Готовый перевод The Grand Chancellor Teases His Young Husband Again / Главный советник снова дразнит юного супруга: Глава 3

Великие горы, подпирающие деревню Шанхэ, находились совсем недалеко; именно там, среди горных вершин, брал начало один из притоков реки Цинхэ.

Попрощавшись с тетушкой Сюй, Сун Цюньцин двинулся вдоль русла и меньше чем через четверть часа оказался у подножия. Места, прилегающие к реке и склонам, были давно исхожены жителями деревни вдоль и поперек, поэтому отыскать удалось лишь несколько жалких пучков дикорастущих овощей. Стояла лютая зима, животные попрятались в норы, впадая в спячку, и в лесу царило пугающее затишье.

Сун Цюньцин не стал привередничать: собрав найденную зелень в заплечную корзину, он окинул взглядом окрестности и решил углубиться в чащу. Годы выживания в эпоху постапокалипсиса превратили его навыки в совершенство, а интуиция и бдительность, отточенные в дикой природе, придавали ему смелости идти туда, куда редко ступала нога человека.

Чем дальше он заходил, тем непроходимее становился путь. Лес превращался в сплошную чащобу из кустарника, а причудливые ветви перегораживали дорогу, сплетаясь в непролазные сети. Спустя пару часов Сун Цюньцин, тяжело дыша, прислонился к дереву, чтобы перевести дух. Тело, доставшееся ему от прежнего владельца, было донельзя слабым. Нужно было срочно восстанавливаться и начинать тренировки. А вот перешла ли вместе с его душой способность к пространственному карману, оставалось загадкой: вчера перед сном он пытался активировать дар, но безуспешно — никакой связи с иным измерением не чувствовалось.

Лес с наступлением сумерек становился куда опаснее, чем днем. Чтобы успеть спуститься до темноты, Сун Цюньцин решил прекратить поиски и, собрав лианы и прутья, смастерил несколько примитивных ловушек. Рассчитывать на них в такую стужу, когда живности почти не осталось, было сродни лотерее, и полагаться на такой способ пропитания значило тешить себя иллюзиями. Но в нынешних условиях это был лучший вариант.

Установив клетки, Сун Цюньцин взял заостренную палку и направился к ручью. Зимняя вода леденила до костей, но он, стиснув зубы, терпел пронизывающий холод и методично бил по воде. Несмотря на мороз, удача улыбнулась ему: всего за четверть часа он добыл несколько рыбин. Выбросив улов на берег, Сун Цюньцин быстро оделся и принялся мерить шагами берег, чтобы хоть немного согреться.

Как только тело перестало дрожать, он собрал прибрежную зелень, уложил рыбу и овощи в корзину, перевязав их лианами, и взглянул на небо. Солнце стояло в зените — должно быть, наступил полдень.

Сун Цюньцин только начал собирать хворост для костра, как вдруг из ближайших кустов донесся шорох. Он насторожился, выжидая несколько секунд, а затем бесшумно, словно хищник, подкрался к зарослям. Там, склонив голову, копошился фазан с красным хохолком и зелеными перьями.

Сердце кольнуло предвкушение. Он достал рогатку, которую смастерил по пути — на нее ушло куда больше времени, чем на ловушки. В его ослабленном состоянии защита была важнее всего, и вот, удача сама шла в руки. Вложив камень в кожу, Сун Цюньцин прицелился в голову птицы, но из-за неважной точности снаряд угодил лишь в шею. Фазан, испугавшись, попытался вспорхнуть, но был намертво прижат к земле худощавой рукой. Второй рукой Сун Цюньцин быстро обмотал лиану вокруг шеи птицы и рванул ее на себя. Фазан отчаянно бился, и Сун Цюньцину стоило немалых усилий, чтобы удержать добычу.

Лишь когда птица затихла, он ослабил хватку. На его ладони от лианы остался ярко-красный след. Переводя дыхание, он поднял взгляд и замер, остолбенев от увиденного.

Присмотревшись, он наконец узнал траву, которая казалась ему смутно знакомой. Это был шаньфу — один из важнейших компонентов усилителя способностей в его мире. В эпоху апокалипсиса этот состав был бесценным ресурсом: помимо личных медитаций, именно усилители позволяли одаренным прорываться на новые уровни силы. Для обычных людей эффект был куда скромнее — лишь укрепление здоровья и иммунитета. Но для Сун Цюньцина, оказавшегося в другом мире в теле смертельно больного человека, это было настоящее чудо.

Быстро взяв себя в руки, он принялся аккуратно срезать стебли шаньфу и укладывать в корзину. Места оставалось совсем немного, и вскоре, когда верхушки растений начали вываливаться наружу, ему пришлось с сожалением остановиться. Шанфу обладал невероятной живучестью, так что за него можно было не опасаться, а его неприметный вид, похожий на обычный сорняк, надежно защищал от чужих глаз. Правда, заросли оказались совсем небольшими, да и в схватке с фазаном часть из них была уничтожена — осталось лишь две трети от того, что было. Любой крупный зверь, прошедший здесь, мог окончательно втоптать остатки в грязь.

Небо начало темнеть, а корзина была переполнена. Сун Цюньцин нахмурился, глядя на оставшиеся растения, но все же взвалил ношу на плечи. По пути сюда он оставлял метки, так что завтра можно будет вернуться и собрать остальное.

***

Деревня Шанхэ, усадьба семьи Сун.

Сун Жоцин стояла у ворот, не отрывая взгляда от дороги. Из кухни по соседству, где жила тетушка Сюй, доносился мерный стук ножа. Сун Жоюй сжал кулаки, сердце его колотилось в такт этим звукам.

— Вторая сестра, неужели слова тетушки утром были правдой? — он повернулся к сестре, и его глаза мгновенно наполнились слезами.

Утром, едва старший брат ушел с корзиной, заходила Чжоу Сюэжу и бросила, что брат покинул деревню и наверняка бросил их, двух нахлебников, на произвол судьбы.

Сун Жоцин тяжело вздохнула и прикрыла глаза.

— Тетушка всегда была не в ладах с нашей семьей, не верь ее словам.

Хотя она говорила это вслух, на душе было неспокойно. Но показывать страх перед глуповатым младшим братом нельзя — иначе он снова начнет рыдать.

— Но… — голос Сун Жоюя дрогнул, и слезы покатились по щекам. — А если это правда? Что нам делать?

— Что делать? Будем жить как жили! Разве мы погибнем без него? Когда отец и мать ушли, он все равно не приносил никакой еды. Если бы мы не ходили с тетушкой Сюй собирать овощи, мы бы давно умерли с голоду!

Сун Жоцин перевела взгляд на брата и вытерла слезы с его лица.

— Без него мы точно так же сможем выжить.

Сун Жоюй шмыгнул носом и кивнул, но тут краем глаза заметил фигуру, приближающуюся издалека. Он поспешно схватил руку сестры и радостно воскликнул:

— Это старший брат вернулся!

Сун Жоцин замерла, медленно обернулась и, узнав знакомый силуэт, наконец облегченно выдохнула.

http://bllate.org/book/24735/2918148