Глава 13. Город Б.
Самолёт взмыл ввысь, и Цзи Юй с лёгким любопытством прижался лицом к иллюминатору, глядя вниз. Это было совсем не похоже на стремительный запуск боевого корабля, но наблюдать, как фюзеляж окружают облака, оказалось — самую малость — волшебно.
А не похоже ли это на то, будто его окружили сладкой ватой? Самолёт похож на маленькую птичку, которая то и дело клюёт сахарную вату, — до чего же интересное ощущение!
Увлёкшийся собственными фантазиями, Цзи Юй совершенно забыл про сидевшего рядом учителя Цзинь. Учителя звали Цзинь Хэ; ходили слухи, что его родители думали, будто родится девочка, поэтому дали ему имя с ключом «трава/лотос» — «хэ», которое в спешке потом заменили на просто «хэ» — «злак».
Из-за этого имени учитель Цзинь нередко становился предметом шуток, а потому строго-настрого велел всем обращаться к нему не иначе как учитель Цзинь.
К тому же учитель Цзинь был уже в солидном возрасте, так что в его сорок с лишним лет звать его Старшим Цзинь было бы вполне обычно.
Однако Цзи Юй был человеком, чтящим учителей и уважающим Путь наставников, — разве можно было не звать его учителем?! Он слышал, что при поступлении в ученики положено подносить чай и прислуживать, и пусть он всё изрядно упростил, но уважение к старшим наставникам было обязательным!
— Послушай, парень, ты что, из дома никогда не выбирался и на самолётах не летал? Стоит ли так удивляться? — Цзинь Хэ только договорил, как ему захотелось хлопнуть себя по рту: он же слышал о семейных обстоятельствах этого парня, разве подобные слова не сыплют соль на чужие раны?
Не обращая внимания на досаду Цзинь Хэ, Цзи Юй повернулся к нему:
— И правда никогда не летал, считаю, что это довольно занятно.
Он вообще-то мужчина, который летал исключительно на космических кораблях, подумаешь, удивил! Смеётся он над ним? Да он сам ещё не презирал этих древних землян!
Подосадовав немного, Цзинь Хэ тут же переключился на другое:
— Кстати, тот парень, что провожал тебя, твой однокурсник, верно? Довольно симпатичный, не думал податься в актёры или певцы?
Это говорилось явно в шутку: звёзды на дороге не валяются, их не наберёшь полные горсти по первому желанию. В шоу-бизнесе у тебя либо должна быть сила, либо связи. А если нет ни того, ни другого, но хочется пробиться наверх через постель — разве тут не нужен богатый покровитель? В этой переменчивой индустрии красавцев и красавиц и впрямь было слишком много!
— Мм, мой друг, — бесстрастно произнёс Цзи Юй, даже не удосужившись поднять веки. Этот человек явно хотел посплетничать, что ли, друзей у других людей никогда не видел?
Вспомнив недавнюю горьковатую улыбку Шэнь Вэньбо и его слегка замкнутый вид, Цзи Юй почувствовал некоторое недоумение. Разве он не говорил ему, что отправляется в штаб-квартиру обсуждать выпуск музыкального альбома и вернется к экзаменам? С чего это он вдруг изображал такое разочарование?
Цзи Юй находил землян весьма странными, однако, удалившись от тех, кто был с ним знаком, он чувствовал себя даже неплохо: по крайней мере, теперь он мог оставаться самим собой.
Опустим пустые разговоры в дороге: к полудню они уже прибыли в столичный аэропорт, где их снаружи давно ждал принимающий персонал.
Сяо Чжао забрал чемодан Цзинь Хэ, уложил его в багажник и, заметив стоящего в стороне Цзи Юя с рюкзаком за плечами, поспешно распахнул дверь автомобиля, приглашая гостя внутрь.
Он уже получил указания от Ли Сюя — как следует позаботиться об этом новичке. Будучи водителем Шангуань Яня и переняв эту должность у своего отца, Старого Чжао, Сяо Чжао работал с усердием и трепетом: о чём следовало говорить, о чём нет, и как себя вести — всё это он прекрасно понимал. Брат Ли явно хотел сказать, что с этим новеньким шутки плохи и отношение к нему должно быть почтительным.
На самом деле Цзи Юй просто витал в облаках и вовсе не собирался чинить ему препятствия — в конце концов, разве возбраняется человеку в новом месте оглядеться по сторонам?
Усевшись в машину вместе с Цзинь Хэ, они направились прямиком к зданию Дихуан. По пути мелькало множество высоток, и нельзя было не признать: город Б. по праву носил звание столицы страны З., здесь современная инфраструктура великолепно сочеталась с древними культурными элементами.
Цзи Юй то разглядывал городские башни, то заглядывал в оживленные переулки, искренне наслаждаясь поездкой.
Цзинь Хэ же давным-давно прикрыл глаза, отдыхая. Он крутился в этом городе Б. не один десяток лет и ко всему привык, чего ему было глазеть? Скоро на месте придётся изрядно потрудиться, так что лучше потратить время на отдых, чем на пустое разглядывание окрестностей.
Видя интерес Цзи Юя, Сяо Чжао тут же взял на себя роль гида. Завязав с Цзи Юем беседу, он наперебой принялся рассказывать о хорошо известных исторических преданиях, заставляя Цзи Юя то и дело восхищенно вздыхать.
Пройти живым путём сквозь историю, когда каждый кирпич словно хранит свои сокрытые от посторонних глаз тайны — от такого зрелища захватывало дух. Неудивительно, что Альянс никогда не забывал свои корни и прикладывал огромные усилия к тому, чтобы привести Землю в порядок. Быть может, всё дело было в нежелании предать забвению прошлое?
Пусть оно было тяжелым или даже постыдным, но оно олицетворяло долгую историю и глубочайшее наследие. Если человек забывает, откуда он родом, то сколь бы успешным ни было его развитие, оно останется лишь отражением луны в воде да цветами в зеркале.
За этими размышлениями они прибыли к подножию здания Дихуан. Современный полностью стеклянный фасад, целиком чёрное здание полукруглой формы, устремляющееся ввысь. Машина уже миновала охрану у ворот, и Цзи Юй заметил на парадном входе два крупных золотых иероглифа, выписанных размашистым, лихим почерком — Дихуан, выглядело это чертовски внушительно.
Судя по всему, штаб-квартира Дихуан занимала немалую территорию: помимо этого главного небоскрёба, рядом стояли еще два здания с чисто серебристой отделкой, углы которых отражали солнечные лучи. Всё это кольцом окружала зелень, и конца этому зелёному поясу было не видать.
Заметив интерес Цзи Юя, Цзинь Хэ пояснил пару вещей:
— Вон то здание — наше музыкальное крыло Дихуан, оно специально предназначено для звукозаписи и репетиций танцев. Там сосредоточен весь комплекс профессионального оборудования, и многие музыканты то и дело заглядывают туда на запись. Наша аппаратура, если взглянуть на весь город Б., безусловно держит планку вот так! — с гордостью произнес он, поднимая вверх большой палец.
— Да, учитель Цзинь совершенно прав. А другое здание — кино- и телепавильон, он используется специально для фотосессий артистов. Чего только нет в тамошних студиях, любые декорации! Если не требуется масштабных натурных съёмок, снимать можно практически всё, — стоило завести разговор о лести, как у Сяо Чжао открывалось второе дыхание, его простоватое лицо вмиг оживлялось.
— Вы чего тут столпились у входа языки чешете? Который час вообще? — раздался нетерпеливый голос Хуа Чэна, который пришёл лично выловить прогульщиков. Он прождал в приёмной целую вечность и, не выдержав, спустился сам.
Подумать только, они все внизу устроили светскую беседу! За кого они его принимают — смеют оставлять его ждать!
Кхм, на самом деле он просто слишком возбудился и, пожелав лично взглянуть на новичка воочию, спонтанно решил спуститься встретить их. Впрочем, об этом его решении никто не знал… -_-
Обернувшись, вся компания увидела эдакого павлина в кричащих пестрых одеждах. Лицо у парня было вполне симпатичным — соболиные брови, выразительные глаза, уголки губ тронута дерзкая улыбка, — вот только ультрамодный наряд выглядел слишком уж экстравагантно.
Слегка поморщившись, Цзинь Хэ с тяжёлым вздохом промолвил:
— Послушай-ка, Сяо Хуа, твоё чувство прекрасного поистине неизменно на протяжении десятилетий!
Ему жутко не хотелось называть этого франта привычным словом. Каждый раз при встрече с этим пареньком он просто поражался его диковинному вкусу в сочетании с красивой внешностью!
Хуа Чэн уже собирался поправить свою косую чёлку, но, услышав это, зыркнул на Цзинь Хэ: что такое, завидует его красоте, старый хрыч?!
— Я Хуа Чэн, твой агент. Если в будущем возникнут какие-то вопросы, можешь смело обращаться ко мне. Ну-ка, давай сюда телефон, я сразу внесу свой номер! — не успел он сказать и пары слов, как Хуа Чэн с энтузиазмом отобрал у Цзи Юя аппарат, чтобы забить контакты.
С тех пор как Ли Сюй подбил его посмотреть видео с Цзи Юем, он грезил о личной встрече. Бросив косой взгляд на Цзи Юя — на его мягкие, сдержанные манеры, на смазливое, но ещё сохранившее юношескую незрелость лицо, — Хуа Чэн почувствовал, как сердце вновь забилось от волнения.
Через его руки прошло немало сильных бойцов и крепких профессионалов, но Цзи Юй был едва ли не самым безупречным творением, что попадалось ему за последние годы! Словно дар свыше, всё в нём было поразительным образом идеально! Если бы это творение не попало в его руки для огранки и не засияло ярчайшим светом под его руководством, он бы просто впал в депрессию и умер от тоски.
Цзи Юй вежливо протянул телефон обеими руками и всё же представился сам:
— Меня зовут Цзи Юй, очень рад знакомству. Пожалуй, буду звать тебя братом Хуа? — С этими словами он окинул стоящего перед ним мужчину оценивающим взглядом.
Ему казалось, что манеры этого человека до странности необычны — разве все агенты такие? С виду выглядит жутко свободолюбиво, но чувствуется, что человек он серьёзный и умелый…
— Ладно, пусть так и будет. Пойдём, все уже на месте, поднимемся наверх, пересмотрим мелодии, выберешь то, что по душе, и тогда утвердим концепцию записи, — вернув телефон Цзи Юю, Хуа Чэн повёл их к лифтам.
Сяо Чжао, разумеется, отправился парковать машину в ожидании новых поручений. Цзинь Хэ поднялся вместе с Цзи Юем. Когда лифт прибыл на нужный этаж и двери открылись, они нос к носу столкнулись с выходящими людьми.
— Брат Хуа, вы сегодня в компании? Как раз вовремя, тут Цзи-гэ собирался с вами переговорить, — с радостной улыбкой произнесла худая высокая девушка, чуть отступая назад и пропуская идущего за ней мужчину.
Цзи Чэнь — бесспорный король и лицо компании Дихуан, обладатель нескольких наград за лучшую мужскую роль, баснословное состояние, легионы поклонников, пожалуй, самая горячая звезда современности. К тому же ему было всего двадцать восемь — он был невероятно молод, что сулило ему поистине безграничное будущее.
Да и сам он выглядел потрясающе: раскосые фениксовы глаза, острый взгляд, плотно сжатые тонкие губы, рост метр восемьдесят пять и сложение по золотому сечению. Неудивительно, что фанатки сходили по нему с ума — перед лицом столь безупречного мужчины стоило лишь чуть прикрыть глаза, как от него начинало исходить бесконечное сияние.
Цзи Чэнь тоже заметил компанию у лифта. Выходить он не стал, оставшись внутри вместе с ними, чтобы подняться дальше.
Бросив на Цзи Юя пару взглядов и слегка задумавшись, он с улыбкой обратился к Хуа Чэну:
— Брат Хуа, это, должно быть, и есть Цзи Юй? И впрямь утончённое создание. Говорят, сам Большой Босс лично подписал с ним контракт?
Почему этот тон звучал так странно? На зависть не похоже — выражение лица слишком ровное, на ревность тоже не тянет. В конце концов, у Цзи Юя ещё не было ни единого хита, он был всего лишь малоизвестным новичком, и кроме того факта, что за ним, судя по личному контракту с боссом, стояла какая-то поддержка, ничего особенного в нём не наблюдалось.
Хуа Чэн с улыбкой посмотрел на Цзи Чэня в ответ:
— Чэнь-эр, ты ведь по-прежнему остаёшься моим любимчиком, неужели приревновал? Твоему младшему соученику ещё потребуется время, чтобы догнать тебя.
Тон был твёрдым, с неуловимым многозначительным подтекстом, однако Цзи Чэня это ничуть не утешило.
Бросив на Цзи Юя сложный взгляд, Цзи Чэнь с лёгким и непринуждённым видом принялся обсуждать с Хуа Чэном рабочие вопросы.
Цзи Юй, чувствующий себя полнейшим чужаком во всей этой истории, лишь недоумевал: чего ради они все так обсуждают человека, с которым только что заключили контракт? Или это он отстал от жизни?
К счастью, они быстро доехали до тринадцатого этажа. Коридор выглядел довольно пустынным: череда закрытых кабинетов, в проходах почти никто не ходил. Попрощавшись со всеми, Цзи Чэнь поспешил по своим делам — во второй половине дня у него были запланированы съёмки, на которые нельзя было опаздывать.
Пройдя с Хуа Чэном в один из кабинетов, они прямо с порога застали внутри нескольких, кхм, потрёпанных на вид мужчин и женщин.
Назвать их потрёпанными было ещё комплиментом: их одежда была мятой до такой степени, что соперничала с квашеной капустой, под глазами залегли огромные чёрные круги — с первого взгляда было очевидно, что эти люди не спали и пахали уже несколько дней подряд.
Хуа Чэн, заведя Цзи Юя внутрь, тут же принялся представлять ему тех людей в индустрии, стоит которым топнуть ногой, как за ними тут же устремится толпа восторженных певцов.
http://bllate.org/book/24658/2902360
Готово:
