На третий день Янь Гуй издалека увидел озеро, которого здесь быть не должно.
На карте было указано, что на этом месте располагается кустарниковая роща, но теперь по неизвестной причине весь рельеф просел, и лишь кое-где из неглубокого озера виднелись верхушки кустов. Присмотревшись внимательно, Янь Гуй заметил, что берега покрыты тонким слоем белых кристаллов, а когда налетал ветерок с водной глади, в воздухе отчетливо пахло солоноватой сыростью.
Вода в этом озере была морской.
Та синий демонический зверь, чей внутренний алтарец он извлек вчера, возможно, выполз именно из этого соленого озера.
К тому же это соленое озеро вряд ли было настоящим. Янь Гуй предполагал, что, скорее всего, в тот момент, когда Царство Тяньлань и Царство Сюанью частично соединились, этот участок водного пространства просочился сквозь границу, притянув за собой и демонических зверей, обитающих исключительно в Царстве Тяньлань.
Суммируя всё вышесказанное, находиться у этого озера было определенно небезопасно.
Янь Гуй оглянулся на Шэнь Юньцы.
Шэнь Юньцы, разумеется, тоже догадался о происхождении этой воды, поэтому кивнул:
— В обход.
Кто бы мог подумать, что, совершая этот обход, они столкнутся со знакомыми в узком горном ущелье — это была одна из тех групп, на которые ранее разделились ученики Секты Меча Тайвэй и Дворца Зеркальных Цветов, продолжавших путь вместе.
Похоже, удача у этих людей была не из лучших, — подумал Янь Гуй, окинув взглядом открывшуюся перед ними картину.
Местность здесь была чрезвычайно узкой, горные кручи по обеим сторонам сходились все ближе и ближе к вершине, оставляя лишь тонкую полоску неба. Вход в долину тоже был небольшим: на глаз Янь Гуя, там могли пройти максимум три-четыре человека в ряд.
Большая часть отряда отдыхала на крупных выступающих из земли валунах у дороги, причем на одежде некоторых виднелись пятна крови — судя по всему, они только что пережили схватку. Даже на лицах тех, кто не пострадал, выражение было вовсе не расслабленным.
Усталость и страх вымотали их до предела.
Шэнь Юньцы стоял рядом с Янь Гуем и, склонив голову, тихо произнес ему на ухо:
— Численность не совпадает.
Когда ранее Секта Меча Тайвэй и Дворец Зеркальных Цветов разделялись на группы, Янь Гуй, хоть и предпочел отлеживаться в облачной повозке и не выходил наружу, все же отчетливо видел, как именно они поделились.
Дворец Зеркальных Цветов выделил три отряда, примерно по тридцать человек в каждом; Секта Меча Тайвэй разделилась на два отряда, в каждом из которых было около пятидесяти человек. Затем старшая ученица Дворца Зеркальных Цветов Бай Вэй увела один отряд, а оставшиеся смешались с двумя отрядами Секты Меча Тайвэй.
Иными словами, в каждом подразделении должно было насчитываться от семидесяти до восьмидесяти человек.
Такое количество людей в Царстве Сюанью на самом деле обеспечивало высокую безопасность, а учитывая, что Секта Меча Тайвэй и Дворец Зеркальных Цветов обладали собственными сильными сторонами и дополняли друг друга, при слаженном взаимодействии они вряд ли могли столкнуться с по-настоящему опасной ситуацией.
Однако, после подсказки Шэнь Юньцы, Янь Гуй слегка пересчитал людей и обнаружил, что в этом отряде осталось всего около сорока человек. Глядя на их мрачные и унылые лица, можно было легко догадаться, куда подевались пропавшие: скорее всего, они сгинули где-то по дороге.
При этой мысли в голове Янь Гуя тут же всплыло то самое озеро.
— Зайдем, посмотрим, — сказал Янь Гуй.
Шэнь Юньцы не стал возражать и последовал за Янь Гуем прямо в ущелье.
У входа в долину стоял Барьер, преграждавший путь посторонним, но качество его было едва удовлетворительным — по всему было видно, что тот, кто его ставил, изрядно спешил.
Шэнь Юньцы взмахом меча рассек Барьер. Среди всех прибывших в Царство Сюанью он по праву считался одним из сильнейших по уровню культивации, поэтому чужой Барьер, разумеется, не мог его остановить.
Однако в тот самый миг, когда Барьер рухнул, ученики, устроившиеся на привал в ущелье, вздрогнули, словно испуганные кролики, и мгновенно уставились на вход полными ужаса и настороженности взглядами.
А затем в поле их зрения появился Шэнь Юньцы: с длинным мечом в руке, в безупречно белых одеждах и с нефритовой короной на голове, чистый от малейшей пылинки.
В Секте Меча Тайвэй Шэнь Юньцы и в обычное время пользовался огромным авторитетом, а будучи личным учеником главы, заслужил почтительного обращения «старший братишка Шэнь» от почти каждого адепта. Пережив только что смертельную угрозу, эти люди при виде него почувствовали, как туго натянутая струна в их душах резко ослабла.
На лицах многих отразилась радость, а некоторые, особо робкие, наконец не выдержали и всхлипнули.
Янь Гуй даже засомневался: не казался ли Шэнь Юньцы в глазах этих людей существом со святым сиянием за спиной, сошедшим с небес божеством?
— Старший братишка Шэнь… — к нему бросился один из адептов Тайвэй на Стадии Зарождающейся Души. В порыве чувств он вцепился в рукав Шэнь Юньцы и едва не опустился на колени. — Я не оправдал возложенных на меня надежд, половина учеников из нашего отряда погибла! Если бы мы не встретили вас здесь, возможно, и оставшиеся в живых…
Шэнь Юньцы протянул руку, поднимая адепта, и заодно непринужденно стряхнул пальцы, вцепившиеся в его рукав.
Янь Гуй, наблюдавший за этой сценой со стороны лишь потому, что был незнаком с этими людьми, отчетливо заметил данный жест. Другие могли ничего не понять, но Янь Гуй, прекрасно знавший истинную натуру Шэнь Юньцы, мог поручиться: тому смертельно претили подобные вольности.
— Что у вас стряслось? — лицо Шэнь Юньцы оставалось мягким и благожелательным, а в голосе звучали успокаивающие нотки.
Хотя Янь Гуй и понимал, что это наверняка чистой воды игра на публику, нельзя было не признать — действовало безотказно.
Эмоции адепта на Стадии Зарождающейся Души быстро улеглись, после чего он во всех подробностях поведал о случившемся в пути:
— Мы с другим отрядом отправились в противоположные стороны. Первые два дня всё шло нормально, попадавшиеся по дороге демонические звери и духи были в основном четвертого или пятого ранга. Мы передвигались сообща, и справиться с ними не составляло труда. А сегодня в полдень мы проходили мимо озера. Вода в нем сияла и переливалась, а если приглядеться, на самом дне обнаружилось немало сокровищ.
Услышав это, Шэнь Юньцы вздохнул:
— Вы полезли в это озеро?
— Мы опасались неожиданностей, поэтому сначала спустились лишь вдвоем-втроем для разведки, — адепт слегка смутился от вздоха Шэнь Юньцы, и голос его невольно стал тише. — Те, кто спустился первыми, вытащили со дна несколько вещиц, и, убедившись, что это подлинные сокровища, остальные тоже не смогли сдержаться и полезли в воду. Кто бы мог подумать, что из ила на дне внезапно вынырнет гигантская черная тень! Мы и глазом моргнуть не успели, как те, кто подобрался ближе к дну, оказались ею проглочены. Остальные поняли, что дело неладно, и тут же выбрались из воды, но эта тень не отставала — она преследовала нас от самого дна озера до самого берега!
— Как выглядела эта тварь? — спросил Шэнь Юньцы.
— Огромная, размером едва ли не с треть озера. Внешне напоминает кита, но тело состоит из полупрозрачной синей дымки, сквозь которую просвечивает костяк. К тому же она способна парить в воздухе точно так же, как плавать в воде, разве что чуть медленнее. Наше величайшее счастье, что она двигалась не так проворно, как в воде, иначе нам бы никому не спастись. А потом, убегая, мы случайно набрели на это ущелье; чудище оказалось слишком большим, чтобы пролезть внутрь, попыталось пару раз протаранить скалы телом, а поняв, что толку нет, убралось восвояси.
Шэнь Юньцы поинтересовался:
— Сохранилось ли у вас то, что вы называете сокровищами, поднятыми со дна озера?
Адепт на мгновение замялся, но все же достал Флейту из зеленого бамбука и передал ее Шэнь Юньцы:
— Я был одним из тех, кто спускался первым, и нашел эту флейту на дне, а во второй раз в воду уже не лез.
Хотя инструмент был бамбуковым, стебель излучал изумрудный блеск, отличаясь такой изящной прозрачностью, что превосходил многие нефритовые флейты. Два белых кусочка нефрита, вставленные в отверстие для мундштука, приятно теплели в руке, а их порода была совершенно лишена изъянов и примесей. Даже серовато-зеленый темляк, висевший на флейте, явно не был простой вещью.
Шэнь Юньцы покрутил флейту в пальцах, оглаживая ее поверхность, затем тихонько усмехнулся и швырнул инструмент стоявшему рядом Янь Гую.
Янь Гуй инстинктивно протянул руку и поймал предмет. Едва флейта коснулась его ладони, он, будучи полным дилетантом в музыкальных инструментах, всё же сразу понял — перед ним вещь редчайшая.
— Бамбук десятитысячелетней выдержки с Горы Яо, ледяной нефритовый мозг из Куньлуня, а темляк соткан из шелка серебряных акул Восточного Моря. Столь безупречное сокровище — жаль лишь, что это фальшивка, — глядя на бамбуковую флейту в руках Янь Гуя, негромко произнес Шэнь Юньцы.
— Как… этого не может быть, — адепт не хотел верить своим ушам.
Янь Гуй снова взглянул на флейту, но при всем желании не находил в ней ни единого изъяна, выдавшего бы подделку.
— Та тварь, с которой вы столкнулись, называется демоном миражей, — пояснил Шэнь Юньцы. — Это демонический зверь Восьмого ранга, чья сила равна Стадии Слияния с Пустотой. Обитает он преимущественно в глубоких водах. Если в человеческом сердце таятся сокровенные желания, этот демон с помощью собственной ауры порождает иллюзию, воплощая в реальности самое прекрасное, способное утолить любые чаяния. И хотя порожденное им видение обладает лишь пустой формой, людям с более низкой культивацией не под силу отличить правду от обмана.
— Но как ты понял, что это подделка? — с недоумением спросил Янь Гуй.
Шэнь Юньцы чуть приподнял веки:
— Потому что подлинник хранится у главы секты Тайвэй.
Стоило ему произнести эти слова, как у остальных пропали последние сомнения в истинной природе предмета. А Янь Гуй к тому же получил новое системное уведомление.
Те немногие, кто тоже обзавелся сокровищами со дна озера, не смогли скрыть на лицах горького разочарования, услышав слова Шэнь Юньцы. Однако куда больший ужас охватил остальных из-за описания демона миражей Восьмого ранга.
— Старший братишка Шэнь, откуда в Царстве Сюанью взялся демонический зверь Восьмого ранга? Что же нам теперь… как нам быть?
— В Царстве Сюанью начались перемены. Боюсь, подобный высокоранговый зверь, как демон миражей, здесь не один, — Шэнь Юньцы нахмурился. — Если вы хотите уйти, я могу помочь вам выбраться отсюда.
Находящиеся в ущелье переглянулись. Поразмыслив немного, подавляющее большинство решило покинуть Царство Сюанью раньше срока.
Многие из этих учеников впервые покинули родную обитель. Чудом избежав смерти от лап демона миражей и воочию убедившись, как почти половина их товарищей в мгновение ока сгинула в пасти чудища, никто из них больше не испытывал ни малейшего желания продолжать путь.
На самом деле это был крайне разумный выбор: сколько бы ни таило в себе сокровищ Царство Сюанью и сколь бы ни было оно полезно для практики, собственная жизнь ценилась выше всего.
Шэнь Юньцы извлек из-за пазухи бумажную бирку и сжег ее синим пламенем. Из пепла одна за другой взметнулись дюжина белых искр, сплетшихся в бумажного журавлика, источавшего мягкое свечение. Он слегка коснулся указательным пальцем клюва птицы, и та ожила, закружившись в воздухе и застыв перед ним.
— Следуйте за этим журавликом, он выведет вас кратчайшей дорогой к выходу. Если в пути возникнет опасность, он предупредит. Помните: ни в коем случае не задерживайтесь по дороге из-за каких-либо странных явлений.
Когда большинство последовало за улетевшим журавликом, в ущелье, помимо Шэнь Юньцы и Янь Гуя, остались всего три человека.
Все трое являлись учениками Пика Шанъюань Секты Меча Тайвэй, и среди них находился тот самый адепт на Стадии Зарождающейся Души.
— Вы действительно не уходите? — переспросил Шэнь Юньцы, хотя в душе вовсе не жаждал брать с собой попутчиков.
Адепт на Стадии Зарождающейся Души с некоторым смущением ответил:
— Мы всё же подумали, что двигаться вместе со старшим братишкой Шэнем будет куда надежнее. К тому же Трава Сбора Душ еще не добыта, уходить вот так было бы неправильно…
Услышав это, Янь Гуй мысленно усмехнулся: рядом с Шэнь Юньцы как раз-таки было опаснее всего. Если им довелось бы случайно узреть то, чего видеть не положено, они бы воочию убедились, что Шэнь Юньцы пострашнее любого демона миражей.
— Раз так, можете идти следом, — в мягком тоне Шэнь Юньцы проскользнула едва уловимая нотка досады.
Последующие три дня прошли на удивление гладко — никаких неожиданных происшествий не случалось.
Однако подобное чрезмерное затишье лишь зарождало в душе Янь Гуя нехорошие предчувствия.
На седьмой день пребывания в Царстве Сюанью отряд Янь Гуя наконец добрался до места, где росло Древо, Умиротворяющее Душу.
Его корни тянулись из смердящего черного илистого болота, пропитанного зловещей аурой обиды, однако ствол, ветви и листва дерева были пышными и зелеными, а сами они источали слабое сияние, создавая резкий контраст с мрачной и сырой обстановкой вокруг.
Один уголок напоминал бессмертную обитель, другой — демоническое чистилище.
Среди переплетенных корней Древа, Умиротворяющего Душу, ютилось бесчисленное множество крошечных бледно-зеленых травинок. На самых кончиках стебельков горели голубоватые огоньки — это и была Трава Сбора Душ, за которой охотился Павильон Захвата Звезд.
Желанная вещь находилась на расстоянии вытянутой руки, но стоявшие на краю топи люди не смели сделать и шагу.
К своему удивлению, добравшись до места, Янь Гуй обнаружил, что кто-то уже опередил их. По логике вещей, Янь Гуй узнал о местонахождении Древа заранее и никто не мог обогнать его, однако из-за перипетий в Царстве Тяньлань им пришлось несколько раз делать серьезный крюк.
Но даже при этом удача тех людей казалась чересчур невероятной.
Впрочем, от раннего прибытия толку было мало. Янь Гуй покачал головой, глядя на толпу у черного болота: они переглядывались друг с другом, но ни у кого не хватало смелости ступить вперед первыми.
Оно впитывает зловещую ци мертвецов и не разлагается, концентрирует в себе тяжелые обиды и не оскверняется ими, а с помощью толики духовной силы земных жил усмиряет озлобленных духов во всех четырех направлениях.
Ветка, Умиротворяющая Душу, получила свое название неслучайно: там, где она растет, неизменно лежат горы костей и бродят мириады мстительных призраков. То самое черное болото, выглядевшее столь опасным, на поверку и являлось скоплением бесчисленных останков и накопленных веками обид.
Если попытаться пройти по нему напрямую, призрачные сущности, рожденные затаенной в пучине злобой, мгновенно утянут смельчака в черную грязь, чтобы он составил им компанию.
Судя по выражению лиц людей на берегу, Янь Гуй догадался, что кто-то наверняка уже испробовал болото на собственной шкуре — и не вернулся.
http://bllate.org/book/25005/2957611
Готово:
