Готовый перевод My Disciple Refuses to Take His Medicine / Мой ученик отказывается лечиться: Смертельный рецепт любви: Глава 7

Гу Юйшэн держал слово: не прошло и полмесяца, как на десятый день после вступления в секту он поднялся на Утес Зеленого Клинка без единой капли пота, не сбив дыхание и чувствуя себя весьма непринужденно. Хотя Эликсир Омовения Костного Мозга относился к лекарствам земного ранга, его действие было мягким и долгим, поэтому он не мог всего за столь короткий срок настолько укрепить тело юноши. Гу Юйшэн добился столь стремительного прогресса лишь потому, что уже изучил Утес Зеленого Клинка вдоль и поперек и каждый его шаг позволял максимально сэкономить силы.

— Ты очень умный.

На первый взгляд Гу Юйшэн казался простодушным, но когда требовалось применить скрытую силу, он не тушевался, и Ши Ин остался крайне доволен этим результатом. Убедившись, что под воздействием Эликсира Омовения Костного Мозга у тела юноши появилась некоторая база, он спокойно произнес:

— Знаешь ли ты, что такое культивация?

Придя в секту практикующих, человек, естественно, стремился к бессмертию. Услышав это, Гу Юйшэн сразу понял, что Ши Ин собирается передать ему методы совершенствования, и тут же почтительно выпрямился, чтобы выслушать наставления учителя.

Учителя больше всего любят нешумных учеников. Ши Ин молча кивнул и продолжил:

— Нынешние практикующие делятся на четыре ступени: Выплавка эссенции и превращение в ци, Выплавка ци и превращение в дух, Очищение Духа и Возврат к Пустоте и Слияние пустоты с Дао. Тебе сейчас предстоит заняться выплавкой эссенции и превращением в ци: сначала ввести небесную и земную духовную энергию в плоть и объединить ее с жизненной силой, чтобы получить истинную ци, используемую практикующими, — то есть то, что вроде просторечия зовется Закладкой Основания.

При выплавке ци и превращении в дух истинная ци уплотняется и образует Золотое Ядро. Практикующие на этой стадии могут выпускать истинную ци за пределы тела, чтобы овладевать такими приемами и боевыми искусствами, как полет на мечах.

После этого практикующие продолжают питать свой изначальный дух, Золотое Ядро покидает тело, порождая Зарождающуюся Душу, — это Очищение Духа и Возврат к Пустоте. На данном этапе Зарождающаяся Душа уже полностью запоминает круговорот духовной энергии, и даже если ты прекратишь медитировать, тело начнет само накапливать истинную ци. После гибели плоти можно также перенести душу в Зарождающуюся Душу и отыскать новое тело, чтобы возродиться через захват оболочки.

Что же касается Слияния пустоты с Дао, то в древних трактатах оно описывается как отрешение от мирской суеты и избавление от бренной плоти, а преуспевшие в этом прорывают саму пустоту. Как именно это происходит, в смертном мире никому не ведомо.

В тот день, когда Ши Ин обрёл телесную форму, он уже был способен применять заклинания, поэтому не открыл ни единой страницы из обязательных для практикующих вводных книг вроде Закона о пронзании пустоты или Секрета взращивания ци. Сейчас же он объяснял всё, опираясь лишь на собственный опыт вскрытия трупов врагов. Это оказалось как нельзя лучше приспособлено для Гу Юйшэна: тот не происходил из знатного рода и, хотя обучился грамоте у доброго учителя, не понимал ни единого термина из тех трактатов. Благодаря столь простому и понятному объяснению юноша, прежде совершенно запутанный в вопросах совершенствования, наконец обрел базовое понимание.

Гу Юйшэн с детства рос в одиночестве и отлично знал, что никто не обязан помогать ближнему, а потому чрезвычайно дорожил любой возможностью получить знания. Сейчас он лишь сосредоточенно смотрел на Ши Ина, не смея прервать его ни на мгновение.

Ши Ин рассказывал лишь самые поверхностные основы постижения Дао, но, заметив, как тот сосредоточен, невольно замер и лишь после этого произнес самое главное:

— Хочу предупредить тебя: до сих пор в мире еще не нашлось ни единого заклинателя меча, кому удалось бы успешно вознестись.

Те, кто способен вынести боль и стать заклинателями меча, — сплошь люди упрямые и своенравные. Среди практикующих своего уровня они свирепы и непревзойденны, однако неизбежная на пути вознесения небесная кара для них — непреодолимая пропасть. Именно поэтому в мире практикующих ходит поверье, будто заклинатели меча изначально идут по превратной дорожке, насильно пытаясь найти то, к чему у неба и земли нет предрасположенности, и их будущее обречено на провал.

Об этом каждому ученику при входе в секту сообщают все заклинатели меча — это их последний шанс передумать. Стоит только Закладке Основания сформировать энергию меча, как возможность практиковать другие техники исчезает навсегда.

И всё же, сколько из тех, кто ступил в Павильон Меча Восточного Духа, не сделали ставку на конского упрямца? Даже если бы они захотели повернуть назад, для них уже не осталось бы иной дороги. Гу Юйшэн поднял голову, и его ответ прозвучал звонко и твердо:

— Ученик хочет стать заклинателем меча, а не небожителем.

Получив такой ответ, Ши Ин мелькнул взглядом, в котором проступило удовлетворение. Напротив, Гу Юйшэн, глядя на него, задал вопрос, мучивший всех практикующих в павильоне:

— Учитель, каков ваш уровень культивации?

Ши Ин десять лет не покидал Пик Пронзающих Лесов и прежде ни с кем не вступал в схватку, поэтому его уровень культивации до сих пор оставался загадкой. Ученики павильона предполагали, что после стольких лет затворничества его сила не должна быть слабой, но в то же время считали, что целители никогда не славились боевыми искусствами, а потому опасались, что он уступает прочим старейшинам. Поднимаясь по Утесу Зеленого Клинка, Гу Юйшэн и сам не раз слышал подобные толки. Он свято верил, что Ши Ин никому не проиграет, и в душе был крайне несогласен с такими речами, а потому и задал этот вопрос.

Однако ответ Ши Ина прозвучал крайне странно:

— Не знаю. Я — духовная сущность, рожденная травами и деревьями, у меня нет даньтяня.

Как только эти слова сорвались с губ, Гу Юйшэн широко распахнул глаза. Ши Ин знал, что тот не выносит нечисть, и, дабы предотвратить будущие раздоры между учителем и учеником, добавил:

— Практикующие называют духами те чужеродные создания, что приносят им пользу, а тех, на кого хотят поохотиться, — демонами. На самом деле между ними нет никакой разницы.

Гу Юйшэн впервые в жизни видел демона, однако стоявший перед ним юноша в одеждах цвета морской волны обладал столь отрешенным и чистым обликом, что походил на сошедшего с небес бессмертного, и вовсе не напоминал чудовищ из народных сказок.

В голове юноши воцарился полный хаос, и он растерянно спросил:

— Но я слышал, что у всех демонов есть внутренние ядра.

— Я препарировал себя — и впрямь не нашел.

Всего одна фраза — и будущий первый заклинатель меча испугался собственного учителя! Оказывается, тот распорол собственное брюхо своими руками — поистине поступок, на который обычный человек не способен!

Прежде он почитал этого человека словно божество или бодхисатву из храма. Все эти десять дней он был всецело поглощен практикой, и в сердце к учителю жила лишь благодарность. И лишь теперь, перекинувшись парой слов в непринужденной беседе, он понял, что Ши Ин совсем не такой, каким он его себе представлял.

Ши Ин, разумеется, не занимался столь скучным делом, как изучение собственных внутренностей. Когда закончилась битва с Небесным Городом Снежных Одежд, Гу Юйшэн был отравлен диковинным ядом, природу которого не мог распознать даже Ши Ин. Тогда ситуация висела на волоске от гибели, и он подумал, что раз сам является целебной травой, способной победить сотни ядов в этом мире, то для создания противоядия стоит срезать половину собственного сердца в качестве основы. Именно тогда в процессе он и обнаружил, что даньтяня в его теле действительно нет.

События доказали, что он и впрямь был редчайшим сокровищем: ядовитые раны Гу Юйшэна затянулись менее чем за ночь, а его уровень культивации благодаря этому значительно вырос. Только вот неведомо было, какие побочные эффекты это вызвало: с той поры этот человек больше ни разу не заглядывал на Пик Пронзающих Лесов, пока перед походом на Духа Демона они не распрощались наспех, а при новой встрече он предстал уже бездыханным телом.

Ши Ин родился не человеком, он не умел жить по-человечески и не стремился подражать людям — он просто привык к тому, что рядом неизменно находится глава секты.

Тот, кто, казалось, уже врос корнями в Пик Пронзающих Лесов, погиб, не успев сказать ему и слова. В тот момент, когда он увидел в снегу гроб Гу Юйшэна, Ши Ин, сохранивший абсолютное беспристрастствие даже тогда, когда вонзил нож в собственную грудь и распорол сердце, вдруг почувствовал глухую боль.

Ши Ин не умел ходить вокруг да около: раз гибель Гу Юйшэна причиняла ему боль, значит, нельзя было позволить этому человеку сгинуть вместе с Духом Демона.

К счастью, теперь Гу Юйшэн стал его учеником и выглядел весьма послушным, так что больше он не станет проявлять свои дурные наклонности. Поэтому Ши Ин лишь спокойно отдал распоряжение:

— Гу Юйшэн, запомни: ученик не смеет ослушаться приказа учителя.

Хотя Гу Юйшэн и был потрясен тем, что Ши Ин — демон, на эти слова он тут же почтительно отозвался:

— Слушаюсь!

Видя, что тот пришел в себя, Ши Ин не стал разбираться, привык ли ученик к его истинной природе, и продолжил пояснения:

— Небесная и земная духовная энергия вмещает все пять стихий. На этапе выплавки эссенции и превращения в ци тебе прежде всего нужно впитать их все своими листьями, пропустить через один круговой оборот в теле и отложить в корневище и стебле те свойства, которые необходимы тебе самому.

Словно утоляя жажду, втяни в себя сияние солнца и луны, оставь то, что нужно тебе, а ненужные примеси духовной энергии верни небу и земле. Продолжай этот непрерывный круговорот между стеблем и листьями, пока тело не перестанет вмещать излишки.

Ши Ин впервые обучал ученика и во время объяснения даже продемонстрировал всё сам, впитывая духовную энергию. Однако в глазах Гу Юйшэна это выглядело так, будто учитель просто закрыл глаза, купаясь в сиянии утренней зари.

Его брови и глаза, казалось, подернутые дымкой далеких гор, отчетливо вырисовывались в лучах рассветного солнца, а вместе с дыханием Ши Ина вокруг распространялся чистый, присущий лишь травам и деревьям аромат, от которого на душе становилось легко и свежо.

Юноша благоговейно всматривался в это лицо и лишь спустя долгое время пришел в себя, после чего с горечью произнес:

— Учитель, я не вижу ту духовную энергию, о которой вы говорите.

Для растений поглощение небесной и земной духовной энергии — врожденный инстинкт, но для человека это становится непреодолимым порогом, определяющим, суждено ли ему стать практикующим.

Совершенствование во многом зависит от одаренности: некоторые люди рождаются способными собирать духовную энергию неба и земли и могут сами войти в Дао, отыскав благодатную обитель; другие же, даже просидев в тихой медитации несколько лет, не способны уловить никаких тайных знаков природы среди солнечного света и дождей.

К большому несчастью, Гу Юйшэн принадлежал ко второму типу.

К счастью, Ши Ин был готов к подобному повороту и тут же извлек из пространственного кольца иссушенный труп. Судя по всему, это останки старика, но кожа и ткани выглядели почти прозрачными, а хорошо сохранившиеся внутренние органы просматривались насквозь. Едва они соприкоснулись с солнечным светом, как из его рта и носа хлынул ярко-желтый поток энергии, который мощной рекой промчался по внутренностям и устремился в даньтянь.

— Вот каков путь духовной энергии, проникающей в тело практикующего.

Наглядно продемонстрировав на трупе процесс дыхания и циркуляции, Ши Ин указал на его внутренние органы и продолжил:

— Сердце, печень, селезенка, легкие и почки. Запускай собственный поток собранной духовной энергии именно в этой последовательности. Когда пять духовных сущностей возвратятся к истоку и в теле сформируется круговорот истинной ци под началом даньтяня, Закладка Основания будет считаться успешно завершенной.

Этот пример от Ши Ина был настолько наглядным, что даже не имевший никакой базы Гу Юйшэн мгновенно всё понял, однако при взгляде на иссохший труп его голос зазвучал нерешительно:

— Учитель, это…

Практикующий праведного пути ни за что не стал бы носить с собой труп, но Ши Ин не был стеснен подобными предрассудками и равнодушно ответил:

— Это Лин Шу, прошлый старейшина Павильона Медицины и мой учитель алхимии. Перед смертью он превратил свое тело в подобное подобие, чтобы ученики секты могли изучать внутренние органы человека.

Когда практикующий достигает стадии Очищения Духа и Возврат к Пустоте, его плоть продолжает сама впитывать духовную энергию, даже если Зарождающаяся Душа рассеялась, так что для приверженцев темных путей это поистине сокровище для создания артефактов.

Именно поэтому во избежание попадания тел в чужие руки практикующие перед смертью уничтожают собственные даньтяни. Поступок старейшины Лин Шу, превратившего себя в мумию ради ученика, был неслыханным делом, но столь эксцентричный чудак вполне подходил на роль учителя Ши Ина.

Гу Юйшэн был наслышан о том, что в Павильоне Меча Восточного Духа нет нормальных людей, но прежде не верил этому; теперь же он наконец понял, какого рода наставнику достался в ученики.

Реальный Ши Ин слишком сильно расходился с идеальным образом, и юноша поначалу не мог с этим смириться, поэтому лишь тихо спросил:

— Учитель, почему в Павильоне Медицины вы один?

— Искусство врачевания способно исцелить тяжелые недуги, но оно бессильно против человеческих сердец. Кроме меня, все ученики Павильона Медицины оставили врачевание и взялись за мечи.

Лицо Ши Ина оставалось спокойным. Заметив легкое замешательство во взгляде Гу Юйшэна, он ответил, не дожидаясь вопроса:

— Я не такой, как они. Чтобы убивать, меч мне не нужен.

Гу Юйшэн понял, что постичь стоящего перед ним юношу в одеждах цвета морской волны не так-то просто. Демон, что препарирует тело собственного учителя, и в то же время единственный целитель Павильона Меча Восточного Духа — тот, кто должен был казаться ему исполненным милосердия божеством, — рассуждал о лишении жизни без малейшего колебания.

В груди юноши бушевало множество чувств, и он смог лишь спросить:

— Учитель, что в ваших глазах представляет собой человеческое сердце?

На мгновение в глазах Ши Ина мелькнуло отвращение, которое тут же сменилось прежним безразличием, и он холодно ответил:

— Ничего хорошего. Мне неинтересно это понимать.

Хотя перемены в выражении его лица были мимолетными, Гу Юйшэн заметил их все до единой. На мгновение в его взгляде промелькнула тоска, все сомнения рассеялись, и он с твердой решимостью произнес:

— Я пойму это, а затем буду защищать учителя.

К крайнему удивлению Ши Ина, едва эти слова сорвались с губ Гу Юйшэна, еще не умевшего чувствовать небесную и земную духовную энергию, в его теле вдруг зародилась ниточка истинной ци. Да, она была тонка, как волос, но это была самая настоящая истинная ци, на создание которой у других практикующих уходят дни упорного труда.

То, что духовная энергия сформировалась в истинную ци, даже не успев войти в тело, — подобное чудо еще никогда не случалось в мире совершенствования. Если для Гу Юйшэна Ши Ин оставался сплошной загадкой, то и сам юноша вызывал у учителя немало вопросов.

Они молча смотрели друг на друга, пока Ши Ин первым не отвел взгляд. Он опустил на землю склянку с Пилюлями Укрепления Духа, велел Гу Юйшэну принимать их ежедневно и перед уходом бросил лишь одну фразу:

— Медитируй усердно и не отвлекайся. Если хочешь выжить, ты обязан превзойти всех практикующих в Поднебесной, а уж тогда тебе и решать, какими должны быть человеческие сердца.

Кем бы ни был Гу Юйшэн, это не имело значения — до тех пор, пока он жив и Павильон Меча Восточного Духа стоит нерушимо, этого было достаточно.

А значит, Гу Юйшэн должен стать сильнее, как и он сам.

От автора:

Ши Ин: Ты даже фотосинтез освоить не можешь, твои способности и впрямь никуда не годятся.

Гу Юйшэн: Учитель, я больше не хочу быть человеком!

Шэнь Фэнъюань: Закройте свои учебники по биологии, у нас тут вообще-то серьезный канал про культивацию!

http://bllate.org/book/25024/2959170