Глава 6. Он невиновен
Цин Ибай безэмоционально стоял у входа в кабинет, посасывая сливочную конфету Белый кролик. Во рту разливался сладкий молочный вкус, но в мыслях он думал: «Какая же гадость».
Янь Яньянь от удивления широко раскрыла глаза, очевидно, ничего об этом не зная. Она страдала сильной близорукостью, и её глазные яблоки выкатывались наружу, как у рыбы, из-за чего сейчас её выражение лица казалось одновременно жутковатым и комичным.
Син Цин продолжил убеждать её мягко и настойчиво, глядя с жалостью и ободрением:
— Разве сегодня вечером нет классного часа? Учитель Янь, возможно, могла бы воспользоваться этим случаем и провести для учеников урок нравственного воспитания.
Янь Яньянь опустила голову и не произнесла ни слова.
Син Цин присел:
— У учителя Янь ведь тоже есть ребёнок. Если бы однажды ваш ребёнок столкнулся с подобным... Ах, простите, я вовсе не хочу проклясть вашего ребёнка. Я просто хотел сказать, что в таких вещах, как школьная психологическая травля, нет невиновных. Каждый равнодушный наблюдатель — соучастник.
Син Цин сам расчувствовался от собственных слов. Он уставился на висевший за спиной Янь Яньянь шелковый плакат с вышитыми на нём четырьмя иероглифами «Обучать и воспитывать» и тихо произнес:
— Включая вас, меня и его.
После этих слов в комнате внезапно воцарилась тишина.
Янь Яньянь продолжала молчать, мертвой хваткой вцепившись в зажатую в руке перьевую ручку — её пальцы побелели от слишком сильного нажима.
Син Цин попрощался и вышел. Всё, что можно было сказать вчера вечером, он уже высказал, и если не уйти сейчас, Син Цин понятия не имел, что еще сможет добавить.
— Эта семья, — вдруг заговорила Янь Яньянь. — Они теперь почти каждые выходные подкарауливают Цин Ибая у школьных ворот, поэтому Цин Ибай по выходным вообще никуда не выходит.
Син Цин вздрогнул от неожиданности, но на лице не дрогнул ни один мускул:
— Спасибо, учитель Янь.
Выйдя из кабинета, Син Цин заглянул в туалет, глубоко вздохнул и размял плечи. Он всегда отличался мягким нравом и редко выходил из себя, но сейчас почему-то почувствовал сильную усталость.
Однако на душе стало немного легче.
Интересно, сработает ли это импровизированное и неуклюжее внушение?
Выйдя за школьные ворота, Син Цин решил поговорить с родственниками жертвы.
Он покрутился у входа, но не заметил никого подозрительного, поэтому решил обратиться за помощью к охраннику.
Охранник его помнил и поначалу отнесся к нему настороженно, так что Син Цин поневоле пришлось снова пустить в ход заготовленную легенду:
— Я старший брат Цин Ибая...
Охранник:
— Цин Ибай?
Син Цин:
— Да-да, тот самый красивый и умный Цин Ибай.
Охранник:
— ...
Син Цин тут же допытывался:
— Вы не видели тут кого-нибудь, кто приходит искать Цин Ибая каждую неделю?
Охранник сразу всё понял:
— А, вон то заведение через дорогу.
Охранник продолжил сплетничать:
— Старушка приходит каждую неделю. Раньше она по неосторожности проскользнула в школу и устроила скандал, а теперь, когда её больше не пускают, приходит караулить по выходным.
Син Цин спросил:
— Зачем она его караулит?
Охранник ответил:
— Кто знает. Но зрелище жуткое: вцепится в школьную форму Цин Ибая, упадёт перед ним на колени и рыдает в три ручья со словами вроде: «Моя дочь умерла, почему ты до сих пор жив? Ступай вниз и искупи вину перед моей дочерью!» и всё в таком духе. Она торчит там целый день напролёт — иногда одна, иногда приходят её родственники. И на что это похоже, скажите на милость?
На другой стороне дороги, в кофейне, сидела пожилая женщина и, не моргая, смотрела на них через стекло.
Син Цин перешел дорогу и вошел в кофейню.
Вблизи он смог разглядеть её отчётливо: тусклые карие глаза глубоко запали в глазницы, седые волосы растрепаны, а лицо густо исчерчено глубокими и мелкими морщинами.
Если бы не слегка дрожащие руки, лежавшие на столе, Син Цин мог бы подумать, что перед ним просто пустая оболочка, натянутая на кости.
Рядом с ней сидел еще один старик, по всему судя — её муж.
Син Цин мысленно вздохнул, подошел и сел напротив:
— Бабушка.
Старушка взглянула на него, но тут же отвернулась, снова уставившись на школьные ворота.
— Бабушка. — Выждав немного, Син Цин продолжил: — Зачем вы так поступаете с Цин Ибаем?
Старушка вдруг вздрогнула, резко обернулась и пронзительно закричала:
— Что ты сказал?
Син Цин не ожидал такой бурной реакции:
— Бабушка?
Старушка внедорожно зарыдала:
— Что ты понимаешь?! Моя дочь умерла, моя единственная дочь, её больше нет!
Син Цин почувствовал себя неуютно. Её муж заговорил:
— Молодой человек, вы кем приходитесь?
Увидев, что Син Цин выходит из школы и выглядит совсем юным, тот принял его за одноклассника Цин Ибая.
Син Цин ответил:
— Я двоюродный брат Цин Ибая. Мы стали общаться ближе только в этом году.
Он перевел взгляд на пожилую женщину:
— Бабушка, вы понимаете, сколько проблем вашими стараниями появилось у Цин Ибая?
Старушка словно с цепи сорвалась:
— Его отец убил мою дочь, я хочу уничтожить его сына! Какая же я неправа?!
Она снова горько заплакала:
— Всё разрушено, наша семья полностью разрушена!
Син Цин на мгновение потерял дар речи, но ведь во всём этом нет вины Цин Ибая, думал он.
Психическое состояние пожилой женщины оставляло желать лучшего. Не успел он сказать и пару слов, как сидевший рядом старик поднялся:
— Молодой человек, я провожу вас.
Хозяева явно давали понять, что пора уходить, и у Син Цин не оставалось иного выхода, кроме как встать.
Старик проводил его до выхода из заведения и произнес:
— Простите.
Син Цин повернулся к нему лицом и не удержался:
— То, что она делает — неправильно. Почему вы её не остановите?
Изборожденное морщинами лицо старика было преисполнено глубокой скорби:
— После гибели дочери наша семья практически разрушена. Раз она хочет так поступать, пусть делает, что хочет.
Син Цин посмотрел на него с бесконечной печалью.
— Последние несколько лет у неё не всё в порядке с рассудком, а несколько дней назад она слегла и её возили в больницу.
Старик вздохнул:
— Ей осталось недолго.
Син Цин медленно развернулся и пошел прочь. У него больше не было слов.
Вернувшись в школу, Син Цин посмотрел на пустой спортивный плац, чувствуя себя потерянным и растерянным.
Он забился в какой-то угол и сжался в комок.
Как же он был наивен — какая тут могла быть точка? С того самого момента, как произошла трагедия, жизни и Цин Ибая, и родственников жертвы погрузились в бесконечный круговорот бедствий.
— Эй! — позади внезапно возник Цин Ибай, и его высокая фигура отбросила на Син Цина тень.
Син Цин обернулся. Цин Ибай протянул ему сигарету, но Син Цин покачал головой:
— Я не курю.
Цин Ибай цыкнул языком и нетерпеливо тряхнул рукой.
Син Цин пришлось взять сигарету и зажать её в губах. Он действительно не курил — так повелось еще с прошлой жизни: когда ему было тяжело, он просто обнимал себя за плечи, а не топил горе в табачном дыму.
Цин Ибая позабавил его вид:
— Чего у тебя лицо такое, будто у тебя родители умерли? Я же еще ничего толком не сказал.
Син Цин молча смотрел на него. Цин Ибай хлопнул его по плечу, и в его голосе прозвучала редкая мягкость:
— Ладно, иди давай. У меня всё хорошо, больше сюда не приходи.
— Тебе ведь на самом деле очень больно, — пробормотал Син Цин.
— Что? — Цин Ибай щелкнул зажигалкой, подкуривая, и расслышал не всё.
— Ты ведь на самом деле страдаешь, верно? — повысил голос Син Цин. Ни один человек не смог бы остаться равнодушным после такого.
— Да пошел ты. Каким местом ты увидел, что я страдаю? — Цин Ибай выпустил струю дыма и небрежно бросил: — Плевать я хотел.
Черт побери твою веру!
Мысленно выругался Син Цин. В прошлой жизни всё было точно так же: Цин Ибай обладал превосходными актерскими данными и твердил, что с ним всё в порядке, из-за чего все верили, будто он действительно держится молодцом. А в итоге он подкинул всем такую бомбу, которая в один миг оглушила и разорвала на куски каждого.
Син Цин тихо смотрел на него, и во взгляде его читалось недоверие:
— Разве ты не злишься?
— Ее дочь, писаная красавица, накануне успешно прошла собеседование в госпредприятии, семья уже собиралась отмечать это за праздничным ужином, как вдруг она перестала выходить на связь, а на следующий день мой отец убил её. У моего отца психическое расстройство, его не приговорили к тюремному заключению. У родственников жертвы нет не только никакой компенсации, они даже убийцу за решетку отправить не могут — как им не ненавидеть всё это?
Спокойно произнес Цин Ибай, с равнодушным видом отбросив недокуренную наполовину сигарету.
— Мне не больно и я не злюсь. Их семья уже разрушена, а я всё еще жив, у меня впереди будущее. Если сравнить, то всё остальное уже не имеет значения.
Какое тебе вообще к черту будущее!
Гремел в душе Син Цин. Ты хоть понимаешь, что натворишь потом!
Убийство!
Смертная казнь!
Когда Цин Ибай высказался, Син Цин долго молчал. Удивившись, Цин Ибай поднял глаза и увидел, что Син Цин, не мигая, смотрит на него, а по лицу текут слёзы.
Цин Ибай испугался:
— Твою мать! Какого чёрта ты опять ревёшь?
Я за тебя переживаю.
Подумав так про себя, вслух Син Цин бросил:
— Не твоё дело!
— Сдалось мне твоё дело! — Несмотря на такие слова, поведение Цин Ибая больше напоминало растерянность. Он долго шарил по карманам и наконец вытащил: — На!
Син Цин взглянул — сливочная конфета Белый кролик.
Совсем как тогда. Син Цин невольно хмыкнул.
— Чего ржешь? — спросил Цин Ибай.
Син Цин взял конфету:
— Над тобой!
Цин Ибай:
— ...
— Эй! Цин Ибай, у меня до сих пор нет твоего номера.
— Не дам!
— Почему?
— Просто так.
Син Цин скривил губы: подумаешь, не даст. У него полно способов раздобыть его.
— Сегодня вечером пойдёшь на самостоятельные занятия? — неожиданно спросил Син Цин.
Цин Ибай уже собирался ответить утвердительно, но что-то вспомнив, резко изменил решение:
— Не пойду.
Син Цин прикинул про себя: если Янь Яньянь поступит так, как он задумал и на что надеялся, присутствие Цин Ибая может оказаться неловким.
— И правильно, что не пойдешь.
Цин Ибай:
— ...Какого чёрта этот придурок идёт наперекор всем правилам?
— А вот и пойду! — заявил он.
— А? — Син Цин растерялся. — Так ты идёшь или нет?
— Иду! — ответил Цин Ибай.
Син Цин кивнул:
— Угу, скоро экзамены, больше не прогуливай уроки. Учителя, может, и не идеальны, но материал всё равно надо учить как следует.
Цин Ибай:
— ...
Он закатил глаза до боли в затылке.
Син Цин не обращал внимания на Цин Ибая — сейчас его куда больше тревожила Янь Яньянь. Если она не собиралась ничего предпринимать, то все его сегодняшние старания пошли прахом, и помочь Цин Ибай у него не получилось ни капли.
Заметив, что Син Цин игнорирует его, Цин Ибай сам не зная почему почувствовал глухое раздражение. Он бросил Син Цина одного и быстрыми шагами направился к учебному корпусу.
Син Цин машинально последовал за ним, но, пройдя несколько шагов, вдруг остановился. Глядя в спину Цин Ибаю, он вспомнил слова старого полицейского, который вел дело Цин Ибая: «В глубине души этого ребенка есть темная сторона, но есть и светлая. Если бы несколькими годами раньше кто-то направил его, он бы не дошел до сегодняшнего дня. Как бы мне хотелось заметить душевную болезнь этого ребенка пораньше».
После того как Цин Ибая посадили в тюрьму, Син Цин не раз думал: если бы он встретил Цин Ибая чуть раньше, если бы набрался смелости подойти к нему чуточку ближе, возможно, Цин И тому не пришлось бы в одиночку метаться и разрываться на границе добра и зла?
Благодаря небесам ему выпал второй шанс, и Син Цин был готов на всё, чтобы принести в жизнь Цин Ибая тепло и рассеять мрак в его душе. Ну а если в самом конце, если вдруг ничего не получится, и Цин Ибай всё равно ступит на гибельный путь — тогда он отправится на тот свет вместе с ним, еще до того, как Цин Ибай совершит убийство.
http://bllate.org/book/25015/2958451
Готово:
