Короче говоря, такой моральный урод, социопат и отморозок, как Ань Цзыму, совершенно не достоин любви! Предлагаю отправить его в тюрьму на перевоспитание! Нет, тюрьма его не исправит! Его нужно отправить обратно в утробу матери, чтобы переделали заново!
С силой поставив восклицательный знак, Шэнь Чэнмянь нажал на кнопку отправки. Увидев, как его гневная пятитысячная тирада появилась в комментариях, он почувствовал, как накопившееся за несколько дней раздражение наконец отступило.
Неделю назад двоюродная сестра прислала ему ссылку, заметив, что в романе, который она читала, одного из второстепенных персонажей зовут так же, как и его.
Имя Шэнь Чэнмянь довольно редкое — по крайней мере, за всю свою жизнь он ни разу не встречал тезку. Ради интереса он открыл роман под названием «Плененный нежностью».
Так начались его несчастья.
Если бы он мог вернуться на неделю назад, то отрубил бы себе руку, которая потянулась нажать на ссылку.
Причина проста: роман «Плененный нежностью» на самом деле оказался хроникой беззакония и безумия, историей о том, как на порядочного парня положил глаз преступник. Чтение этого произведения заставляло давление Шэнь Чэнмяня взлетать до небес.
Второстепенный персонаж, носивший то же имя, что и Шэнь Чэнмянь, почти не участвовал в сюжете и «отправился на тот свет» в самом начале. Весь роман был посвящен мучительным разборкам между главным героем-атакующим и главным героем-принимающим. Но больше всего Шэнь Чэнмяня выводили из себя поступки атакующего.
Главный герой-принимающий, Хо Юйсяо, был наследником богатейшей семьи Наньчэна — семьи Хо. Он был умен, красив, успешен и происходил из достойной семьи. Его любили друзья, родные и учителя. Он был идеальным кандидатом в подающие надежды молодые таланты — если бы только на него не обратил внимание переведенный в их школу главный герой-атакующий Ань Цзыму.
Ань Цзыму был настоящим психопатом с болезненной, извращенной тягой к собственности. Он совершенно не понимал, что такое любовь; его способ выразить чувства заключался в том, чтобы сломать человеку крылья, присвоить его себе и заставить существовать лишь ради него.
Мир сошел с ума.
Всего за несколько месяцев Хо Юйсяо из школьного идола превратился в изгоя, которого выгнали из дома.
Отчаяние сдавило сердце. Он изо всех сил заколотил в дверь, крича: Откройте! Есть кто-нибудь? Откройте!
Добившись того, что Хо Юйсяо остался в полном одиночестве, Ань Цзыму под видом сочувствия приблизился к нему, завоевал доверие и заманил в тщательно подготовленный особняк, где взял в плен.
После нескольких бессонных ночей Шэнь Чэнмянь решил дочитать книгу перед сном. Финальная сцена, в которой Хо Юйсяо довели до потери памяти, окончательно выбила его из колеи. Преисполненный гнева и печали, Шэнь Чэнмянь настрочил этот пятитысячный критический отзыв.
Дверь была заперта.
Воспоминания, принадлежавшие другому Шэнь Чэнмяню, хлынули в сознание подобно приливу. Голова пошла кругом, он нахмурился и снова провалился в забытье.
Безобразие! Просто уму непостижимо!
Шэнь Чэнмянь в ярости открыл раздел комментариев, ожидая, что все поддержат его осуждение Ань Цзыму, но вместо этого увидел сплошные восторженные отзывы о том, как это волнующе и захватывающе.
Обходя густой дым, он бросился к выходу и наконец добрался до двери. Это была железная дверь. Стоило только прикоснуться к ней, как Шэнь Чэнмянь обжегся, но ему было не до того. Намотав на руку рукав, он схватился за дверную ручку и изо всех сил толкнул её.
Закрыв глаза и мысленно повторяя только что написанный критический отзыв, Шэнь Чэнмянь, мучившийся бессонницей несколько ночей подряд, наконец-то спокойно заснул.
***
Дышать стало трудно, в воздухе висел едкий запах гари. Шэнь Чэнмянь с трудом открыл глаза и пришел в ужас от увиденного.
На него со всех сторон наступали клубы густого дыма, языки пламени охватили помещение, а температура в комнате поднялась до невыносимой. Сонливость мгновенно улетучилась, и Шэнь Чэнмянь в панике огляделся по сторонам.
Когда он читал, как Ань Цзыму шаг за шагом лишал Хо Юйсяо друзей, как очернял его репутацию, заставляя окружающих шарахаться от него, а затем, используя влияние своей семьи, угрозами и подкупом вынудил семью Хо выставить сына за дверь, он был вне себя от ярости. Но сюжет еще не был закончен, и он тешил себя надеждой на возмездие, а потому продолжал читать дальше. Кто же знал, что последующие события вызовут еще большее возмущение!
Заточив Хо Юйсяо в плен и опасаясь побега, Ань Цзыму сломал ему ноги. А когда тот перестал на него смотреть, он просто ослепил его!
Температура вокруг становилась все выше. Шэнь Чэнмянь почувствовал головокружение. Превозмогая боль в глазах от едкого дыма, он напряженно всмотрелся вперед и наконец смутно различил очертания двери.
Он тут же закрыл телефон, не желая продолжать, но описание того, как Хо Юйсяо, находясь в заточении, постепенно терял связь с реальностью и впадал в депрессию, не выходило у него из головы. При мысли о том, что такой жизнерадостный и окрыленный юноша был сломлен, сердце сжималось от боли.
Дверь не поддавалась. Шэнь Чэнмянь дернул её еще раз, но безрезультатно. Сердце провалилось в бездну.
Шэнь Чэнмянь из последних сил попытался разлепить веки, но успел лишь встретиться взглядом с парой темных, непроницаемых глаз, после чего окончательно потерял сознание.
***
Что происходит? Разве он не спал дома? Его похитили?
Вопросы один за другим всплывали в голове, но сейчас не было времени разбираться. В комнате начался пожар, и он обязан немедленно выбраться.
Руки, коснувшиеся раскаленной железной двери, онемели от жара, сознание начало меркнуть. Неизвестно, сколько он колотил в дверь, но как раз в тот момент, когда Шэнь Чэнмянь был на грани обморока, снаружи послышался щелчок замка. Железная дверь отворилась, и вместе со светом из коридора в комнату ворвался поток свежего воздуха.
При свете пламени он отчетливо понял, что это не его дом.Сознание заволокло туманом, Шэнь Чэнмянь чувствовал, будто ему приснился очень длинный сон. В том сне его тоже звали Шэнь Чэнмянь, он был единственным сыном в семье Шэнь в Наньчэне, жил в довольстве и в счастливой семье, однако его жизнь оборвалась во время пожара на втором году старшей школы…
Проснулся он снова оттого, что его разбудили голоса.
— Скажи мне, с какой стати Мянь-мянь вдруг понадобилось подниматься на шестой этаж? Я спрашивала учителя Вана, на шестом этаже этого учебного корпуса находится склад, ни у одного класса там не было занятий, и к тому же такая невероятная случайность — как раз в этот момент начался пожар… — бормотала какая-то женщина, в её тоне звучали невыразимая тревога и беспокойство.
Другой голос успокаивающе произнес:
— К счастью, с Мянь-мянем всё в порядке, врач тоже сказал, что он скоро очнется. Как только проснется, мы у него самого и спросим.
— Если подумать, мы ведь по-настоящему обязаны Юйсяо. Если бы не он, вовремя отыскавший Мянь-мяня, наш Мянь-мянь… — договорив, женщина всхлипнула, содрогаясь от пережитого ужаса.
В этот момент кто-то тихонько постучал в дверь, и тут же в проеме раздался голос, звучавший где-то на грани между подростковым и зрелым мужским.
— Дядя Шэнь, тетя Шэнь, Чэнмянь еще не проснулся?
Услышав этот голос, Шэнь Чэнмянь в душе резко встрепенулся, а пальцы, спрятанные под одеялом, бессознательно сжались.
— Врач говорит, скоро очнется. Сяо-Юй, как ты пришел? Садись скорее, садись, — помня о том, что именно стоявший перед ними юноша спас их сына, Мать Шэнь держалась крайне радушно. В палате было всего два стула, и она поспешно поднялась, уступая место.
Однако Хо Юйсяо не мог позволить старшим стоять, пока сидит он сам, и покачал головой:
— Я зашел навестить Чэнмяня, сидите.
— Куда это годится, — замахала руками Мать Шэнь. — На этот раз нашему Мянь-мяню невероятно повезло благодаря тебе…
Заметив, что у Матери Шэнь снова наворачиваются слезы на глазах, Отец Шэнь поспешно сменил тему:
— Сяо-Юй, проходи, садись, я пойду разогрею кашу, чтобы Мянь-мянь не остался голодным, когда проснется.
Услышав это, путаные мысли в голове Шэнь Чэнмяня наконец-то привели себя в относительный порядок.
Разобравшись со своим положением, он почувствовал лишь то, как в мозгу прокатилась череда оглушительных ударов грома.
Он неожиданно попал в роман, причем угодил именно в ту книгу, которую только что дочитал — Нежное завоевание, — превратившись в того самого Шэнь Чэнмяня, носившего с ним одно имя.
Шэнь Чэнмянь из первоисточника погиб во время пожара — судя по всему, как раз того самого, перед которым он потерял сознание, — и сам он переместился сюда аккурат в этот временной отрезок.
Настроение было трудно взять под контроль, но сейчас, кроме как двигаться дальше шаг за шагом, не оставалось никакого другого выхода.
Прокрутив в голове этот фрагмент сюжета и кое-как приведя в порядок воспоминания прежнего владельца тела, Шэнь Чэнмянь наконец дождался, пока утихнет гул в голове, и медленно открыл глаза.
Неземная пелена перед взором постепенно рассеялась, став отчетливой. Неизвестно когда палата опустела и стихла, Отец Шэнь и Мать Шэнь куда-то исчезли, и в помещении остались только он сам и стройный юноша.
Лицо юноши было бесстрастным, во взгляде сквозило равнодушие, и даже просто спокойно стоя на месте, он излучал ауру, которую невозможно было игнорировать.
Взгляд Шэнь Чэнмяня сфокусировался на лице юноши, и в груди всколыхнулась волна чувств.
Этот человек и есть… Хо Юйсяо?
Вспомнив только что услышанный разговор и освежив в памяти воспоминания прежнего владельца, Шэнь Чэнмянь окончательно убедился: стоявший перед ним холодный юноша действительно был Хо Юйсяо.
Его взгляд против воли приковался к лицу Хо Юйсяо. И хотя в распоряжении имелись воспоминания оригинала, всё же они не были прожиты им лично, поэтому теперь, глядя на Хо Юйсяо, он по-прежнему испытывал ощущение нереальности происходящего.
Совсем недавно Хо Юйсяо казался ему лишь персонажем из романа, а теперь этот человек вот так запросто, во плоти, стоял прямо перед ним.
Тем не менее нельзя было отрицать, что образ Хо Юйсяо перед его глазами в точности совпадал с тем, каким он представлял его себе во время чтения книги, и даже подходил еще лучше.
В бровях и взгляде юноши читались присущие лишь этому возрасту дерзость и бесшабашность, а и без того утонченные черты лица казались еще более ослепительными из-за проступавшей в них хищной нотки.
— Чего это ты так на меня смотришь? — юноша приподнял одну бровь, его темные немигающие глаза невозмутимо оглядывали человека, лежащего на больничной койке, а во взгляде мелькнуло мимолетное замешательство.
Шэнь Чэнмянь… казался каким-то странным, будто что-то было не так…
Ход мыслей оборвался. Осознав, что он попросту засмотрелся на Хо Юйсяо, Шэнь Чэнмянь торопливо отвел глаза. Голоса у него еще не было, и попытка заговорить вызвала лишь приступ яростного кашля.
Перед ним протянули стакан воды. Шэнь Чэнмянь взял его и сделал пару глотков; жгучая боль в горле немного утихла, и он произнес:
— С-спасибо…
Хо Юйсяо ничего не ответил, забрал у Шэнь Чэнмяня стакан, отставил его в сторону и продолжил разглядывать парня.
Вспомнив те глаза, что он видел перед потерей сознания, Шэнь Чэнмянь тихонько проговорил:
— Эт-то ты меня спас?
Его голос все еще звучал хрипло, и на каждом слове его так и подмывало закашляться.
Хо Юйсяо молча кивнул, но в глубине его глаз по-прежнему пряталось испытующее выражение.
Смотревший на него человек глядел на него совершенно чужими глазами.
Шэнь Чэнмянь не заметил скрытого в глазах Хо Юйсяо придирчивого анализа, а заметив кивок, почувствовал в душе прилив трогательной благодарности.
Не зря он накатал целое сочинение на пять тысяч знаков, защищая этого главного героя! Тот спас ему жизнь в самый первый день после перемещения в книгу!
Пусть Хо Юйсяо и не понимал, с чего вдруг Шэнь Чэнмянь проникся такой трогательностью, он все же помнил о цели своего визита.
— Зачем ты ходил на шестой этаж? — спросил он, и в его глазах промелькнула тень недоумения.
Воспоминания в голове Шэнь Чэнмяня еще не до конца улеглись, и, услышав этот вопрос от Хо Юйсяо, он машинально нахмурил брови, пытаясь сосредоточиться.
Он одновременно пытался припомнить сюжет прочитанного первоисточника и восстановить в памяти воспоминания прежнего хозяина тела.
Видя, как тот нахмурился в раздумьях, Хо Юйсяо лишь чуть повел взглядом, но подгонять не стал.
Когда Хо Юйсяо успел с ног до головы омерить Шэнь Чэнмяня взглядом, тот наконец сопоставил события этого отрезка из прочитанного романа с воспоминаниями оригинала, роившимися в голове.
Он резко поднял взгляд.
Кто-то действительно заманил Шэнь Чэнмяня на шестой этаж, и этот кто-то прямо сейчас находился перед ним.
http://bllate.org/book/24805/2934412
Готово:
