Готовый перевод The Bastard is the Assassin God / Тень канцлера: Внебрачный сын — идеальное оружие: Глава 18

Движения Жун Ичэня были столь стремительны, что от них оставались лишь тени. Он резко отпрянул в сторону, уходя от кулака, летевшего прямо в лицо, и нанёс точный удар локтем в подреберье противника. Раздался глухой хруст, и тот немедленно свернулся калачом на земле, словно креветка. Другой похититель замахнулся ножом, но Жун Ичэнь молниеносно взмахнул запястьем, ударив обухом по руке нападавшего. Оружие со звоном рухнуло на землю, а за ним последовал стремительный боковой удар, отбросивший бандита назад — он с грохотом снёс стоявший рядом деревянный ящик.

Не прошло и полминуты, как бандиты, ещё мгновение назад свирепствовавшие вокруг, валялись на полу, испуганно стоная, и ни один из них уже не мог подняться на ноги.

Жун Ичэнь небрежно швырнул на землю только что отнятый пистолет, и металл звонко ударил о бетон.

Он размеренным шагом подошёл ближе и присел на корточки, чтобы развязать обоих пленников.

Только теперь Лу Ань смог разглядеть лицо спасителя.

Ты… ты Жун Ичэнь? — изумленно узнал его Лу Ань.

Тот самый никчемный и безвольный незаконнорожденный сын семьи Жун, о котором его старший брат отзывался как о тряпке, позволяющей вытирать о себя ноги?

Жун Ичэнь ножом перерезал верёвки, поднял глаза на всё ещё ошеломлённого Лу Аня и бесстрастно произвел: — Это я. Мне посчастливилось присутствовать на вашей помолвке.

Лу Ань словно очнулся от долгого сна. Освободившись, он на ватных ногах поплёлся к Сун Тинсону. Его пальцы всё еще слегка подражали от пережитого потрясения, а взгляд, устремленный на Жун Ичэня, был полон чистейшего неверия. И это человека Сун Тинсон называл другом, который «одним ударом может тебя прикончить»?

Брат что, говорил всё с точностью до наоборот?

Сун Тинсон, заливаясь слезами, намертво вцепился в Жун Ичэня, а его голос отчаянно дрожал: — Клянусь, ты просто лучший из лучших, мой брат, спасённый через детские умные часы, ууу!

Жун Ичэнь мягко похлопал его по спине, источая несомненную, успокаивающую уверенность: — Ты тоже тот ещё гений. Перед тем как прийти сюда, я уже отправил весточку твоим родным, полиция должна прибыть с минуты на минуту. Мне нужно уходить.

Сун Тинсон вцепился в полу его одежды и яростно закивал: — Подожди меня, разберусь со всем и сразу приду к тебе тусоваться.

— Хорошо. — Жун Ичэнь прищурился и легонько коснулся его плеча кончиками пальцев. Жест был невесом, словно касание пера, но нёс в себе незыблемое спокойствие.

В ту же секунду температура вокруг него резко упала.

Жун Ичэнь медленно развернулся, и его взгляд безошибочно уткнулся в Лу Аня. В глубине иссиня-чёрных глаз не отразилось ни единой эмоции — они походили на покрытую льдом глубокую заводь, не заслуживающую даже ряби. Уголки его губ тронула едва заметная усмешка, но в ней не было ни капли тепла; скорее, она походила на закалённое в ледяной воде лезвие, от которого у человека на затылке цепенела кожа. Говорил он так буднично, будто обсуждал погоду, но каждое слово сочилось пробирающим до костей холодом, тяжёлым камнем оседая на сердце Лу Аня: — Сегодня ты ничего не видел, ничего не знаешь и ничего никому не скажешь. Уяснил?

Незримое давление нахлынуло удушливой волной, Лу Ань с трудом сглотнул вставший в горле ком. Его спину мгновенно прошиб холодный пот, а дыхание перехватило. Он приоткрыл рот, но слова рассыпались в тишине: — П-понял…

Лицо Жун Ичэня тронула легкая улыбка, но от этого стало лишь холоднее. Сделав шаг вперёд, он опустил руку на плечо Лу Аня, и хотя тепло его ладони передалось через ткань одежды, кровь в жилах Лу Аня едва не застыла. — Прекрасно, — его голос звучал мягко, словно вздох, но нёс в себе неотвратимую властность. — Я тебе верю.

Договорив, он убрал руку и решительно зашагал к чёрному ходу. Его прямая спина казалась клинком, еще не обнаженным из ножен, а шаги звучали настолько тихо, что у присутствовавших сжималось сердце.

Младший поклонник

Стоило Жун Ичэню скрыться за задней дверью, как резкий вой сирен разорвал застывший, почти осязаемый воздух помещения, вонзившись в него острым ледяным осколком.

Спустя мгновение несколько полицейских в тёмно-синей форме толкнули дверь и ворвались внутрь. Лучи фонарей заскользили по разгромленной комнате. В ярко-жёлтом свете отчётливо виднелись поверженные бандиты, раскинутые в беспорядке по полу, а также покрасневшие глаза Сун Тинсона, в которых, по его собственному разумению, застыло мужественное сдерживание слёз.

— Заложники в безопасности, поххитители… кхм, все обезврежены, — доложил старший из полицейских строгим голосом. Быстро окинув взглядом обстановку и заметив одинаковое, аккуратное бесчувственное состояние всех преступников, он на секунду качнул бровями от неподдельного удивления.

Обернувшись к Сун Тинсону, он смягчил тон: — Что здесь произошло?

Сун Тинсон медленно разжал побелевшие от напряжения пальцы, сделал шаг вперед и, сдерживая еще не до конца утихшую дрожь в голосе, невозмутимо солгал: — Мы понятия не имеем. Сначала потеряли сознание, а когда пришли в себя, всё уже было вот так.

Стражи порядка живо принялись за дело, привычно защёлкивая на запястьях бандитов наручники. Металлический звон отчетливо разносился по тихой комнате, словно ставя точку в этом кошмаре. Преступники один за другим приходили в себя, брыкались и сквернословили, но полицейские жестко прижали их к полу, а затем полуволоклом вывели наружу, и звуки их брани постепенно стихли вдали.

Сун Тинбо быстрым шагом подбежал к брату, крепко схватил его за руки, а на лице читались жуткий испуг и бесконечная нежность: — Ты цел? Только вернулся на родину — и сразу в такое вляпался, напугал нас до смерти.

Сун Тинсон легко покачал головой и протянул брату ладони, на которых еще белела пыль: — Старший брат, со мной всё в порядке, смотри.

Оглядев его испачканную одежду и испарину на лбу, Сун Тинбо с тревогой погладил его по голове и вытащил телефон: — Сперва позвоню второму брату и родителям, они наверняка с ума сходят от беспокойства.

Сун Тинсон послушно кивнул, его голос звучал мягко: — Угу.

— Малыш Сун в порядке, ага, можете не переживать. — Спрятав телефон, Сун Тинбо перевел взгляд на Лу Аня: — Мы только что связались с твоим братом, он уже едет сюда.

Лу Ань вежливо приподнял уголки губ, выражая признательность: — Спасибо, брат Бо.

Заброшенный склад был пропитан пылью и затхлостью. Морщась, Сун Тинбо замахал рукой, отгоняя воздух от лица: — Пойдёмте отсюда, здесь слишком грязно.

Едва они вышли наружу, как к обочине плавно подрулил черный седан — подоспел Лу Цзэ.

Он выскочил из машины, едва сдерживая шаги, и когда увидел, что младший брат целым и невредимым стоит на ногах, долго сдерживаемое напряжение наконец отпустило. Сделав пару шагов вперед, он крепко обнял Лу Аня, а его голос слегка дрожал: — Ты хотел меня до смерти испугать?

Лу Ань мягко похлопал брата по спине, успокаивая: — Всё хорошо, братец, не переживай.

Лу Цзэ отстранил брата, подошел к Сун Тинбо и пожал ему руку, искренне поблагодарив: — Спасибо, президент Сун, но… откуда вы узнали, где они находятся?

Сун Тинбо и сам выглядел озадаченным. Потерев подбородок, он ответил: — Мне на телефон пришло анонимное сообщение о том, что Тинсон здесь. Вот я и примчался с полицией, а уже на месте обнаружил, что и маленький Ань тоже здесь. — Он замолк, и его брови сошлись на переносице. — Понятия не имеем, кто это прислал, жутко странно.

Сун Тинсон, разумеется, прекрасно знал, в чем дело — это была страховка, которую оставил Жун Ичэнь перед тем, как броситься им на помощь. Не подавая виду, он легонько потянул брата за рукав и тихо промолвил: — Братуха, поехали, главное, что мы целы.

Лу Цзэ не стал больше допытываться и кивнул: — Главное, что вы в порядке, поехали.

Сун Тинсон и Лу Ань направились к машинам своих старших братьев. Перед тем как сесть в салон, Сун Тинсон внезапно окликнул Лу Аня и, помрачнев взглядом, тихо предупредил: — Не забывай.

Лу Ань на секунду замер, тут же сообразил, о чём речь, и важно кивнул, в глубине его глаз мелькнула уверенность: — Не бойся.

Устроившись на заднем сиденье, Лу Ань прислонился к оконному стеклу. Его пальцы бессознательно гладили ткань брюк, а в голове раз за разом прокручивались стремительные движения Жун Ичэня: чёткий удар кулаком, безупречное подавление врага и даже то, как он удалялся, источая непоколебимую уверенность.

Мамочки.

Какой же он крутой!

Чем больше он думал об этом, тем сильнее учащалось сердцебиение, а кончики ушей незаметно нагревались.

В этот момент юношеское сердце двадцатичетырёхлетнего парня неудержимо рвалось в бой, ладони покалывало от возбуждения, словно в следующее мгновение он мог повторить за тем парнем и в одиночку раскидать четвертерых.

Заметив, что с самого момента посадки в машину младший брат сидит молча, уставившись в одну точку, Лу Цзэ решил, что тот ещё не отошёл от шока. Смягчив голос, он слегка тронул его за плечо: — Малыш Ань?

Лу Ань резко очнулся от дум, стремительно повернул голову, а его глаза сияли ярче звезд. Уставившись прямо на Лу Цзэ, он выпалил: — Братец, ты помнишь того Жун Ичэня, про которого мне рассказывал?

Лу Цзэ опешил от столь неожиданного вопроса. С чего это вдруг разговор свернул в эту сторону? Нахмурившись, он переспросил: — Второго сына семьи Жун?

Лу Ань незамедлительно закивал, выпрямившись на сиденье. Восхищение в его глазах невозможно было скрыть.

— С чего ты вдруг о нём вспомнил? — Лу Цзэ удивился ещё сильнее, невольно припоминая слова Жун Линьчуаня: — Линьчуань говорил, что его братец излишне робок и простодушен, ничем не выделяется, кроме хорошей учёбы, а характер у него мягкий, как ком ваты.

Услышав это, Лу Ань воодушевился ещё больше. Он молча опустил голову, не в силах сдержать улыбку, рвавшуюся наружу, но глаза по-прежнему горели невероятным светом.

Да он же просто скрытный мастер... Это несоответствие образа просто с ума сводит!

Видя, что братец снова уткнулся носом вниз, оставив ему лишь горящие уши и вздрагивающие от сдерживаемого смеха плечи, Лу Цзэ окончательно растерялся.

Лу Цзэ: ???

Тем временем Жун Ичэнь, шагавший по дороге домой, даже не подозревал, что в его жизни, полной притворства перед окружающими, тихонько объявился преданный поклонник.

Зажав меж пальцев сигарету и неспешно затягиваясь в лучах заходящего солнца, он строчил Шэнь Цинцы ответное сообщение о том, что с Сун Тинсоном всё в порядке.

[Король понтов] Ладно, раз человек цел — и слава богу. Спасибо тому пацану, что дорожит шкурой, я давно заставил его установить маячок в те умные часы.

[Безупречный] Когда возвращаешься? Маленький Сун зывет бухать.

[Король понтов] Завтра.

[Король понтов] [wink.jpg]

[Безупречный] Добро.

Как только в приложении выскочил заказ такси, Жун Ичэнь прислонился к столбу уличного фонаря в ожидании машины. Экран телефона вдруг ярко вспыхнул — пришёл запрос на добавление в друзья.

На аватарке красовался пушистый молочный котенок, а в поле для сообщения значилось всего четыре иероглифа: Я Лу Ань.

Он на мгновение замер пальцами, но всё же нажал кнопку подтверждения.

[Дикий Ань] Здравствуйте, я Лу Ань.

[Безупречный] Откуда у тебя мой WeChat?

[Дикий Ань] Попросил у Тинсона.

[Безупречный] Понятно. Зачем добавил?

[Дикий Ань] Просто хотел… сказать спасибо.

http://bllate.org/book/25205/3002464

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь