Глава 7. Совместное фото братьев
Фан Хуа в настоящее время работала менеджером Жун Сыци, а также была самым опытным менеджером во всём Всё Развлечение.
Её можно было назвать ветераном Всё Развлечение — в те времена, когда компания только создавалась, её переманили за огромные деньги. Кроме неё, были еще два опытных менеджера, Ци Мин и Ли Хуандэ: именно они помогли Всё Развлечение пробить дорогу на рынок и заложили его фундамент. Сейчас Фан Хуа также совмещала должность вице-президента Всё Развлечение и всеобще признавалась одной из младших командных фигур под началом самого босса Чоу.
Однако в прошлой жизни Бай Лан поначалу даже не имел возможности контактировать с такими высокопоставленными сотрудниками компании. Все вопросы по его контракту и расписанию мероприятий вел выделенный менеджер.
Лишь во время того видеозвонка с яхты у Бай Лана появилась возможность с ней пересечься. В конце концов, та яхта действительно принадлежала семье Чоу и находилась в нейтральных водах, а в тот день была вечеринка по случаю дня рождения Чоу Цяня. Учитывая, что Бай Лан все еще оставался по уши в долгах перед Чоу Цянем, он принял приглашение и пришел. В ходе общения, хотя Фан Хуа и не оказала огромной помощи в разрешении того PR-кризиса, Бай Лан и Фан Хуа в итоге сблизились.
Фан Хуа всегда носила аккуратную короткую стрижку и брючные костюмы, а черты ее лица были очень мужественными. Возможно, именно по этой причине она неизменно обожала ярко-красную помаду и блестящие серьги: помимо бодрого вида, это гарантировало, что ее ни с кем не перепутают.
Она появилась позади Бай Лана вместе с Хун Хуном. Заметив, что Бай Лан обернулся, Фан Хуа тут же приветствовала его непринужденным тоном:
— Господин Бай, у нас все никак не выпадало шанса встретиться. Рада знакомству, я Фан Хуа.
С этими словами она протянула руку и на мгновение пожала руку Бай Лана.
Бай Лан тоже вежливо ответил на приветствие:
— Рад знакомству, вице-президент. Я давно о вас слышал, в этот раз рассчитываю на вашу заботу.
— Зовите меня просто сестра Фан, — усмехнулась Фан Хуа. — О какой заботе речь, я и сама не смею. Я вот только думала, с чего это здесь Эр Хун, а оказывается, он теперь твой ассистент — прямо-таки напугал меня. Раз о тебе заботится он, до меня очередь еще очень нескоро дойдет.
Эти слова казались то ли проясняющими множество вещей, то ли не значащими абсолютно ничего.
Тот, кто привык во всем искать подтекст, услышал бы здесь колкость, но для человека непредвзятого это были самые обычные слова.
Поэтому Бай Лан отнесся к этому спокойно и с легкой улыбкой ответил:
— Спасибо за заботу старшему брату Чоу. Мне повезло, что братец Хун помогает.
Раз уж Фан Хуа и Хун Хун были знакомы, отпадала необходимость в бессмысленном скрытничании.
В глазах Фан Хуа мелькнуло удивление, но она тут же скрыла его за улыбкой:
— Похоже, у новичка нашей компании действительно безграничное будущее и неисчерпаемый потенциал. Сериалы с участием господина Бая вызывают все более бурный отклик, глядишь, я на посту вице-президента смогу уйти на покой и наслаждаться жизнью гораздо раньше.
— Сестра Фан слишком скромна, вот господин Жун — тот действительно великолепен, — отозвался Бай Лан.
В то же самое время фотограф у съемочной площадки снова громко крикнул:
— Не годится! Еще раз!
На серию сырых кадров для одного комплекта одежды, изначально запланированную на пятнадцать минут, у Жун Сыци ушло уже почти сорок.
На деловом лице Фан Хуа неизбежно проступила беспомощность:
— Ты это меня утешаешь или говоришь искренне?
***
Внимание Бай Лана и остальных снова переключилось на съемочный павильон.
К этому моменту лицо Жун Сыци слегка побледнело, а на лбу выступил пот. Под ослепительно яркими софитами было очень жарко, даже несмотря на работающий кондиционер. Видя, что капли пота вот-вот намочат кончики волос, фотограф, оставшийся крайне недовольным, был вынужден сначала отпустить его подправить макияж.
Как только Жун Сыци сошел со съемочной площадки, его прежде застывшее выражение лица закономерно сменилось явным раздражением; он крепко сжал губы, словно пытаясь удержаться от того, чтобы выместить злость на окружающих. Тогда Фан Хуа извинилась и поспешно бросилась успокаивать Жун Сыци.
Чтобы сэкономить время, теперь на площадку поднимался Бай Лан — под раздраженные окрики фотографа.
Окажись он в таком положении лет десять назад, сердце, пожалуй, еще колотилось бы от тревоги, но нынешний Бай Лан испытывал пусть крошечную, но уверенность.
В прошлой жизни у Бай Лана была лишь одна киноработу в качестве визитной карточки — фильм Закат, а в остальном преобладали телесериалы.
Отчасти причиной тому были превратности актерской судьбы Бай Лана, но другая половина заключалась в том, что Бай Лан поздно прозрел. Тем самым поворотным моментом, который поднял актерское мастерство Бай Лана на ступень выше уровня сериального актера, стал клип, снятый перед началом съемок Заката.
Бай Лан многому научился у старой закалки режиссера Чжу Куаня, который руководил съемками того клипа. Начиная с чувства кадра, мизансцен и заканчивая использованием света и тени — Чжу Куань практически на собственном опыте за ручку провел Бай Лана через все с самого начала. Причиной тому было его заявление, что он еще не встречал столь неудачливого человека, как Бай Лан: если уж не идешь к популярности, то не идешь до конца, без единого лучика надежды, а тут стоило дважды чуть-чуть приподняться к успеху, как тебя снова били по голове. Поди сыщи еще такого неудачника.
Чжу Куань всегда напоминал Бай Лану, что хороший актер должен вживаться в роль, но после погружения в образ у тебя может накопиться уйма эмоций, которые хочется выразить, однако если зрители не смогут разглядеть то, что ты передаешь, они останутся в полном недоумении.
Помимо эмоций, для актера одинаково важны выразительная сила и способность вызывать отклик.
Разумеется, существовало и другое мнение, согласно которому по-настоящему вжившиеся в роль актеры в этом не нуждаются: каждое их движение обладает достаточной правдивостью и напряжением, чтобы достучаться до зрителя. Чжу Куань с этим соглашался, но предлагал Бай Лану сначала доиграть лет до шестидесяти, а уже потом задумываться о подобном.
Поэтому Чжу Куань заставил Бай Лана заняться самоподготовкой. Она заключалась в том, чтобы отключать в фильмах субтитры и звук и, наблюдая исключительно за мимикой и движениями актеров, пытаться понять, что именно они хотят выразить. Это было точь-в-точь как в старых немых фильмах: поначалу Бай Лан засыпал почти каждый раз.
Однако то, что было непонятно с первого просмотра, становилось ясным со второго и третьего. Спустя многократные повторы, отбросив помехи в виде звука и сюжета, Бай Лан действительно начал проникаться сутью. Фильмы, которые подбирал ему Чжу Куань, были проверенной временем классикой, где каждый поворот головы и каждый взмах ресниц имели свое обоснование. Чем больше Бай Лан вглядывался, тем сильнее ощущал, насколько безупречно выверены эти проявления.
И когда Бай Лан наконец выработал в себе это понимание, Чжу Куань велел ему приступить к изучению самого себя. Словно на тренировках по танцам: со стороны чужие махи ногами и выпады выглядят четкими и красивыми, но стоит попробовать повторить их самому, как движение поначалу покажется жут зрелищем, требующим бесконечных упражнений.
То же самое касалось и движений в кино: всю эту лихую уверенность при резком взмахе руки или выразительный шарм при взбросе брови Чжу Куань заставил Бай Лана проделать на практике. Но не слепо копировать — иначе это скатилось бы в ремесленничество, главной целью было добиться того, чтобы Бай Лан раз за разом привыкал к собственному телу. Режиссер требовал, чтобы он привык к тому, как выглядит со стороны в глазах окружающих, а не в собственных фантазиях, и только так можно было безупречно воплотить требуемый каждым кадром эффект. Это напоминало то, как многие прославленные артисты записывают собственные выступления, чтобы пересматривать их и сверяться — в этом и заключалась сердцевина теории Чжу Куаня: чувство кадра. Всякая трогательная актерская игра проистекает из соответствующего чувства кадра.
К счастью, Чжу Куань крайне высоко оценил талант Бай Лана в этой сфере. Не без причины те угодливые роли, которые Бай Лан играл раньше, даже при недостатке огранки под воздействием такого таланта смотрелись куда приятнее глазу.
И переродившийся Бай Лан не растерял всего вышеперечисленного. Как делал это раньше, так нынешний Бай Лан делал и теперь.
Разница заключалась в том, что в этой жизни у него было куда больше времени на поиски новых возможностей.
Чжу Куань подарил Бай Лану озарение и по-настоящему пробудил в нем интерес к сценическому искусству.
Итак, простой и жизнерадостный юноша? Бай Лан развернул единственный реквизит — стул с высокой спинкой, — сел верхом и обнял спинку руками...
Раздались щелкающие звуки затвора.
Потратив всего десять минут, Бай Лан успешно завершил съемку первого комплекта одежды.
Когда он уходил из студии, подошедшая к краю площадки Фан Хуа с неожиданной похвалой отметила, что он держится великолепно.
Однако царившую на площадке непринужденную атмосферу быстро вновь омрачили вторая и третья попытки фотосессии Жун Сыци. Когда фотограф уже черт знает в который раз скомандовал стоп и с дурным выражением лица позвал руководителя проектной группы UNI и Фан Хуа на совещание, Бай Лан тоже направился вслед за ними.
Бай Лан понимал, что встревать сейчас с разговорами крайне неуместно, но если удастся выручить Жун Сыци, Фан Хуа, возможно, встанет на его сторону. В худшем же случае, если дело дойдет даже до его собственной замены, оставались слова Чоу Цяня: этот провалился — я тебе найду покруче.
Поэтому, молча выслушав часть обсуждения, Бай Лан наконец подал голос:
— Как насчет того, чтобы поменять меня с господином Жуном ролями?
Воспользовавшись паузой в обсуждении, Бай Лан вставил реплику напрямую.
Это вызвало удивленный взгляд Фан Хуа, в то время как планировщица из UNI, коей являлась женщина по имени Линь Цинь,
с отвращением и раздражением на лице произнесла:
— Что за глупости вы говорите?! Это же не просто вопрос смены одежды, впереди еще проект короткометражного фильма и разработка имиджа! Здесь все взаимосвязано, как можно менять все на ходу?!
Бай Лан сохранял мягкий тон:
— Я понимаю, что это масштабная переделка, но если изменения помогут улучшить конечный результат, попытка обойдется куда дешевле, чем поиск замеры. К тому же, раз компания в этот раз привлекла к съемкам меня и господина Жуна, здесь определенно есть расчет на создание шумихи. После замены актера первоначальный замысел ведь обесценится, не так ли?
Услышав это, Линь Цинь разъярилась еще сильнее; скрестив руки на груди, она холодно усмехнулась:
— Судя по всему, у господина Бая на этот счет имеются собственные глубокие соображения. Раз так, будьте любезны, изложите, как именно это следует перекроить?!
Словно не замечая враждебности Линь Цинь, Бай Лан с легкой улыбкой произнес:
— Если поручить господину Жуну воплотить мой образ простоты... пусть он выйдет не слишком жизнерадостным, но чистота в нем будет определенно. Усердие господина Жуна в музыке — это упорство, которому любой может позавидовать. Подобный настрой, помноженный на возраст господина Жуна и его закулисный образ чистого труженика, прекрасно сочетаются.
Дойдя до этого места, Фан Хуа, судя по всему, уловила перспективу и тут же подхватила:
— А как тогда быть с твоей частью?
— Меня пригласили, судя по всему, потому что компания присмотрела мой образ в сериале Попутка, — Бай Лан одарил Фан Хуа благодарным взглядом и продолжил: — Поэтому на противоположном конце у нас может оказаться модный городской яппи, который при этом упорно трудится ради жизни. Даже если внешне он выглядит блестяще и лощено, всего этого он добился собственным потом и кровью — здесь нет никакого противоречия, напротив, это куда ближе к реальному положению дел многих горожан.
Фан Хуа поистине приподняла брови.
Сделав паузу, Бай Лан добавил:
— К тому же в концепции персонажей я могу даже доводиться господину Жуну старшим братом. Старший брат — как отец: помимо ассоциаций с Попуткой, это сделает образы более объемными. В первоначальном синопсисе короткометражки оба персонажа в итоге даже не пересекались, что выглядело несколько блекло. Если же изменить концепцию, то по сюжету короткометражки нас с ним можно объединить в братьев...
Как говорится, хороший актер со временем дорастает до режиссера: пусть Бай Лан еще не достиг такого уровня, его кругозора вполне хватало, чтобы справиться с подобной корректировкой.
После того как Бай Лан закончил говорить, лицо даже самой Линь Цинь сильно переменилось.
В конце концов, финальная часть слов Бай Лана на самом деле затрагивала тот самый предмет споров, который они сами обсуждали при работе над этим проектом.
Нынешний проект затевался исключительно ради шумихи: сначала выбрали людей, а уже потом стали думать над подачей — такой процесс шел задом наперед по сравнению с написанием сценария до поиска исполнителей. Именно поэтому проектная группа столкнулась с трудной задачей. Пожалуй, Жун Сыци и Бай Лан могли бы по отдельности сняться великолепно, но они никак не могли придумать историю, которая связала бы этих двоих воедино.
Поскольку Бай Лан выглядел выше Жун Сыци; простой и жизнерадостный юноша, стоящий рядом с более низкорослым городским яппи... как ни расставляй, все казалось странным. В итоге короткометражку решили сделать в формате сопоставления, без планов сводить героев вместе. Предложение же Бай Лана позволяло с легкостью преодолеть эту трудность.
Впрочем, они и сами не то чтобы совсем не рассматривали текущее предложение Бай Лана в самом начале — поменять актеров ролями.
Но, судя по собранным ими сведениям, о ситуации Жун Сыци они были наслышаны понаслышке; однако, глядя на его статус новичка-призера, все надеялись преодолеть это упорным трудом. Что же до Бай Лана, то справки характеризовали его как новичка, еще не освоившегося на площадке, которого вытащили лишь за счет соответствия роли, благодаря чему он не провалился в грязь лицом. Поэтому они и отмели мысль позволить Бай Лану примерить образ городского яппи, слишком далекий от его амплуа в Попутке. В конце концов, если один оплошает, останется второй в качестве подстраховки, но при такой рокировке, если провалятся оба, головной боли у проектной группы прибавится.
Однако, судя по недавнему выступлению Бай Лана, реальность расходилась со справками. Быстро обдумав все детали и нюансы, Линь Цинь решительно заявила:
— Хорошо, можно попробовать так, как ты сказал. При условии, что ты сам потянешь эту роль, иначе мы предпочтем сменить актера!
Бай Лан усмехнулся:
— Разве не узнаем, пока не попробуем?
***
Самыми удачными фотографиями того дня в итоге стали совместные снимки Бай Лана и Жун Сыци.
На этом фото Бай Лан в темно-фиолетовой хлопковой рубашке лениво восседал в одиночном кресле, а только что снятый пиджак небрежно висел на спинке — вид человека, который только что управился со всеми делами и закончил смену. На полу возле кресла сидел хмурый Жун Сыци: он был одет в бежевую хлопковую рубашку и джинсы, скрестив ноги и с предельно сосредоточенным видом уставившись на нотные листы, разбросанные по полу.
Старший брат в исполнении Бай Лана с легким оттенком обреченности приглядывал за младшим, попутно небрежно трепля несколько прядей волос на макушке Жун Сыци, словно напоминая тому перекинуться с ним словечком. Эта картина излучала теплоту и мягкость, согревая сердца.
В реальности дела обстояли примерно так же.
К моменту окончания смены — не говоря уже о членах съемочной группы и Линь Цинь, которые прониклись к Бай Лану искренней симпатией, — Фан Хуа привела Жун Сыци, чтобы тот выразил Бай Лану самую искреннюю благодарность. И не только за то, что Бай Лан подал голос и изменил концепцию: во время дальнейших съемок Бай Лан вел себя как настоящий старший товарищ, во многом направляя Жун Сыци.
Даже этот холодный по характеру Жун Сыци дал трещину в своей броне и искренне произнес:
— Братец Лан, спасибо.
Бай Лан в шутливой манере потрепал Жун Сыци по голове:
— Я сегодня и так бессовестно пользовался твоим положением, а ты еще и благодаришь.
Жун Сыци даже не отстранился, а на его лице появилась настоящая улыбка:
— И впредь вы — братец Лан.
Бай Лан на мгновение замер, вспоминая о триумфе Жун Сыци десять лет спустя. В те времена их пути совершенно не пересекались.
Бай Лан вдруг отчетливо понял, насколько убогими были его прежние мысли.
Новая жизнь, новые узы — какая драгоценная возможность, к чему вечно быть опутанным цепями прошлого?
http://bllate.org/book/24620/2894132
Готово:
