Как бы громко он ни ругался про себя, напускное почтение на лице всё же приходилось сохранять. Тан Юй с крайне фальшивой улыбкой попытался уговорить его:
— О предводитель, те три Птицы Ветра, что добыли в прошлый раз, уже кончились...
— Помнится мне, оставалась Свинья Пылающего Огня.
Опустивший голову Тан Юй закатил глаза. То была всего лишь отговорка! Неужели сложно понять отговорку?
— Возвращаясь к предводителю, у ученика небогато с приправами, эту Свинью Пылающего Огня, должно быть, удастся приготовить только на огне, вкус выйдет, пожалуй...
— Тогда жарь, — взмахнув рукавом, Шэньту Кунь первым вышел за дверь.
У Хуайчжи поглаживал подбородок, наблюдая за их разговором, а теперь, услышав о еде, поспешно вклинился:
— Эй-эй, малыш Тан Юй, приготовь побольше, дай и мне отведать — ай! —
В следующее мгновение Тан Юй увидел, как достопочтенный глава со свистом пролетает мимо в горизонтальном положении.
Шэньту Кунь за дверью взмахнул рукой, мгновенно вытащив того из помещения при помощи духовной энергии, да еще и крайне брезгливо бросил:
— А тебя это вообще касается?
Тан Юй торопливо выбежал следом. Это что, это они драться собрались?
Брошенный в полувоздух У Хуайчжи сделал сальто и изящно приземлился на землю, после чего невозмутимо поправил одежду с видом человека, давно к подобному привыкшего.
Тан Юй покрылся темными разводами от такого зрелища.
У Хуайчжи цыкнул и покачал головой:
— Старейшина, ну нельзя же так. Я вообще-то глава, в конце концов! Почему это я не могу отведать стряпню малыша Тан Юя? Помимо прочего, между прочим, именно я перевел его на Пик Тинъюнь. Вы бы хоть не благодарили, но так поступать — это просто убрать мост, перейдя реку!
Тан Юй моргнул и посмотрел на Шэньту Куня.
Выражение лица Шэньту Куня не изменилось ни на йоту: лишь стряхнув пыль с рукава, он небрежно обронил:
— Хочешь остаться — отправляйся помогать Тан Юю резать свинью.
— Резать, резать свинью? — У Хуайчжи усомнился, не послышалось ли ему, и ткнул себя пальцем в нос. — Я?
— Не я же? — Шэньту Кунь повернулся к Тан Юю. — Объясни ему, что нужно делать.
Тан Юй почесал в затылке:
— Да резать-то как раз не надо. Просто, понимаете ли, Свинья Пылающего Огня — это Демонический зверь Стадии Ядра Монстра... — он слегка кашлянул. — Моего уровня культивации не хватит, чтобы счистить с нее шерсть.
— Шерсть счистить? — опешив, переспросил У Хуайчжи, словно лишившись рассудка.
— Хм, хотя нет, погодите. Свинья Пылающего Огня огромна, так что главе, пожалуй, действительно придется помочь с разделкой.
У Хуайчжи: [...]
— Кхе-кхе, старейшина, я тут вдруг вспомнил, что в секте еще кое-какие дела остались, так что я пойду —
— М? — Шэньту Кунь бросил на него ледяной взгляд.
— Нет-нет-нет, ничего серьезного, можно и потом заняться. — У Хуайчжи неловко рассмеялся, поднял руку и закинул ее на плечо Тан Юю: — Пойдем-пойдем, давай поможем со свиньей.
Тан Юй: [...] Неужели это и впрямь глава огромной секты? Что-то он совсем не внушает доверия...
У Хуайчжи было всё равно, о чем тот думает: он просто толкал его в сторону заднего двора.
Взгляд Шэньту Куня скользнул по назойливой руке, лежавшей на плече Тан Юя.
У Хуайчжи почувствовал исходящий от него холодок. Интуиция, что годами странствовала по миру культиваторов и не раз спасала его от смертельных опасностей, заставила его немедленно убрать руку, после чего он с опаской бросил взгляд назад.
Шэньту Кунь смотрел на него с абсолютно бесстрастным лицом.
У Хуайчжи издал два нервных смешка и тут же повернулся обратно к Тан Юю. Лучше уж поболтать с милым младшим учеником: этого предводителя лучше не злить.
Дальнейшее подробно описывать не было нужды.
У Хуайчжи под чутким руководством помогал резать свинью, спускать кровь и опалять шкуру.
Тан Юй же напрямую соорудил на заднем дворе костер, нарезал несколько кусков мяса со Свиньи Пылающего Огня, слегка замариновал их в соли и водрузил над углями.
У него были лишь масло да соль, к тому же со Свиньей Пылающего Огня он столкнулся впервые и совершенно не представлял, какова она на вкус, так что приходилось жарить исключительно на глазок. Получившийся результат, естественно...
Кхе, можно сказать лишь одно: съедобно.
Во всяком случае, У Хуайчжи сделал два укуса и отложил угощение в сторону.
Наблюдая за Шэньту Кунем, который с величественным видом сидел за собственным столом и вовсю уплетал мясо за обе щеки, У Хуайчжи погладил подбородок. Неужели порция у этого старика была вкуснее? Да быть того не может, малыш Тан Юй жарил всё совершенно одинаково, он же сам видел.
— Старейшина, и как вам на вкус эта Свинья Пылающего Огня?
Шэньту Кунь даже головы не поднял:
— Чего сказать-то хочешь?
У Хуайчжи ухмыльнулся:
— Глядя, как аппетитно вы уплетаете, ваш покорный ученик смеет дерзнуть спросить: сколько же времени вы не ели ничего нормального? Хотя стряпня Тан Юя и приготовлена как надо, но что до вкуса — прямо скажем, средненько. С чего это вы так...
Ест с превеликим удовольствием?
Тан Юй скривил губы. Прошу прощения, но мастерство у него именно такого уровня.
Шэньту Кунь проявил нетерпение:
— Никто тебя оставаться не звал.
У Хуайчжи ни капли не смутился от такого отповеди и продолжил скалиться:
— Эй, я ведь тоже приложил руку, неужели и слова сказать нельзя?
Шэньту Кунь проигнорировал его и, опустив голову, продолжил трапезу.
Заметив, что тот даже не сердится, У Хуайчжи невероятно изумился. Подумав немного, он с ухмылкой придвинулся ближе:
— Старейшина, никак не думал, что ваши вкусы столь... хм, близки к народу. Раз уж вам так по душе поесть, может, мне прислать наверх пару мастеров кулинарного искусства?
Тан Юй, молча прибиравшийся неподалеку, при этих словах тут же навострил уши.
Шэньту Кунь на мгновение замер:
— Не требуется.
— Старейшина, ну посмотрите на себя: еще минуту назад бушевала буря, а в следующий миг вы сами прибежали к малышу Тан Юю за едой. Быть может, вам просто хочется отведать чего-нибудь изысканного? — с надеждой произнес У Хуайчжи. — В следующий раз, как только почувствуете зачатки гнева, я велю сразу же подать вам целый стол благоухающих блюд, глядишь, и...
Услышав это, Тан Юй невольно закивал. Что там насчет гнева или не гнева, он не понимал и знать не хотел, но идея зазвать сюда другого повара казалась ему просто великолепной — по крайней мере, тогда ему не придется терпеть угнетения со стороны этого предводителя.
Шэньту Кунь с хрустом разжевал свиную кость в своей руке и проглотил ее.
Тан Юй оцепенел от ужаса. Матерь божья, это же свиная кость, а не те запеченные до мягкости птичьи косточки, что были вчера!
Неторопливо собрав сгусток воды, чтобы ополоснуть руки, а затем вытерев их салфеткой, Шэньту Кунь поднял взгляд на Тан Юя:
— Не хочешь больше готовить?
Тан Юй посмотрел на опустевшую тарелку, затем на невозмутимого Шэньту Куня и, бросив быстрый взгляд на недоумевающего У Хуайчжи, сглотнул слюну и подобострастно произнес:
— Нет, что вы! Разве такое возможно? Для ученика великая честь готовить для предводителя, я только рад.
Шэньту Кунь, похоже, нашел его слова забавными, и уголцы его губ слегка приподнялись:
— Раз так, впредь готовь как положено.
Тан Юй скривился:
— Ученик повинуется.
У Хуайчжи моргнул. Эти двое...
Настроение Шэньту Куня улучшилось. Он извлек чайный сервиз и предложил У Хуайчжи присесть и составить ему компанию за чашкой.
Тан Юй не обращал на них внимания, погрузившись в раздумья о своих дальнейших планах.
Готовить так готовить.
Даже если бы старейшина ничего не приказал, он бы ни за что не бросил готовить и есть — пусть даже он уже достиг стадии идиотского воздержания от зерна. Если взглянуть на это под таким углом, обязанность готовить уже не вызывала столь сильного отторжения. Что ж, впредь будет просто на одного халявщика больше.
Этот негодяй хоть и помыкает им, но приготовленную еду все же оставляет ему, повару, хоть самую малость — глядя на оставленный ему небольшой кусочек жареного мяса, Тан Юй был готов заплакать лапшой. Видеть еду, но не иметь возможности нормально поесть — поистине изощренное мучение для тела и души.
Впрочем, раз уж ярлык кухарки с него не снять, нужно выжать из ситуации побольше пользы.
— Предводитель, тут такое дело... — Тан Юй осторожно покосился на его выражение лица. — Ученик может высказать одну маленькую просьбу?
Шэньту Кунь посмотрел на него:
— Говори.
— Ну, — Тан Юй почесал затылок. — Разве я в прошлый раз не говорил, что хотел бы побольше приправ? И раз уж управляющий Линь не разбирается, что именно годится для придания вкуса, может, позволите ученику самому отправиться на поиски?
Брови Шэньту Куня сошлись на переносице, и он холодно бросил:
— Ты собрался спускаться с горы?
Тан Юй кивнул:
— Верно...
— Не разрешаю! — Шэньту Куня тут же охватил беспричинный гнев. — С твоим-то уровнем культивации ты еще и с горы собрался? Не позволю!
У Хуайчжи ошеломленно смотрел на явно разозленного Шэньту Куня.
Старейшина рассердился?
И при этом духовная энергия, духовная энергия вовсе не пришла в хаос?!
Что здесь вообще происходит?
Услышав отказ Шэньту Куня, Тан Юй испытал недоумение вперемешку с досадой:
— Почему это нельзя? Разве не разрешено спускаться с горы раз в месяц? Я помню, внутренним ученикам ведь позволено ходить на тот рынок в Цинфэне? Разве там так опасно?
— ...Ты что, на рынок собрался?
Тан Юй моргнул:
— Конечно, а куда еще?
Шэньту Кунь: [...]
Тан Юй почувствовал, что тот выглядит несколько... неловко, и не удержался, исподтишка бросив на него взгляд.
— Старейшина.
Словно ухватившись за возможность сменить тему, Шэньту Кунь тут же повернулся к нему:
— Есть дело?
У Хуайчжи тихонько кашлянул, но отвечать не стал, а вместо этого обратился к Тан Юю:
— Ты столько времени в секте, и до сих пор не спускался с горы?
Тан Юй кивнул. Прежний владелец тела был одержим местью, кроме дежурств он только и делал, что культивировал, едва ли говоря хоть слово — с чего бы ему срываться вниз ради развлечений? Из-за этого все его знания об окружающем мире ограничивались родной деревушкой, где он рос. Как назло, даже после трех лет упорных каторжных тренировок перед самым переселением души здешнего обитателя его уровень культивации едва дотягивал до Ранней стадии Очищения Ци.
— Раз так, — улыбнулся У Хуайчжи, — старейшина, почему бы вам не прогуляться вместе с малышом Тан Юем вниз? В конце концов, еду-то готовить вам, не лучше ли самому выбрать ингредиенты по вкусу?
Тан Юй: [...] Нет, глава, не занимайтесь самоуправством!
Шэньту Кунь немного подумал, но всё же покачал головой:
— Хватит с меня, еще чего доброго приключится беда.
У Хуайчжи принялся уговаривать его:
— Старейшина, да вы же столько времени просидели взаперти на Пике Тинъюнь, небольшая прогулка внизу вам никак не повредит. — Заметив, что Шэньту Кунь собирается возразить, он поспешно добавил: — Каждый раз после того, как вы, кхе-кхе, ну, вы понимаете, вам неизменно требуется пара дней на восстановление. А раз уж только что вы... то прогуляться разок вокруг да около вовсе не страшно.
Шэньту Кунь покосился на Тан Юя, явно колеблясь.
У Хуайчжи тут же подкинул еще один весомый аргумент:
— К тому же, на столь короткое время действия вашего талисмана очищения сердца хватит с лихвой. Даже если случится какая-нибудь непредвиденная оплошность, вы успеете вернуться.
Он решил рискнуть: ему казалось, что этот Тан Юй — ключ к исцелению предводителя. Город Цинфэн совсем близко, так что если возникнут проблемы, они успеют вовремя. А если проблем не будет... ну, значит, и проблем никаких нет.
Услышав это, Шэньту Кунь замялся.
У Тан Юя в груди ёкнуло.
Великий старейшина, он же просто собрался купить продуктов и приправ!
Куда тебя, такую грозную махину, несет за компанию?
Не лучше ли тебе спокойно сидеть здесь и царствовать на своей горе?
Мирская пыль долин внизу недостойна столь благородного тебя!
http://bllate.org/book/24962/2952431
Готово:
