— Угу, — ответил Се Суй.
...Так что же значит это угу: есть дело или нет?!
Младший сотрудник с улыбкой произнес:
— Ха-ха, возможно, кто-то просто скучает по вам, директор Се.
Се Суй бросил на него один взгляд, и тот мгновенно втянул голову в плечи, горько раскаиваясь в только что ляпнутой глупости.
К счастью, мысли Се Суй были заняты вовсе не им и не Шэнтэн. Он не вслушивался ни в одно слово из того, что подчиненный так красноречиво расписывал минуту назад, и думал лишь о Лу Юе, до странного похожем на Лу Минвэя.
Пока Се Суй витал в облаках, до него донеслись какие-то звуки из коридора выставочного зала. Предчувствие заставило его поднять голову, и он как раз вовремя заметил мелькнувший перед глазами знакомый силуэт.
Хотя преследование продолжалось целый день, Се Суй с первого же взгляда узнал Лу Юя.
Но в следующий момент брови Се Суя нахмурились: с какой стати Лу Юй в сопровождении каких-то людей направился в выставочный зал компании Jiadu?
Несколько минут назад Лу Минвэй, шпионивший за Се Суем в выставочном зале Шэнтэн, вдруг услышал, как кто-то обратился к нему по-английски:
— Здравствуйте, мы бы хотели заглянуть в выставочный зал Jiadu и кое с чем ознакомиться.
Лу Минвэй ошеломленно поднял голову и только тогда сообразил, что в стремлении получше разглядеть павильон Шэнтэн он незаметно забрёл в чужие владения — напротив, к Jiadu. Хотя он стоял на самом краю, на его груди красовался бейдж, и покупатели, судя по всему, приняли его за сотрудника компании.
Лу Минвэй уже собирался было раскрыть свое инкогнито, но, скользнув взглядом по бейджам визитеров, узнал логотип известного немецкого химического концерна.
В его голове молниеносно промелькнула мысль, и вместо того, чтобы сразу объясняться, он свободно перешел на немецкий:
— Чем я могу вам помочь?
Немцы никак не ожидали от Лу Минвэя столь беглого немецкого и, изначально приняв его за сотрудника Jiadu, без лишних церемоний заявили:
— У нас есть один химический проект.
По всей вероятности, им требовался подрядчик для его реализации. Лу Минвэй мгновенно уловил суть:
— Вы планируете импортировать производственную линию или собираетесь обосноваться в Китае?
Лу Минвэй спросил об этом вовсе не наугад. В последние годы Германия столкнулась с серьезной деиндустриализацией, и ради снижения издержек многие тамошние предприятия переносили новые мощности в Азию, Восточную Европу и другие регионы. Предпосылки к этому наметились еще до смерти Лу Минвэя, но сейчас процесс набирал бешеные обороты.
И действительно, главный из немцев нахмурился и с серьезным видом кивнул:
— Мы намерены открыть завод в Китае.
Поняв, что ему подвернулся очередной шанс заработать, Лу Минвэй расплылся в улыбке.
Переговоры с делегацией Надера затянулись, так что у Лу Минвэя имелось свободное время. Он тут же препроводил немцев прямо в выставочный зал Jiadu.
Если называть предприятие по производству химического оборудования, которое Лу Минвэй знал лучше всего после Шэнтэна, то это определенно была Jiadu. В прошлой жизни обе компании столько лет соперничали друг с другом, что их продукцию и слабые места изучали самым тщательным образом.
Он и представить не мог, что усилия, потраченные тогда на попытки сокрушить конкурента, теперь обернутся для него источником легкого заработка.
Лу Минвэй с самым невозмутимым видом привел иностранцев в павильон Jiadu, попутно продолжая давать им пояснения.
Настоящие сотрудники Jiadu остолбенели от такой картины, но, услышав, как легко и бегло Лу Минвэй общается с потенциальными клиентами на немецком, приняли его за личного переводчика покупателей и, разумеется, держались с ним предельно вежливо.
Немцы же, видя столь почтительное отношение персонала Jiadu к Лу Минвэю, и вовсе сочли его кем-то из руководства, что лишь укрепило их в уверенности насчет его статуса.
В итоге никто так и не усомнился в том, кто он на самом деле.
Разумеется, Лу Минвэй не просто вешал лапшу на уши. Во-первых, он владел немецким превосходно: еще в детстве ему приходилось учить язык из-за работы родителей, а позже, когда он сам встал у руля бизнеса, ему часто доводилось вести дела с немцами, так что немецкий прочно вошел в число его основных иностранных языков. Во-вторых, он отлично знал кухню Jiadu и был способен изложить положение дел в компании предельно четко и понятно.
Впрочем, он не выкладывал всю информацию подряд. Лу Минвэй умел по выражению лиц и поведению немцев определять, что именно их интересует больше всего, и на лету корректировать свою презентацию, рассказывая об оборудовании Jiadu подробно или вкратце в зависимости от потребностей клиентов.
Благодаря посредничеству Лу Минвэя беседа между Jiadu и немцами протекала чрезвычайно гладко, и вскоре стороны были готовы перейти к следующему этапу.
Тут Лу Минвэй прикинул, что консультации на стороне Надера должны были подойти к концу, и решил вовремя ретироваться.
Он обратился к немцам и сотруднику Jiadu:
— Прошу прощения, мой перерыв окончен, мне нужно возвращаться к обязанностям переводчика у моего сегодняшнего босса, поэтому я вынужден вас покинуть.
Немцы: ?
Сотрудники Jiadu: ?
Какое-то время все стояли как в воду опущенные, соображая, что же только что сказал Лу Минвэй.
— Разве вы не сотрудник Jiadu?
— Разве вы не переводчик покупателей?
Лу Минвэй с невинным видом продемонстрировал бейдж:
— Я переводчик покупателей, только вот мой босс — вовсе не эти господа.
Сотрудник Jiadu всмотрелся в карточку и обнаружил, что там значится название некой саудовской компании. У него чуть земля из-под ног не ушла:
— Тогда какого черта вы тут...
Он уже собирался выпалить: «Тогда какого черта вы тут устраивали балаган?», но, подумав как следует, понял, что никакого балагана Лу Минвэй не устраивал. Напротив, он оказал им огромную услугу — иначе разве смогли бы они наладить столь гладкий диалог с заказчиками?
Немцы тоже потеряли дар речи, однако они и впрямь не удосужились расспросить Лу Минвэя о его должности, просто автоматически решив, что он из местных работников.
Теперь же, когда Лу Минвэй уходил, никто не имел права его удерживать: в их глазах он по-прежнему оставался всего лишь рядовым толмачом, чья истинная ценность пока ускользала от них.
Вернувшись в выставочный зал Вэйсюн, менеджер Ян в нервозности принялся искать у Лу Минвэя психологической поддержки:
— Братец, как думаешь, выгорит эта сделка?
Лу Минвэй уверенно улыбнулся:
— Не переживайте, они согласятся.
Эту сделку можно было смело назвать беспроигрышной: оборудование Вэйсюн обладало более высокой производительностью по сравнению с тем, что стояло на заводах Надера. Даже если бы в конце концов эти агрегаты остались у Надера мертвым грузом, он вполне мог бы приспособить их под собственные нужды взамен изношенных станков. Не пройдет и нескольких лет, как прирост эффективности полностью окупит все дополнительные расходы.
К тому же в бизнесе нельзя проявлять излишнюю робость, в критический момент требуется определенная смелость.
Однако Лао Ян разделял этот оптимизм не до конца:
— Хотелось бы надеяться.
Лу Минвэй рассчитал время с точностью до секунды: едва он успел вернуться в павильон Вэйсюн, как Надер и остальные члены делегации тоже подоспели.
Как и предсказывал Лу Минвэй, Надер решил последовать его совету и удвоить объем первоначального заказа. Причем это рассматривалось лишь как пробный шаг: если товар пойдет хорошо, в дальнейшем они намеревались продолжить сотрудничество с Вэйсюн на постоянной основе.
Лао Ян мгновенно воспрянул духом: если это дело и впрямь выгорит, у них появится долгосрочный и стабильный источник заказов!
Пусть в данный момент людские и финансовые ресурсы Вэйсюн были ограничены, но стоило им закрепиться на рынке Саудовской Аравии, как по мере восстановления чистой прибыли и преодоления кризисного периода предприятие сможет напрямую выйти на зарубежные рынки, минуя Надера как посредника.
В ходе дальнейших переговоров обе стороны, преследуя собственные скрытые цели, вели диалог на удивление гармонично. Каким-то чудом им удалось достичь взаимовыгодного баланса, и каждый остался при уверенности, что сорвал огромный куш.
В самый разгар этого всеобщего ликования из проходов павильона Вэйсюн донеслись тяжелые шаги — по одному лишь звуку можно было догадаться, как спешит человек.
Все присутствующие в зале разом подняли головы в сторону источника шума и увидели вбегающего туда сотрудника в униформе Jiadu. Заметив, что на него устремлены все взгляды, он смущенно замер на месте, однако его глаза тут же точно выцепили фигуру Лу Минвэя.
Под пристальными взглядами персонала Вэйсюн и саудовских покупателей он напустил на себя невоздушно-деловой вид и выдавил:
— Тот... преподаватель-переводчик, не могли бы вы уделить время и поработать переводчиком у нас и немецких заказчиков?
Лу Минвэй изобразил крайнее удивление:
— А? Я?
Сотрудники Вэйсюн тут же принялись перешептываться, а парочка любителей зрелищ даже перевела суть происходящего по-английски Надеру и его людям, которые ни слова не понимали по-китайски.
Тут уж саудовцы взвились до небес — им еще предстояло довести до конца контракт с помощью Лу Минвэя!
Вскочив со своих мест, они в один голос возмущенно зашумели:
— Что это значит? Пытаетесь переманивать людей прямо у нас из-под носа?
Сотрудник Jiadu чувствовал себя настолько виноватым, что не смел раскрыть рта, как вдруг за его спиной в зал вошли несколько белых мужчин — те самые немецкие покупатели.
Едва завидев Лу Минвэя, немцы решили прибегнуть к тяжелой артиллерии в виде толстого кошелька:
— Сколько вам платят за перевод они? Мы дадим вдвое больше.
Прежде эти немцы вместе с сотрудниками Jiadu считали Лу Минвэя простым толмачом, без которого вполне можно обойтись в дальнейших переговорах.
Но стоило Лу Минвэю удалиться, как они с изумлением обнаружили: любое общение между ними застопорилось намертво.
Представители Jiadu раздражались из-за заносчивости покупателей, толком не способных сформулировать свои требования, в то время как сами покупатели плевались от того, что китайцы постоянно навязывают им оборудование, совершенно не подходившее под их нужды.
Подобные шероховатости на экспортных выставках случались сплошь и рядом, ведь из-за языкового барьера сторонам требовалось время на притирку. Но после того, как Лу Минвэй задал столь высокую планку, обеим группам показалось, что вести диалог друг с другом стало невыносимо трудно.
Только теперь они осознали истинный вес Лу Минвэя. Помучившись добрую половину дня в разговорах слепого с глухим, обе стороны неожиданно пришли к единому выводу: а не вернуть ли им Лу Минвэя?
К счастью, сотрудники Jiadu успели разглядеть бейдж Лу Минвэя и запомнили, что он переводит для саудовских заказчиков, так что отыскать его в павильоне Вэйсюн труда не составило.
Услышав про двойную ставку, Лу Минвэй действительно почувствовал легкий соблазн.
Надер и его спутники помрачнели: никто не станет отказываться от денег, а переводить можно хоть кому. Раз немцы готовы платить вдвое больше, у Лу Минвэя появляется самый прямой повод сбежать.
Они прекрасно понимали, что Лу Минвэй — далеко не рядовой переводчик. Он досконально разбирался в химической индустрии, отлично знал все заводы и их оборудование, а во всех подводных камнях этой сферы ориентировался лучше кого-либо. Наверняка его участие при подписании контракта помогло бы им избежать множества лишних неприятностей.
Такого ценного кадра Надер и его команда упускать не собирались.
Надер и немцы скрестили злобные взгляды, воздух в помещении накалился до предела.
И в тот момент, когда Надер уже собирался заявить Лу Минвэю, что готов перебить любую ставку немцев, тот наконец подал голос.
Лу Минвэй и вправду был серьезно заинтригован удвоенным гонораром и понимал, что в конце концов Надер наверняка тоже согласился бы поднять ему оплату. Однако в бизнесе превыше всего ценится репутация, и постоянные прыжки с места на место вовсе не сулили ничего хорошего в перспективе.
http://bllate.org/book/25092/2981336
Готово:
