В этот момент мимо прогонял скот крестьянин с кнутом в руках и окликнул Шэнь Шу:
— Шу-ва, Девятый дедушка просил тебя зайти к нему домой, как освободишься! — крикнул он. — Говорит, у него к тебе дело.
— Хорошо, без проблем! — громко отозвался Шэнь Шу. — Как закончу урок, сразу зайду!
Крестьянин погнал скотину дальше и пошёл своей дорогой.
Уголки губ Шэнь Шу слегка приподнялись, а взгляд стал холодным и презрительным.
«Значит, Шэнь Гудуй наконец-то не выдержал!»
Тот, без сомнения, все эти дни ворочался с боку на бок от тревоги, ломая голову над тем, как сжить его со свету и захватить место старосты.
В оригинальном романе Шэнь Гудуй под предлогом заманил трагичного шоу на гору, а затем, выгадав момент, столкнул его в глубокую охотничью яму, сломав тому ногу.
Если бы трагичному шоу не повезло невероятным образом встретить проходящего мимо деревенского и вовремя позвать на помощь, роман из трёхсот глав закончился бы, не миновав и двадцати.
Прищурившись в раздумьях, Шэнь Шу решил сделать кое-какие приготовления, прежде чем идти к своему дорогому дедушке.
***
К концу часа Сы Шэнь Шу пришёл к дому Шэнь Гудуя. Шэнь Гудуй ждал его во дворе.
Похоже, опасаясь, что Шэнь Шу не придёт, он ходил взад и вперёд, заложив руки за спину, и выглядел крайне обеспокоенным.
— Отец, чего ты всё ходишь из угла в угол? — растерянно спросил сын Шэнь Гудуя.
— Не твоё дело! — раздражённо огрызнулся Шэнь Гудуй, со злостью взглянув на непутёвого сына.
Не будь его сын таким никчёмным, разве пришлось бы ему так рисковать ради должности старосты?
В конце концов, Шэнь Шу рос на его глазах.
И едва у дверей раздался голос:
— Девятый дедушка, это я, Шу-ва, — вся тревога Шэнь Гудуя вмиг улетучилась, и он бросился открывать дверь.
За дверью стоял Шэнь Шу с кроткой улыбкой на лице. На его светлом лбу выступила тонкая испарина, отчего казалось, будто он спешил изо всех сил.
Глаза Шэнь Гудуя блеснули. Он отвёл Шэнь Шу в сторону и прошептал:
— Шу-ва, у твоей двоюродной бабушки снова разболелась голова, — прошептал Шэнь Гудуй. — Мне нужно подняться на гору и нарвать для неё целебных трав, да только ноги подводят. Может, сходишь со мной на гору за травами для бабушки?
Шэнь Шу тут же напустил на себя глубоко обеспокоенный вид.
— Бабушке совсем плохо? Деревенский лекарь её осмотрел? — взволнованно спросил Шэнь Шу. — Лишь бы бабушка поправилась, я готов на всё! Но, Девятый дедушка, у тебя же болят ноги, так почему бы тебе не остаться дома? Я прямо сейчас сбегаю на гору и принесу нужные травы — ни секунды не задержусь!
Шэнь Гудуй поспешно возразил:
— Шу-ва, ты ведь не разбираешься в травах. Нарвёшь не того, так бабушка ещё пуще замучается. Это просто обычная головная боль, не переживай ты так. Давай лучше так: ты будешь вести меня под руку, и мы не спеша поднимемся вместе. Я буду показывать, а ты — рвать.
— Ну ладно, — с неохотой согласился Шэнь Шу.
***
Так они вдвоём и отправились на гору, поддерживая друг друга на неровной горной тропе.
Гора в деревне Пинлян называлась горой Пинлян — это имя дал ей ещё предок рода Шэнь, когда переселился сюда. Однако из-за того, что горный хребет тянулся через территории нескольких соседних деревень, те дали ему свои собственные названия.
Между деревнями не утихали споры о том, как правильно называется гора, и каждая считала своё название самым подходящим.
— Когда твой отец был маленьким, я водил его сюда собирать дикие ягоды, — со вздохом вспоминал по дороге Шэнь Гудуй. — В те времена я думал, что твой отец уж точно проживёт дольше меня. Кто же знал, что он уйдёт в мгновение ока. Судьба и впрямь любит зло пошутить.
Шэнь Шу не хотелось поддерживать разговоры о Шэнь Датуне, поэтому он лишь улыбнулся.
— Если бы отец знал, что Девятый дедушка всё ещё помнит о нём, он наверняка был бы счастлив, — произнёс Шэнь Шу.
Шэнь Гудуй уставился на профиль Шэнь Шу, погрузившись в свои мысли.
— Шу-ва, тебе правда так уж нужно становиться старостой? — внезапно спросил Шэнь Гудуй.
Шэнь Шу приподнял бровь и с лёгкостью ответил:
— Девятый дедушка, можешь больше не спрашивать, — ответил Шэнь Шу. — Я совершенно точно стану старостой.
Услышав это, Шэнь Гудуй отбросил последние сомнения, остававшиеся у него в душе. Он сильнее сжал руку Шэнь Шу; на его иссушённой коже проступили синие жилы.
Поднявшись ещё немного выше по склону, Шэнь Гудуй под предлогом поиска трав подвёл Шэнь Шу к заранее замаскированной ловчей яме.
Густая крона деревьев отбрасывала плотную тень, а путь под ногами был застлан густым ковром из опавших листьев. Не присмотревшись как следует, невозможно было угадать, что таится на земле.
Шэнь Шу стоял спиной к Шэнь Гудую и недоумённо спрашивал:
— Девятый дедушка, мы разве не перепутали место? Трав тут вроде не видно. Боюсь, придётся поискать в другом месте.
Внезапно Шэнь Гудуй произнёс:
— Шу-ва, не вини дедушку за жестокость. Вини себя за то, что упёрся и решил состязаться со мной за место старосты.
И тут же пара рук протянулась к спине Шэнь Шу и изо всех сил толкнула его вперёд.
И ровно в этот миг сбоку, подобно грому среди ясного неба, раздался окрик:
— Девятый дедушка, ты что творишь?!
Это был Чжан Тенью!
Среагировав молниеносно, Чжан Тенью подскочил к Шэнь Шу и оттащил его от самого края обрыва.
Чжан Тенью не первый год охотился в этих горах и прекрасно знал, где спрятаны ловушки. К тому же, когда Шэнь Шу наступил на ловчую яму, маскировавшие её листья зашуршали и осыпались, обнажив непроглядно-тёмный зев провала.
Он ошеломлённо уставился на Шэнь Гудуя, словно видел перед собой совершенно незнакомого человека:
— Девятый дедушка, Сяо Шу поднялся в горы из чистых побуждений, чтобы собрать лекарственные травы для бабушки! Как вы могли попытаться навредить ему?
Шэнь Гудуй никак не ожидал, что Чжан Тенью окажется поблизости. Съёжившись под его взглядом, старик лишь спустя некоторое время справился с внезапной паникой. Попытавшись замести следы, он торопливо запричитал:
— Тенью, всё совсем не так, как кажется! Я просто оступился и случайно задел Шу-ва.
Чжан Тенью не поддался на уловку:
— Вот как? — повысил он голос.
Хотя он стоял поодаль и не мог разобрать, что именно бубнил Шэнь Гудуй, зловещее выражение лица старика в тот момент, когда тот толкал Шэнь Шу, не оставляло никаких сомнений.
Он перевёл взгляд на Шэнь Шу, ожидая подтверждения.
Шэнь Шу лишь слегка улыбнулся. В его глазах мелькнул загадочный огонёк, когда он посмотрел прямо на Шэнь Гудуя.
От этого единственного взгляда у Шэнь Гудуя мурашки побежали по коже. Испугавшись, что Шэнь Шу выложит правду, старик торопливо и сбивчиво запричитал:
— Шу-ва, Девятый дедушка с твоим дедом в детстве одни штаны на двоих делили! Я ведь и твоего отца какое-то время помогал растить! Как я мог причинить тебе вред? Скорее объясни всё Тенью, пока он чего не додумал и не распустил слухи по всей деревне.
Шэнь Шу едва заметно улыбнулся:
— Хорошо.
И действительно, он объяснил всё Чжан Тенью ровно так, как просил Шэнь Гудуй.
Чжан Тенью переводил взгляд с одного на другого, колеблясь между сомнением и верой, но в конце концов решил довериться Шэнь Шу.
***
На обратном пути двое путников превратились в трёх. Чжан Тенью намеренно шёл между ними, с глубоким подозрением следя за Шэнь Гудуем, словно опасаясь новой выходки с его стороны.
Покрытое морщинами лицо Шэнь Гудуя было мрачнее тучи. Беззаботное настроение, с которым он поднимался в гору, испарилось без следа, и старик мечтал лишь о том, как бы скорее оказаться дома.
И лишь когда Чжан Тенью и Шэнь Шу довели его до самого порога, Шэнь Шу неожиданно произнёс:
— Брат Тенью, спасибо, что спас меня сегодня. Можешь возвращаться, а мне нужно сказать пару слов дедушке.
Чжан Тенью резко запротестовал:
— Сяо Шу, разве есть что-то, чего ты не можешь сказать при мне?!
Шэнь Шу мягко улыбнулся:
— Я просто хочу зайти и проведать бабушку. Не волнуйся, брат Тенью.
У Шэнь Гудуя волосы на голове встали дыбом от ужаса. Затылок покрылся холодным потом, а от пят до самой макушки пробежал леденящий страх.
Он торопливо вмешался:
— Шу-ва, всё, что ты хотел сказать, подождёт до другого дня. Девятому дедушке пора ужинать.
Шэнь Шу повернулся к нему с едва уловимой улыбкой:
— Девятый дедушка, я помогал вам собирать травы и уже не успею приготовить еду дома. Неужели вы не пригласите меня поужинать вместе?
Это...
Шэнь Гудуй ни за что на свете не хотел впускать Шэнь Шу в свой дом, в ужасе думая о том, что юноша начнёт жаловаться его старухе или решится на какую-нибудь безумную месть.
Видя, как Шэнь Гудуй съёжился, точно перепуганная крыса, Чжан Тенью ещё сильнее утвердился в мысли, что совесть старика не чиста:
— Дедушка, Сяо Шу помог вам! И так вы его благодарите?
Онемев от досады, с лицом болезненно-зеленоватого оттенка, Шэнь Гудуй был вынужден неохотно впустить Шэнь Шу во двор.
***
В доме бабушка Шэнь уже приготовила ужин. Долго не видя мужа, она решила, что тот опять заболтался у въезда в деревню, и собиралась отправить за ним сына, Шэнь Даху.
Шэнь Даху лишь отмахнулся:
— Матушка, не беспокойся. Отец, наверное, вот-вот вернётся.
Не успели эти слова слететь с его губ, как во дворе раздался шум.
— Матушка, смотри! — радостно воскликнул он.
Отец и правда вернулся!
Поспешно перешагнув порог, чтобы посмотреть, он увидел Шэнь Гудуя, за которым шёл Шэнь Шу.
Шэнь Шу был младше его по поколению: Шэнь Даху находился в одном колене с Шэнь Датуном, а значит, Шэнь Шу приходился ему племянником:
— Племянник Сяо Шу! — необычайно тепло и радушно окликнул его Шэнь Даху.
Следом за ним из дома вышла бабушка Шэнь. Её глаза просияли, и она сделала шаг навстречу Шэнь Шу:
— Ох, Шу-ва! Какими судьбами сегодня к нам? Входи, входи!
http://bllate.org/book/25093/3101915
