Готовый перевод The Gentle Male Lead is Hard to Be / Нежный второстепенный персонаж: система быстрого прохождения: Глава 11

Мать Шангуань сложным взглядом посмотрела на 001. В этого ребёнка она вложила все свои чувства, и даже младший сын Сяо Юй, родившийся позже, в глубине её души не мог сравниться с ним. Он был её первенцем — умным, добрым, но в то же время обладающим твёрдостью и решимостью. В её сердце этот ребёнок всегда оставался лучшим наследником как семьи Шангуань, так и семьи Вэнь. И даже когда позже из-за некоторых обстоятельств семье Шангуань пришлось отказаться от него, она ни разу не поколебалась в своём решении передать управление корпорацией Вэнь именно ему, и даже оставила ему множество путей к отступлению в семье Шангуань, чтобы в будущем старшего сына не притеснял младший.

Тот ребёнок, который прежде так мягко и нежно звал её мамой, тот ребёнок, что лежал на больничной койке без единого движения, теперь вырос. Быть может, в его собственных мыслях младший брат — это тот, кого нужно защищать, но в её собственном сердце в защите больше всего нуждался именно этот старший сын. Если Сяо Юй в будущем будет относиться к этому старшему брату так же, как сейчас, то ещё куда ни шло, но что, если в дальнейшем старший сын, будучи первенцем, но оставаясь без прав на наследство, станет объектом подозрений? Как тогда он защитит себя?

— Сяо Ци, мама думает, ты уже усвоил всё, чему я тебя учила раньше. Сразу после выпускных экзаменов приходи в корпорацию Вэнь помогать маме, — мать Шангуань приняла окончательное решение: как бы в дальнейшем ни складывались отношения между двумя братьями, она хотела, чтобы у этого сына были собственные рычаги влияния и независимость.

— Мама! — 001 слегка удивился. В изначальном сюжете тоже говорилось, что мать Шангуань стояла во главе корпорации Вэнь, однако вплоть до смерти супругов Шангуань и последовавшего за ней самоубийства Шангуань Юя корпорация Вэнь так и не появилась на горизонте. Что же здесь происходит?

— В будущем твой младший брат унаследует семью Шангуань. Как ты, старший брат, можешь остаться совсем ни с чем? — мать Шангуань притянула к себе руку 001 и легко похлопала по ней. — Сейчас говорить об этом ещё слишком рано, но мама боится, что впоследствии младший брат станет подозревать тебя. Если у тебя не будет ничего за душой, мама переживает…

— Этого не будет, Сяо Юй, — 001 немного подумал и понял слова матери Шангуань, но в глубине души он был уверен, что семья Шангуань по праву должна принадлежать Сяо Юю. К тому же он сам проживёт самое большее до двадцати пяти лет, после чего ему придётся покинуть этот мир.

— Хорошо, хорошо, хорошо, Сяо Юй так не поступит. Но посуди сам: семью Шангуань, которой заправляет твой отец, унаследует Сяо Юй, а как же тогда быть с семьёй Вэнь моей мамы? Сяо Ци ведь такой послушный, ты ведь поможешь маме, верно?

001 посмотрел на следы усталости в уголках глаз матери Шангуань и кивнул.

— Что же до этой Гуань Жоу, я непременно выясню, кто стоит за её спиной! Быть может, в том, что Ли Манман тогда удалось так легко ускользнуть, тоже не обошлось без помощи этого человека. Хм.

— Кстати, Сяо Ци, через некоторое время у Е Фаня день рождения. К тому моменту семья Е наверняка закатит пышное торжество, чтобы воспользоваться случаем и официально утвердить за ним статус молодого господина семьи Е.

— Я так и предполагал. Если Фань мне ничего не скажет, я сделаю вид, что ничего не знаю, а когда семья Е пришлёт приглашения, вы с папой просто сходите туда вдвоём.

— А я как раз думаю, что он пригласит тебя. Во-первых, вы многолетние друзья; во-вторых, сейчас Сяо Юй ещё не возмужал, и в прямом ветвлении семьи Шангуань остались только вы вдвоем с Сяо Юем, так что в семье Е определенно надеются, что ты придёшь и осадишь всяких зарвавшихся наглецов, чтобы они знали своё место. Сяо Ци, тогда мы с твоим папой как раз объявим о наследнике корпорации Вэнь, так что ты… подготовься заранее.

— Угу.

……

— Братик, пока, дождёшься моего возвращения.

Глядя, как мальчишка крепко обнял его и повернулся, направляясь к выходу на посадку, 001 с грустью потёр нос.

— Ци, поехали. — Е Фань, глядя на уходящего Шангуань Юя, не испытывал никакой грусти — напротив, он радовался, что этот липкий прилипала наконец-то умотал.

— Братик Фаньфань, я…

— Что такое? — воспользовавшись красным светом светофора, Е Фань повернул голову и бросил взгляд на сидящего рядом юношу. Тот сидел, опустив голову и прижимая к себе чёрного кота.

— Мама хочет, чтобы я унаследовал корпорацию Вэнь.

Увидев зелёный свет, Е Фань снова перевёл взгляд на дорогу и тронулся с места:

— М-м, тётя Шангуань, наверное, хочет как лучше для тебя.

— Но я…

— Никаких «но». Изначально я еще ломал голову над тем, как же поступить моему Ци, когда этот мелкий паршивец унаследует семью Шангуань? Теперь же оказывается, что я зря забивал себе голову — смотри-ка, тётя Шангуань всё уже подготовила за тебя.

— Ты тоже так думаешь? Но Сяо Юй не станет так поступать. Я верю ему. — У 001 была причина, которую он не мог назвать, но в подсознании он был уверен, что и семья Шангуань, и корпорация Вэнь — всё это в итоге достанется Сяо Юю.

— Ладно, не ломай голову, я верю этому мелкому мерзавцу. Но подумай сам: если бы он унаследовал ещё и корпорацию Вэнь, как ты думаешь, согласились бы с этим люди из корпорации Вэнь? В таком случае все решили бы, что корпорацию Вэнь поглотила семья Шангуань, и тогда её можно было бы назвать разве что Шангуань-Вэнь. Сам рассуди?

Е Фаню было совершенно всё равно, что там за мелкий паршивец, он думал лишь о том, что его Ци заслуживает самого лучшего, и всё на свете он был готов преподнести ему на ладони.

Так вот каков характер главного героя? Человек, которого он носит в самом сердце, получит от него всё самое лучшее на блюдечке — точно так же, как в оригинальном сюжете, когда он уничтожил семью Шангуань, а затем отдал всё это в руки главной героини?

001 с полупонимающим видом кивнул и ничего не ответил. Е Фань воспользовался моментом, чтобы снова бросить на него взгляд, и это зрелище его позабавило. То ли из-за того, что прошлой ночью тот толком не выспался, но 001 так и заснул сидевший с опущенной головой, и тот кивок, который он только что заметил боковым зрение, скорее всего, был лишь следствием непреодолимой сонливости.

Е Фань с улыбкой покачал головой, закрыл окно рядом с 001, оставив лишь крошечную щелочку, а затем довёз его до их общего дома, заглушил мотор и на руках отнёс 001 в спальню.

— Эй? Е, ты что, не собираешься побыть с Сяо Ци? — Гэ Цзюли скорчил развратную физиономию и поиграл бровями.

— Он спит.

— Ого! И заснул же в такой момент? — Гэ Цзюли даже вытянул шею, заглядывая в окно. — Тц, ну ты и зверь, надо же, у человека такое хрупкое здоровье, а ты всё равно смог его оприходовать, тц-тц…

— Цзюли, перестань балаганить. — Разве этот тупица Гэ Цзюли не умеет читать атмосферу? Он что, сегодня снова встал не с той ноги и забыл надеть глаза? Если этот дурень ищет смерти, пусть не тащит за собой остальных. — Е, ты по какому-то делу?

— Гуань Жоу вернулась в семью Шангуань.

— Это мы и так знаем. — Ань Ичэнь погрузился в раздумья. — Едва ли речь шла о чём-то подобном. Правда, я никак не ожидал, что эта девчонка окажется внебрачной дочерью семьи Шангуань.

— Что такое? Наш молодой господин Е собирается разгневаться ради красавицы... то есть, ради красавца, и в одиночку снести эту внебрачную дочь? — Гэ Цзюли мысленно прикинул образ Гуань Жоу. — Стоп, погодите-ка, я же видел эту младшекурсницу на той вечеринке, с чего бы ей туда идти?

— Хм, говорят, какой-то дядя переживал, что она останется дома одна, и взял её с собой. Говорят, это была какая-то закрытая вечеринка, но я подозреваю…

— Полагаешь, всё было не так просто? — подхватил Ань Ичэнь. — Тогда её возвращение в семью Шангуань как-то связано с этим дядей?

— Ладно, хорош гадать. Глава семьи Шангуань ещё жив, неужели матушка Шангуань спустит ей это с рук? Я вовсе не об этом хотел поговорить. — Е Фань нахмурился. — Ци уже официально назначен наследником корпорации Вэнь. Возможно, на моём дне рождения они обнародуют эту новость. У меня такое чувство, что боковые ветви корпорации Вэнь не согласятся с этим так просто. Хм, столько лет компанией заправляла женщина, и вот, когда старший сын оказался болезненным и слабым, никто и подумать не мог, что этого доходягу назначат наследником. Как вы думаете, эти люди спустят Ци с рук?

— Тц, надо же. Расслабься, я защищу красавчика Сяо Ци, — Гэ Цзюли хлопнул себя по груди. — Но с чего вдруг такая внезапность? Всегда думали, что всё достанется тому племяннику, в конце концов, человек прошёл путь от простого клерка до генерального директора, все рассчитывали именно на… Хм, полагаю, эти боковые ветви сейчас занервничают.

— Этот племянник — всего лишь преданная собака, — с презрительной усмешкой бросил Е Фань.

— Тоже верно. Такой выдающийся старший сын, если бы не проблемы со здоровьем… — Ань Ичэнь на секунду запнулся. — Погодите, Е, ты хочешь сказать, что этот Вэнь Цзинчэн был выращен ею специально для собственного сына?

— Пф, и что с того? Станет ли собака, дорвавшаяся до власти, покорно слушаться хозяина? — Гэ Цзюли в это не верил. В его собственном семействе родные братья и сестры грызлись насмерть за тёплое местечко, что уж говорить о Вэнь Цзинчэне, который уже успел обзавестись собственной опорой и силой.

— Я навёл справки об этом Вэнь Цзинчэне. В своё время он вместе с младшей сестрой был изгнан из клана боковой ветви по коварному замыслу их мачехи. Надо сказать, этот Вэнь Цзинчэн — человек выдающийся: будучи совсем юным, он увлёк сестру, скрылся от преследователей мачехи и добрался прямо до главы корпорации Вэнь, вымолив у того защиту. Сам-то он кровный сородич из клана Вэнь, а учитывая, как жестоко боковая ветвь обошлась с ним и его сестрой, если бы не глава семьи, они бы давным-давно сгинули где-нибудь в канаве. Так что он точно не предаст. Остерегаться стоит тех самых настоящих боковых ветвей.

— Вот это действительно любопытная история. Всегда говорили, что этот Вэнь Цзинчэн — сирота из бокового ответвления, которого глава семьи приютил и воспитал из жалости к нему и его сестре, а оказывается, вон оно как. Кстати, а что насчёт его отца? Как он позволил жене так обойтись со своими сыном и дочерью?

— Тут история долгая. Мачеха эта — штука непростая, она явилась в дом под видом истинной любви. Говорят, когда эта мачеха переступила порог дома, она притащила с собой ребёнка, причём родного сына отца Вэнь Цзинчэна, который к тому же был старше Вэнь Цзинчэна. И судьба у Вэнь Цзинчэна незавидная: если бы родня его матери впоследствии не угодила в страшную аварию и стремительно не обеднела, ему бы пришлось совсем туго. — Е Фань взглянул на часы. — Ладно, хватит болтать, скоро нужно будет звать Ци вставать и ужинать. Позвать вас попозже?

— Эй? Мы же ещё не дослушали историю!

Ань Ичэнь быстренько оттащил Гэ Цзюли в сторону:

— Ладно-ладно, вали отсюда.

И только проводив Е Фанля взглядом, он отпустил Гэ Цзюли:

— Эй, я говорю, если тебе жить надоело, не тащи меня за собой.

— Ой, да как я могу позволить такому красавчику, как ты, в одиночестве мыкаться по белу свету? — с этими словами Гэ Цзюли протянул руку и подцепил Ань Ичэня за подбородок.— Сказать по правде, этот Вэньцзинчэн — настоящее сборище неудачников, верно я говорю? — Ань Ичэнь, подыгрывая движению Гэ Цзюли, искоса посмотрел на него.

— Вот поэтому я больше всего на свете ненавидеть таких, как вы. — Гэ Цзюли опустил руку и усмехнулся: — И правда неудачник. Ха, всего лишь пёс, у которого не хватило духу проявить безжалостность! Гэ Тяньчэн, хм, настанет день, когда я заставлю тебя выползать из родового храма семьи Гэ!

Ань Ичэнь посмотрел на озлобленного Гэ Цзюли и похлопал его по спине: — Тц, а ведь мои руки стоят целое состояние, а я сейчас утешаю тебя ими, какое расточительство!

Гэ Цзюли злосчастно усмехнулся и оттолкнул его: — Знаю я, знаю, великий художник! Тц, раз уж твои руки такие ценные, я должен их как следует беречь. — С этими словами он обеими руками взял ладони Ань Ичэня: — Ань Ичэнь, доброту, которую ты и Е Фань проявили ко мне тогда, я, Гэ Цзюли, никогда не забуду. Настанет день, и я заставлю его умереть.

Гэ Цзюли смотрел на пару рук в своих ладонях — именно эти руки вытащили его тогда из кромешной тьмы.

— Вот я и говорю, что он неудачник, но ты — другое дело. Ему суждено быть лишь псом, а вот ты должен стоять на самой вершине. — Ань Ичэнь с серьезным выражением лица наблюдал, как мальчик перед ним разглядывает его руки.

Вернувшись в школу, Гуань Жоу сразу заметила, что окружающие тычут в нее пальцами и шепчутся. Что это еще такое?

Гуань Жоу сильнее сжала лямки рюкзака и, опустив голову, прошагала мимо всех прямо в класс, ни на кого не обращая внимания.

— Сяо Жоу! — сосодница по парте Вэнь Цзин, едва завидев Гуань Жоу, тут же схватила ее за руку и потащила на крышу.

— Вэнь Цзин, в чем дело?

— Ты и впрямь из семьи Шангуань... — Вэнь Цзин бросила на Гуань Жоу многозначительный взгляд.

— Откуда ты знаешь? — Что происходит? Она только-только попала в семью Шангуань, как об этом уже все заговорили. Вспомнив утренние события, она поняла, что слухи, судя по всему, ходили далеко не самые лестные: — Что здесь вообще творится?

— Сяо Жоу, только пообещай, что не будешь сильно бурно реагировать, когда я тебе кое-что скажу. — Вэнь Цзин на мгновение задумалась и произнесла: — Не знаю, кто пустил слух, будто ты внебрачная дочь семьи Шангуань. Якобы глава семьи тебя не любит, поэтому от семьи Шангуань тебя отрекли и даже лишили фамилии Шангуань. А потом... потом еще стали говорить, будто ты влюбилась в старшекурсника Шангуаня и осталась в семье Шангуань лишь затем, чтобы подобраться к нему поближе. Все только и говорят, что ты...

— Что я? — Гуань Жоу посмотрела на опустившую голову девушку. — Говори, Вэнь Цзин, я в порядке.Они говорят, что ты ребёнок шлюхи, и тебе совершенно плечо наплевать на всякие моральные устои. И что на самом деле ты вовсе не любишь старшего Шангуаня, а скорее всего, просто позавидовала ему и соблазнила, чтобы погубить, — Вэнь Цзин сглотнула слюну, выпалив всё на одном дыхании, а затем заметила, как Гуань Жоу покачнулась, и поспешно поддержала её. — Сяо Жоу, ты в порядке? Я им не верю, это кто-то наверняка тебя очерняет!

Гуань Жоу со сложным чувством посмотрела на стоящую перед ней девушку. В своё время та попала в окружение уличных хулиганов у входа в бар, а она как раз возвращалась из заведения своего дяди и случайно помогла ей выпутаться из беды. С тех пор эта девушка неотступно следовала за ней, твердя о желании отблагодарить за спасение.

Кто первый заговорил об этом? — спросила она.

Вроде бы слухи пошли с третьего курса, а кто конкретно — я не знаю, — Вэнь Цзин помогла Гуань Жоу присесть. — Сяо Жоу, ты в порядке? Может, мне вернуться и попросить брата помочь выяснить, кто за этим стоит? Я ей этого так не оставю! Не переживай, Сяо Жоу, ты моя спасительница, наш род Вэнь не оставит благодеяние без ответа, и я верю, что ты не такая девушка.Гуань Жоу смотрела на Вэнь Цзин. Поначалу она не обращала на эту девушку особого внимания. Лишь однажды, когда они стояли на крыше и болтали, Вэнь Цзин, упомянув Шангуань Ци, назвала его двоюродным братом. Это заставило дядю провести расследование. Кто бы мог подумать, что она окажется из боковой ветви того самого клана Вэнь!

— Вэнь Цзин, то, что они говорят — правда. Я — внебрачная дочь семьи Шангуань, и я люблю старшекурсника Шангуаня.

Сказав это, Гуань Жоу не сводила глаз с Вэнь Цзин, не упуская ни единой эмоции на ее лице.

— С-сяо-Жоу! — Вэнь Цзин резко вскочила. — Ты сошла с ума! Он же твой брат!

— Я... раньше я не знала, что он мне брат, разве ты забыла? Если бы я знала, стала бы я нарочно сближаться с ним? Я не хочу его губить, поэтому и захотела вернуться в семью Шангуань.Взглянув на серьезное лицо Гуань Жоу, Вэнь Цзин присел на корточки и потрепал ее по голове:

— Малышка Жоу, я верь тебе, но ты должна помнить: двоюродный брат — твой родственник, а не тот, о ком тебе дозволено грезить. Если... если ты и правда думаешь так, я поверю тебе. Но если в будущем ты совершишь хоть что-то, что причинит вред двоюродному брату, я не стану тебя упрекать, но точно так же я не стану тебе помогать.

— Вэнь Цзин, если бы ты сам хоть раз по-настоящему кого-то полюбил, то понял бы: когда любишь человека по-настоящему, ни при каких обстоятельствах не станешь причинять ему боль и даже готов устранить любые преграды на его пути ради него же.

Вэнь Цзин посмотрел на нежное лицо Гуань Жоу, покачал головой и ничего не ответил.Оба так и просидели на крыше весь предобрый утренний час. Осенний ветер гонял по небу несколько опавших листьев, кружа их в причудливом танце. Больше они ничего не говорили и лишь молча смотрели в небо — пронзительно-голубое.

Наконец, услышав рядом мерное, успокаивающее дыхание, Вэнь Цзин тихонько повернул голову и посмотрел на Гуань Жоу. Солнечные лучи мягко падали ей на лицо. Во сне Гуань Жоу не казалась такой пронзительно-живой, как наяву, и в ней не было ни капли той дерзости и безудержного бунтарства, с какими она впервые предстала перед ним в баре. В душе Вэнь Цзин испытывал тайное ликование — он радовался тому, что знает совсем другую Гуань Жоу, не похожую на ту, какой её видят остальные. Такая Гуань Жоу, подобно пламени, обжигала чужие взоры, а вовсе не была похожа на саму себя в обычные дни. Одна — алая лотосовая вспышка, похожая на огонь, другая — чистая белая лилия, словно гладь воды.

Глядя на мирно спящую Гуань Жоу, Вэнь Цзин улыбнулся. Разве мог он не догадаться о том пресловутом плане молодого господина Шангуаня, что был описан в девятнадцатой главе?

Осень постепенно вступала в свои права, холодало, и приближался день рождения Е Фаня. Еще неделю назад система 001 получила приглашения, присланные из семьи Е в особняк Семьи Шангуань — ровно два. Одно было адресовано чете Шангуань, а второе, от юного господина Семьи Е — наследнику рода Вэнь.

Система 001 взглянула на оба приглашения и усмехнулась: а у него ведь есть сообразительность.

Стоя на лестнице, Гуань Жоу проводила взглядом приглашение, которое Дядя Ван передал системе 001, загадочно прищурилась, а затем с легкой улыбкой спустилась вниз.

— Братец.

— Гуань Жоу? — система 001 на секунду растерялась, но, заметив приглашение у себя в руках, тут же всё поняла. Неужели героиня хочет, чтобы он взял её с собой на приём? — Что такое?

— Братец в эти выходные не приедет?

— Мм, возможно, папа с мамой тоже не вернутся к ужину. Ты… постарайся поесть вовремя.

Заметив на лице героини выражение горького разочарования, система 001 вдруг подумала о том, что при их первой встрече она ведь была всего лишь обычной маленькой девочкой из человеческого мира этой плоскости. (Вот почему говорят, что ты еще слишком молод, 001!)

— Мм, братец, только помни, что тебе нельзя пить вино, ладно? — Гуань Жоу подавила подступившую к сердцу горечь и с улыбкой произнесла. — Раньше Дядя Ван говорил, что у братца слабое здоровье, но при этом он безумно любит сладкое. Совсем ты о себе не заботишься.

— Верно! Молодой господин ведет себя слишком своенравно, — неожиданно подал голос Дядя Ван, всё это время стоявший в стороне и служивший лишь незаметным фоном.

— … — система 001 отложила приглашение в сторону и подняла на руки 235, который все еще крутился у его брючин. — Я вообще-то слежу за собой. К тому же завтра… Впрочем, неважно, сам справлюсь. К тому же, если припрет, просто притащу с собой Е Фаня, тогда все взгляды будут прикованы вовсе не ко мне!

Гуань Жоу даже не знала, то ли счесть братца излишне сообразительным, то ли безнадежно простодушным. Поразмыслив немного, она все равно осталась не до конца спокойной — почему-то ей казалось, что завтра должно произойти нечто из ряда вон выходящее.

С улыбкой отказавшись от торта, который предлагал Шангуань Ци, Гуань Жоу взяла стакан с водой и поднялась в свою комнату.

— Дядя, это я.

Через приоткрытую дверь 235 наблюдал, как Гуань Жоу стояла у окна и говорила по телефону.

……

— 001, с Гуань Жоу творится что-то неладное.

— Что случилось?

— Только что я слышал, как она кому-то звонила и назвала собеседника дядей. Мне кажется, в этот раз Гуань Жоу верну неспроста! Возможно, всё будет совсем не так, как в оригинальном сюжете.

— Угу, я знаю. Когда мама мне об этом рассказала, я уже пытался поручить людям навести справки, но ничего выяснить так и не удалось. Позже я заговорил об этом с Е Фанем, и только воспользовавшись его связями, удалось узнать: человек, который все это время помогал Гуань Жоу водить семью Шангуань за нос — это главарь банды Цинтан по фамилии Ли. Причем официально они заявляют, будто она — дочь его доброго друга, но какова природа их истинной связи, он никому и никогда не рассказывал.

— Раз так, то никакая она не дочь друга! Получается, мать Гуань Жоу, Ли Манман, скорее всего, родная сестра этого главаря Ли?

— Похоже на то. Сначала посмотрим, что именно она затевает.

— Угу.

— Дядя Ван, я тогда поехал. Передайте родителям, когда они вернутся, — система 001 с легкой досадой посмотрел на Е Фаня и Гэ Цзюли, которые ждали его у машины. Он-то планировал провести этот вечер дома с родителями…

— Хорошо, молодой господин, будьте осторожны в дороге. — Дядя Ван проводил систему 001 до самого выезда, кивнул ожидавшему Е Фаню и напутствовал его: — Молодой господин Е, вручаю вам нашего молодого господина на попечение. Смотрите только, чтобы он не усердствовал со сладким.

Е Фань молча кивнул. От неожиданности пальцы системы 001, гладившие 235, дрогнули, и в кулаке остался клочок шерсти.

— Больно! 001, поаккуратнее.

— Ой, прости.

И почему я совершенно не чувствую твоего раскаяния? 235 почесал загривок, спрыгнул на землю, подошел к задней двери машины Е Фаня и легонько стукнул по ней лапкой.

Е Фань бросил на 235 взгляд, открыл заднюю дверь, дождался, пока тот запрыгнет внутрь, и захлопнул её. Затем он распахнул переднюю пассажирскую дверь и вопросительно приподнял бровь, глядя на систему 001.

Гэ Цзюли проводил взглядом стремительно срывающуюся с места машину.

— Ань, Е что, просто взял и бросил нас?

Ань Ичэнь окинул его холодным взглядом, молча обошел машину и сел за руль. Заметив, что Гэ Цзюли все еще тупо смотрит по сторонам, он опустил стекло:

— Хочешь провести этот вечер в семье Шангуань? Если мне не изменяет память, тетушка Шангуань со своими домашними сегодня тоже едет в семью Е. Или ты горишь желанием лично поприветствовать ту младшекурсницу?

Гэ Цзюли хмыкнул, дернул ручку дверцы и устроился на сиденье.

— Ань, какой же ты всё-таки вредный.

http://bllate.org/book/24736/2918584