Ун... Он — элитный боец нашего взвода поддержки. Рукопашный бой, стрельба, скрытное перемещение, выживание в дикой природе — у него практически нет слабых мест. Когда ты только пришёл, он был твоим командиром отделения. Мы все ужасно завидовали, ведь он столькому тебя научил. Позже тебя перевели в наш взвод, и во время каждых тренировок ему больше всего нравилось вызывать тебя на бой один на один.
А я когда-нибудь побеждал его?
Ты? Хе-хе. Побеждал, но хорошо если раз из десяти, а в следующий раз ты неизменно огребал ещё сильнее. Джек ухмыльнулся.
Если посудить, сам он тоже не такой уж выдающийся, тогда почему Эндрю говорил, что если он уволится в запас, то ему будет очень одиноко?
Спустя неделю началась тренировка по выживанию в диких условиях. Военно-транспортный самолёт забросил их в какие-то джунгли. Роте D, в которой служил Шон, поставили задачу устроить засаду на роту А и прикрыть роту С, чтобы та смогла быстрее преодолеть джунгли.
Шону и Джеку указали конкретную точку, где они должны были залечь на дно. Как только кто-нибудь из роты А проходил мимо, им полагалось гарантировать стопроцентное попадание каждым выстрелом.
Эта задача была простой — всего лишь засада да стрельба, без всяких голливудских преувеличений из блокбастеров.
Но эта же задача была и непростой, ведь если с первого и до последнего дня тренировки бойцы роты А так и не появились бы здесь, Джеку и Шону пришлось бы неподвижно дежурить на этом месте вплоть до окончания учений.
Джек выкопал ямку в усыпанном опавшей листвой лесу, укрылся сверху дерном, а вокруг шумели тропические джунгли.
Позиция для винтовки тоже была замаскирована прекрасно — дуло с трудом можно было заметить, только если подойти совсем близко. Шон спрятался в другом углу.
Мне кажется, в штаны залезли муравьи, — тихо прошептал в рацию Джек.
Разве я не говорил тебе заранее затянуть пояс и манжеты штанин? — Шон по-прежнему не отрывал глаз от прицела.
Черт... Похоже, они забрались мне прямо на яйца... — Голос Джека звучал так, будто он с трудом сдерживает мучения.
Тогда брызни на свои яйца средством от насекомых. Шон не менял позы. Медленно спланировав вниз, сухой лист опустился ему на кончик носа; он чуть слышно выдохнул, и листок снова упал на землю.
Джек прикусил губу: Мне кажется, это вовсе не муравьи... Вдруг это какие-нибудь ядовитые пауки?
Но это точно не моя рука. Глаза Шона немного устали. — Джек, теперь твоя очередь.
Джек прицелился вперед, а Шон слегка передохнул, подложив ладони под голову.
Сменяя друг друга на отдых, они кое-как продержались до полудня третьего дня.
Шон поднял руку и взглянул на часы: время тренировки вышло, а бойцов роты А они так и не дождались.
Первым делом после того, как Джек вылез из земляной ямки, он расстегнул штаны, чтобы осмотреть свое сокровище.
Шон вздохнул: Возвращайся и покажись врачу.
Усаживаясь в военный транспорт для сбора, Шон заметил Эндрю. Тот улыбнулся ему, а затем в составе подразделения поднялся на борт самолета.
Рота С выполнила задание? — тихо спросил Шон, прислонившись к Джеку.
Выполнила, причем на семь минут раньше назначенного времени. — Джек презрительно скривил губы. — Но Шон, у тебя и правда железное терпение, просидеть там без единого движения.
Я не так крут, как ты, не смог бы терпеть три дня с искусанными муравьями яйцами. — Шон тоже тихонько усмехнулся. Умение затаиться было обязательным качеством каждого спецназовца, и они должны были держаться до конца, даже если бы пришлось пролежать все десять дней.
Я к тому, что даже если бы тебе пришлось выполнять задание в одиночку, ты все равно смог бы просидеть там один, не боясь тишины и наслаждаясь молчанием. — Джек толкнул Шона плечом и подмигнул: — Кстати говоря, у меня там уже корочкой все покрылось, через пару дней снова буду как новенький, сможем вместе кину посмотреть.
Шон невольно улыбнулся: ему совсем не улыбалось смотреть, как Джек дрочит на его собственной койке, пялясь на порнуху.
Вернувшись на базу, они снова окунулись в череду тренировок. Шон по-прежнему то и дело ощущал на себе чей-то мимолетный взгляд, но на этот раз ему наконец удалось вычислить владельца.
Шон уложился в нормативы по сборке и разборке оружия, и его отделению наконец-то не пришлось бегать кросс с полной выкладкой из-за его отставания.
Среди подбадривающих криков товарищей он заметил входящую на тренировочную площадку роту С. Выстроившись в колонну, они остановились позади роты D, заложив руки за спину в расслабленной позе.
Эндрю стоял чуть позади и правее Шона; не оборачиваясь, Шон знал, что этот парень смотрит прямо на него.
Его взгляд скользил по профилю Шона, опускаясь по шее к позвоночнику, талии и тем стройным, сильным ногам, обтянутым камуфляжными брюками.
Взгляд Эндрю нес в себе давящую энергетику, отчего Шон нервничал. Чтобы заглушить это напряжение, ему оставалось лишь полностью сосредоточиться на оружии: сборка стала уверенной и молниеносной, подчиняясь какому-то внутреннему ритму — вскинуть ствол, прицелиться и выстрелить.
Сердцебиение неожиданно совпало с темпом нажатия на спусковой крючок, и после нескольких выстрелов результат оказался поразительно хорош.
Не тратя времени на радость, Шон быстредо разобрал оружие и повернулся, чтобы встать в строй. В этот самый момент он встретился взглядом с Эндрю.
Во время тренировок никто из них не позволял себе лишних эмоций, но в холодности Эндрю Шон уловил оттенок одобрения.
Словно поймав нужную волну, Шон неожиданно для самого себя выбился в передовики роты по сборке оружия и стрельбе.
В свободное время Эндрю иногда заглядывал к Шону, и они отрабатывали приемы рукопашного боя. Хотя в большинстве случаев все заканчивалось сокрушительным поражением Шона, Эндрю, казалось, действовал предельно осторожно, стараясь нанести ему как можно меньше травм. Стоит ли говорить, что схватки в спецвойсках смертельно опасны, и каждый удар наносится не просто для того, чтобы сбить противника с ног, а чтобы полностью вывести его из строя. И даже при таком прессинге Эндрю умудрялся идеально контролировать силу ударов, так что у Шона осталось к нему лишь глубочайшее уважение.
Очередные учения: всем солдатам роты D предстояло за двадцать секунд взобраться на башню.
Шону это удалось, но наверху его уже поджидал Эндрю. Тяжелый удар пришелся Шону по голове, чуть не сбросив его вниз. Мертвой хваткой вцепившись в канат, Шон попытался перевернуться и запрыгнуть наверх, но Эндрю сзади схватил его за поясницу, и наотмашь обрушил вниз локоть.
В тот миг Шону на мгновение показалось, что он висит на волоске от смерти. То ли из-за выброса адреналина, то ли из-за того, что в мозге сохранились прежние двигательные рефлексы Шона, он вдруг резко перехватил удар локтем и, неуловимым движением перевернувшись, впечатал противника в землю. Последовал обмен ударами рук и ног. В голове Шона непрерывно всплывали картинки их совместных тренировок с Эндрю, он заранее просчитывал в уме траектории ударов, а тело словно по чьей-то указке немедленно претворяло их в жизнь. Оттолкнув Эндрю пинком, Шон бросился к цели. Он опоздал на пятнадцать секунд от нормы, и в наказание ему снова назначили марш-бросок с полной выкладкой, с той лишь разницей, что на этот раз бежала вся рота.
Никто в подразделении не упрекал его, кто-то даже подбадривал: Шон, отлично сработано! Уложился всего в пятнадцать секунд отставания против Эндрю, да ты обновил рекорд!
Шон чувствовал некоторую растерянность.
Они с Джеком тащили одно бревно на двоих. Те, кто сталкивался с Эндрю до тебя, обычно опаздывали как минимум на двадцать секунд, а кому не повезло больше — те к концу учений вообще подняться не могли!
Вот оно как... — Шон слабо улыбнулся.
Вернувшись в комнату, Шон уставился в потолок.
Он знал, что уже успешно переродился из Винсента в Шона, полностью освоившись с этим прошедшим спецподготовку телом.
Но ему казалось, будто он чего-то лишился: каким бы классным и выдающимся спецназовцем он ни стал, невозможно было стереть из памяти тяжесть того груза. С рацией за спиной, с автоматом наперевес он шагал по улицам Багдада, а впереди него шли товарищи, доверившие ему свои жизни.
Его телом владел Шон Эвис, но его разум навеки принадлежал Винсенту Манну.
Как в тот день на полевых учениях: у командира роты забарахлила рация, и Шон на уровне рефлексов забрал ее, зачистил место замыкания, заменил крошечный чип на плате, и эта железяка вновь начала улавливать радиоволны.
А ровно через неделю снова приедут военные эксперты по оценке боеготовности.
Словно чувствуя напряжение Шона, Джек хлопнул его по плечу и произнес: Братишка, ты уже и так крут! Никакая проверка тебе не страшна!
Шон лишь улыбнулся в ответ. Он думал вовсе не о том, как пройти оценку.
До начала проверки оставался еще час. Шон сидел на крыльце казармы: на площадке перед ним спецназовцы играли в баскетбол, а на пустой земле неподалеку расположились другие сослуживцы — попыхивая сигаретами, закинув камуфляжные куртки на плечи, они переговаривались и изредка выкрикивали подбадривающие фразы.
Кто-то присел рядом с Шоном, и даже не оборачиваясь, Шон понял, что это Эндрю.
О чем задумался? Ты ведь раньше отлично играл в баскетбол, почему бы не попробовать свои силы? — Голос Эндрю звучал мягко, в нем не чувствовалось и следа той смертоносной ауры, с которой он шел на противника в бою.
Потому что я не Шон Эвис, поэтому и в баскетбол играть не умею.
А кто же ты? — Эндрю усмехнулся и протянул Шону сигарету.
Я и сам... не знаю, кто я... — Шон невесело улыбнулся.
Заметив, что Шон не спешит брать сигарету, Эндрю убрал руку и закурил сам. В его манере курить было что-то усталое и отрешенное; прищурившись, он глядел на тлеющий огонек: — Послушай, Шон. Думаю, зачастую вопрос вовсе не в том, кто мы есть... а в том, чего мы хотим. К примеру, то, что ты состоишь в резерве спецназа, вовсе не значит, что ты обязан сидеть здесь вечно.
Шон посмотрел на него: Кто-нибудь говорил тебе, что в профиль под сорок пять градусов ты похож на Джорджа Клуни?
Было дело. — Шон постучал пальцем по сигарете. — Твоя бывшая девушка сказала это перед тем, как бросить тебя.
Войдя в кабинет ротного, Шон почувствовал, как прежнее напряжение постепенно отпускает его.
Изучив результаты трехмесячной подготовки Шона, оценщик произнес: Сержант Эвис, полагаю, вы сможете очень быстро вернуться к прежним боевым кондициям. Разумеется, армия — это место, где ценят человечность, и если вам потребуется отпуск, чтобы прийти в себя, думаю, командование сможет это одобрить.
Разрешите обратиться, сэр, — Шон отдал честь. — Хочу попросить о переводе в отряд обезвреживания боеприпасов в Багдаде, Ирак!
Одес? Взрывников? — Оценщик опешил, а у командира роты Шона сделалось такое лицо, будто его контузило взрывом.
http://bllate.org/book/24815/2935651
Готово:
