Когда после крушения и дружбы, и любви Ло Цзыцзюнь последовала за тутёшкой У в Шэньчжэнь строить карьеру, кто бы мог подумать, что она внезапно переродится незадолго до своего развода! На этот раз Ло Цзыцзюнь намерена изменить свою судьбу, навести порядок в собственной жизни и держаться подальше от отношений Тан Цзин и Хэ Ханя. Будут ли те счастливы вместе — Ло Цзыцзюнь готова изредка помогать им советом, но в основном всё зависит от них самих. Она не хочет, чтобы её вмешательство привело к такому исходу, поэтому в этой жизни она возьмет свою судьбу в свои руки и не станет, подобно прошлой жизни, во всём полагаться на других, а превратится в сильную, независимую женщину. Ло Цзыцзюнь и Тан Цзин из этой книги — каждая прекрасна по-своему, и обеих ждёт прекрасное будущее!
Ло Цзыцзюнь переродилась.
Когда Тан Цзин узнала о взаимной симпатии между Ло Цзыцзюнем и Хэ Ханем, они перестали быть подругами.
Испытывая угрызения совести перед Тан Цзин и желая доказать, что она не является третьей лишней в их отношениях, Ло Цзыцзюнь решилась покинуть Шанхай и отправиться в Шэньчжэнь вместе с тутёшкой У, чтобы начать всё с нуля.
Обе женщины, опытные профессионалы своего дела, по прибытии в Шэньчжэнь заселились в отель и, не давая себе ни минуты на отдых, сразу же с головой ушли в работу.
Они занялись поисками офиса, арендой жилья, а также оформлением лицензии на ведение бизнеса в местном торгово-промышленном управлении.
Прохлопотав добрую половину месяца, они наконец-то привели в порядок все первичные процедуры, и их консалтинговая компания была официально зарегистрирована.
Поскольку они находились далеко от Шанхая, никто не пришёл к ним с цветами, чтобы поздравить с открытием.
Ло Цзыцзюнь и тутёшка У сами заказали две корзины с цветами, купили метровую денежную дерево-толстянку и расставили всё по местам.
Повесив у входа табличку Консалтинговой компании «Чжичжэнь», они отворили двери для клиентов.
В последнее время обе женщины трудились в поте лица, и сегодня, сразу после открытия компании, они уже получили несколько визитов от потенциальных клиентов.
И Ло Цзыцзюнь, и тутёшка У сочли это добрым знаком, и настроение у них было прекрасным весь день.
С окончанием рабочего дня они решили пропустить по бокалочку, чтобы отпраздновать официальное открытие компании.
Напарницы отправились в музыкальный бар, где можно было не только поесть и выпить, но и послушать живое выступление группы — атмосфера там царила потрясающая.
Ночная жизнь в Шэньчжэне затягивает, и они засиделись там далеко за одиннадцать вечера, прежде чем вернуться домой.
В дальнейшем дела компании пошли в гору, и доходы начали расти прямо на глазах.
В один прекрасный день они подписали крупный контракт, отчего обе пришли в неописуемый восторг и решили снова расслабиться в том самом баре.
Посреди ночи слегка захмелевшая Ло Цзыцзюнь вместе с тутёшкой У, поддерживая друг друга, вернулись в арендованную квартиру.
Войдя в комнату, Ло Цзыцзюнь сбросила туфли на шпильках и переоделась в домашнее.
Наскоро умывшись, она без сил рухнула на кровать и заснула.
На следующий день, едва открыв глаза, Ло Цзыцзюнь по привычке шатнула рукой по тумбочке в поисках телефона, чтобы проверить время.
Как вдруг кто-то рядом произнёс:
— Цзыцзюнь, тебе нужна эта пара туфель? Почему ты не отвечаешь?
С чего это вдруг голос Я Цинь? — Ло Цзыцзюнь резко подняла голову и увидела стоящую рядом Я Цинь.
Та держала её сумочку и как раз переспрашивала, собирается ли она брать эти туфли, но на её лице читалось явное неодобрение.
Ло Цзыцзюнь ничего не понимала: с чего бы это после пробуждения оказаться вместе с Я Цинь в обувном магазине?
В голове царил полный хардкор, и отвечать Я Цинь ей совсем не хотелось.
Найдя предлог, Ло Цзыцзюнь произнесла:
— Я Цинь, я на секунду в уборную, подожди меня здесь.
Я Цинь кивнула, опустилась на диванчик и принялась смотреть, как продавец на корточках упаковывает несколько пар обуви.
Ло Цзыцзюнь уже перемерила несколько пар туфель на высоком каблуке, каждая из которых стоила никак не меньше шести-семи тысяч.
И хотя платила не Я Цинь, у той всё равно сердце кровью обливалось от такого транжирства.
Я Цинь думала про себя: «Цзыцзюнь совсем не жалеет хозяина, только и знает, что целыми днями деньги тратит. С такими запросами, даже если муж горы золота ворочать будет, ей всё мало покажется. Сама она тоже чья-то жена, но почему ведёт такой экономный образ жизни? А Цзыцзюнь так бездарно швыряет деньги на ветер! Да где эти туфли стоят таких бешеных денег?»
Пока Я Цинь мысленно ворчала, Ло Цзыцзюнь сидела на унитазе и пыталась разложить всё по полочкам.
Путём нехитрых размышлений она пришла к выводу: всё происходило точь-в-точь как в романах.
Она переродилась! Вернулась в тот самый день перед разводом, когда выбирала обувь в магазине.
Осознав это, Ло Цзыцзюнь испытала жгучую злость. Она только-только вместе с тутёшкой У наладила дела в компании,
прекрасное будущее уже махало ей рукой, а её взяли и закинули в прошлое до развода!
Неужели небеса решили заставить её заново пройти через все эти муки и пережить развод?
Ло Цзыцзюнь выругалась про себя: «Чёрт». Долгое общение с тутёшкой У приучило её к её прямолинейному и резкому стилю.
Выругаться по-английски, когда накопилось недовольство, было отличным способом снять стресс.
Ло Цзыцзюнь вышла из кабинки, встала перед умывальником и посмотрела на своё отражение в зеркале.
Всё та же молодость и красота, разве что наряд слегка пестроват,
а волосы завиты мелким бесом — других изъянов не было. Она довольно улыбнулась.
У перерождения были и свои плюсы: она стала на два года моложе, да и развестись теперь можно раньше.
Пораньше найти работу и начать совершенно новую жизнь — на этот раз ей не придётся,
как в прошлой жизни, заново учиться даже азам офисной работы, ведь теперь она матёрый ветерок корпоративных интриг.
Выйдя из туалета торгового центра обратно в обувной магазин, Ло Цзыцзюнь обнаружила, что Я Цинь уже начала нервничать в ожидании.
Та с недовольным видом выпалила:
— Цзыцзюнь, ты чего в уборной так долго? Я уж думала идти тебя искать.
Ло Цзыцзюнь знала, что в глубине души Я Цинь смотрела на неё свысока, ведь зарплату ей платил Чэнь Цюншэн.
А когда её собственная мать и никчёмная сестрица заявлялись в их дом, то вечно всё пожирали и уносили с собой.
Я Цинь всё это видела и временами пеняла ей на то, что не стоит слишком сильно заботиться о семье родственников в ущерб собственному семейному очагу.
Тогда Ло Цзыцзюнь списывала слова Я Цинь на заботу и искренне верила, что у них сложились прекрасные отношения.
Позже, когда она уже развелась, но еще не съехала, Я Цинь вместе с ней горячо и единодушно кляла Лин Лин за то, что та разбила семью.
И лишь когда Лин Лин прислала картонные коробки для переезда и потребовала, чтобы Ло Цзыцзюнь с сыном освободили жилплощадь,
Я Цинь наконец узнала, что Ло Цзыцзюнь переезжает в крошечную конуру, и что Чэнь Цюншэн, скорее всего, больше не намерен оплачивать услуги няни.
Когда Ло Цзыцзюнь позвала её с собой на новое место в качестве помощницы по хозяйству, Я Цинь испугалась, что та не сможет платить ей жалованье.
Сославшись на необходимость срочно ехать в родную деревню ухаживать за больными родственниками, она нашла повод отказаться. Ло Цзыцзюнь хоть и расстроилась, но не стала её удерживать.
Каково же было её удивление, когда однажды, заглянув к Чэнь Цюншэну, она воочию увидела, что Я Цинь преспокойно продолжает работать в его доме.
Ло Цзыцзюнь тогда потрясённо спросила её:
— Я Цинь, разве ты не уехала в деревню заботиться о стариках?
На что Я Цинь смущенно ответила:
— Дома нашлась другая сиделка для них, вот я и осталась.
Тогда-то Ло Цзыцзюнь и поняла: всё это было лишь отговоркой. Я Цинь просто посчитала её нищей и не захотела уходить вместе с ней.
Поэтому вернувшаяся в прошлое Ло Цзыцзюнь уже отлично видела все скрытые нотки нетерпения и пренебрежения со стороны Я Цинь.
С холодным видом Ло Цзыцзюнь произнесла:
— Я Цинь, чего ты тут сидишь и нервничаешь?
Если тебе так не хочется сопровождать меня по магазинам, можешь возвращаться домой первой.
Заметив, что Ло Цзыцзюнь больше не ведёт себя как раньше — когда ей можно было сказать что угодно в лицо, а она и не догадывалась о скрытом подтексте,
принимая всё за чистую монету и продолжая улыбаться, — Я Цинь засуетилась и поспешно заискивающе произнесла:
— Цзыцзюнь, я же просто к слову сказала, ты не принимай близко к сердцу.
Ло Цзыцзюнь сейчас жаждала только одного — поскорее отделаться от неё.
— Я и не принимаю, иди домой, а я тут еще поброжу немного.
Услышав это, Я Цинь с кислым выражением лица удалилась. Ло Цзыцзюнь проводила её взглядом и прищурилась.
Я Цинь вечно звала Чэнь Цюншэна господином, а её саму — просто Цзыцзюнь. Почему же раньше она этого не замечала?
Да это же чистой воды презрение! Я Цинь прекрасно знала об интрижке Чэнь Цюншэна с Лин Лин, но хранила гробовое молчание перед ней.
Сразу видно — лицемерная приспособленка, которая лижет зад тому, у кого есть деньги.
Впрочем, раз уж ей предстояло скорый развод, то и тратить нервы на разборки с Я Цинь не было никакого смысла, тем более что видеться они больше не станут.
А с домашними делами и заботами о Пин-эре она прекрасно справлялась и без посторонней помощи еще до своего возвращения, так что в услугах Я Цинь она больше не нуждалась.
Стоило Я Цинь скрыться за дверью магазина, как к ней тут же подскочил продавец-консультант.
Ло Цзыцзюнь с улыбкой произнесла:
— Прошу прощения, мне только что позвонила подруга, нужно срочно бежать к ней по делам,
так что загляну за обувью как-нибудь в другой раз. Будьте добры, верните эти пары на место.
Консультант вежливо ответил:
— Ничего страшного, госпожа Ло, идите по своим делам.
Будем рады видеть вас снова, а если появятся новинки, я обязательно отложу их для вас.
Ло Цзыцзюнь улыбнулась:
— Спасибо большое, извините за хлопоты.
С этими словами она закинула сумку на плечо и с грациозной осанкой вышла из обувного бутика.
Покинув обувной магазин, Ло Цзыцзюнь тут же направилась в соседний ювелирный отдел.
Раз уж на этот раз ей предстояло развестись как можно раньше, то покупать безумно дорогую обувь, которую ни съесть, ни выпить, было глупо — лучше уж прикупить немного чистого золота.
Ювелирные изделия из золота при разделе имущества во время развода не подлежат дележке как совместно нажитое.
Ну или можно было прикупить классическую брендовую сумку из разряда люкса, которую потом всегда можно сдать в комиссионку винтажных вещей и обменять на наличные.
Только одежда и обувь имеют свойство падать в цене исключительно при покупке, но не при продаже.
Раз уж решено разводиться, позаботиться о собственной выгоде — самое то.
Войдя в ювелирный салон, Ло Цзыцзюнь погрузилась в изучение витрин с золотыми украшениями.
В этот момент до её слуха долетел диалог мужчины и женщины:
— Менеджер Чэнь, посмотрите, какое прекрасное ожерелье.
И последовавший за этим ответ:
— У вас отличный вкус, Сандро, эта модель действительно очень хорошна.
Разве это не голос Чэнь Цюншэна? Ло Цзыцзюнь тут же вспомнила: всё происходило именно сегодня.
Тогда она случайно столкнулась в ювелирном с Чэнь Цюншэном и Сандро, заподозрила неладное, в паре бросила выбор обуви
и, прямо в тех самых двух разных по цвету примерочных туфлях, примчалась в ювелирный магазинчик учинять допрос мужу.
Чэнь Цюншэн тогда оправдывался, что они якобы выбирают подарки для клиентов. Та Ло Цзыцзюнь притворилась, будто поверила,
но всё равно крутилась между ними, демонстрируя познания в драгоценностях и советуя, какую модель лучше преподнести клиентам.
В итоге в дурацком положении оказались все трое.
Ло Цзыцзюнь скривила губы в усмешке: на этот раз опускаться до столь жалкого поведения она не собиралась.
Подняв голову, она встретилась взглядом с Чэнь Цюншэном, но на душе у неё было абсолютное спокойствие.
Она давно уже не любила его, и эта встреча ощущалась не более чем столкновение с хорошо знакомым незнакомцем.
Увидев Ло Цзыцзюнь, Чэнь Цюншэн отразил на лице крайнее удивление:
— Цзыцзюнь, какая неожиданная встреча!
Ты тоже приехала за покупками в универмаг Синьгуан? Присмотрела что-нибудь? Я оплачу.
Ло Цзыцзюнь с улыбкой ответила:
— Да я тут от скуки дома, листая финансовые новости,
вдруг загорелась идеей прикупить золотишка для красоты. Ты же сам предложил оплатить, Цюншэн, держи слово!
Чэнь Цюншэн изумленно протянул:
— Цзыцзюнь, ты же всегда презирала золото за его безвкусицу,
говорила, что всякие массивные золотые кольца и цепи носят только тётушки и дядюшки в возрасте? С чего вдруг такой порыв?
Ло Цзыцзюнь с наигранным кокетством произнесла:
— Просто захотелось, имею я право или нет?
Сандро всё ещё стояла рядом, и Чэнь Цюншэну пришлось выдать:
— Покупай, раз тебе нравится, выбирай что хочешь.
Только теперь Ло Цзыцзюнь перевела взгляд на Сандро и деланно поинтересовалась:
— Цюншэн, а это кто?
Чэнь Цюншэн представил их друг другу:
— Сандро, моя коллега по офису. А это моя жена, Ло Цзыцзюнь.
Сандро протянула руку, Ло Цзыцзюнь пожала её со словами:
— Рада знакомству, мисс Сандро. С первого взгляда видно, что вы молодая, красивая и деловая женщина.
Уверена, с такой помощницей дела у Цюншэна пойдут еще успешнее.
Сандро, стоявшая до этого рядом и разглядывавшая жёлтое платье в сочетании с синим кардиганом и мелкие барашковые кудри Ло Цзыцзюнь,
мысленно уже определила её в разряд изнеженных, глупых домохозяек, живущих за счёт мужей.
Она заранее ждала, что сейчас явится какая-нибудь ревнивая клуша с претензиями к чужому мужчине.
Памятуя об этом, Сандро изначально ощетинилась смесью настороженности и презрения.
Она уже и сама пожалела, что согласилась составлять компанию Чэнь Цюншэну в выборе подарка — бесплатного сыра не отведала, зато проблемгребла полные карманы.
Однако стоявшая перед ней Ло Цзыцзюнь совершенно не походила на образ сварливой домохозяйки, пышущей ядом и ненавистью.
Она говорила мягко и тепло, лицо её выражало искреннее доброжелательство, а слова похвалы звучали так, будто шли прямо из глубины души.
Напряжение Сандро мгновенно спало, а на смену подозрительности пришло расслабленное выражение.
Она тоже улыбнулась в ответ:
— Госпожа Ло, вы мне льстите, мне далеко до такой деловой хватки.
Вот менеджер Чэнь — другое дело, он у нас ведущий консультант компании.
Поболтав еще пару минут ни о чём, Ло Цзыцзюнь между делом бросила пару дельных замечаний о том, какие именно украшения лучше подходят в качестве презентов клиентам.
Как-никак, за годы брака она прекрасно изучила этот вопрос, да и ей самой хотелось, чтобы перед разводом Чэнь Цюншэн заработал побольше.
В конце концов, при разделе имущества ей достанется солидная доля, не так ли?
Закончив разговор, она самостоятельно направилась к витринам с золотом и выбрала гладкий массивный золотой браслет весом в пятьдесят восемь граммов.
Затем она заскочила в расположенный неподалёку брендовый бутик с буквой L на логотипе и приобрела классическую монограммовую сумку-тоут.
После чего поймала такси и поехала в компьютерный центр своего студенческого прошлого, где купила диктофон и флешку.
Раз уж она решила развестись как можно скорее, ей требовались железные доказательства измен Чэнь Цюншэна.
Тогда не придётся тратить время на пустые танцы с бубном вокруг него, втягивая попутно в эту грязь Тан Цзин и Хэ Ханя.
Переродившись, Ло Цзыцзюнь вовсе не желала разрушать свою дружбу с Тан Цзин.
Что же касается Хэ Ханя — стоит ей держаться от него подальше и избегать лишних точек соприкосновения, как никаких романтических чувств между ними точно не возникнет.
А вот отношения между Тан Цзин и Хэ Ханем она могла лишь изредка подталкивать в нужном направлении.
Лезть слишком глубоко в их амурные дела Ло Цзыцзюнь считала излишним.
Пусть всё идет своим чередом, какой бы ни был итог — это их личная история.
Главное для неё — отстоять собственные границы.
Вернувшись домой, Ло Цзыцзюнь не стала, как в прежние времена, томиться в ожидании мужа с работы,
чтобы потом, получив от него СМС о задержке на пару часов,
в панике названивать Тан Цзин с просьбой навести справки о личной жизни Сандро.
В той прошлой жизни как раз в этот момент Тан Цзин и Хэ Хань только прилетели на самолете из другой провинции, так как успешно закрыли крупный контракт.
Хэ Хань тогда предложил отметить это дело в японском ресторанчике Старого Чжо Цзянцзы свежайшими деликатесами из рыбы, доставленными самолетом.
Получив её звонок, Тан Цзин отменила свидание с Хэ Ханем и вернулась в квартиру ждать её приезда.
А Хэ Хань после ужина даже завернул с собой порцию морского ежа для Тан Цзин.
Там он случайно столкнулся с Ло Цзыцзюнь, они немного поцапались языками, а когда на улице пошел дождь, она наотрез отказалась мочить свои замшевые туфли и насильно втиснулась в машину Хэ Ханя, спровоцировав новый скандал.
Из-за её выходок свидание Тан Цзин и Хэ Ханя пошло прахом.
Оглядываясь назад, она понимала, что поступала отвратительно, и теперь Ло Цзыцзюнь ни за что не стала бы докучать им по пустякам.
Вечером, когда Чэнь Цюншэн вернулся домой, Я Цинь тут же услужливо засуетилась в прихожей:
— Господин, с возвращением!
Вы поужинали? Разогреть вам чего-нибудь? — тараторила она, попутно помогая ему снять пиджак и забирая портфель.
Ло Цзыцзюнь сидела за письменным столом в гостиной и помогала Пин-эру с уроками. Скосив глаза на усердствующую Я Цинь, она мысленно хмыкнула.
Чэнь Цюншэню происходящее показалось странным: обычно, стоило ему переступить порог,
как Ло Цзыцзюнь начинала щебетать над ухом без остановки, словно воробей, а сегодня стояла такая тишина.
Он даже опасался, что она снова начнет допытываться насчет Сандро, и от одной мысли о том, что придется опять изобретать оправдания, у него затылок покрывался испариной.
— Ой, я уже поужинал, Я Цинь, не суетись, оставь всё.
С этими словами он подошел к письменному столу и поинтересовался:
— Ну как успехи, какую задачку решает Пин-эр?
Пин-эр радостно завопил:
— Папа вернулся! Смотри, как хорошо я пишу!
Чэнь Цюншэн взял тетрадь, проверил написанное и одобрительно кивнул:
— Почерк у Пин-эра всё лучше и лучше, сказывается мамина школа.
С этими словами он с добродушной улыбкой посмотрел на Ло Цзыцзюнь — вылитый образец примерного семьянина и любящего отца.
Ло Цзыцзюнь мысленно скривилась, но вслух произнесла:
— Раз знаешь, сколько сил я вкладываю в Пин-эра, и на том спасибо.
Устал сегодня с работы — ступай умывайся и отдыхай.
Избавленный от необходимости выслушивать бесконечные нотации жены, Чэнь Цюншэн почувствовал себя на седьмом небе от облегчения и отправился в ванную при главной спальне.
Ло Цзыцзюнь аккуратно сложила тетради в портфель Пин-эра, приготовила ему чистые полотенца с бельем, набрала ванну и велела мальчику идти мыться.
А в это время Тан Цзин, избавленная от звонков Ло Цзыцзюнь, после прилёта
загрузила вещи в багажник машины Хэ Ханя, и тот повез её прямиком в Цзянцзы.
Едва они переступили порог, как Старый Чжо окликнул Хэ Ханя:
— Сашими, которое ты заказывал, готово, садись за стол.
Новая помощница Ло Ло, крутившаяся рядом на раздаче, восторженно защебетала:
— Ой, босс, только поглядите на них — такая пара красавцев, идеальный союз!
Старый Чжо невозмутимо бросил:
— Зелена еще сопли распускать. В Шанхае кого-кого, а красавцев с красавицами хватает с избытком, марш за работу.
Старый Чжо лично вынес приготовленное блюдо к их столу.
— Свежайшее сашими, отведайте, как вам на вкус?
Хэ Хань улыбнулся:
— Разве у тебя может получиться невкусно?
Подняв взгляд на стойку повара, он заметил:
— Меня не было в городе какое-то время, а ты обзавёлся юной помощницей?
Старый Чжо пояснил:
— Ло Ло — дочка моего давнего приятеля. Недавно он скончался и поручил мне заботиться о девчонке,
вот я и пристроил её к себе в ресторан, негоже ей сидеть на шее у людей за просто так.
Хэ Хань рассмеялся:
— Тан Цзин, погляди на Старого Чжо — истинный рыцарь без страха и упрека.
За это я отчасти и люблю приходить именно в Цзянцзы.
Старый Чжо молча улыбнулся, присев рядом, а Тан Цзин добавила:
— Я-то знаю другую причину:
у Старого Чжо всегда самые свежие продукты и невероятно вкусно, не так ли?
Хэ Хань кивнул:
— Истинно так, Тан Цзин лучше всех меня понимает.
Старый Чжо поднялся из-за стола:
— Не буду вам мешать предаваляться нежным чувствам, наслаждайтесь трапезой.
Переглянувшись, Тан Цзин и Хэ Хань с нежностью принялись за сашими, запивая его саке.
После ужина Хэ Хань отвез Тан Цзин домой и, разумеется, не стал возвращаться к себе, оставшись у неё на ночь.
На следующее утро, когда Чэнь Цюншэн уже позавтракал и собирался на работу, Ло Цзыцзюнь бросила:
— Цюншэн, подожди секунду.
Мне сегодня нужно в супермаркет возле твоего офиса за купить печенье с красной фасолью, захвати меня попутно.
Перед тем как вернуться домой накануне вечером, Чэнь Цюншэн уже договорился с Лин Лин подвезти её утром до офиса, и брать с собой Ло Цзыцзюнь в его планы совершенно не входило.
Поэтому он тут же отговорился:
— Разве возле нашего жилого комплекса нет такого печенья? Обязательно тащиться на другой конец города?
Да и зачем выходить из дома так рано? Пусть лучше Я Цинь вызовет тебе такси.
Ло Цзыцзюнь холодно отказалась:
— Пин-эр признает только то печенье, что продается в пекарне возле твоего офиса.
Раз уж тебе по пути, к чему тратиться на отдельное такси? Я ведь не транжира какая-нибудь.
Чэнь Цюншэн криво усмехнулся: интересно, помнила ли она вообще о купленном вчера массивном золотом браслете?
Сколько там стоит поездка на такси, много ли на этом сэкономишь?
http://bllate.org/book/25200/3001881
Готово:
