Наследный принц стоял так близко, что Сяо Чжэн отчетливо уловил исходящий от него холодный, свежий аромат. Он отклонился в сторону, избегая близости, и перевел взгляд на дверь.
— Сколько у тебя теневых стражей? — вдруг спросил он.
Тема сменилась слишком резко, и принц на мгновение замолчал. Сяо Чжэн, проявив завидную проницательность, тут же задал другой вопрос:
— На крыше кто-нибудь есть? Обладают ли они достаточным мастерством, чтобы слышать наш разговор?
Принц молча наблюдал за тем, как Сяо Чжэн, склонив голову, то и дело поглядывал на крышу — его глаза светились любопытством и легкой тревогой.
— Если я что-то скажу, они услышат?
Принц улыбнулся:
— На крыше никого нет.
Сяо Чжэн издал короткое «о» и снова посмотрел на дверную щель:
— А за дверью кто-то есть? Они могут меня слышать?
Принц долго смотрел на него, желая понять, что тот задумал, а затем, небрежно пожав плечами, направился к выходу. Сяо Чжэн наблюдал, как принц распахнул дверь. В этот момент он выудил из-за пояса бумажный сверток и, поддев ногтем, высыпал содержимое в темно-красный отвар. Прикусив губу, он помешал жидкость мизинцем, а затем небрежно вытер палец о платье.
Принц спокойным тоном отослал слуг, стоявших за дверью. Сяо Чжэн услышал, как торопливые шаги удаляются. Дверь снова закрылась. Когда принц обернулся, девушка по имени Сяо Чжэн уже держала в руках миску с отваром из кизила и, подняв на него взгляд, спросила:
— Никого не осталось?
Принц кивнул и, подойдя вплотную, с улыбкой поинтересовался:
— Ты хотела мне что-то сказать?
В глубине его черных, как тушь, глаз, отражавших свет лампы, промелькнула обида. Слегка нахмурившись, он пожаловался:
— Я хотела сказать, что этот ваш отвар из кизила — просто гадость! Терпеть не могу кислое, а ты заставляешь меня пить целую миску. У меня от него даже живот сводит. И сейчас опять приказал принести — я больше не могу это пить. Не веришь — попробуй сам, он же зубы сводит!
Сказав это, он поднял руки и поднес миску к лицу принца, с нескрываемым нетерпением подталкивая ее к его губам.
— Открывай рот. А-а!
Принц опешил. Наблюдая за тем, как Сяо Чжэн кормит его с рук, словно ребенка, он на мгновение замер, а затем тихо рассмеялся. Он приоткрыл губы, намереваясь попробовать — если отвар и правда окажется настолько отвратительным, завтра же он прикажет казнить повара.
Сяо Чжэн, увидев, что принц готов попробовать, обрадовался. Он придвинулся ближе, с надеждой следя за тем, убавляется ли жидкость в миске.
— Только не вздумай пригубить чуть-чуть, чтобы обмануть меня! Я же вижу, что ее все еще полно!
Принц, не в силах сдержать улыбку, накрыл своей рукой его ладонь и, поддерживая миску снизу, осушил ее до дна. Затем, с мягким упреком, произнес:
— Теперь доволен?
И увидел, как хмурое выражение лица девушки мгновенно сменилось сияющей улыбкой. Сяо Чжэн почти рассмеялся и с легким видом бросил:
— Какой послушный.
— Послушный? — принц был сбит с толку, это прозвучало как-то странно. — Что значит послушный?
Все дурное настроение, копившееся у Сяо Чжэна весь день, улетучилось. Он с невозмутимым спокойствием принялся объяснять:
— Послушный значит — слушаешься.
Ресницы принца дрогнули. Что она сказала? Действительно послушный? И правда слушается?
— Сяо Чжэн, ты… ты правда не такая, как остальные.
Сяо Чжэн без тени смущения поддакнул:
— Конечно, не такая.
Времена другие, мышление другое, восприятие другое. Я в самой своей сути отличаюсь от вас, лживых и лицемерных созданий!
Эта врожденная уверенность в себе и безмятежная улыбка глубоко запали в сердце принца. С самого детства он жил в роскоши и величии, но, будучи законным наследником, с младых ногтей был втянут в бесконечную борьбу за власть. Он повидал слишком много людей, слишком много лицемерия, трусости, лести и подобострастия. Но он никогда не встречал такой чистоты и самодостаточности — она казалась такой беззащитной, но при этом ничего не боялась.
Кто же она на самом деле…
Принц вдруг почувствовал, что изящные, живые черты лица перед ним расплываются. Он перестал видеть их четко. Эта бойкая и свободная девушка будто таяла на глазах, превращаясь в призрачное видение. Все это скоро станет лишь сном.
— Ваше Высочество?
Сяо Чжэн склонил голову и тихо позвал его. Когда мужчина пошатнулся и стал заваливаться на него, он подхватил тяжелое тело, не дав ему упасть с грохотом.
Перетащив потерявшего сознание принца на кушетку, Сяо Чжэн замер у края кровати, глядя на ослепительно желтое одеяние с вышитым питоном. Он заговорил в полный голос, без прежнего притворства:
— Ты наследный принц. Ты можешь убить кого угодно, можешь убить и меня.
Но я не хочу никого убивать.
Сяо Чжэн расстегнул воротник и вытащил из-за пазухи кинжал. Сложная резьба на рукояти натерла кожу на груди до красноты, и сейчас, сжимая ее в руке, он чувствовал исходящее от металла тепло. Развязав пояс, он сбросил синее платье, оставшись в тонкой черной нижней рубахе. Поспешно вытер лицо, выдернул украшения из волос и собрал их в небрежный хвост, а затем оторвал кусок ткани от подола, чтобы прикрыть рот и нос.
Он глубоко вздохнул. Платье он не оставил в комнате, а скомкал и крепко зажал в руке.
Тихо приоткрыв дверь, он замер, вглядываясь в щель. Затаив дыхание, он сосредоточился, пытаясь уловить хоть какое-то движение вокруг. Никого.
Сделав шаг наружу, он понял, что собирается буря: ветер завывал низко и гулко, прижимая тонкую ткань его рубахи к телу и принося с собой холод грядущего ненастья.
Прекрасная погода.
Вот это — настоящая темень и ветер. Только так он сможет избежать большинства патрульных, скрыв свои следы и звуки шагов в шелесте листвы и веток. Еще до полудня он осмотрел округу: во всей резиденции наследного принца только этот пруд был самым слабым местом в обороне.
Потому что это был огромный водоем.
Но прямо за прудом тянулась стена резиденции. Судя по площади пруда и тому, как Ань Ба осматривал периметр перед проникновением, за стеной должен был находиться небольшой двор, а сразу за ним — выход из резиденции. Именно поэтому Сяо Чжэн настоял на том, чтобы его поселили рядом с прудом — это позволяло срезать путь.
Черная тень бесшумно растворилась в тенях деревьев. В сгустившихся сумерках его не заметили даже те немногие слуги, которых отослали далеко отсюда. Он остановился у кромки воды: если сделать еще шаг, он окажется на виду.
Теневые стражи принца были повсюду, и остаться незамеченным было почти невозможно. У него было лишь два выбора.
Погрузиться в воду и переплыть пруд. Но одежда намокнет, станет тяжелой, и при выходе на берег он будет оставлять следы. Пока не начался дождь, это было слишком рискованно.
Либо использовать технику легких шагов и перелететь через пруд, ступая по листьям лотоса. Но в таком случае его почти наверняка заметят и окружат стражники. С одним стражем он еще мог бы справиться, но если их будет двое? Трое?
Красная птица, Чжуцюэ, охраняла задний двор. А тот страж, Цинлуань, скорее всего, как и Ань Ци, неотступно следовал за своим хозяином.
Порыв ветра взметнул листву, ударил по ветвям и заставил волосы Сяо Чжэна упасть на лицо, принеся с собой запах влаги. Сяо Чжэн бросился к арочному мостику у пруда, стараясь подавить шум шагов и используя лишь половину своей внутренней энергии.
Его шаги сливались с шумом ветра. Черная рубаха в полумраке сливалась с тенями деревьев, колеблясь и переплетаясь с ними. Как только он пересек мост, со стороны ветра к нему метнулись фигуры.
Сяо Чжэн не замедлил шаг и даже не обернулся, решительно швырнув скомканное синее платье в воду.
— Свист! Свист! Свист!
Раздался свист метательного оружия, которое вместе с платьем ушло под воду. В тот же миг черная тень, оттолкнувшись носками сапог от стены, взмыла вверх и перемахнула через первое ограждение.
http://bllate.org/book/24758/2924926
Готово: