Готовый перевод Reborn Sweetly, Kissing the Crown Prince on the Red Carpet / Перерождение: Поцелуй на красной дорожке с наследником столичной элиты: Глава 12

Прямо сейчас пожениться?

Который вообще час?

Перед тем как пойти в душ, Ши Синсин посмотрела на часы в своей комнате — было уже больше одиннадцати вечера.

Она растерянно переспросила:

— Что значит прямо сейчас?

— Именно то и значит.

Ци Чэньянь прекратил двусмысленно тереть её мочку уха и, лишь прижавшись к самому её виску, тихо спросил:

— Синсин, хочешь выйти за меня?

Ши Синсин на мгновение замерла.

Пожениться…

В прошлой жизни он тоже много раз предлагал ей пожениться.

Поначалу она ненавидела его и, конечно, не соглашалась. А позже, когда она превратилась в то чудовище, тем более не хотела.

А ещё позже он перестал заводить об этом речь, лишь молча оставаясь рядом.

Но в ящике его письменного стола Ши Синсин видела пару изготовленных на заказ обручальных колец с бриллиантами — очень красивых.

Он не знал, что она тайком доставала кольца и примеряла одно — оно пришлось впору.

Вот только усыпанная уродливыми шрамами рука, сколько ни надевай на неё сверкающее прекрасное кольцо, не могла скрыть своей отталкивающей безобразности.

В тот день она долго плакала с кольцом на пальце, а перед его возвращением аккуратно положила его на место и притворилась, будто ничего не произошло, по-прежнему встречая его ледяным холодом.

Молчание Ши Синсин заставило дыхание Ци Чэньяня замереть, воздух вокруг стал настолько тихим, что был отчетливо слышен стук сердец.

Ладонь, лежавшая на её хрупкой руке, медленно сжалась, и он хрипло произнес:

— Не хочешь?

Ши Синсин опомнилась и поспешно бросила:

— Нет.

Она торопливо добавила:

— Я хочу.

Взгляд Ци Чэньяня дрогнул, и он наконец осмелился перевести глаза на её лицо.

Её глаза влажно блестели, переливаясь слезами, уголки глаз слегка покраснели.

Брови Ци Чэньяня сошлись на переносице, подушечки пальцев коснулись уголков её глаз:

— Ты почему плачешь?

Неужели брак с ним настолько её тяготит, что она говорит о согласии через силу, или же ей просто горько?

Но Ши Синсин неожиданно ответила:

— Я просто слишком счастлива.

Она передвинула руки с его пояса выше, обвила его шею и, глядя ему в глаза, проговорила:

— А Янь, я так сильно тебя люблю, я хочу выйти за тебя замуж, правда.

Глядя в её влажные, но сияющие глаза, Ци Чэньянь почувствовал, как сердце сжалось.

Если бы он с самого детства так хорошо не знал, как сильно она его ненавидит, если бы в её спальне он не увидел тот самый зажим для галстука, который так и не осмелился подарить пару дней назад, и записку на нём: «А Сэн, с днем рождения»...

Он бы и вправду ей поверил.

В тот момент он подумал: кто говорил, что у неё плохая игра? Играет она великолепно.

Если она захочет кого-то обмануть, её глазам тоже удастся ввести человека в заблуждение.

Настолько преданно и нежно, что люди действительно начинают верить: она безумно любит его.

Но даже зная, что это ложь, Ци Чэньянь в этот самый момент по доброй воле позволял себя обманывать.

Он тихо усмехнулся, плавно перевёл ладонь с её руки на лицо и медленно закрыл ей глаза ладонью:

— Синсин, помни то, что сейчас сказала.

Его голос звучал тихо и мягко:

— Если Синсин меня обманет…

Ши Синсин почувствовала, как его ладонь закрывает ей обзор, и её ресницы легко затрепетали, скользнув по его коже.

Услышав, что он замолк на полуслове, она не удержалась:

— И что тогда?

Что он сделает, если она его обманет?

Затем она почувствовала, как Ци Чэньянь снова приблизился к её уху и проговорил низким, хриплым голосом:

— Тогда я свяжу Синсин и буду до смерти…

Ресницы Ши Синсин снова дрогнули, она почти угадала, что он собирается сказать, и её уши мгновенно вспыхнули.

И верно, следом прозвучало его протяжное, с лёгкой усмешкой слово, невесомо упавшее прямо ей в ухо:

— Драть!

Сердце Ши Синсин от этого бешено заколотилось.

Сейчас он всё больше напоминал того знакомого ей Ци Чэньяня — жестокого и властного. Вся его благородная холодность была лишь напускной маской для окружающих.

Но будь он другим, в прошлой жизни они бы не запутались в такой тугой узел в самом конце.

В тот момент, когда Ци Чэньянь решил, что Ши Синсин испугается его слов, уголки её губ изогнулись в улыбке, и она произнесла:

— Хорошо.

Её голос звучал приторно-сладко, а руки, обвивавшие его шею, медленно затянулись в замок:

— А Яню не нужно меня связывать, я буду послушной, и позволю А Яню…Последнее слово она тоже произнесла, прижавшись к его уху. Это прозвучало легко, словно дуновение ветерка, но с хитростью, из-за которой у Ци Чэньяня зачесалось всё тело до последнего суставчика.

Его смелость девушки привела в такое возбуждение, что кровь закипела в жилах. Он сглотнул, и прежде чем потерять контроль, убрал руку, закрывавшую ей глаза, и, обняв, посадил её.

Он аккуратно поправил распахнутую верхнюю одежду, застегнул молнию доверху, пальцами собрал её шелковистые волосы и откинул их за плечи, обнажая красивое и очаровательное лицо, а затем, обхватив её ладонями за щеки, тихо усмехнулся: — Тебе совсем не стыдно?

Он даже подумал: а не говорила ли она эти слова раньше и Хэ Шэну тоже? Потому они и слетели с её губ так легко.

На месте другой девушки она бы уже давным-давно смутилась настолько, что не смела бы даже взглянуть на него, не говоря уже о том, чтобы отвечать.

Ши Син просто моргала, глядя на него: — Ты же не стыдишься, почему я должна стыдиться? К тому же сейчас здесь больше никого нет.

Взгляд Ци Чэньяня слегка дрогнул: — Разве тебе не кажется, что я веду себя пугающе?

В конце концов, он на самом деле сдерживался столько лет, терпел слишком долго, и сам не знал, к чему его подавляемые желания по отношению к ней могут подтолкнуть, какие слова заставят сказать или какие поступки совершить.

Разве она не считает такого его страшным? Разве ей не хочется отступить?

Ши Син с улыбкой обняла его за шею и, склонив голову набок, посмотрела на него: — Желание любить и быть любимым — это природа человека, разве это нечто ненормальное? К тому же А Янь хочет этого, потому что любит меня, и я хочу, потому что люблю А Яня. С чего бы мне находить это пугающим?

Ци Чэньянь медленно прищурился.

Да, думал он, Ши Син гораздо страшнее его.

В конце концов, она способна играть настолько правдоподобно, что даже собираясь полностью отдать себя ему, не испытывает ни малейшего страха или желания отступить.

А Ши Син, договорив, с любопытством спросила: — Но раз ты говоришь, что мы поженимся прямо сейчас, время же почти полночь, как мы это сделаем?

Услышав это, Ци Чэньянь лишь усмехнулся: — Пока Сяо Синсин согласна, пожениться можно в любое время.

Ши Син: — …

Затем она на собственном опыте прочувствовала, что такое настоящий генректор, ой, то есть будущий генректор!

Ци Чэньянь сделал всего несколько звонков, и примерно через час пакеты с самой разной одеждой и украшениями заполнили едва ли не половину гостиной.

Он даже потрепал её по голове и с легким извинением произнес: — Сейчас уже слишком поздно, завтра я велю привезти ещё кое-что. Всё это куплено в соответствии с твоими прежними вкусами. Посмотри пока, выбери какой-нибудь комплект и переоденься, скоро понадобятся фотографии.

Ши Син: — …Ой.

Ци Чэньянь за это время тоже переоделся в деловой костюм, всё такого же серебристо-серого цвета.

Кажется, он очень любил серебро: Ши Син только что видела, что в его спальне постельное белье, ковры и шторы — всё было серебряным, а туалетные принадлежности — сплошь изготовленные на заказ серебряные вещи.

Всевозможные оттенки: темные и светлые, бело-серебристые и серебристо-серые, даже те предметы, что имели собственную окраску, несли на себе капельку серебристого отлива.

Покопавшись в пакетах, Ши Син действительно отыскала платья в той же гамме и без колебаний переоделась в одно из них.

Словно они нарядились в парные костюмы.

Она покружилась перед ним: — Красиво?

Ци Чэньянь, откинувшись на спинку дивана и небрежно закинув ногу на ногу, вглядывался в нее глубоким взглядом: — Красиво.

Серебристо-белое платье на ней делало её похожей на маленькую серебряную звездочку, которая ярко сияла.

Когда они были совсем маленькими, они вместе смотрели на звезды, и тогда он указал ей на небо и сказал: — Ши Синсин, посмотри на ту маленькую золотистую звездочку, какая она красивая, прямо как ты.

А она, будучи тогда совсем малышкой, посмотрела на него с большим презрением и произнесла: — Какой же ты глупый, звезды же серебряные!

Похоже, она презирала его с самого детства.

Ци Чэньянь беспричинно усмехнулся, подался вперед, перехватил её за запястье и усадил к себе на колени. Он крепче обнял её за талию и, наклонившись, коснулся её сладких губ поцелуем, тихо произрнес: — Моей звездочке идёт абсолютно всё.

Едва он успел припасть к её губам, как снова зазвенел дверной звонок.Движения Ци Чэньяня замерли, его губы почти касались её губ, а меж бровей залегла складка.

Внезапно он подумал о том, что сегодня они вроде бы целовались бесчисленное количество раз, но на самом деле глубоких поцелуев не было и пары секунд — по его мнению, это вообще нельзя было назвать поцелуем.

Он так и не смог нормально распробовать её сладость.

Казалось, всегда находились самые разные люди и события, которые прерывали их поцелуи.

Почему же так сложно просто по-настоящему поцеловаться?

Ши Синсин, судя по всему, подумала о том же самом и вдруг рассмеялась.

Ци Чэньянь отстранился на пару дюймов, глядя на веселье в её глазах, и не удержался — слегка ущипнул её за щёку длинным пальцем: — Смешно?

Ши Синсин кивнула, с улыбкой оттолкнула его и подтолкнула к двери: — Иди открой. Вот поженимся, и А Янь сможет целовать меня сколько захочет.

Ци Чэньянь согласился с её словами: в данный момент свадьба и впрямь была важнее всего.

Он поправил ей волосы, усадил на диван и поднялся, чтобы открыть дверь.

Прибыли сотрудники ЗАГСа — Ци Чэньянь задействовал свои связи и позволил себе вызвать людей сверхурочно посреди ночи.

Войдя в квартиру и увидев Ци Чэньяня и Ши Синсин, трое сотрудников переглянулись, а в их глазах заплясали огоньки жгучего любопытства.

Черт возьми!

По дороге сюда они только и делали, что жаловались: что за важная персона подняла всех на уши посреди ночи и приспичило же им регистрировать брак именно в такое время? Неужели они не могли подождать до утра, неужели рассвет бы не наступил?

Но стоило им прийти, как они остолбенели.

Кто бы мог подумать, что зарегистрировать брак в срочном порядке потребовалось наследному принцу семьи Ци — Ци Чэньяню и Ши Синсин!

Ведь в Вейбо и на различных форумах до сих пор гадали об их отношениях, вовсю поливая Ши Синсин грязью за то, что она охмурила Ци Чэньяня, и на чём свет стоит клянясь, что наигравшись, Ци Чэньянь просто выбросит её на помойку.

Троица невольно подумала, что теперь многим придётся делать сальто назад и есть дерьмо.

Правда, в глубине души они тайком гадали: раз всё так спешно, уж не применила ли Ши Синсин какой-нибудь шантаж или рычаг давления на этого принца, как и предполагали в сети?

Но когда они заполняли документы и пришло время делать фотографии, оба сидели плечом к плечу, и Ци Чэньянь, взглянув на Ши Синсин, внезапно произнёс: — Подождите.

Ши Синсин с удивлением посмотрела на него: — Что такое?

Сердца сотрудников тут же подпрыгнули к самому горлу.

Пожалел! Передумал! Неужели принц передумал?

Наблюдать за такой драмой вживую было невероятно волнительно.

А Ци Чэньянь уже поднялся на ноги и среди только что доставленной горы косметики выбрал одну помаду.

Он вернулся, склонился над ней и, придерживая за подбородок, заставил поднять лицо. Опустив взгляд на её губы, он аккуратно и старательно накрасил их помадой.

Ши Синсин моргала длинными ресницами, глядя на него. Закончив, он слегка наклонил голову, внимательно оглядел результат, довольно усмехнулся, опустил голову и едва ощутимо коснулся губ в лёгком поцелуе, тихо промолвив: — Твоя помада немного стёрлась.

Переодевшись в платьице, она слегка подкрасилась, но тот лёгкий поцелуй уничтожил часть макияжа.

Щёки Ши Синсин чуть порозовели, она выдала удивлённое: — Ох, — и спросила: — Теперь всё?

Ци Чэньянь легко рассмеялся и потрепал её за подбородок: — Теперь всё, очень красиво.

Отрезвлённая его отстранением, она перевела взгляд и тут же столкнулась с изумлёнными и восторженными глазами троих сотрудников.

Ши Синсин: — ……

Она неловко улыбнулась.

Сотрудники в ответ тоже улыбнулись ей.

Похоже, их жизненного опыта катастрофически не хватало.

Какая к чёрту Ши Синсин, которая держит принца за компромат?

Вы только посмотрите на то, с какой нежностью этот принц только что красил ей губы! Он собирался целоваться прямо у них на глазах, говорил такие двусмысленные вещи вроде «очень красиво» — да любой взрослый человек поймёт, о чём речь, о-о-о!

Ци Чэньянь же сохранял абсолютно невозмутимый вид. Аккуратно положив помаду на место, он снова сел, обнял её за талию рукой из-за спины, придвигая ближе к себе, и бросил фотографу: — Готово, снимайте.

Сотрудники смотрели на объектив, в котором отражались двое, а их глаза сияли.

Честно говоря, раньше они видели эту парочку только на экранах телефонов, компьютеров или телевизоров: они, конечно, были хороши собой, но казалось, что всё дело в студийных фильтрах.

Но сейчас эти двое сидели прямо перед ними — без малейших фильтров, и их подлинная красота поражала в самое сердце.

Оформление свидетельства о браке не заняло много времени, и вскоре два красных бланка перекочевали в руки молодожёнов.

В тот самый миг Ци Чэньянь почувствовал себя как в тумане.

Всё это казалось сном.

Ещё утром его сердце разрывалось от боли из-за её отвращения к нему, а сейчас она уже стала его женой.

Его пальцы легко дрожали, сжимая красную корочку. Он повернул голову и бросил взгляд на Ши Синсин — она тоже опустила глаза, зачарованно разглядывая своё свидетельство о браке.

Губы Ци Чэньяня слегка сжались, в голове невольно промелькнул вопрос: сейчас она больше счастлива или её это тяготит?

Перед уходом сотрудников Ци Чэньянь передал им три массивных красных конверта, забитых купюрами: — Вы отлично потрудились, большое спасибо.

Троица мгновенно засияла от счастья: — Что вы, не стоит благодарить, это наш долг! Поздравляем господина Ци и госпожу Ши со вступлением в брак! Желаем вечной любви и гармонии на долгие-долгие годы!

С таким прекрасным поводом они были готовы приходить хоть сколько угодно раз — хоть каждую ночь!

От их слов выражение лица Ци Чэньяня стало ещё мягче: — Благодарю.

Вечной любви и гармонии на долгие-долгие годы.

Какое прекрасное пожелание.

Проводив сотрудников и вернувшись в комнату, он увидел, что Ши Синсин всё ещё сидит, опустив голову и разглядывая свидетельство.

Он подошёл ближе, а его голос прозвучал с необъяснимой хрипотцей: — На что смотришь?

Он боялся увидеть в её глазах разочарование, если она поднимет голову.

Но когда она подняла взгляд, её глаза ярко сияли, и она позвала его: — А Янь.

Ци Чэньянь на мгновение замер, глядя в её глаза: — Мм?

Она спросила: — Я могу выложить это в Вейбо?

— Вейбо?

Ци Чэньянь слегка растерянно моргнул. Ши Синсин помахала перед ним свидетельством о браке: — Вот это. Я хочу выложить пост о нашей женитьбе, можно?

Едва зашла речь о свадьбе, Ши Синсин сразу подумала об этом. Разве это не было идеальным решением? Стоит ей первой опубликовать свидетельство и официально объявить о браке, как Ши Юэ уже ничего не сможет испортить.

Ци Чэньянь действительно не ожидал, что она сама захочет публичного объявления.

— Можно.

Он сел рядом с ней, но Ши Синсин вдруг нахмурилась: — Но у меня нет телефона.

Её телефон остался у Сун Лань, да и пароля от своего аккаунта в Вейбо она не помнила — им всегда управляла Сун Лань.

Губы Ци Чэньяня изогнулись в улыбке: — Тогда я выложу.

Он сделал несколько снимков свидетельства о браке и вошёл в свой аккаунт в Вейбо, которым никогда раньше не пользовался.

Вскоре полуночные интернет-пользователи, всё ещё шумно спорившие и жадно поглощавшие сплетни, обновили ленту и увидели официальный пост.

Ци Чэньянь: Моя звёздочка — самая прекрасная, она — моя гордость.

К посту прилагались фотографии двух свидетельств о браке.

Среди ночи сетевое пространство снова взорвалось от бурных обсуждений.

В то время как все лишь гадали об их отношениях, Ци Чэньянь дал самый прямой и однозначный ответ.

Они поженились, они — муж и жена.

Ши Синсин смотрела на опубликованный им пост, и её сердце дрожало.

— Я тут подумала.

Когда Ци Чэньянь посмотрел на неё, она произнесла: — Твои папа и мама ведь ещё не знают, что мы поженились?

Ци Чэньянь тихо рассмеялся и, понизив голос, ласково назвал её: — Малышка.

Ши Синсин безумно нравилось, когда он называл её малышкой — его чуть хрипловатый, чувственный и полный соблазна голос неизменно заставлял её лицо пылать, а сердце биться чаще.

Она моргнула: — Мм?

Ци Чэньянь улыбнулся: — У тебя есть время думать об этом, лучше бы подумала о чём-нибудь другом.

Ши Синсин растерянно моргнула: — О чём?

Ци Чэньянь наклонился ближе: — Скоро час ночи, пора спать.

Его дыхание касалось её уха, а мягкие губы то и дело невзначай задевали ушную раковину, пока он тихо спрашивал: — Тебе стоит подумать: ты сегодня ночуешь со мной? Или я ночую с тобой?

(Шутка от автора: Лучше я посплю с вами! ~(@^_^@)~)

http://bllate.org/book/24772/2928062