, пытаясь ухватить и утащить в темноту.

Сестрица Фан по-прежнему оставалась на прежнем месте, в одиночку колотя проклятую тварь в попытках спасти Чжан Лань.

Все руки начали стягиваться вокруг нее.

Сестрица Фан! Бежим же, ее уже не спасти! — в отчаянии завопила Кэ Гэ — в конце концов, она уже выдала себя раньше.

Сестрица Фан в нерешительности глянула на Чжан Лань — они ведь пришли вместе.

Вспомнив слова, сказанные сестрицей Фан еще в начале парка развлечений, Кэ Гэ все же решила рискнуть и высказаться еще раз:

Ваш сын все еще ждет вас дома!

Сказав это, она больше на нее не оглядывалась.

Сестрица Фан в конце концов последовала за остальными, с глазами, полными слез.

http://bllate.org/book/24575/2885056