Телефонный звонок раздался, разумеется, от нового менеджера Жань Аньло — Ся Цзин.
После того как их дуэт с Тань Цином распался, прежний менеджер Жань Аньло сменил сферу деятельности, и всех находившихся у него под началом артистов перераспределили заново.
Ся Цзин, будучи звездным менеджером с безупречной репутацией и жесткими методами работы в компании Шэнцзин Развлечения, была тем человеком, чьего выбора в пользу Жань Аньло до оглашения результатов не ожидал никто.
Впрочем, в шоу-бизнесе всегда ценили результат, а не процесс: раз итог оказался хорошим, завистникам оставалось лишь кусать локти от злости и молча смотреть со стороны.
Ся Цзин сидела на диване и просматривала новые предложения о работе для Жань Аньло. Услышав вопрос, она слегка растерялась:
— Председатель Хэ? Сяо Ло, зачем ты о нем спрашиваешь?
Жань Аньло замялся и выдавил из себя:
— Сестра Ся, ты просто скажи, сможешь помочь или нет!
Ся Цзин закрыла папки, откинулась на спинку дивана и закинула ногу на ногу:
— Сяо Ло, дело не в том, что сестра Ся не хочет тебе помочь. Но если ты собрался наводить справки о Хэ Минюе, о председателе Хэ… его личные данные нельзя просто так взять и проверить.
Жань Аньло вовсе не собирался сдаваться. Смягчив голос, он капризно и умоляюще произнес:
— Я ведь как раз потому и знаю, что это непросто, поэтому и хочу попросить сестру Ся помочь мне, ну пожалуйста?
Ся Цзин нахмурилась:
— Аньло, скажи сестре Ся правду: ты хочешь узнать, есть ли у Хэ Минюя дети, потому что он тебе просто нравится и ты хочешь добиться его расположения? Или у тебя виды на его состояние?
Вопрос застал Жань Аньло врасплох, и лишь спустя долгое время он неуверенно пробормотал:
— А что, если он мне действительно нравится?
Бровь Ся Цзин взлетела вверх, а искусно накрашенные в цвет пыльной розы ногти застучали по столу.
Она прямо ответила:
— Если ты и вправду к нему неравнодушен, я только за то, чтобы ты попытался с ним сблизиться. Хэ Минюй — младший сын в Семье Хэ, человек безупречной репутации, за которым никогда не тянулось никаких скандалов… Разумеется, единственным исключением был Тань Цин.
При звуках имени Тань Цин выражение лица Жань Аньло мгновенно изменилось.
Пальцы, лежавшие у него на коленях, судорожно сжались:
— …Угу.
Разумеется, через телефонную трубку Ся Цзин не могла заметить перемены в настроении Жань Аньло:
— Поэтому даже если он тебе на самом деле нравится, сейчас тебе нельзя предпринимать никаких шагов. Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы пользователи сети решили, будто ты уводишь мужчину у Тань Цина или подбираешь объедки после него.
В голосе Жань Аньло прозвучало едва уловимое раздражение:
— Но ведь между Тань Цином и Хэ Минюем все было чистой случайностью!
Ся Цзин кивнула:
— И то верно, Сяо Ло. Впрочем, тебе стоит сказать спасибо этой случайности: иначе с чего бы репутации Тань Цина рухнуть так, что он был вынужден выплачивать баснословную неустойку за разрыв контракта, а тебе — получить шанс начать сольную карьеру?
Жань Аньло больше ничего не ответил.
Он до крови закусил губу и лишь спустя долгое время произнес:
— Я понял, спасибо, сестра Ся.
— Не за что благодарить.
Ся Цзин улыбнулась.
— Я действительно считаю, что у тебя есть талант. Я подписала с тобой контракт вовсе не для того, чтобы делать из тебя красивую куклу.
— Я буду стараться, сестра Ся.
Ся Цзин приподняла подбородок, поставила ручкой галочки на нескольких документах с предложениями и продолжила:
— Что касается того дела с председателем Хэ, тут сестра Ся тебе действительно не помощница. Но, Сяо Ло, если тебе так не терпится всё узнать, почему бы тебе не спросить у звездного актера Цзи?
Жань Аньло опешил:
— Цзи Яньсю?
Ся Цзин произнесла:
— Ты даже по имени его зовешь? Похоже, вы и вправду неплохо ладите. Ты спас младшего брата звездного актера Цзи, а их семейная клиника всегда сотрудничала с Корпорацией Хэ, так что он вряд ли тебе откажет.
Жань Аньло помедлил и тихо ответил:
— Да… я понял.
Ся Цзин бросила взгляд на непроглядную черноту ночного неба за окном и многозначительно произнесла:
— Вот и отлично. Сяо Ло, ты здесь человек новый, и если кто-то тебе помогает, это всяко лучше, чем самому биться лбом о стены.
Вызов завершился.
Жань Аньло открыл приложение для мессенджера, прокрутил список контактов и наконец нашел знакомую аватарку.
Из-за частых переписок этот контакт был добавлен у него в список избранных.
Поколебавшись еще несколько мгновений, Жань Аньло все же открыл чат.
— Яньсю, можешь мне помочь?
Торговля на уличных лотках у Тань Цина сегодня шла на ура.
Возможно, приближался Новый год, и, как ему казалось, молодые парни и девушки внезапно разбогатели.
Даже пожилые дяди и тети, которые обычно любили поторговаться, сегодня были на удивление празднично настроены и цену не сбивали.
И слава богу, что не сбивали!
В конце концов, те лисьи хвосты, что лежали у него в сумке, были последними запасами Тань Цина.
Учитывая тот факт, что он уже ободрал до гола всех своих лесных братьев и сестер, Тань Цин твердо решил сменить профессию, как только распродаст остатки.
Правда, он пока еще не представлял, чем займется завтра.
Но если подумать.
Завтрашний день станет днем свободы от забот о молочной смеси, новым днем, днем великих перемен и открытий.
На лице Тань Цина было написано чистейшее счастье, а покупателей он встречал самой лучезарной улыбкой.
И без того прекрасное и утонченное лицо казалось еще более живым и одухотворенным, напоминая ожившую картину — яркую и притягательную.
Вскоре в пузатом рюкзаке осталась лишь пара разрозненных брелоков из лисьих хвостов.
Тань Цин протянул руку, разложил их чуть поодаль друг от друга, а затем зябко задрожал и порывисто встряхнул ногами.
Он уже собирался затянуть какую-нибудь зазывалку на манер вон того торговца с Северо-Востока, как вдруг заметил человека, шагающего со стороны мрачного и тесного переулка прямо напротив.
Хотя нет, людей было двое.
Один высокий, другой маленький.
Товары на этом ночном рынке в основном были дешевыми и повседневными, о подлинности брендов тут и речи не шло. Да и покупателями являлись главным образом молодые работяги, желающие нарядиться подешевле, да пенсионеры, экономящие каждую копейку.
И на этом фоне.
Высокий, стройный Хэ Минюй в сшитом на заказ костюме выглядел чужеродно и бросался в глаза.
Издалека он казался даже страшнее дружинников из городского управления.
Особенно учитывая то обстоятельство.
Что прямо на плечах у Хэ Минюя сидел и покачивался из стороны в сторону ни о чем не беспокоящийся малыш.
У разложенного перед ним лотка стояла сомневающаяся молодая девушка. Держа в руках два брелока — красный и белый — она спросила Тань Цина:
— Маленький босс, как по-вашему, какой лучше взять?
Тань Цин как раз размышлял о траектории движения Хэ Минюя и ответил на автопилоте:
— Конечно красный, красный уже триста лет как культивирует.
Девушка испуганно моргнула:
— А?
Тань Цин моментально отнекался всеми тремя способами и лучезарно улыбнулся с предельной искренностью:
— Да я так, сболтнул не подумав! Красавица, раз вы такая прелестная, отдам оба со скидкой в пять процентов, согласны?
Девушка залилась краской от комплимента и в конце концов купила оба брелока, переведя Тань Ц. деньги через платежное приложение:
— Никаких скидок не надо! Маленький босс, вы такой обаятельный и красноречивый, пусть ваша торговля процветает!
Выдав привычный шквал искусных комплиментов, от которых покупательница упорхнула в прекрасном настроении, Тань Цин опустил голову и проворно открыл кошелек на экране телефона, вытягивая нежные белые пальцы, чтобы подсчитать сегодняшнюю выручку.
Маленький босс Тань усердно проверял свою казну, сверяя каждую цифру и бормоча себе под нос:
— Двадцать, двадцать, восемьдесят…
Холодный и низкий голос бесцеремонно вмешался в процесс:
— Сколько заработал?
Сияющий от радости Тань Цин отрапортовал:
— Триста шестьдесят!
Победоносно завершив подсчеты, он резко поднял голову.
Перед лотком стоял Хэ Минюй.
Тань Цзицзи послушно восседал на плече у Хэ Минюя, закутанный в толстый цветастый ватник, из-под которого виднелись лишь папарацци-глазенки.
Широко распахнув глаза, Тань Цзицзи уставился прямо на Тань Цина и ласково засюсюкал:
— Па, па!
Тань Цин еще не успел ничего ответить, как Хэ Минюй тихо произнес:
— Мм.
Тань Цин: «???»
Из-за тесноты ночного рынка торговые места были совсем крошечными.
И теперь.
Когда они оказались так близко друг к другу, разделенные лишь узкой полоской клеенки, Тань Цин с досадой обнаружил, что Хэ Минюй, оказывается, был намного выше его.
Это наносило сокрушительный удар по самооценке прародителя демонов-лис.
Тань Цин шмыгнул покрасневшим от холода носом и недовольно бросил:
— Пройди, пройди, ты загораживаешь мне покупателей.
Однако время близилось к закрытию, и самый оживленный час ночного рынка уже миновал.
Хэ Минюй оглянулся назад, а затем снова перевел взгляд на Тань Цина:
— Никого нет.
Тань Цин фыркнул:
— Да к тебе из-за такой глыбы вообще никто не подойдет!
Хэ Минюй ничего не ответил.
Ночь на окраине столицы выдалась на редкость морозной.
Вдобавок несколько дней назад прошел снег, и теперь, когда он начал таять, от земли веяло леденящим душу холодом, пробирающим даже сквозь толстую подошву валенок.
В тусклом, расплывчатом желтоватом свете фонарей — не было видно даже мошкары.
Но зато отчетливо проступало раскрасневшееся на морозе лицо Тань Цина.
Помимо покрасневшего носа, алели его щеки.
Уголки глаз тоже слегка покраснели.
А губы были ярко-алыми.
Хэ Минюй почувствовал внезапную жажду, отвел взгляд и спросил:
— Это и есть твой новый побочный бизнес?
Тань Цин втянул голову в плечи, пытаясь целиком спрятаться в ватник, и огрызнулся:
— Какое там, это уже основной заработок, между прочим.
Хэ Минюй нахмурился:
— Не выражайся.
Тань Цин: «……»
Тань Цин вздохнул:
— Ваша светлость, главный спонсор, многоуважаемый босс, подвиньтесь, дайте мне распродать остатки, а? Сегодня на редкость удачный день.
Только теперь Хэ Минюй заметил скромный рекламный плакат.
Двадцать один штука.
Бросив беглый взгляд, он насчитал еще около десятка нераспроданных вещиц.
И тут Хэ Минюй с раздражением осознал, что его глаза помимо его воли снова и снова возвращаются к Тань Цinu.
— Вот Тань Цин наклонился, чтобы поправить товар на земле.
— Вот Тань Цин притоптывает ногами от холода.
— Вот Тань Цин чихнул.
Уголки его глаз покраснели еще сильнее, делая его похожим на обиженного, донельзя жалкого зверька.
Хэ Минюй вытащил кошелек, отсчитал пять красных бумажек и протянул Тань Цinu:
— Двадцать один минус семнадцать, остальное…
Тань Цин молниеносно выхватил деньги, запихнул их в карман, и его глаза согнулись в лучиках счастливой улыбки:
— Сдача пойдет на чай, верно? Знаю я вас, богатеев, любите вы оставлять чаевые!
Хэ Минюй: «……»
Хэ Минюй тоже вздохнул:
— Сам-то как думаешь, за что тебе давать чаевые?
Тань Цин ненадолго задумался, а затем с опаской и надеждой обратился к спонсору:
— Работа в лютый мороз, верность долгу, преданность делу и самоотверженный сервис для народа?
Хэ Минюй: «……»
Не выдержав, Хэ Минюй отвернулся:
— Все, сворачивайся, Тань Цзицзи капризничает и никак не уснет, иди укладывай.
Тань Цин только сейчас вспомнил, что каждый вечер обязан рассказывать Тань Цзицзи сказку.
Эту идею он почеркнул из какой-то детской образовательной программы по телевизору, где уверяли, что это полезно для умственного развития ребенка и способствует его гармоничному росту.
Правда, Тань Цин терпеливо занимался развитием малыша уже дней двадцать, но у Тань Цзицзи так и не вырос лисий хвост.
Что тут скажешь.
Все эти людишки — сплошные вруны.
Размышляя об этом, Тань Цин бросил взгляд на оставшиеся в рюкзаке пушистые брелоки и в конце концов решил ради денег всесильного спонсора потерпеть еще один денек.
Он наспех застегнул молнию рюкзака, вскочил на ноги и бросился за Хэ Минюем:
— Подожди меня, подожди!
Примечания автора:
Небольшая сценка:
Тань Цин-Цин: Больше нельзя торговать с лотка! Придется менять профессию! И чем же заняться?! (нервно подергивает ногой)
Хэ Минюй: Стань моей содержанкой?
Жун Шэн: Стань моим любовником?
Цзи Яньсю: Приходи ко мне учиться актерскому мастерству?
Жань Аньло: ??? Почему мне кажется, что я что-то упустил???
http://bllate.org/book/24991/2955459
Сказали спасибо 0 читателей