Ли Цзяньчжун протянул Ло Чанъаню связку ржавых старых ключей:
— Держи. От старого дома моего тестя. Живите там сколько потребуется, он сам говорил, что если в доме кто-то есть, он не так быстро приходит в негодность.
Поколебавшись, он добавил:
— Я подумал, что вам нужно заранее всё убрать и подготовить, вот и принес их пораньше, чтобы потом не суетиться и не портить себе нервы.
Судя по всему, он и правда вовремя заглянул.
Ладно, к черту, всего не переуспокоишь, в конце концов, это чужие семейные дела.
Ключи оказались как нельзя кстати. Ло Чанъань преисполнился глубокой благодарности:
— Большое спасибо тебе, братец Ли! Как только разберусь со своими делами, непременно приглашу тебя к нам на хороший обед.
Ли Цзяньчжун отмахнулся:
— Пустяки, еще успеется.
Раз ключи были доставлены, он решительно сложил руки в приветственном жесте и раскланялся:
— Занимайтесь своими делами, у меня еще есть заботы, я пойду.
В сложившейся обстановке задерживать его не стоило, поэтому Ло Чанъань обменялся с ним дежурными любезностями и проводил до самого выхода.
Вернувшись в главную комнату, он застал прежнюю напряженную атмосферу, где все вокруг словно ощетинились мечами. За это недолгое время Ло Чанъань тоже успел остыть. Раз уж маски были сорваны и дело зашло так далеко, больше не имело смысла о чем-то говорить.
Вздохнув, он принял окончательное решение:
— Раз уж мы разделили семью, то съедем сегодня же.
Он потряс связкой ключей перед Линь Юэ:
— Иди собери пожитки, а чуть позже сходишь туда, приберешься в доме.
Линь Юэ, разумеется, не возражала. Ей было готово хоть на голой земле спать, лишь бы убраться подальше от семейства Чэнь Юймэй, а уж теперь, когда у них появился свой угол, и вовсе грех жаловаться.
Затем Ло Чанъань обратился к Ло Жуну:
— Сходи к старику Фану, одолжи телегу, она нам понадобится для переезда.
Ло Жун кивнул и бросил полный тревоги взгляд на Фан Яньюнь.
Линь Юэ недовольно фыркнула:
— Не переживай, я прослежу, твою жену никто не переутомит.
Фан Яньюнь смущенно опустила голову. Ло Жун простодушно усмехнулся, почесал затылок и вышел со двора.
— Что до вас двоих… — Ло Чанъань перевел взгляд на Ло Хуа и Ли Ши. — Братец Ли, ты свободен после полудня? Сможешь остаться и помочь?
Ло Хуа тоже не стал церемониться и спросил напрямую. Еще бы! Сам он с подвернутой ногой, невеста на сносях, а в семье из здоровых мужчин — только отец да брат. И вот всё это добро нужно перетащить в старый дом да еще и порядок там навести! До темноты оставалось всего пара часов, и радоваться следовало уже тому, что удастся загнать в помощь хоть пару рабочих рук, где уж тут упускать такого силача!
А возвращаться домой всё равно пришлось бы к скучным повседневным делам, да и к тому же, вспомнив, что через несколько дней его ждет горячая и сытная еда, Ли Ши без колебаний кивнул.
Все тотчас же засуетились.
Ло Хуа уселся в главной комнате, пересчитывая имущество, выделенное при разделении семьи. Заметив кое-какую обветшалую рухлядь, урезанную в количестве и качественное сомнительную, он сцепился с Чэнь Юймэй в ожесточенной схватке — нет, то есть затеял с ней торг.
Самым главным в этом деле было зерно.
Весна только началась, до нового урожая с полей оставалось еще несколько месяцев, а без продовольствия было никак нельзя. Пусть не в избытке, но им должно хватить еды как минимум до сбора нового урожая. Именно поэтому старейшины рода присудили им пропорцию три к семи.
Но Чэнь Юймэй устроила скандал и наотрез отказалась выделять им столько зерна.
Из-за поднятого ею шума из дальней комнаты даже вышли отдыхавшие там Ло Ваньлинь с женой.
Услышав, что семья Ло Чанъаня съезжает уже сегодня, Ло Ваньлинь помрачнел. Ло Чанъань, не желая ставить отца в неловкое положение, объяснил, что жилье им помог устроить Ли Цзяньчжун. Ло Ваньлинь тяжело вздохнул и больше не стал вмешиваться, лишь с мрачным видом приказал Чэнь Юймэй выдать положенное зерно.
— Да разве они съедят столько? Сколько их там вообще ртов? Сейчас самое голодное межсезонье, если мы отдадим всё им, что станет есть наша большая семья? — запротестовала Чэнь Юймэй. — К тому же этот Ло Хуа со дня на день уйдет в семью Ли, с какой стати ему еще и продовольственный пай выделять?
— А тебе какое дело, ест моя Сяо Хуа или нет? Когда делили имущество, старейшины ни слова не сказали о том, что Сяо Хуа нельзя включать в долю! — Линь Юэ была вне себя от гнева.
Деньги в семье никогда не хранились у нее в руках, и при нынешнем разделе они получили всего семь лянов серебра на всё про всё — земли, мелкую утварь и зерно. И что на них купишь? Если отнять у них еще и зерно, ей придется пустить в ход собственные сбережения, а чем тогда платить за свадебные дары для Сяо Хуа?
— Если бы не твой сынок, наша Сяо Хуа… — Линь Юэ, вспомнив, что Ли Ши находится прямо здесь, поспешно прикусила язык.
Ло Чанъань тоже дошел до предела:
— Ты так и скажи, даешь или нет? Не отдашь — пойдем искать правды у старейшин!
Стоило лишь упомянуть старейшин, как Чэнь Юймэй скрепя сердце уступила. Но даже после этого она продолжала бормотать под нос:
— И надо же было такой бесстыдной девкой уродиться, отдавать им зерно просто…
Ло Сянфу тут же дернул ее за рукав, заставляя замолчать.
— О? Похоже, старшая тетушка действительно ничего не знает, — приподнял бровь Ло Хуа. — Может, старший братец достанет и поделится полученными серебряными монетами? Пусть старшая тетушка полюбуется, сколько же ты в итоге выручил серебра?
Ло Сянфу смущенно замялся и сделал вид, что ничего не понимает:
— Четвертый братец, о чем это ты?
Ло Хуа холодно хмыкнул:
— Хватит ломаться, твои вонючие деньги нам даром не нужны. Я просто жду не дождусь посмотреть, как вы сами расхлебаете эту кашу.
Лица Ло Сянфу и Ло Сяньгуя одновременно окаменели.
Чэнь Юймэй с подозрением покосилась на них.
Оставим в стороне эти споры и торги.
Вернувшийся с одолженной телегой Ло Жун привел с собой членов семьи Фан: Фан Хаоцзэ, его родителей и старшего брата. В такой момент Ло Чанъань и Линь Юэ уже не стали церемониться с гостями и сразу вовлекли их в работу.
Когда вещи были практически собраны, крупные предметы обихода — такие как приданые шкафы Линь Юэ и Фан Яньюнь — уже заранее погрузили на телегу.
Ло Жун стоял перед повозкой, вытирая пот со лба, и уже собирался наклониться, чтобы взяться за оглобли. Старший брат Фан Хаоцзэ, Фан Хаоцзян, тоже встал рядом, готовый помочь.
Ли Ши хлопнул Ло Жуна по плечу.
— Чегось? — растерянно моргнул Ло Жун.
Ли Ши просто аккуратно отодвинул его в сторону, наклонился, взял телегу за ручки и легко толкнул вперед. Нагруженная доверху тяжелая деревянная мебель в его руках казалась невесомой, словно лист бумаги.
Да сколько же в нем дури! — Ло Жун и Фан Хаоцзян едва не лишились дар речи.
— М-может, помочь? — заикаясь, выдавил Ло Жун.
— Не нужно.
Сделав всего пару шагов, Ли Ши словно о чем-то вспомнил, остановился и повернулся:
— Показывай дорогу, я не знаю куда ехать.
Ло Жун почесал затылок:
— Раз тебе не нужна помощь, я пойду позову Сяо Хуа, пусть покажет дорогу, всё равно от него сейчас толку мало.
Не дожидаясь ответа Ли Ши, он стремглав бросился в дом.
Спустя мгновение Ло Жун уже выводил хромающего на одну ногу Ло Хуа. Ли Ши чуть приподнял подбородок, показывая Ло Хуа идти впереди:
— Веди.
— Слушаюсь! — Ло Хуа с ухмылкой сложил руки в приветственном жесте, допрыгал на одной ноге до телеги и ухватился за стоявший сверху шкаф.
Ли Ши сделал шаг вперед и покатил повозку так легко, будто прогуливался вечерком по улице. И впрямь легко — скорость его ходьбы ничем не отличалась от обычного шага.
Но не успели они пройти и пары шагов, как Ло Хуа заартачился:
— Попридержи коней! Пожалей калеку, я за тобой просто не поспеваю!
Его нога ведь не на пружинах была.
— Ты на чем вообще растет? Откуда столько сил?
На этой телеге лежало добрых несколько сотен цзиней поклажи.
Ли Ши молча остановился:
— Залезай наверх.
— Я? — опешил Ло Хуа, оглядывая телегу. — Куда садиться?
Ли Ши отпустил одной рукой ручку повозки и хлопнул по ее бортику.
— Сюда? — изумился Ло Хуа. — Да я вообще-то не пушинка, если я заберусь, ты ее сдвинешь с места?
— Не болтай лишнего, залезай.
— А точно выдержит? — Ло Хуа с сомнением посмотрел на гору вещей, возвышавшуюся над ним самим. — Я тяжелый, а за эту ручку держаться неудобно.
По законам физики весь его вес должен был лечь прямо на руки Ли Ши.
— Не канителься, полезай давай!
Если тот будет и дальше возиться, они до ночи будут тащиться.
Ло Хуа заколебался.
Ли Ши потерял терпение:
— Быстрее.
Ладно, раз тот считает его копающимся увальнем, пусть покажет класс и проверит, на сколько его хватит.
Телега была высоковата, и Ло Хуа, встав на цыпочки здоровой ногами и придерживаясь за уложенные шкафы, неуклюже вскарабкался наверх. Шкаф качнулся, и он испуганно отдернул руку, вцепляясь мертвой хваткой в край бортика.
Увидев, что парень устроился, Ли Ши шагнул вперед. Ло Хуа от неожиданности накренился набок:
— Ай!
Он инстинктивно вцепился в предплечье Ли Ши, чтобы удержать равновесие.
— Ты хоть предупреждай! Тут же держаться не за что, — возмутился он.
Ли Ши тяжело вздохнул. Этот сорванец…
— Сиди смирно и прекращай распускать руки.
— Будто я специально! — недовольно проворчал Ло Хуа, осторожно отпуская его руку и крепко вцепляясь в ручки повозки. — Сам же тронулся с места, пока я не подготовился, кто виноват-то?
Ли Ши решил его игнорировать. Ло Хуа тоже не обиделся. Заметив, что тот по-прежнему шагает с легкостью ветра, он цокнул языком от восхищения:
— Ну ты и силач… Какую же тяжелую работу надо работать изо дня в день, чтобы нарастить такую силищу?
Не дожидаясь ответа, он тут же нахмурился:
— Наверное, ворочать тяжести — адский труд, да и ешь ты небось за троих? С твоим-то ростом… Тц-тц, неудивительно, что ты такой бедняга.
Ли Ши: «……»
Он еще даже слова не сказал, а этот парень уже вовсю болтает сам с собой. Ну и болтун же.
Ли Ши подумал об этом с абсолютно бесстрастным выражением лица.
Парочка с телегой тронулась в путь, оставив Ло Жуна и Фан Цзэцзяна ошеломленно смотреть им вслед.
Ло Хуа, опираясь на воспоминания прежнего владельца тела, указывал дорогу и заодно во всех подробностях расписывал Ли Ши попадавшиеся по пути дома. Конечно, делал он это попутно — главным для него было освежить собственные воспоминания, чтобы случайно не сплоховать в будущем.
Вскоре они прибыли на место.
Линь Юэ и тушка Фан уже пришли сюда заранее и наводили порядок.
Увидев катящего повозку Ли Ши, Линь Юэ, вышедшая с ведром воды, ахнула:
— О небеса! Ты что, один всё это дотащил? А где этот сопляк Ло Жун?
Она быстрыми шагами подбежала к Ло Хуа и отвесила ему легкую затрещину:
— Ах ты паршивец! Ну подвернул ты ногу, и что, совесть позволила на телегу залезть?
Ло Хуа торопливо спрыгнул на землю, потирая ушибленный затылок:
— Мам, у братца Ли силищи куры не клюют! Если бы он не катил так быстро, что я не поспевал, я бы ни за что не залез.
Он украдкой скосил глаза на лоб Ли Ши:
— Глянь на него, он даже капелькой пота не умылся, пока вез сюда эту тяжесть.
Линь Юэ с удивлением окинула Ли Ши взглядом с ног до головы и, заметив, что тот действительно ничуть не запыхался и дышит ровно, расплылась в еще более довольной улыбке:
— Вот и славно, с такой-то силой на жизнь жаловаться не придется.
http://bllate.org/book/24845/2938154
Готово:
