Готовый перевод My Starry Sky of Macross / Моя звёздная крепость: Наследие Макросса: Глава 7

Вот и знаменитая Военная подготовительная академия Новой объединенной армии, выглядит действительно грандиозно! — Ли Сяоюнь вылез из роскошного автомобиля и, глядя на величественные ворота перед собой, не удержался от восхищения.

Его слова еще не затихли, как дверца машины позади вновь открылась. Следом за ним из автомобиля по очереди вышли Ли Мохань и Итидзё Мирай. Послушав Ли Сяоюня, они тоже невольно перевели взгляд на стоящее перед ними здание.

Первое, что бросалось в глаза, — это огромная каменная статуя. Она в точности изображала исполинский VF-1. Находящийся в самом центре скульптуры истребитель как раз трансформировался в получеловеческий режим герволка с раскинутыми для прыжка крыльями. Две мощные механические ноги, словно массивные каменные колонны, поддерживали всю композицию, а две механические руки, вытянутые из-под крыльев, держали огромную табличку. На ней на эсперанто были высечены крупные иероглифы: Военная подготовительная академия Новой объединенной армии. Вся статуя целиком была высечена из белого камня и под лучами солнца излучала яркое сияние. Эта гигантская статуя VF-1 и служила главными воротами школы.

Скульптура, выполненная в абсолютно точном масштабе, достигала более десятка метров в высоту. Обычный человек казался рядом с ней донельзя крошечным, и при взгляде на нее в сердце невольно зарождалось чувство благоговения, отчего атмосфера сама собой становилась торжественной.

— Ладно, хорош вздыхать, давай заходить скорее! — бросила Итидзё Мирай стоявшему впереди мужу бесстрастным тоном. Сказав это, она больше ни на кого не глядя, сама потащила огромный чемодан и направилась прямиком в ворота.

Пришедшие в себя Ли Сяоюнь и Ли Мохань переглянулись и оба не смогли сдержать горьких улыбок.

В те дни Ли Мохань принял предложение Ли Люань отправить его в подготовительную академию. Спустя более чем десять дней подготовки их семья наконец прибыла в военную школу, расположенную на островке по соседству с Южным Аталия-Сити, где находился Макросс-Сити. И хотя Итидзё Мирай знала, что это решение принял ее собственный сын, все эти дни из-за тревоги за него она ходила как на иголках. Это передалось и Ли Сяоюню: вспоминая, как он тогда не только не отговорил Ли Моханя, но и изо всех сил пытался унять ее, Итидзё Мирай затаила на мужа сильнейшую обиду. Все эти полмесяца она не жаловала его добрым взглядом, а Ли Сяоюнь, прекрасно понимая свою вину, от чувства неловкости даже не смел ни на что жаловаться и мог лишь покорно все сносить. За это время отец и сын поневоле превратились в самых бесправных обитателей этого дома.

Поскольку Новое правительство ОО в тот момент столкнулось с ситуацией, когда несколько эмигрантских флотилий пожелали выйти из-под его контроля, Новые Объединенные Силы также усилили подготовку к возможным военным действиям. В связи с такой необходимостью Военная подготовительная академия Новых Объединенных Сил начала набор новых курсантов на два месяца раньше срока. Именно поэтому в самой школе не чувствовалось ни малейшего намека на запустение — напротив, повсюду сновали машины и царила оживленная, кипучая атмосфера.

Преодолев пролет за пролетом, они наконец добрались до самого верхнего этажа высочайшего здания на территории кампуса. Итидзё Мирай шла впереди, направляясь прямиком к дальней комнате. Подойдя к двери, она слегка постучала, а затем толкнула ее и вошла внутрь. Ли Мохань поднял глаза: над дверью отчетливо красовалась табличка: Кабинет директора.

Все, что последовало дальше, оказалось довольно простым. Директором этой военной школы неожиданно оказался дед Ли Моханя по материнской линии — один из подчиненных Итидзё Хикару. В те годы из-за тяжелого ранения он не попал в планы по отправке в экспедиционный флот вместе с Итидзё Хикару. Последующее же бесследное исчезновение Итидзё Хикару и остальных так и осталось главным сожалением всей его жизни. Между военными, прошедшими через огненный крейсер фронта, завязывается глубокая связь, которую обычные люди постичь не способны. Увидев дочь своего старого командира, он, разумеется, чрезвычайно обрадовался, и эта любовь по принципу люблю тебя — люблю и всё, что с тобой связано, автоматически перенеслась на Ли Моханя. Обменявшись дежурными любезностями, директор с легкостью уладил все формальности для поступления Ли Моханя, а затем отдал распоряжение подчиненным заняться остальными его делами.

Когда Ли Мохань разобрался со всеми вопросами, включая обустройство в общежитии, директор очень радушно пригласил всю семью на простой обед. И даже когда Итидзё Мирай уже собиралась уходить, он все еще смотрел на нее с нескрываемой тоской. Быть может, внезапное появление Итидзё Мирай заставило этого пожилого генерала, которому уже почти стукнуло шестьдесят, вновь вспомнить те трудные, но славные годы прошлого. Он молча стоял и смотрел, как машина с Итидзё Мирай и Ли Сяоюнем скрывается вдали, после чего по его щекам покатились мутные слезы.

Три дня отпущенного на прибытие времени пролетели незаметно, и для Ли Моханя началась официальная жизнь в военной школе.

— Общий сбор, равсь! — оглушительный рев донесся от стоявшего впереди плотного мужчины средних лет. Под стать закаленному в боях водителю, один только этот крик заставлял кровь в жилах закипать, невольно заставляя каждого мысленно примерить на себя роль настоящего солдата. Услышав этот окрик, стоявшие внизу курсанты тут же начали самостоятельно выстраиваться по росту. Хоть всем им было всего около десяти лет, но, родившись в влиятельных семьях и сызмала насмотревшись на всевозможные закулисные интриги, они давно уже повзрослели душой. Не прошло и много времени, как строй стал идеально ровным.

Хлоп! Хлоп! Хлоп! Три резких выстрела прозвучали один за другим. Тонкие струйки сизого дыма еще не успели рассеяться у дул, как над землей разнеслась мощная, бравурная военная музыка.

— Смирно! Салют! — снова раздался громовой приказ. По этой команде курсанты дружно вскинули правые руки. В глазах старых вояк их движения выглядели нестройными и изобиловали изъянами, а у большинства салют и вовсе отдавал откровенной небрежностью. Однако, глядя на решительные выражения их еще по-детски наивных лиц, никто уже не стал бы придираться к мелочам. Пусть из-за интриг в их знатных кланах они повзрослели раньше времени, как-ничто крути, все они оставались детьми лет десяти от роду, еще не прошедшими толком никакой подготовки.

Под воинское приветствие курсантов на трибуну поднялась группа людей. Во главе процессии шел человек в генеральском мундире Новых Объединенных Сил — тот самый директор, которого Ли Мохань видел в день приезда, старый подчиненный его деда.

Поднявшись на трибуну, дюжие офицеры, следовавшие за директором, выстроились в ряд за его спиной. Их пронзительные взгляды один за другим шарили по стоящим внизу новобранцам — это были те самые инструкторы, на чьи плечи ложилась задача тренировать новичков в стенах этого заведения. Раз уж школа носила гордое звание лучшей военной академии страны и в нее были вложены огромные усилия влиятельных семей, то и находившиеся здесь наставники не могли быть заурядными вояками. Лишь самые элитные ветераны прошлых войн удостаивались чести подняться на эту трибуну. Несмотря на приличное расстояние, стоило малолетним сорванцам столкнуться с этими взглядами, как их пробирал леденящий холод, словно их выследил дикий зверь. Инстинктивное чувство опасности проснулось в каждом из них, и в этот момент они наконец на собственной шкуре прочувствовали, что такое настоящая элита.

— Дамы и господа, благодарю вас за то, что сегодня вы стоите здесь, под этим развевающимся флагом Новых Объединенных Сил, и слушаете речи такого ворчливого старика, как я. Прежде всего, позвольте мне от своего лица и от имени всего персонала Военной подготовительной академии Новой объединенной армии тепло приветствовать ваше прибытие... Сегодня вы стоите здесь, а это значит, что вам предстоит ступить на особый путь служения родине, отличный от дорог остальных людей. Отныне вы откликнулись на призыв лицом к лицу встретить трудности и цели, риски и почести. Проходя через каждый прожитый день, вы будете знать, что с честью исполнили свой долг. Пусть же, выполняя его, вы всегда будете соответствовать высоким стандартам этой великой военной академии. Пусть вы никогда не посрамите алые знаки отличия на своей груди. Дорогие дети, запомните этот миг навсегда: эта великая школа гордится вами. А теперь от лица академии я поздравляю вас с началом новой жизни, поздравляю с будущей славой, которую вы принесете Новому правительству ОО. Да хранит Господь всех вас!

После короткой речи директора церемония открытия учебного года для новобранцев подошла к концу.

Следом за удалившимся директором инструкторы, до этого стоявшие на трибуне, спустились к строю и разделили сотни новичков на группы по двенадцать человек. Затем каждый взял свой взвод и повел с плаца по учебным корпусам.

В первый учебный день новобранцам не стали назначать никаких тренировок. Сразу после церемонии открытия их отвели на экскурсию по территории академии, попутно знакомя с различными образцами вооружения и техники Новых Объединенных Сил.

— Перед вами VF-1 — наш первый реактивный истребитель с термоядерными двигателями с изменяемой геометрией крыла. Он же стал первым официально принятым на вооружение трансформирующимся истребителем, заслужившим почетное прозвище Валькирия! — громогласно вещал стоявший перед группой Ли Моханя мускулистый амбал-инструктор.

Однако было очевидно, что внимание курсантов вовсе не сосредоточено на стоявшем рядом VF-1. Во-первых, все они давным-давно досконально изучили эту устаревшую машину и не испытывали к ней ни малейшего интереса. Во-вторых, все их внимание приковал сам инструктор, от которого исходила жуткая, давящая аура. Судя по бугрящимся под формой мускулам, этот человек был безусловным силачом.

Похоже, заметив, что взгляды подопечных не прикованы к демонстрируемой машине, инструктор по имени Солон Донат обернулся и окинул учеников тяжелым взглядом. На его застывшем лице вдруг появилась зловещая улыбка:

— Наслаждайтесь отдыхом, пока есть возможность, ублюдочные салаги. Это ваш последний шанс постоять здесь так расслабленно. Потому что уже с завтрашнего дня каждый из вас на собственной шкуре поймет, что такое жизнь в аду. Знайте же: стоящий перед вами мужчина известен как демон Солон! Будем надеяться, что вы, сброд, сумеете меня хоть немного развлечь...

Глядя на это искаженное гримасой лицо, Ли Мохань мысленно горько усмехнулся: похоже, жизнь, которая ему предстояла, обещала быть не такой уж легкой и приятной...

http://bllate.org/book/24779/2929546